Точно в висок

Глаза в погоне за буквами по непорочным страницам в очередной попытке усмирить свою мысль, о том, что суждено мне разбиться. Но каждый символ и знак вещают только об этом, а прямого ответа [от вселенной] не так легко и добиться. Чтоб без намеков и прямо, чтоб как диагноз клинический — я всё ещё с крыльями или это сон летаргический? Гнездо или клетка? [Расстройство психическое?] Давно без ответа, но с болью физической. Таблетки, лечение – в попытках забыться, но даже во сне подсознанье в догадках долбится, шурша потихоньку своей черепицей. Вселенной запрос отправляя таблицей на ежедневной основе, но, к сожалению, ответ придёт уже послесловием. А в сердце птица томится, среди артерий и клапанов, не веря в законы и правила, людьми нацарапанные, не признавая лидеров, врагов и богов, существуя за пределами [мирских] берегов. За границами звука, плоскости, наполнения, не зная, что такое волнение и покой, вне понятий ночь, утро, день. Но и тишина многословна порой, и у пустоты есть тень: меня вскрой — внутри пение [той самой] что за пределами всех берегов. В моей боли мы с ней смогли соединиться, в моем сердце птица нашла свой кров. Но если мы вне границ, [если у нас есть крылья] то почему суждено нам разбиться в самом худшем из всех возможных миров?