Слизеринец и гриффиндорка, огонь и лед, ненависть и любовь

      Роза Уизли       Роза тут же остановилась. Он ее окликнул? Остановил? Чистокровный Малфой не дал ей, полукровке, уйти? Убраться подальше от него? Выполнить его самое заветное желание с начала этого гребаного учебного года?       Она обернулась и посмотрела на него. Он был спокоен. И даже немного растерян. А может даже удивлен собственным словам и действиям. В уютном свете от камина в этой теплой гостиной он казался ей каким-то другим. Она вновь заострила свой взгляд на его лице. Какое оно было красивое.       Малфой не мог не заметить то, как она на него смотрит. В тот же миг он усмехнулся. Но не зло, как он это делал обычно.       Роза фыркнула, быстро приходя в себя и отводя взгляд от его идеального лица.       — Почему? — спросил он и, видя ее недопонимание, тут же добавил. — Почему ты так на меня смотришь, после всего, что я сделал с тобой?       У Розы открылся рот. И она не знала больше ли от возмущения от его слов или удивления, почему его вообще заботят ее чувства.       — У тебя мания величия, Малфой, — покачала головой Роза, делая шаг к лестнице. — Не все смотрят на тебя, затаив дыхание, и мечтают, чтобы ты залез к ним в трусы.       — Не поверю, что ты не мечтаешь об этом, — спокойно сказал он, облокачиваясь на стену прохода, ведущего в ее спальню.       — Что? — задохнулась от возмущения Роза, чувствуя в груди разгорающееся пламя. — Тут наши желания совпадают. Ты мне противен точно также, как и я тебе. И меньше всего на свете я хочу с тобой…       — Тогда что это? — не успокаивался Малфой. — Страх?       Роза не понимала, почему она все еще стоит тут. Уже давно надо было подняться в свою спальню. Своим взглядом он ее гипнотизировал. Пытался пролезть прямо в душу. Как она последнее время пыталась попасть в его.       — Почему ты так легко согласилась дежурить без меня? — Скорпиус сделал шаг к ней, еще пристальней вглядываясь в глаза.       — Я не боюсь тебя, — Роза сказала это так быстро и так уверено.       — Серьезно? — Малфой подошел к ней очень близко и окончательно посмотрел своим холодным, но не ледяным взглядом прямо в душу.       Роза прижималась к стене, а он почти прижимался к ней, привычно смотря на нее сверху вниз. И полез за палочкой в карман. И Розу действительно охватил страх. Страх того дня. Она не могла унять появившуюся дрожь во всем теле. Она была обезоружена. Поэтому лишь сильнее прижала к груди книгу, которую читала.       — Боишься, — прошептал Малфой, убирая палочку обратно в карман, но не отходя от нее.       — Нет, — выдохнула Роза, стараясь взять себя в руки.       — Да, — кивнул Скорпиус, чуть улыбнувшись.       — Нет, — громче и уверенней сказала Роза, прежде всего, убеждая в этом себя, а потом уже и его.       Но ее слова не значили абсолютно ничего. Она, действительно, вся дрожала. И Малфой, стоявший к ней вплотную, не мог этого не чувствовать.       Роза хотела посмотреть ему в глаза, чтобы показать, что она до сих пор принадлежит себе, но ее взгляд задержался на его тонких губах, так и не поднявшись к глазам.       Ей вдруг так сильно захотелось, чтобы он поцеловал ее. Захотелось почувствовать вкус его губ. Хотелось разгадать главную загадку Скорпиуса Малфоя. Кто же он?       Роза не смогла сдержаться и облизнула свою нижнюю губу, чуть закусив ее. Она не знала, куда смотрит Малфой, но понимала, что они чувствуют одно и то же. Оба не понимают, что тут происходит. Оба не могут понять, как дошли до такого. Еще год назад оба сделали бы все, чтобы оказаться на максимальном расстоянии друг от друга. А сейчас стояли, прижавшись друг к другу. И совсем не желали отходить.       Роза так и не могла отвести взгляда от его губ. Хоть ей и было семнадцать лет, поцелуи обошли ее стороной. Кроме учебников в ее жизни не было ничего.       Нет, нет, нет. Ее первый поцелуй не должен быть вот таким. А тем более с Малфоем. Его губы прикасались к стольким губам в Хогвартсе, что Розе тут же стало противно от этой мысли. Даже сейчас. Он трахался с очередной студенткой Хогвартса меньше чем час назад. Целовал и трогал ее. Но тут же Розе захотелось испытать все те же чувства, что и девушка. Что в нем такого, что все девочки, если бы узнали, что сейчас тут происходит, захотели бы оказаться на ее месте?       Тут раздался грохот. Роза выронила книгу. Пальцы были уже не способны ее держать. Теперь все тело дрожало не от страха, а от желания.       — Я понял, Уизли, — Малфой отошел от нее.       Роза постепенно возвращалась в реальность. Без его присутствия рядом стало так холодно и неуютно, несмотря на исходящий жар от камина и ее теплую пижаму.       — Что ты понял? — безразлично спросила Роза, поднимая книгу.       Меньше всего ей хотелось, чтобы он что-то понял. В отличие от нее. Она уже ничего не понимала в этой жизни. Не понимала саму себя. Свои чувства, свои эмоции, свои желания.       Что с ней происходит? Почему ее тянет к нему? После всего, что он ей сделал, наговорил. Нет. Она не попадется в его ловушку. Она не будет теми девицами, которые по ночам мечтают о его поцелуях.       — Ты определенно боишься меня, — сделал заключение Скорпиус. — Но при этом сгораешь от дикого желания…       — Ты бредишь, Малфой, — перебила его Роза. — Заметь, это ты зажал меня…       — Да, — теперь Скорпиус не дал ей договорить. — Но лишь чтобы проверить свою догадку. Просто так мне больше всего не хотелось бы этого делать.       — Да пошел ты, — Роза гневно уставилась на него.       — Нет, Уизли, — аристократично поднял он свой подбородок. — Здесь только я решаю…       Но он не успел договорить. Роза быстрым шагом подошла к нему. Теперь Малфой стоял прижатый к стене. Хоть он и продолжал смотреть на нее сверху вниз, взгляд выражал непонимание, удивление и… беспомощность.       Роза с шумом бросила книгу на пол, а потом провела рукой по его телу, доставая палочку из заднего кармана штанов.       Палочка Скорпиуса идеально легла ей в руку. Казалось, у него не может быть ничего неидеального. Она была очень легкая. Роза поставила ее к его подбородку.       — Страшно, Малфой? — спросила она, не отводя от него взгляда.       Конечно, страха в его глазах не было. Удивление и восхищение. Малфой явно от нее такого не ожидал. Как и она от себя.       — Ты играешь в мои игры, Уизли, — усмехнулся Скорпиус, легко отводя от себя свою же палочку. — И по моим правилам.       Розу начало это все раздражать. Почему за все это время она так послушно подстраивалась под него? Она сама позволяла ему вести себя так с ней. Чего она боялась? В Хогвартсе, где полно учителей, он ей ничего не сделал бы. И даже сейчас, когда он находился под прицелом, он умудрялся чувствовать свое превосходство. Но Роза больше не хотела с этим мириться. Больше всего ей хотелось выиграть в его же игре.       — Инкарцеро, — сказала Роза.       Палочка Скорпиуса ее моментально послушалась. Из кончика появились веревки, которые за руки и ноги окончательно прижали Скорпиуса к стене, не давая ему двигаться.       Она отошла от него на два шага и смотрела в его глаза. Страх перед этим человеком, который присутствовал все это время, испарился. Он ей ничего бы не сделал тогда. Как не сделает и сейчас. Она продолжала всматриваться в него, читать его. Как он читал ее несколько минут назад.       И была уверена в том, что понимает его состояние лучше, чем он сам свое. Как он намного лучше понял ее. В нем было столько беспомощности. Но дело было совсем не в веревках, которые не давали ему пошевелиться. Это было его состояние по жизни. Роза по слухам могла лишь догадываться, насколько не имеют воли дети в чистокровных семьях. Но взгляд Малфоя говорил сам за себя.       Роза, не спеша, вновь сделала два шага по направлению к нему.       — Ты меня не боишься, — кивнула она. — Это мы проверили. Теперь проверим, сгораешь ли ты от желания…       Малфой рассмеялся. Да так громко и звонко, что Роза удивленно уставилась на него. Она ни разу не видела, чтобы Малфой так смеялся. Ее настолько выбила эта ситуация из колеи, что она даже не рассердилась, что все снова пошло по правилам Скорпиуса.       — Уизли, ты серьезно? — с неимоверно довольной улыбкой он посмотрел на нее. — Ты серьезно думаешь, что я хочу тебя? Тебя, которая в свои семнадцать лет целовалась только с учебниками? Тебя, с этим гнездом на голове? В этой пижаме и…       — Я видела, как ты смотрел на меня тогда, — улыбнулась Роза. — Скажи мне, Малфой. Каких усилий тебе стоило не прийти тогда на собрание?       — Ни грамма, — посмотрел на нее Скорпиус. — Поверь, мне в тот момент было намного лучше, чем тебе на собрании в сборище этих заучек.       — А тебе не приходило в голову, что я тоже могу с тобой играть? — Роза вновь облизнула свои губы. — И согласившись патрулировать коридоры одна, я хотела посмотреть на твою реакцию? И она превзошла все мои ожидания. И я прекрасно знаю, что на патрулирование ты придешь.       — Уизли, какая же ты глупая, — усмехнулся Малфой.       Но Роза понимала, что эта его стандартная защитная реакция.       — Старикашка Слиззи будет проверять нашу работу, — покачал он головой.       — Знаешь, МакГонагалл тоже проверяет собрания старост, — Роза подняла бровь. — И тебя это не останавливало.       Они молча смотрели друг на друга. Роза произнесла контрзаклятие и веревки исчезли. Но Малфой так и остался стоять неподвижно. Она подошла к нему и убрала палочку в карман, вновь дотрагиваясь до его тела.       Но тут Малфой резко схватил ее за запястье, поворачиваясь. Теперь он снова прижимал ее к стене, возвышаясь над ней. В глазах был недобрый огонь.       Розе снова стало страшно. Она, правда, думала, что разгадала Малфоя. Что он не страшный и его действия легко читаются. Что она смогла сбить его с толку. Что они играли по ее правилам. Но нет. Казалось, Скорпиус снова все подстроил под себя. Он просто пустил ей пыль в глаза, расслабил своим спокойным состоянием. И в этот раз, в качестве мести за свое беспомощное состояние, он тоже сможет использовать свою палочку. И в этот раз он применит к ней Круциатус.       — Ты меня не привлекаешь ни капли, — прорычал он. — Но, если я захочу взять свое, я возьму, поверь. И ты не вырвешься от меня.       Роза дернулась, но он лишь крепче сжал ее. Он наклонился. Его лицо было в нескольких сантиметрах от ее лица. Роза никогда не видела его глаза так близко. Они были безумно красивыми. Она не могла отвести от него взгляд. Дыхание сбилось полностью. Нечастые вдохи жадно вдыхали его аромат, пытаясь надышаться им.       Роза заметила, что теперь Малфой опустил взгляд на ее губы.       Нет, нет, нет. Нельзя терять голову. Для него это всего лишь игра, лишний способ показать, в очередной раз, свое превосходство над ней. Хоть тело Розы кричало, что хочет этого поцелуя, голова судорожно с ним боролась. Если она сейчас позволит поцеловать себя, то это послужит оружием против нее в будущем. Он будет сравнивать ее с этими девками, которые только и мечтают о нем. Она не выдержит этого.       Роза выдохнула и отвернула голову. Хотя понимала, что это не спасет ее. Малфой был прав. Если он захочет, он поцелует ее. Очевидно, что он этого не хочет. Он никогда не поцелует такую, как она. И сейчас он просто наслаждается игрой.       Но к ее удивлению Скорпиус в это же мгновение разжал ее запястье.       — Патрулировать коридоры будем вместе, — сказал он и ушел по своей лестнице наверх.       Роза не могла пошевелиться. На ватных ногах она тоже поднялась к себе. Она теперь еще больше запуталась. Казалось, будь Скорпиус Малфой школьной дисциплиной, она постоянно бы получала по ней «отвратительно». Почему он согласился патрулировать коридоры с ней? Почему сейчас ушел? Почему то хочет поцеловать ее, то готов убить?       В голове крутились сотни вопросов, на которые Роза не имела ответа и не знала, сможет ли получить его. А еще больше она не понимала, чего хочет сама.       Она прокручивала этот день в своей голове. Это все было ненормально. Нельзя с утра бояться человека, боясь взглянуть на него, а вечером хотеть, чтобы он тебя поцеловал.       В этих мыслях Роуз уснула.              Она шла по пустому темному коридору.       — Ну, конечно, — бубнила себе под нос Роза. — Будет он патрулировать коридоры. Кому ты поверила? Дура.       Вдруг из ближайшего класса донеслись какие-то удары. Роза остановилась, быстро достав свою палочку.       — Пивз? — задала она вопрос в пустоту.       Снова послышались удары.       — Люмос, — сказала Роза, а на кончике ее палочки появился огонек.       Она тихо приблизилась к классу.       — Ривелио, — дрожащим голосом произнесла Роза, но чары обнаружения ничего не показали.       Чуть более уверенно Роуз вошла в класс. И как только она переступила порог, дверь захлопнулась.       Роза вскрикнула и обернулась. Перед ней стоял человек. Он был довольно-таки высокий. Роза не могла сказать, видела ли она его раньше или нет. На нем была маска Пожирателя Смерти.       — Кто Вы? — спросила Роза.       Но мужчина не успел ничего ответить, как откуда-то из темноты появился Малфой.       — Малфой, что тут происходит? — Роза непонимающе посмотрела на него.       — Ты ее не тронешь, — Скорпиус проигнорировал ее вопрос, доставая свою палочку и подходя к мужчине.              Роза проснулась. В комнате было темно. Это был сон, просто сон. Но ее почему-то трясло. Все было слишком реально. Она ощущала какое-то чувство преследования.       Роуз встала с кровати и подошла к окну, открыв его. Ночной и немного прохладный воздух ударил ей в лицо, немного приводя в чувство.       Ей было не удивительно, что ей приснился Малфой. После всего, что произошло между ними вечером. Удивляло другое. Почему ее сознание было уверено, что Малфой бы ей помог? Он никогда не стал бы ее ни от кого защищать. И был бы только рад ее смерти.       Роза снова жадно вдохнула свежего воздуха, невольно вспомнив запах Малфоя.       Это все становилось какой-то ненормальной зависимостью. Роза не могла вспомнить, в какой момент ей вдруг стало так необходимо смотреть на него на уроках, ждать в гостиной, прислушиваться к тишине в его спальне.       Роуз спустилась в гостиную. На полу валялась ее книга. Она подняла небольшой томик и положила его на стол. Камин почти потух, придавая комнате еще больше романтической приглушенной атмосферы.       Роза посмотрела в сторону лестницы, ведущей к Скорпиусу в спальню. Ее тянуло. Ее туда тянуло. Тянуло к нему.       Она бесшумно поднялась по ней. Точно такая же дверь, как и у нее. Роза прислушалась. Было тихо.       Она осторожно нажала на ручку и приоткрыла дверь.       Малфой спал, раскинувшись на большой кровати. Даже во сне он казался Розе невероятно красивым и статным. Но только присмотревшись в темноте она поняла, что его комната почти вся разгромлена. Письменный стол перевернут, вся одежда валялась на полу, дверца шкафа сломана, а зеркало разбито.        — Ты ее не тронешь, — сказал Скорпиус во сне.