Аманатия

- Вы кто такие? – разорвал атмосферу спокойствия звонкий голос, и Ната мгновенно «собрала мысли в кучу», выходя из состояния полудремы. На них грозно смотрел парень лет шестнадцати на вид. Он был среднего роста, около 165-170 сантиметров. У него были темно-русые, даже немного синеватые волосы. Его ярко-бирюзовые глаза, казалось, светились в тени. Одет он был примерно, как тот ребенок, которого она видела ранее, только на его голове была повязка с большим количеством перьев. - Мы эмм… люди… – неуверенно выдавила из себя Ната, засмущавшись. - Вот как – с ноткой удивления в голосе ответил парень. - А что такого? – недоуменно спросил Алекс. - Ну, у нас нечасто можно встретить людей, знаете ли – с какой-то усмешкой произнес незнакомец. - А ты тогда кто? – настороженно спросила Ната, немного отойдя от него. - Меня зовут Маар. Я живу в этом лесу – ответил он, с любопытством рассматривая людей. Их внешний вид, одежда и волосы казались странными для него. - Красивое имя. А я – Ната. – представилась девочка, покраснев. - Алекс. – Представился парень. - Что привело вас сюда? – с наигранной серьезностью спросил Маар, с трудом скрывая свое любопытство. Впервые в жизни он встретил людей в лесах Аманатии. Алекс посмотрел на Нату и ответил за двоих: - Сами не знаем – пожал плечами он. - Вот как. – Немного удивленно ответил Маар. – Тогда пойдемте со мной. Я расскажу вам, как все здесь устроено. Кажется, у меня есть предположение о том, как вы могли сюда попасть. Надеюсь, вы в курсе всех опасностей, с которыми вам, возможно, придется столкнуться. – Уверенно рассказывал Маар, так, будто готовился к этому моменту всю жизнь. - С чего это мы должны с тобой идти? – с недоверием спросил Алекс. - Вы же не хотите проблем, так? – каким-то странным тоном, немного угрожающе ответил Маар, нахмурившись. Люди снова посмотрели друг на друга, и, не сговариваясь, решили все-таки пойти за ним. - Возможно, вы уже слышали в своем мире об Аманатии. Здесь живу я, и другие представители, так сказать, моего народа. Днем здесь сравнительно безопасно, так что сейчас вам нечего бояться. – Начал свой рассказ Маар, и с какой-то издевкой добавил: - Кроме, разве что, меня. Ната нервно усмехнулась. Почему-то ей бросился в глаза странный кристалл, висящий на веревочке у него на шее. Парень заметил это, но не подал виду и продолжил свой монолог. - Моя обязанность – патрулировать эту часть леса. Я живу с сестрой здесь, недалеко. Когда-то давно, когда вражда между народами еще не утихла, в этих местах часто можно было застать обитателей Тенебраса, которые приходили с намерениями отомстить за то, что не смогли победить в легендарной войне… - Какой войне? – поинтересовался Алекс Маар замедлил шаг и удивленно посмотрел на него - Ты серьезно ни разу не слышал о ней? О событии, которое полностью изменило жизнь вашей расы? - Правда. Ни разу – как-то неохотно признался Алекс. - У нас даже маленькие дети о ней знают. Странно, что вам на Земле о ней не рассказывают. Я всегда предполагал, что у людей принято изучать историю. - Принято. Каждому человеку рассказывают в школе обо всех основных моментах истории, от каменного века до нашей эры. Но о той войне, о которой ты говоришь – вообще ни слова. - Ладно, потом расскажу. Мы уже пришли! – уверенно сообщил Маар, раздвигая ветки деревьев. За плотными зарослями неизвестного растения располагалось небольшое поселение: Несколько одно- и двухэтажных деревянных домов, окруженных высоким забором и несколько высоких башен, находившихся за его пределами. У домов были круглые крыши, некоторые из них даже раскрасили под огромные грибы. Осматриваясь, Ната встретилась взглядом с тем самым ребенком, которого она напугала ранее. От чего-то девушке стало стыдно. - Во-он там мой дом – протянул Маар, указывая на один из самых больших домов. – Я там с сестрой, Ланкой живу. Она вредная, как черт. Надеюсь, она нас троих не прогонит – усмехнулся парень, посмотрев куда-то вдаль. – Ладно, идем. Вы не проголодались? У нас пирог с лесными ягодами есть. Ната представила пирог, утыканный «глазастыми» ягодами, которые видела, когда проснулась в этом лесу и поежилась от отвращения.