Больше всех

Everybody loves and cares about The King Вне всяких сомнений, Артур был великим королём, доблестно заслужившим преданность каждого человека в своем королевстве. Сияющий, милосердный и справедливый, он восходил над Камелотом словно огромное красное Солнце, грея и вселяя надежду в каждого, кто попадал под его лучи. Все благоговели, любили и заботились о короле. Но один человек, всё же, гораздо сильнее, чем кто - либо. Мерлин не спит уже не сосчитать какую ночь, думая о том, что принесет следующий день, успеет ли он вовремя, сможет ли он защитить его. Мерлин чистит доспехи до мозолей на руках, он старательно проверяет ремни на королевских седлах больше раз, чем смог бы признать, он усердно работает, он гладит, готовит и зашивает прорехи на рубашках, это известно всем придворным. Но за этим скрыто нечто, известное лишь немногим; нечто тайное, глубокое и необъяснимое, ощущаемое лишь на уровне душевном. Мало кому известно, что помимо вечных прорех в королевских одеждах, Мерлин день ото дня, тонкой, но крепкой золотой нитью зашивает дыры в королевском сердце. Он внимательно следит за усталым взглядом, пытаясь уловить каждую проскользнувшую эмоцию, каждую брошенную белесыми ресницами тень. Артур горделив и верен своим принципам. Его характер порой напоминает о том, что даже Солнце порой может не греть, а печь и сжигать. С самого детства он не был приучен выставлять свои чувства напоказ, и отвыкнуть от этого ему очень трудно. Поэтому, когда Мерлин просит его не держать всё в себе, Артур бывает слишком резок с тем, чтобы отказаться. Но со временем он доверяется другу полностью, всё чаще делясь тем, что тяжелым молотом набатом стучится в груди. Мерлин этому несказанно рад. Он заботливо поддерживает голову в ореоле пшеничных волос, когда Артур заболевает и принимает снадобье, он туго затягивает доспехи, внутренне скуля и надеясь, что они сделают своё дело, и не позволят никому и ничему его ранить. Он смывает горячую кровь с дрожащих рук, пряча слёзы и повторяя себе, что должен быть сильным. Он отлично помнил, когда это случилось впервые. Они тогда только начинали свыкаться друг с другом, это был один из их первых совместных походов. Граница, соседнее королевство, отнюдь не доброжелательный приём. Стрела прямо в его спину. Какой-то несчастный трус. Тогда в его ещё совсем юной голове пронесся их недавний спор, в конце которого Мерлин, разозлившись на его, тогда ещё принцево высокомерное поведение, саркастично парировал, что при всех его замашках и выскочках можно предположить, что кровь в его венах истинно голубая, что делает его не таким как все. - красная, - шептал тогда Мерлин, туго прижимая свой шарф к ране, - красная, как и у всех. Он помнил, как хотел тогда, чтобы он очнулся и вспомнил, и они вместе посмеялись. Тогда он понял, что готов на всё на свете, лишь бы услышать этот смех снова. Но Артур не просыпался. Не просыпался вплоть до момента, когда был доставлен патрульными рыцарями в Камелот, и не излечен умелыми руками лекаря. Он отлично помнил то утро: ясное небо и ясный взгляд голубых глаз. Спрятанная улыбка, и саркастичное "Имею надежду, что ты не думал, что так просто от меня избавишься". Если бы Мерлину в прошлом кто - то сказал, что можно кого-то настолько сильно и верно любить, он бы не поверил. King loves and cares about everyone. Артур вырос, стал отвественее и сильнее. Он понял, что обязан ставить на первое место, а чему уделять меньше времени. Король сердечно любил королевство, которое строил, и каждого его жителя. Он был готов на всё, чтобы защитить своих людей. Король любил и заботился о каждом человеке, являющимся частью Камелота, но об одном конкретном человеке, пусть ему и так тяжело порой это признать, гораздо больше, чем о ком-либо. С самого детства все его друзья в силу его статуса всегда позволяли ему быть главным, быть их лидером, никогда и ни в чем ему не перечили. Так продолжалось вплоть до одного дня, когда какой - то незнакомый юноша осмелился дать принцу отпор, и попытался, пусть и крайне неуклюже, но смело поставить его на место. Тогда Артур впервые почувствовал заинтересованность, найдя кого - то, кто не хотел мириться с его высокомерным покровительством, а был готов спорить и достойно отвечать на все шутки и уколы. Со временем Артур начал понимать, что в его душе рождается нечто гораздо большее, чем скрытое желание дружить. С самых первых недель он чувствовал отчаянное, почти инстинктивное желание защитить этого нелепого костлявого мальчишку от всего, что могло бы навредить ему. Мерлин похож на сияющие в темном ночном небе звёзды. Обычно весёлый и душевно - добрый, по-детски наивный, он кажется Артуру почти волшебным. Позднее он понимает, как многому учится у него, и внезапно осознает что то, каким человеком он стал, во многом случилось благодаря постоянному присутствию Мерлина. Он вечно твердит о том, что это его судьба: служить ему, и Артур сначала не очень понимает, о чем тот говорит. Позднее он начинает чувствовать, что, если Мерлин вдруг исчезнет — он сам рассыплется на кусочки. Мерлин единственный, кто по-настоящему понимает. Мерлин всегда рядом, Мерлин родной и близкий. Мерлин ему нужен. И поэтому Артур закрывает глаза на запреты отца и мчится в пещеру за спасительным цветком, и потом, когда приходит вечером к вернувшемуся к жизни Мерлину и слышит его благодарность, понимает, что сделал бы то же самое ещё сотню раз. Поэтому он прячет, забрасывает, затаскивает его себе за спину каждый раз, когда они подвергаются опасности, поэтому он не расстается с ним не на день, поэтому он всегда провожает его взволнованным взглядом, когда тот не видит, желая убедится, что всё в порядке. Рядом с ним ему спокойно и тепло. Рядом с ним ему не нужно быть Его Высочеством Королем, рядом с ним он остается просто Артуром. Только голос Мерлина способен его успокоить и вернуть здравый рассудок, когда разум затуманивают эмоции. Если бы Артуру в прошлом сказали, что он станет думать в таком сентиментальном ключе, он бы не поверил. Однако сейчас, лежа с Мерлином под боком по пути в очередное смертельное путешествие, король приходит к выводу, что они с Мерлином будто сделаны из одного целого, будто в груди обоих бьётся одно единственное сердце, разделенное надвое. Он готов поклясться, что так и есть.