Last Christmas

Фрэнк думал, что забудет Джерарда через пару дней, но не тут-то было. Он не стал рассказывать Майки о том, что между ними произошло, а ещё не стал отдавать свитер Джерарда, потому что так у него была хоть какая-то часть парня, надолго поселившегося в многострадальной голове. В пятницу, в канун Рождества Фрэнк как обычно выступал на сцене клуба, но в этот раз он усердно выглядывал в толпе Джерарда, однако Майки пришёл один, чем окончательно расстроил Фрэнка. Он ненавидел себя за это ещё больше, чем за повышающееся во время пьянки либидо — за эту дурацкую влюбляемость во всех хороших людей. Нет, если бы у Фрэнка был кто-то постоянный, такой херни бы не происходило, но пока что романтик внутри него воспринимал каждого второго человека, встреченного в жизни, как потенциального возлюбленного. Двадцать пятое декабря пахло запечённой индейкой и морозным воздухом. В ушах так и стоял рождественский звон, песни Фрэнка Синатры и эта проклятая «Last Christmas», исполняя которую, Фрэнк заметил Джерарда в огромной толпе, а после столкнулся взглядом, словно спрашивая: ну же, ты ведь тоже это чувствуешь? Фрэнк не собирался устраивать вечеринок, не хотел никуда выходить, поэтому заказал себе еду на дом и, дождавшись курьера, принялся смотреть «Гринча», развалившись на диване и поглощаяя один кусок пиццы за другим. Он ужасно расстроился, когда в дверь кто-то позвонил и не хотел идти открывать, но всё же с трудом поднялся с дивана и, тихо ругаясь, направился в прихожую, а когда заглянул в глазок, то сразу же испуганно отпрянул. Сорвавшись с места, он бросился в свою спальню, схватил свитер, с которым спал теперь каждую ночь, бросил на себя беглый взгляд в зеркало и, критически поморщившись, распахнул дверь. — Фрэнк, — выдохнул Джерард, неуверенно поглядывая на него. — Золушка, — усмехнулся Фрэнк и бросил ему в руки свитер. — Привет. — Привет, — Джерард улыбнулся, и сердце Фрэнка окончательно растаяло. Посторонившись, он пропустил Уэя внутрь, жалея, что заказал лишь пиццу с картошкой-фри, а не что-то покруче. — Не знаю, помнишь ты или нет, – Джерард нервно почесал затылок, стягивая ботинки, — но мы хотели встретить это Рождество вместе. — Да, как скажешь, — смущённо улыбнулся Фрэнк, и Джерард поднял на него встревоженный взгляд. — Если ты не хочешь, я могу уйти. — Нет, что ты! — испуганно воскликнул Айеро, замахав руками и, дождавшись, когда Уэй снимет пальто, крепко обхватил его пальцы, ведя в зал. Они расположились на диване, и Фрэнк снял фильм с паузы, как бы невзначай пододвигаясь ближе к Джерарду. — А можно спросить? — наконец осмелился он, заглядывая парню в лицо. — Где ты был всю неделю? — Да, — Джерард неопределённо кивнул, покосившись на Фрэнка. — Я пришёл, чтобы... Боже, я просто ссыкло, понимаешь? — Понимаю, — с готовностью кивнул Айеро. — Ты мне нравишься, — выпалил Джерард, чувствуя, как лицо покрывают пунцовые пятна, а в следующую секунду ощутил руки Фрэнка, обвивающие его талию и мягкие губы, касающиеся изгиба шеи. — Фрэнк... — М-м-м? — либо он слишком долго ждал, либо окончательно потерял башню, но всё же позволил себе пройтись языком по нежной коже, после чего коснулся губами уха и принялся мягко посасывать мочку. — Нам обязательно торопиться? — прошептал Джерард, переплетая их пальцы. — Как хочешь, — отстранившись, Фрэнк серьёзно посмотрел на него. — Правда, я не давлю. Просто ты такой, — не выдержав, Фрэнк снова уткнулся лицом в его шею, вдыхая запах, — ты такой невероятный. — Но мы даже толком не поговорили. — Мы очень много говорили. — Мы были пьяны! Фрэнк не ответил и молча положил голову на плечо Джерарда, впиваясь глазами в экран и мысленно стараясь успокоить свой член, вставший всего лишь-то от прикосновений к телу парня и запаха его кожи. Да, возможно, он и правда поспешил со своей настойчивостью, так что ему не хотелось больше пугать Джерарда. Они смотрели фильм, смеялись и глупо шутили, а потом Фрэнку в голову ударила идея пойти лепить снеговиков, на что Джерард поначалу отреагировал без особого энтузиазма, но уже на улице так увлёкся, что широкая улыбка ни на секунду не сползала с его лица. Катая ком по снежному покрывалу, Джерард думал о том, что это довольно странно — он всю неделю запрещал себе думать об этом парне, полагая, что поступил глупо и никакой взаимной симпатии нет, а теперь они делали снеговиков и иногда Фрэнк хватал его за края пальто, чтобы быстро поцеловать и игриво улыбнуться, сверкая искорками в глазах. — Эй! — возмутился Джерард, когда ему в плечо прилетел снежок. — Защищайся! — весело прокричал Айеро, подпрыгивая на месте, словно маленький ребёнок. — Ты понимаешь, что тебе придётся за это ответить? — угрожающе вопросил Джерард, и Фрэнк бросился наутёк, заставляя Уэя бегать за ним по всему двору до тех пор, пока тот не схватил его за капюшон, после чего они оба рухнули в снег, громко хохоча. — Ты придавил мне ногу, — хмыкнул Фрэнк, глядя на Джерарда, нависшего над ним. — Прости, — испуганно бросил Уэй, убирая носок ботинка с ноги Айеро. Улыбнувшись, он обхватил руками лицо Джерарда и притянул к себе, целуя более настойчиво, чем прежде. Он снова ощущал усиливающееся возбуждение, и это уже начинало раздражать. До тех пор, пока Джерард, отстранившись, не сказал подозрительно низким голосом: — Может, пойдём в дом? Фрэнк кивнул, и Уэй встал на ноги, помогая ему подняться. Взявшись за руки, они вернулись в тёплое помещение, и не успел Фрэнк стянуть с себя куртку, как Джерард схватил его за плечи, резко прижав к стене, целуя так жадно, что у Фрэнка дыхание перехватило. — Воу, ты что, мозги отморозил? — попытался пошутить Айеро, отстранившись. Он был слишком удивлён такому порыву. — Нет, просто мне надоело смотреть на тебя и пускать слюни, так что, если ты не против... — Джерард закусил губу и немного виновато посмотрел на Фрэнка. — Ты хочешь меня? — Ещё как, боже ты мой, — судорожно выдохнув, Фрэнк рывком стянул с него очередной тёплый свитер (кошмар, у него что, коллекция?) и снова прижался к желанным губам, не веря, что то, о чём он думал последнюю неделю, происходит наяву. Спотыкаясь и глупо хихикая, они добрались до спальни, где Фрэнк толкнул Джерарда в сторону кровати, и они как-то неловко, даже комично рухнули на матрас, едва сдерживая в себе хохот. — Ты совершенство, — улыбаясь, шепнул Фрэнк, устроившись между ног Джерарда, в ответ на что услышал сдавленное фырканье. — Не ври, Фрэнки, не будь плохим мальчиком, — произнёс Джерард скорее в шутку, но вышло как-то уж слишком пошло и развязно, так что Фрэнк снова припал к его губам, мокро скользя по ним и параллельно освобождая себя от одежды. — Ты охренеешь, но я повесил над кроватью омелу, — усмехнулся Фрэнк отстранившись и вынуждая Джерарда задрать голову, чтобы встретиться взглядом с небольшим букетиком. — Ты адекватный? — Я подумал, вдруг ты всё-таки придёшь, и это было бы так... Ну, романтично, — Фрэнк быстро стянул футболку, оставшись теперь в одних боксерах, и опустил ладони на грудь Уэя. — Это, конечно, романтично, но, — Джерард снова перевёл взгляд на Фрэнка и, увидев уже обнажившийся торс, громко сглотнул. — Чёрт, эти татуировки, ты, блять, горяч. Улыбнувшись, Фрэнк задрал футболку Джерарда, помогая избавиться от неё, и прошёлся рукой вверх по округлому животу, сжал мягкий сосок, а после наклонился и припал губами к его шее, оставляя на ней, а потом и на ключицах алеющие пятна. Он проложил дорожку поцелуев к животу, прижался ухом к мягкой тёплой коже, пока Джерард не потянул его настойчиво за волосы. И хотя Фрэнк понимал, что готов пролежать так очень долго, ему уже не терпелось коснуться его, попробовать его на вкус, услышать наконец его стоны. Поэтому он как можно быстрее расстегнул дрожащими пальцами ремень, а после и джинсы Джерарда и, чуть спустив их, провёл кончиком носа по набухшему органу сквозь ткань боксеров. Джерард издал сдавленный стон, и Фрэнк довольно улыбнулся, проведя по спрятанной под тканью эрекции щекой, губами, задержав губы на бугорке и обхватив его, ставшего уже влажным. Чуть приподнявшись на руках, он голодным взглядом окинул тело Джерарда: слегка порозовевшую кожу вздымающейся груди, расцветшие на шее пятна засосов, нежно-алые мягкие щёки и приоткрытый рот, умоляющий не останавливаться. Начинать отношения после пьянки несколько странно, но можно ли назвать это отношениями? Вполне, думал Фрэнк, снимая с ног Джерарда джинсы, а потом медленно стягивая нижнее бельё и слушая изнемождённое дыхание. Они нравятся друг другу, а Фрэнк и вовсе уверен, что уже по уши влюблён, они собираются заняться любовью, и если это не отношения, то что тогда? Фрэнк не хотел думать об этом, он пялился на вздымающийся член Джерарда, чуть подёргивающийся от невозможного возбуждения. — Прикоснись ко мне, умоляю, — страдальчески протянул Уэй, неосознанно дёргая бёдрами. Фрэнк и сам был возбуждён до предела, особенно теперь, видя Джерарда во всей его обнажённой красоте. Но лежать в таком беззащитном положении и ожидать каких-либо действий было, наверное, сложнее, поэтому Фрэнк решил больше не томить его и, наклонившись, обернул пальцы вокруг Джерарда, слегка надавливая, а после коснулся губами, обхватывая налившуюся кровью плоть и осторожно скользя вниз. Джерард протяжно простонал, хватая Фрэнка за волосы, теряя пальцы в густых тёмных волосах, и в этом стоне было столько искренней благодарности, что Фрэнк издал ответный, запуская вибрации по члену, с каждым движением всё глубже оказывающемуся во влажном кольце его губ. Он скользил всё быстрее, слюна стекала по уголкам рта, подбородку, по эрекции парня, уже выкрикивающего имя Фрэнка и, не в силах сдерживать себя, подкидывающего бёдра вверх. Слишком резко задев заднюю стенку горла, Джерард испуганно вздрогнул и перевёл взгляд на Фрэнка. Тот на некоторое время отстранился, позволив члену выскользнуть изо рта и, быстро прочистив горло, вновь наклонился над ним, касаясь мошонки, массируя нежную кожу. Фрэнк влажно облизнул губы, позволил слюне стечь вниз по всей длине, а после снова обхватил губами эрекцию, зная (скорее веря), что теперь Джерард будет осторожнее. Он сильно втягивал щёки, двигаясь по разгорячённой плоти, скользя по задней её части языком, с трудом стянул с себя боксеры и параллельно тёрся о матрас, не в силах более справляться с возбуждением. Заметив это, Джерард резко сел, вынуждая Фрэнка отстраниться. — Что-то не так? — напряжённо спросил Айеро. — Ты как следует разглядел меня, и у тебя сейчас упадёт? — Дурак, — беззлобно рассмеялся Джерард и обхватил его плечи, заставляя приподняться. Они оба упирались коленями в матрас, глядя друг в другу глаза, когда Джерард закусил нижнюю губу и нетерпеливо обхватил член Фрэнка, поймав большим пальцем предэякулят и размав сначала по головке, а потом по всей длине. Он меньше всего хотел прерывать то, что Фрэнк творил с ним, но он просто не мог смотреть, как этот очаровательный мальчик настолько сильно хочет подарить ему оргазм, что сам довольствуется трением о простыни. Подобравшись чуть ближе, Джерард впился губами в изгиб шеи Фрэнка, чуть прикусывая, а после проводя по покрасневшему следу острым кончиком носа. Фрэнк тяжело дышал, и Джерарду тоже было нелегко, он и так сделал над собой большое усилие, чтобы теперь стоять на коленях напротив парня и дотрагиваться до него. Их плоть соприкоснулась — всего на мгновение, но этого хватило, чтобы Джерард поймал пальцами свой член и прижал его к члену Фрэнка, рвано двигая бёдрами и постанывая от этой нереальной близости, от солоноватого вкуса кожи под своими губами, от ощущения языка, скользящего по его шее и дыхания, обжигающего ухо. Фрэнк обнял его, скользя руками по спине и двигая бёдрами ему навстречу. Он коснулся кончиком языка ушной раковины Джерарда, проводя глубокую линию, а после забрался в ямку между раковиной и мочкой и снова скользнул к шее, расчерчивая кожу горячими мазками. — Ты сведёшь меня с ума, — прошептал Джерард. — Значит будем в соседних палатах лежать, — так же шёпотом проговорил Фрэнк, и Джерард, не удержавшись, прыснул, уткнувшись ему в плечо. Второй рукой он сжал его ягодицу, наверное, до покраснения, но видит бог, Фрэнку это только нравилось. Фрэнк только рад был чувствовать длинные пальцы на своей коже, всё-таки больше концентрируясь на тех, что обвивали их обоих, создавая дополнительное трение и заставляя их быть так близко, что это сносило крышу. Он чувствовал каждый его миллиметр самой чувствительной частью своего тела, и его сводила с ума мысль о том, что Джерард чувствует то же самое, вжимаясь в его тело и то поглаживая по очереди одной рукой, то крепко обхватывая его ягодицы. Фрэнк точно знал, что на лбу выступила испарина, но он не собирался вытирать лицо, его руки были слишком заняты — он скользил ими по спине, ягодицам, бёдрам, бокам Джерарда, стараясь запомнить его тело наощупь, стараясь быть везде, где только можно быть. Он тяжело дышал, приоткрыв рот и негромко постанывая, в то время как Джерард удивительно мелодично стонал ему в ответ, прижимаясь щекой к его плечу. Мазнув по ключицам Фрэнка губами, он поднял лицо и, встретившись лишь на секунду взглядом, поцеловал его, проникая в рот языком, облизывая его губы, а после и язык, совершенно не беспокоясь об излишках слюны, оставляемых ими на губах друг у друга. Джерард двигал рукой всё быстрее, пока внизу живота не начало чересчур сильно нарастать напряжение, вынуждая его ещё глубже целовать Фрэнка, ещё требовательнее толкаться в его рот, а после, не удержавшись на дрожащих коленях, — рухнуть на спину, утягивая Фрэнка за собой. Тот бы непременно заржал, но ему так хотелось довести Джерарда до конца, что он проглотил смешок и уже сам прижал их плоть друг к другу, двигая рукой сумасшедше быстро и глядя ему прямо в глаза. Наконец Джерард вздрогнул и, выгнувшись в спине, излился, поджимая пальцы ног и сжимая руки в кулаки. Он зажмурился, а после резко отбросил руку Фрэнка в сторону, мешая ему довести себя до оргазма. Парень возмущённо выдохнул, но Джерард смахнул мокрые от пота пряди волос с лица и, всё ещё не справившись с бешеным сердцебиением, с трудом поднялся, заставляя Фрэнка подвинуться. Сев рядом с ним, он наклонился и без предупреждения взял его подрагивающий член в рот, тут же втянув щёки и начав как можно быстрее двигаться. Фрэнк бы всё, наверное, отдал, чтобы видеть в этот момент его лицо. Он пообещал, что однажды непременно заставит Джерарда смотреть ему в глаза во время минета, а потом растворился в ощущениях, окончательно теряясь и с трудом заставляя себя держать глаза открытыми, чтобы видеть прекрасный обзор на согнувшегося перед ним парня. Фрэнк кончил с громким стоном, едва ли не подпрыгнув на месте, и Джерард ещё некоторое время слизывал сперму с его члена, заставляя Фрэнка, вернувшегося с небес на землю, внезапно покраснеть. Выпрямившись, Джерард облизнулся, вытер тыльной стороной ладони губы и вопросительно взглянул на Фрэнка. Тот быстро кивнул, прочитав немой вопрос по глазам и поцеловал его, ощущая свой вкус на его губах, что было довольно странно, но... Так честно, что ли. — Майки нас убьёт, — прошептал Фрэнк, когда они переместились на подушки и легли друг напротив друга. — О, ты мог бы не думать о моём брате, пока мы трахаемся? — усмехнулся Джерард и ущипнул его за нос. — Технически мы уже не трахаемся, — Фрэнк легонько шлёпнул Уэя по ладони, и он тихо ойкнул. — Он мне разрешил. Ну, в смысле, ещё тогда, в клубе. Он сказал, что познакомит нас, но взял с меня обещание, что я не буду использовать тебя... В грязных целях. Что ж, — Джерард хмыкнул, — миссия с успехом провалена, хотя я думал, что провалю её ещё неделю назад, когда мы часов сто целовались с тобой, а мой член уже стоял колом. — Фу-у, — притворно протянул Фрэнк, за что оказался награждён негодующим взглядом. — Тебе не стыдно? Затащил лучшего друга своего брата в постель через неделю после знакомства. — Ты слишком хорошо исполнял песню, которую я ненавижу всем своим сердцем, — Джерард коснулся пальцами его лба, убирая влажные пряди волос. — А какую песню ты ненавидишь? «Last Christmas»? — удивлённо проговорил Фрэнк. Джерард лишь сдержанно кивнул. — Просто Майки тоже. А я считаю, что вы оба придурки, потому что главный герой после расставания заявляет, что теперь отдаст своё сердце кому-то особенному. Согласись, это уже не так грустно звучит. — Возможно, — Джерард обхватил руку Фрэнка, лежащую сбоку от подушки и, поднеся к лицу, принялся внимательно разглядывать татуировки. — Правда теперь она ещё больше напоминает мне мою жизнь. Он поднял глаза, встречаясь взглядом с Фрэнком и довольно улыбнулся, заметив, как тот зарделся. Чмокнув его в лоб, Джерард устроился ближе, совсем слегка прикусывая подбородок Фрэнка, а после утыкаясь в него носом. — Счастливого Рождества? — неловко усмехнулся Фрэнк, поглаживая парня по волосам. — Счастливого Рождества, — глухо отозвался Джерард, всё ещё вдыхая запах его кожи. За окном летел снег, отчасти заметая снеговиков, которых они сегодня налепили, мимо калитки проходили нарядные люди, спешащие на семейные ужины, вечеринки, чёрт знает куда... А над кроватью всё ещё висела омела, словно напоминая, что теперь не только у Рождества были все шансы стать счастливым.