DarkLight

Заброшенное здание детского лагеря

14 июня 2025

23:13

На улице шёл дождь. Разрушенные стены некогда крепкого здания надёжно защищали от капель, но не от ветра. Укутавшись в пледы, четверо девочек сидели в кругу и обговаривали события прошедшего дня. Лиса ощущала, как доверие к ней стремительно падало с каждой фразой. Она понимала, что так будет. Была готова к самым разным поворотам и, если вдруг придётся выживать самой, она справиться. Иначе она не носила бы звание "Идеального оружия". – То есть, существуют специализированные центры, где опыты проводят. А по каким критериям они детей отбирают? – Поинтересовалась Дженни. Её лицо было серьёзным, ни намека на расслабленность. Манобан всё понимала, ведь поступала бы так же. – Скорее всего на абум. Кому повезет — попадает в обычный Ц.П.Д.М., кому нет... – Кому повезет — тот не попадает никуда. – Перебила Лалису Розе́, посильнее укутавшись в плед. – А откуда ты знаешь про другие центры, да и в принципе про последствия экспериментов? – Спросила молчавшая до этого Джису. Пульс участился. Воспоминания волной нахлынули на девочку. Тот день, о котором она пообещала себе забыть, восстанавливался до мельчайших подробностей... Самый худший день в её жизни. – Понимаете, я родом из богатой семьи, но никогда я не получала полный ответ на вопрос: "Чем занимаются мои родители?". Я была на домашнем обучении, а родители часто в разъездах. Так... Вышло, что с какого-то момента моей жизни у меня появилась зависимость от препаратов. – Лиса запнулась. Ужасно сложно про это рассказывать. – В тринадцать лет их достать очень проблематично. Но один мой знакомый был сыном крупного наркодилера и его папаша всегда имел у себя запас. Клаусу, так звали моего друга, удавалось выхватывать малые дозы, но этого хватало, чтобы на утро ничего не помнить. Я бы не принимала их, если бы не начали прорезаться способности... Крылья росли очень быстро и причиняли сильную боль. В первый раз я так испугалась, что по дури рассказала всё Клаусу. Он пусть и не самая лучшая компания, но был неплохим советчиком, по крайней мере когда был трезв и не под таблетками. Мы пришли к выводу, что родители явно не радостно воспримут эту новость. Он помог мне отрезать первые отростки и, чтобы расслабиться, дал одну таблетку. Я не знаю точно что это было, никогда не спрашивала. Я пообещала себе, что больше никогда не буду принимать... А потом крылья снова начали расти. И мы их снова отрезали. И ещё, и ещё. В конце концов я не выдержала, взяла у него сразу четыре таблетки, на несколько раз вперёд и заметила, что когда я принимаю, то крылья не растут. – Девочки молчали. Лиса старалась выровнять голос, но он всё равно срывался на дрожь. – Потом, спустя время, отца Клауса накрыли. Таблеток оставалось на один раз, а я не знала как сказать родителям о способностях. И в тот день я приняла последнюю таблетку.

***

Бангкок, Тайланд

5 декабря 2024 год

23:43

Стены плыли. Было сложно на чём либо сфокусировать взгляд. Действия наркотика проходило и Лиса потихоньку начала приходить в себя. Чем дольше она принимает, тем меньше времени уходит на восстановление. Манобан готова была поклясться, что прошло не больше часа. Голова отозвалась тупой болью, Лалиса понимала, что для любого другого человека это была бы адская боль, но она уродилась с высоким болевым порогом и сейчас как никогда была этому рада. Девочка ухватилась за раковину и поднялась на ноги. Сегодня она даже не удосужились дойти до комнаты, отключилась просто в ванной. Раньше Лиса говорила себе, что никогда не заикнётся про наркотики. Не возьмёт в руки сигареты и ограничит себя в алкоголе. Конечно она понимала, что за жизнь успеет раз пятьдесят сменить своё мнение, но про наркотики в тринадцать лет никогда не думала. Настолько паршиво и грязно Манобан себя чувствовала в первый, но, к сожалению, далеко не в последний раз. В прихожей раздался шум. "Странно, родители приедут только завтра... А больше я никого не жду." Первым порывом было выйти и посмотреть, что происходит, но здравый смысл кричал о возможной опасности и умолял стоять на месте. – Лалиса! – Послышался строгий голос мамы. Лиса ещё раз посмотрела на время — 23:45 — слишком рано. Они должны были приехать только в шесть утра. –Лалиса! – Вновь повторила мать. Пригладив волосы, девочка вышла из ванны. Родители в спешке кидали вещи в чемоданы. Отец выгребал все документы из сейфа, а мама, казалось, была на пределе, во взгляде читалась злость с нотками паники. – А вы чего так рано? – Лиса, быстро собирайся, мы уезжаем. – Пропустив вопрос дочери приказала мать, бережно спрятав в сумку какие-то документы. – Как? Сейчас? Посреди ночи? – Лалиса Манобан, не спорь с матерью! Собери всё нужное на первое время, у тебя 10 минут. – Отец сложил в сумку три дождевых плаща и направился на кухню. Крылатая слегка опешила от такой спешки, но покорно ступила в комнату. Видно, действие наркотика ещё не до конца прошло, так как движения её были слегка неловкими, но она, тем не менее, достала свой дорожный рюкзак и начала закидывать туда всё, что попадалось под руку. Много Лиса с собой не брала. Телефон, зарядку, сменные джинсы, запасной свитер, нижнее белье, расчёску, средства гигиены, пачку салфеток и бутылку воды. Семь минут и девочка уже направлялась к машине, которую родители припарковали у дома

***

– Погоди-погоди... – Прервала Лалису Дженни. – Они просто посреди ночи тебя куда-то забрали? Ничего не объяснили? – Не скажу, что это было очень удивительно. Они часто могли куда-то сорваться посреди ночи и записки не оставить. Или внезапно сообщить о переезде, хотя заселились мы всего-то четыре месяца назад. Но то, что они приехали на несколько часов раньше положенного, меня озадачило. – То есть, ты действительно никогда не интересовалась работой своих родителей? Такое поведение должно было насторожить. – Джису посильнее закуталась в плед и придвинулась чуть ближе. – Конечно интересовалась и поведение настораживало. Но я никогда не была с ними достаточно близка. В раннем детстве я даже думала, что у меня и нет никаких родителей — со мной всегда возилась няня. Всегда, когда я затрагивала тему их работы, они либо игнорировали меня, либо говорили, что их работа слишком выматывающая и они хотят тишины. Мне казалось, что мои родители и отец Клауса работали в одной сфере, то есть толкали наркотики, просто сами на игле не сидели. – Так что было дальше? – Вновь вклинилась в разговор Ким младшая. Розе́, молчавшая всё это время, подсела поближе и была вся во внимании. – А дальше мы сели в машину и уехали. Мы очень долго ездили по каким-то переулкам, как специально объезжая основную дорогу. А спустя часа два остановились у небольшого озера.

***

Месяц, наконец, решил оставить своё убежище, что располагалось за тучами, и подарил окрестностям свой тусклый свет, который, отбиваясь от кристальной поверхности озера, казался волшебным. В эту сказочную атмосферу совсем не вписывалась новенькая чёрная Toyota "Corolla", что, скрываясь в тени деревьев, стояла практически у самой воды. Была бы Лиса романтиком, она бы ещё долго любовалась чарующим видом. Но вместо того девочка просто смотрела в одну точку с надеждой наконец заснуть. Родители устроились на передних сидениях и мирно спали уже час. Разумеется, на вопросы Лисы о внезапном отъезде они ничего не ответили. Глаза, уже привыкшие к темноте, скучающе бегали по салону. Вдоль и поперек изученные детали заставляли зевать, но сон не шёл. Манобан ещё раз перевела взгляд на передние сидения. Родители сопели, откинув спинки кресел, внизу возле кресла стояла мамина сумка, из которой выглядывал лист, который старшая Манобан уже несколько раз перечитывала. С такого расстояния да ещё и в темноте что-то прочитать было невозможно. Взгляд ненадолго задержался на фотографии и тут Лиса резко села. Это была её фотография. Аккуратно, чтобы не разбудить родителей, Манобан вытащила лист и, прислонившись к окну, чтобы лучше видеть, прочитала:

Предполагаемый эксперимент.

Имя: Пранприя Лалиса Манобан.

Возраст: 13 лет.

Происхождение: Тайланд.

Место проживания: Бангкок, Тайланд.

Способности: неизвестны.

Языки: Тайский, Английский.

Слабости: неизвестны.

Дополнительная информация: низкий болевой порог.

– Кто тебе разрешил читать документы? – Лиса вздрогнула от неожиданного голоса отца. Мама проснулась и медленно повернула голову. Заметив дочь, её заспанный взгляд вмиг стал серьезным. – Вы знали? Но откуда? Что значит "Предполагаемый эксперимент"? – Почему ты роешься в моих вещах? – Пропуская вопросы дочери, поинтересовалась мать. – Почему вы никогда не отвечаете прямо? Это ваша работа? Мы из-за этого уехали? Манобан старшая потянула руку к листку, но дочь среагировала моментально и убрала документ за спину. Мужчина ещё некоторое время сверлил девочку взглядом, но в итоге вздохнул и потёр глаза. – Да, это наша работа. Мы собираем и обучаем мутантов, чтобы в будущем они помогали защищать нашу планету от внеземных вторжений. А не рассказывали мы тебе об этом, потому что это подпольная организация. – В защиту мира и подпольная? Что-то не особо верится. Родители переглянулись – Многим не верится. – Мама слегка стушевалась, но продолжила. – Мы не имеем должного уровня информации, но видели кое-какие бумаги. Похоже, что эта организация хочет установить свою власть в мире и готовит соответственное оружие. – Так почему же вы так долго там работали? – Думаешь, так просто от них уйти? У них повсюду глаза и уши. Обратиться в полицию – всё равно, что подписать себе приговор. А к правительству ты можешь даже не дойти. – Миссис Манобан хотела добавить что-то ещё, но замолчала, уставившись в окно. Лиса осмотрелась. Со всех сторон к машине подходили люди с оружием. Быстрым движением отец достал пистолет из бардачка. – Лиса, быстро опустись вниз. – Приказала мама. Мутант подчинилась. – Выйдите из машины. – Послышалось снаружи. Тишина. – Выйдите по-хорошему, или мы начнём обстрел! Тишина. Удар. Звук битого стекла. Ругань отца. Со стороны водителя выбили окно. Выстрел. Череда выстрелов. Крик матери. Кровь... Лиса аккуратно выглянула из-за кресел. Папа практически лежал на маме, лицо его было в крови, что сочилась из многочисленных пулевых отверстий, а пистолет лежал на полу. Манобан-младшая аккуратно потянулась и забрала его. Дверь с маминой стороны открыли. Лиса же вышла сама. – Не трогайте её! – Кинутая тринадцатилетней девочкой фраза сразу привлекла внимание всех. Из тени вышел мужчина среднего роста. – Опусти оружие. – Сначала отпустите маму. – Уверено произнесла Лалиса. Когда её слова не произвели должного эффекта, она приставила ствол к виску. – Не стоит идти на самопожертвование. – Вы ведь ищите меня, потому что я мутант? Не думаю, что моя смерть вас устроит. Отпустите маму или я застрелюсь. Секундное молчание. – Отпустить. – Коротко приказал мужчина. Приказ тут же был исполнен. Лиса медленно положила пистолет на крышу автомобиля. – Значит, ты знаешь о смысле нашей организации. Это конфиденциальная информация. – И что теперь? Заберёте меня? – Верно. Мы пока не знаем твоих способностей, потому ты отправишься в лабораторию. – Лалиса, не смей! Ты хоть знаешь, на что идёшь? Мы уже давно не семья, так смысл тебе портить свою жизнь ради меня? – А тебе смысл? – Её очень задели слова матери, но она не подала виду, оставаясь такой же серьезной. – Меня всё равно заберут, а так ты хоть не умрёшь. Мама молчала. Не говоря ни слова, судя по всему, главный здесь, мужчина подтолкнул Лису к дороге, где были припаркованы несколько чёрных джипов. "Злодеи всегда выбирают чёрные джипы." – Пронеслось в голове Манобан. Сам же главнокомандующий отдал приказ отвести маму домой, а труп отца спрятать.

***

– Ты говоришь про организацию, но разве Ц.П.Д.М. – это не просто точки выкупа? – Чеён свела брови и с любопытством уставилась на Манобан. – Сейчас да, но раньше это был огромный проект, который специально ставил эксперименты на мутантах, чтобы после использовать их в своих, часто "злодейских" целях. Но со временем Щ.И.Т их разбил и выведал все планы, кроме нашей и ещё нескольких баз. Оставшиеся люди начали создавать центры подготовки. Тебя тогда ещё не перевели, но Дженни и Джису должны помнить тот момент, когда тренировки приостановили. Им надо было затаиться. – Что это за организация такая была? – Поинтересовалась Дженни. – Г.И.Д.Р.А. Остаток вечера они провели в неловком молчании. Тревожные сны сегодня посетили каждого. И никто не слышал, как в темноте и тишине в подушку плакала Лиса. Также как и сама Лиса в ту роковую ночь не слышала тихого приказа главнокомандующего: "Убить".

База Мстителей.

14 июня 2025 года.

23:36

– Фьюри, да оставь ты мальца! У него уже нервный тик скоро начнётся от твоих вопросов. – Старк неотрывно следил за директором Щ.И.Т.а. За прошедший час у спидстера было два допроса и не на один из них Величайшие Герои Земли не получили нужных ответов. Если первый раз у парня на всё был ответ: "Я вам ничего не скажу", то во второй он и вовсе молчал. Фьюри это знатно выводило из себя. – Серьёзно, у него забрали способности, он до сих пор не спал и отказывается есть. Он ничего сейчас не скажет. – Произнёс только пришедший Брюс. – Отказывается есть, но позволяет пичкать себя антимутантской сывороткой? Не кажется странным? – Ник, наконец, отвернулся от экрана и уставился на учёного. – Может он на наркоте? – Тони вопрошающе смотрел на Беннера. – Нет, как раз. – Он уверено вывел на экран файлы с результатами анализов Джонсона. – Он чист. Никаких следов психотропных препаратов или гамма излучения. Совершенно обычный парень. Недоверчивый и умный, потому ничего не ест, мало ли чем мы его пичкать собирались, а вводить сыворотку позволяет, потому что понимает, что сопротивляться бесполезно. – А спать почему не хочет? Детское время закончилось. – Ну, во-первых, он подросток. У подростков, как мы знаем, своё время. Во-вторых, мы понятия не имеем, как их тренировали и какое у них было расписание. А в-третьих, из-за того же недоверия. – И так, подытожим. Мы разбили очередной корпус. У нас четыре сбежавших мутанта. Неизвестно, где находиться глава этого корпуса. И, в завершение, у нас в допросной сидит бунтующий подросток, который никак не хочет говорить. Я ничего не упустил? – Тони осмотрел всех присутствующих. Стив устало массировал переносицу, Клинт и Сэм о чём-то спорили, Брюс подавил смешок, а Фьюри пропустил шутку мимо ушей. Питер 15 минут назад ушёл на патруль. Директор решительно направился в допросную. – Перед тем как прибегать к допросу с пристрастием - вспомни, что это незаконно. – Крикнул в догонку Тони. – Не волнуйся, Стив не позволит. – Усмехнулся Сэм, смотря на догоняющего Ника капитана. – Он дважды отказывался что-то говорить, думаешь сейчас что-то изменится? – Роджерс проследовал за Фьюри. – Вряд-ли он сейчас что-то скажет, но не держать же его здесь всю ночь.

***

Желудок сводило болезненными спазмами. Марк не ел с самого утра. Конечно, ему предлагали поесть. Приносили самую разную еду. От тёплого супа до сладких булочек. Но за свои шестнадцать лет, пять из которых он провёл практически на улице, парень побывал в разных ситуациях. Приходилось воровать, бегать от полиции, ввязываться в драки, как бы ему этого не хотелось. За это время он усвоил три основных правила: 1. Воровать лучше всего в толпе. 2. Если люди к тебе добры, то им от тебя что-то надо. 3. Чем вкуснее бесплатно данная тебе еда, тем больше шансов, что она отравлена. Но его напрягает далеко не только вкусная еда. За всё время, что он находится здесь, его ни разу не ударили, не угрожали оружием и до сих пор не кинули в какую-нибудь камеру. Конечно, он был наслышан о Мстителях, о их доброте и справедливости, но всегда думал, что допросы проходят не без насилия. Двери отворились, пропуская всё того же одноглазого мужчину, представившимся Ником Фьюри, двух охранников с оружием и ещё одного человека. Марк узнал в нём Капитана Америку и с интересом рассматривал героя. – Знаешь, у меня кончается терпение. – Произнёс одноглазый. – За всё то время, что я тебя допрашивал, мы бы могли уже и друзей твоих найти, и руководителей базы, но ты упорно продолжаешь молчать. – Ответа не последовало. Ожидаемо. – Послушай, парень. Мы не сделаем тебе ничего плохого, нам просто нужны ответы. – Снова молчание. – Что ж. Не вижу смысла тебя больше допрашивать. – Произнёс снова Фьюри и обратился уже к охране. – Отведите его в подготовленную комнату. И проследите, чтобы он наконец поел. Джонсон закатил глаза на последнюю реплику, но покорно проследовал за охранниками. Ему действительно стоит поесть. Он слишком устал за день. Над остальным можно подумать и завтра.