charta stella,

— Черт! Мои силы на исходе! Зря я не послушал отца! Жалкий импульсивный пацан! Зачем пошел, не зная, как выбраться?! Черт! — он резко рванул и убежал прочь от проклятого дома, несущего ему только одни страдания. Кристина хотела побежать за ним, но вдруг послышался цоканье каблуков.

*** Наше время ***

[П] — Я жил на свалках, ел тараканов, консервы. Все, что удавалось найти. Хах — парень усмехнулся, чем заставил поднять головы обеих девушек на себя. — Помните рекламу бисквитов «Твинки», что они никогда не испортятся? Черта с два. [В] — Страшно даже представить. [П] — Постоянно борешься за жизнь… — он слегка помедлил говорить последние слова, но окончание фразы услышалось не из уст Пятого. [Н] — Иначе умрешь. — зеленовласка сидела с опущенными глазами, грустно смотря в пол, будто вспомнила что-то не из приятного. — /Надеюсь барьер установленный на его память еще не спал, хоть отец и просил меня стирать им память подчистую, память нельзя стереть, лишь заблокировать, ну или же намного проще сделать вид, что ты ее заблокировал. Тс, раньше я была слишком беспечна, а сейчас сижу и мучаюсь, думая о том, лишь бы это дерьмовая иллюзия ограничения не спала./ [П] — Но мы приспособились — как ни в чем не бывало продолжил Пятый — Нам удалось найти способ противостоять миру. [В] — Нам? /Знала бы она, кто были эти «мы». Эх, Ваня, Ваня, ты слишком много не знаешь о Пятом и его странных предпочтениях./ [П] — Есть, что покрепче? [Н] — Алкоголик. [П] — Тебе напомнить, как ты хлестала коньяк в том кафе, пока резала меня? [Н] — Тебе напомнить, что сейчас в твоей крови в буквальном смысле находится спирт, ибо я им поливала твою рану? [В] — Рану? — парень злобно посмотрел в ее сторону и немного помедлив, добавил: [П] — Пулевое ранение, ничего особенного. /Пфф, как же, пулевое, ну да ну да, пизди больше/ [В] — О мой бог, Пятый. — она подошла и поставила стакан со спиртным на стол. — Где оно? [Н] — На правой руке под рукавом. — добивала Лиса, которая уже вовсю пригубила чудесный напиток, оставленный сестрой. Pov: Пятый Ваня разбинтовала его руку, чтобы посмотреть на открытую рану, но вместо этого увидела аккуратный надрез, бережно сшитый алыми от крови нитками. [В] — Ух-ты, все прекрасно сшито, работа настоящего мастера. — Пятого удивили такие слова. Конечно он не знал, как работают настоящие хирурги, ибо никогда их не посещал самостоятельно, а если и приходилось побывать под их ножом, то уже в отключке. Так что разницы он никогда не знал, но если это сказала Ваня, что бывала у докторов, то наверно это так и есть. — Зная тебя, ты бы ни когда не пошел в больницу. Неужели сам все сделал? — юноша лишь посмотрел деловым взглядом на уже выпившую весь стакан девушку. — Вау, ты где-то такому училась? [Н] — Неа. У меня фобия больниц… с детства. Не очень хорошие воспоминания с ней связаны, так что приходилось самой раны от вас обрабатывать. [В] — Не верится, что раньше мы были врагами. /Не верится, что она сама лечилась. Мы столько ран ей наносили, при чем не шуточные, а даже смертельные. Так у нее получилось все так идеально, потому что она была все время одна. Даже усовершенствовала свои навыки до идеала не по прихоти, ей приходилось это делать, иначе ее настигла бы ужасно мучительная смерть./ [В] — Я налью еще. — она взяла со стола пустой стакан и вышла из комнаты в арку кухни. [П] — Кстати, знаешь что странно? [Н] — Удиви. [П] — Мы же тебя боялись как огня, этим утром я даже дыхнуть в твою сторону страшился, почему сейчас я могу пререкаться с тобой и даже давать клички? Куда подевался весь мой страх? [Н] — Без понятия. [П] — Слушай, если ты думаешь, что мой мозг меньше фисташки, то крупно ошибаешься. Я прожил 58 гребанных лет, так что не делай из меня клоуна без цирка. [Н] — Так даже делать не надо. — Парень лишь яростно на нее посмотрел, дожидаясь ответа. — Я вам это внушила. [П] — Что прости? Внушила? [Н] — Да, иллюзия пропадания страха. [П] — Убери ее. [Н] — Нет, я не хочу, чтобы вы меня боялись. П — Почему? /Что она задумала? / [Н] -… — немного помолчав, девушка добавила. — Если ты так хочешь, я сниму иллюзию, но обещай мне, что ты не будешь испытывать ко мне страх. — номер ноль посмотрела на пятого глазами полными отчаяния, она искренне не хотела этого, она искренне хотела доверия к себе не путем боязни, как, собственно, и он сам. От чего-то ему стало так противно на душе заставлять ее это делать, ведь он понимал, что она знает, что после отмены способности, просто так страх не исчезнет, и все равно попросила такую эгоистичную просьбу. — Хотя. что это я… [П] — Я обещаю, росточек. — сказать, что нулевая была в шоке, ничего не сказать. Он пообещал выполнить ее невозможную просьбу. — Но сними только у меня. [Н] — Ясен пень, я ж не дурочка, Ваня тут тогда умрет со страху. Но ты хоть знаешь, как моя способность снимается то? [П] — Как и любая другая, или же твоя особенная?) [Н] — Как бы да, но и как бы нет. Если ты хочешь снять ее прямо сейчас, то не получится, потому что у меня нет энергии. [П] — Следовало ожидать, ты на 7 людей иллюзию наложила, как энергии вообще у тебя хватило. — слегка подумав, он спросил — А другого способа нет? [Н] — Вряд ли тебе понравится. Это гипер мерзкий способ. [П] — Ну не поцелуй же — девушка лишь посмотрела на него с поднятыми бровями и опустив уголки губ, пожала плечами. — Стоп… [Н] — Даже не думай, ясно тебе понятно? [П] — И через сколько восстановится твоя энергия? [Н] — Три, четыре дня. Моя энергия полностью восстановилась сразу же, так что иллюзии я могу хоть щас делать — она щелкнула пальцами и перед Пятым на столе сидел кенгуру с акульим хвостом и жабьими лапками — но этого не достаточно, чтобы снять ее. — Кристина опять щелкнула пальцами и, мифическое животное тут же исчезло — Нужно гораздо больше сил, наложив на вас всех столь мощную иллюзию подавление, самой сильной человеческой энергии, а именно… [П] — Эмоций. — он дополнял ее предложения, будто убеждаясь в ее же словах и анализируя их, да и против она не была. [Н] — Я истратила всю накопленную энергию, и снять отдельно с каждого из вас я могу только через дня три по очереди, не меньше. [В] — Т.е каждую неделю дня ты можешь снять только с двух свою способность? — крикнула из кухни Ваня. [Н] — Ага. — в ответ прокричала номер ноль и тут же телепортировалась к седьмой, оставив парня погруженного в свои мысли, и слегка поразмышляв он последовал за девушкой. [В] — И самый простой способ не дожидаясь твоей энергии, это поцеловать тебя? [Н] — Я не просила господа бога за такой омерзительный второй вариант, да и не пробовала его никогда. По идее, через это действие, я могу использовать вашу энергию, совмещая со своей. Обычный человек иссохнет, но с вами это вполне возможно. [В] — Так, ладно, хорошо. [Н] — Я понимаю, на тебя слишком много навалилось. Принятие в семью ненавистного человека, апокалипсис, теперь еще и моя иллюзия. [П] — Погоди, ты думаешь, мы спятили? — номер пять посмотрел на Ваню. [В] — Нет. Просто это… не укладывается в голове. [П] — А что именно тебе не понятно? В — Почему ты не вернешься назад? [П] — Ого, и как это я не догадался? Путешествие во времени — это рулетка, я нырнул, но так и не вынырнул. — номер семь посмотрела сначала на Лису, потом на парня, и он добавил — ты думаешь я не пытался вернуться к своей семье. [В] — Если ты провел столько лет там, в апокалипсисе, почему ты до сих пор выглядишь как ребенок. [П] — Хах, я же уже тебе сказал, — он подошел к столу, взял бутылку и налил прозрачный коричневый напиток, который в свете лампы стал кроваво красным. — Что-то пошло не так с чертовым уравнением. [В] — Но отец говорил, что путешествие во времени поможет помутить разум. Может, так и случилось? [П] — Напрасно я это сделал. Ты слишком молода и наивна, чтобы понять. [В] — Пять, погоди! — Дойдя до двери, Пятый остановился и повернувшись, застал прекрасную картину. Пользуясь моментом, нулевая быстренько стрельнула за спину седьмой и, отлив багряную жидкость в бокал, залпом сделал несколько глотков из бутылки. — Я так давно тебя не видела. Не хочу, чтобы ты вновь так внезапно исчез из моей жизни. Вот и все. — пока Ваня говорила душераздирающие речи, позади нее стояла девочка 13-лет пригубившая целую бутылку коньяка. — Сейчас уже поздно, утром у меня занятия. Мне нужно выспаться. Думаю, тебе тоже и… — номер семь повернула за спину, но к удивлению обнаружила лишь пошатывающуюся пустую бутылку из-под алкоголя, и мирно стоящую девушку, которая, видимо, попыталась ее быстро поставить на место. Она облокотилась одной рукой на тумбочку рядом, другую руку положила на первую, и поставив одну ногу за другую всем своим видом выражала непринужденность, и будто так и должно быть, и она всегда там так и стояла. Седьмая лишь тяжко вздохнула и подойдя к дивану, раздвинула так, что теперь там уместился бы Лютер, не говоря уже о подростках. — Уже поздно, завтра утром у меня занятие, и мне нужно выспаться. Думаю, вам тоже. — она указала взглядом на диван. [Н] — Я не спала около недели, ничего страшного, если еще денек пройдет. [В] — Неделю? Ты сейчас шутишь? Решено, поговорим завтра утром, я обещаю вам, а пока — номер семь оглядела молодых людей и дополнила — спокойной ночи. — Уйдя в свою комнату наши птенчики снова чуть не подрались. [П] — Я не буду с тобой спать. [Н] — Думаешь, я тебя ночью задушу? Лучше уж кишки вспороть и завернуть в них куриный фарш, пожарить и сделать бутерброд. — девушка усмехнувшись, облизнула свои пухлые, алые от спирта попадавшего на ранки, губы. /Я хочу не дожидаться восполнения ее энергии… Боже! О чем я вообще? Как мне могло прийти это в голову?.. Агх, впрочем, не важно. Мне нужно что-то решить с глазом, стоит узнать заказчика по коду нумерации./ [П] — Эй, сейчас мы идем… — но развернувшись юноша обнаружил лишь пустую комнату. Цокнув пару раз от недовольства языком, он аккуратненько открыл дверь и вышел на улицу. — /Я очень сильно надеюсь, что эта дамочка не связанна с куратором, но что-то я совнеаюсь/ — Пять вспомнил про зеленые часы, и тут же остановился, забыв куда идти. — /Она не могла… нет… у нас сделка, если нарушит, ей же худо будет./ — парень вновь возобновил шаг, но уже прыгнув в пространственную яму.

***

В комнату прошла пара красных туфель на шпильках. Пепельного цвета волосы в красивой алой шляпке с белоснежными розами. Пышное кроваво-красное платье, по краям обшитое такими же белыми цветами. Белая, словно мрамор кожа, и яркие красные губы. Женщина статного вида. Ровно держит осанку, идет слово по подиуму, оглядывает всех, словно те милые маленькие беззащитные существа. Любой мог бы влюбиться с первого взгляда, обоятельная, красивая, высокопоставленная, другими словами — идеал. Но уж кто-то, а девочка сидящая напротив нее в кресле, мирно читающая книгу, про приготовление запеченного кролика, даже не обращала на нее внимания. Она точно знала, что скрывается под маской гордости и чести — эгоизм и безнравие. Игра не по правилам — вот чему она научилась за долгую службу у нее. Опустив книгу, стали видны зеленые пряди, черные глаза, не мене гордый и хитрый взгляд. Словно мать и дочь. Положив книгу, девочка спросила: — Зачем пожаловала, Босс?