Рядом с тобой

      Ойкава таскал из под руки девушки,готовящей онигири,кусочки рыбы,за что получал по рукам и с недовольным лицом уходил за стол снова. Ему нужно было составить график перелётов команды т.к скоро у них намечаются сборы в Канаде.       Мицуки погруженная в свои мысли тихо улыбалась себе под нос и сворачивала рисовые колобки. Ей было приятно готовить Ойкаве,да и сам процесс готовки отвлекает от ненужных мыслей.       —Ойкава,я закончила,тебе ещё много осталось?—Акане подошла к парню со спины и обвила его шею руками.       Ей хотелось прижаться к его широкой спине,зарыться носом в шею и вдыхать запах давно любимого человека. Она до сих пор не верила,что находиться рядом с ним,держалась за ниточку реальности как за самое дорогое в жизни.       —Уже заканчиваю,моя любовь—парень чмокнул девушку в руку,а она залилась краской от подобного заявления.       Ему было правда так легко сказать это?       Мицуки отстранилась и стала накрывать стол,Ойкава отнес ноутбук и сел на высокий стул поджав ноги. Во время еды никто из них не молчал.       Ойкава старался увести девушку от темных мыслей и рассказывал о том,как однажды он приготовил онигири для мамы,а та потом лежала с отравлением в больнице. Было и смешно и грустно. Мицуки в их компании единственная умела вкусно готовить почти всё,единственное,что у нее не получалось—блинчики с бананом. Как иронично,не уметь готовить своё любимое блюдо.       После трапезы Ойкава снова вызвался убрать со стола,девушка была совершенно не против такого,все же готовка отнимала силы.       —Слушай,Акане-чан,я думаю нам нужно купить мольберт и все остальное,давно не видел как ты рисуешь. Твоя лучшая картина будет «Великий Король»!       —Тоору,спасибо,я закажу завтра и оплачу сама! Даже не вздумай отнекиваться! Я неплохо заработала с продажи прошлых работ,так что не обеднею.       Акане было стыдно жить за счет Ойкавы полностью. Уже почти неделю девушка не прикасалась даже к своей банковской карте,потому что подлец Ойкава всегда прерывал попытки на корню.       —Хорошо-хорошо! Ни капли возражений!—что-то в этой ехидной ухмылочке не понравилось темноволосой,слишком хорошо она знала Дуракаву.       В дверь зазвонили,Ойкава удивлённо поднялся со стула и поспешил открывать незваному гостю. Акане осталась на кухне,не желая высовываться лишний раз. Конечно прятаться вечно она не собиралась,но сейчас,пока тревога ещё была,она хотела ограничить общение с внешним миром и незнакомыми людьми. Тоору вернулся быстро грохоча какой-то слишком большой коробкой.       —Помоги распаковать,сказали доставка,надеюсь никаких сюрпризов от моих поклонниц.       Акане надув губы лишь при упоминании поклоннниц ушла за ножом. Распаковка такой большой коробки заняла немного времени. Ойкава почему-то отошел от девушки подальше,пока она разрезала последний слой упаковки.       Мольберт. Краски. Кисти. Пачка карандашей. Мицуки злобно посмотрела на, чесавшего затылок с абсолютно невинным лицом,Тоору. Запланировал значит,не зря та ухмылочка ей не понравилась.       —Ойкава,ты это специально? Спасибо,конечно,но желание настучать тебе сейчас по твоей голове гораздо сильнее,чем желание рисовать.—Акане вскочила и побежала за брюнетом,который спешно удалялся в комнату.       Она завалила его на кровать,села сверху и начала щекотать бока парня,пока он старался изо всех сил,на самом деле нет, прикрывать уязвимые участки.       —Акане-чан,ты такая жестокая! Прекрати!—сквозь смех говорит парень.        И резко меняет их с девушкой местами. Нависая над ней он смотрит в глаза и невинно улыбается. Такая теплая улыбка,не каждый человек способен одним лишь в взглядом и растянутыми в улыбке губами довести до дрожи в коленях от радости,до сжатия сердца от теплоты чувств. Улыбка дорого человека именно так влияет на тело.       —Тоору,мне сейчас неловко,слезь.—Акане не могла насмотреться на него,но смущение взяло верх.       Тоору слазить не спешил,только наклонился так,что их носы почти соприкасались. Сердце застучало оглушительно быстро. Легкий поцелуй в скулу,в щёку,в уголок губ,в губы и подбородок. Это было мило,так мило,что хотелось прижать Ойкаву к себе и сдавливать в объятьях.       —Я так рад,что ты наконец-то рядом. Прости,что не признался раньше,я тебя правда...—звонок входной двери прервал такой интимный момент.       Чертыхнувшись волейболист пошел смотреть,кто же пришел ещё,кроме доставщика он никого не ждал.