Герой, заслуживающий второй шанс.

— Болезнь... Причуды? Голос Шото больше неуверенный, чем испуганный, но Нацуо чувствует, что что-то не так. Позади стоящие мама и папа тревожно переглядываются. Но почему?.. Нацуо поглощает тьма. Внезапно, он видит Тойю. Брат стоит спиной к нему, вокруг него огонь... Он жжет, все разрушает... Нуцуо кричит, зовёт его, бежит за братом, но внезапно Тойя оборачивается. Сзади него появляется человек с белыми волосами, с уродливой маской, и внезапно хватает закричавшего Тойю. Нацуо бежит, бежит за ним, несмотря на пламя брата, которое обжигает, но внезапно огонь Тойи окончательно отталкивает его в сторону, и он падает. — Не... Подходи. — тихо, с волнительным хрипом произносит старший. Его лицо красное от слез, но в глазах стоит какая-то жёсткая решимость — прямо как у папы, когда тот что-то решил и отступать не намерен... Неожиданно, Тойю поглощает что-то фиолетовое, как портал, и он со странным человеком в маске пропадает. Нацуо кричит, но это бесполезно. Тойя пропал. Тойи больше нет. — ААА!!! — вскричал беловолосый, едва переведя дыхание. — Эй, ты чего? — хрипло сопя, в дверь вдруг зашёл Тойя. Нацуо с трудом взял себя в руки. — Кошмар. — коротко сказал он. Внезапно, его взгляд перехватил часы: два ночи. — Погоди, а что ты тут делаешь?!! Ну, вернее, почему не спишь... Ты ведь болеешь... Да и вообще, нам ведь запретили общ... — Да не спится, вот и все, забей. — немного сердито перебил Тойя. Неожиданно, Нацуо судорожно вздохнул. — Что такое? — Тойя в недоумении уставился на брата. — Да просто... Я до сих пор как в кошмаре... — поделился Нацуо. — Тот доктор... — Странный, соглашусь. — просто сказал старший — совсем не то, что на самом деле имел в виду Нацуо, не слова и прогнозе болезни брата, а что-то другое, более простое... — Ладно, Нацу, спи, я не хотел тебе мешать, так что... — Н-нет, что ты, ты не мешал! — с плохо скрываемым испугом перебил Нацуо. — Просто... Тойя тяжело вздохнул: было видно, что этот разговор его уже утомил. — Я пойду к себе. Если все будет слишком плохо... заходи. — усмехнулся он, после чего устремился в сторону выхода из комнаты. Нацуо тяжело вздохнул: может Тойя и не понимает всего, что происходит, но он-то точно не сможет забыть, что произошло после завтрака, когда на пороге комнаты старшего вдруг возник этот странный доктор... — Ну что ж, рассказываете юноша, с каких пор у вас болезнь причуды. — доктор Тсубаса требовательно уставился на бледного от рвотного приступа Тойю. Шото испуганно прижался к старшему, робко поглядывая на позади стоящего Нацуо. — Болезнь... Причуды?.. — тихо спросил малыш. Нацуо тяжело вздохнул и вдруг подошёл к Шото, взяв его за руку и отведя от старшего. В комнату зашли отец и мать: Энджи выглядел хмурым, а Рей — встревоженной. — Шото, Нацуо, пошли. — тяжело вздохнула внезапно появившаяся Фуюми. Нацуо помрачнел. Внутри него сжался целый ком эмоций. — Идите. Я должен... Сходить к себе. Мяч положить. — едва не произнеся это дрожащим от волнения голосом, сказал он. Фуюми с волнением посмотрела на брата. — Только не вздумай подслушивать, знаю я тебя! Нацуо кое-как усмехнулся. — Ещё чего... — Итак, я хотел бы перейти сразу к сути: для понимания, что с вашим сыном, вам нужно будет завтра пойти и сдать анализы крови, чтобы мы конкретно поняли, с чем имеем дело. — Тсубаса серьёзно посмотрел на изумлённого Энджи, после чего перевел взгляд на полностью ничего не соображавшего Тойю. — Но по всем симптомам я могу с уверенностью сказать, что это — болезнь причуды. Вирус, который развивается от использования причуды, идёт по крови и всячески мешает своему носителю. Победить этот вирус может только сама причуда, которую мы можем укрепить с помощью конкретных процедур, но самого лекарства от данного вида болезни пока нет. Рей Тодороки в волнении закусила губу. — Скажите, доктор, что мы пока можем сделать, чтобы замедлить эту болезнь?.. Тсубаса нахмурился. — Случай довольно-таки интересный, мисс Тодороки. Поэтому, учитывая слабое состояние тела вашего сына, все что в наших силах — это водить его на процедуры в нашу клинику. И самое главное: сейчас, на момент его болезни... — доктор сделал паузу, подчёркивая важность своих слов. — Ему лучше избегать общения с другими детьми. Он не заразен, но все равно, это для его же блага. А об остальном я хотел бы поговорить с вами лично — без присутствия ваших детей... — он встал, давая понять, что разговор в присутствии Тойи окончен. Внезапно, красноволосый вскочил на ноги. — А я смогу... Смогу тренироваться с папой?!! Тсубаса посмотрел на мальчика с крайнем неодобрением. — На твоём месте я бы сидел и просто проходил курсы лечения. Тебе необходим отдых, и нежелательны контакты с братьями и сестрой. Все ясно? — его голос стал железным. Тойя грустно вздохнул и опустил голову. — Да... Рей Тодороки тяжело вздохнула и аккуратно прижала мальчика к себе. — Все будет хорошо, не бойся. Все обойдется, вот увидишь... Тойя тихо усмехнулся. — Кого ты утешаешь, мам, меня или себя? Я в порядке. Правда... — после чего мальчик тяжело вздохнул и вышел из комнаты, как вдруг... — А-ай! — Нацуо схватился за лоб, об который ударился об Тойю. Старший брат с изумлением уставился на младшего. — Что ты тут делаешь, а?!! — злым шепотом, чтобы стоявшие сзади родители и врач, пока говорившие о своих делах, не заметили Нацуо, спросил он. — Нам теперь нельзя общаться! Нацуо надулся, скрестив руки на груди. — Подумаешь! Он ведь сказал, что это незаразно... — он устремил серьезный взгляд на Тсубасу и внезапно, сердито фыркнул: — Да и вообще, тебе всегда было плевать на правила, так почему же тут вдруг ты решил слушать остальных, а? Тойя помрачнел. — Иди к себе, Нацуо. — коротко сказал он, после чего развернулся и стремительным шагом пошел прочь от брата. Нацуо злостно посмотрел ему вслед. «Дурак! Я нужен тебе...» Хотя сам не был уверен в собственных мыслях... — Энджи, что нам делать? Что же нам делать? — Рей дрожащей рукой закрыла дверь в комнату, чтобы дети не слышали всего этого ужаса, так внезапно навалившего на их семью. Прогноз доктора Тсубасы, который особенно надавил на «слабое здоровье вашего сына», и «процент выздоровления крайне маловероятен, учитывая данные по физическому здоровью Тойи Тодороки» сильно пугал мать четверых (четверых!) детей, к которым она относилась с равной любовью и лаской. Старатель сердито нахмурился. — Я никогда не понимал, почему именно он. Почему именно Тойя всегда попадает в неприятности — не Нацуо, Шото, Фуюми — а Тойя! Почему только Тойя — наша главная проблема... — Не говори так! — внезапно взвилась Рей. — Не называй его проблемой! Он не виноват... — Но все же признай, что он является нашим самым сложным ребенком. — серьёзно произнес муж. — Он постоянно... Не знаю, как описать, но я стал замечать в нем все свои сложности характера, все свои проблемы... От тебя помимо слабого тела он унаследовал открытость чувств и доброту. Но это добро поглащает его гордость и баранье упрямство, его постоянный выбор сложного пути! И я не знаю, что нам с этим делать. Возможно, однажды я не сдержусь и сорвусь на нем... Нацуо вздрогнул. Он просто ходил попить, но стоило ему услышать, как дверь в спальню родителей закрылась, и какой встревоженный голос у мамы, он не смог устоять и тихо подкрался к двери, чтобы послушать, о чем родители говорят. Вся эта ситуация... Пугала каждого из семьи Тодороки. Но для Нацуо, который был из всех, кроме папы, ближе всех к Тойе, Нацуо, который знал старшего лучше всех... Раньше он думал, что так же знал и папу. Но он и близко не мог подумать, чтобы отец так говорил о Тойе! Чтобы так давил и показывал свое недовольство характером сына, его чертой «выбирать сложные пути» Да, он со сложностями, но это ведь не повод сдаваться! Ведь Тойя нуждается... Не только в Нацуо, но и в нем — папе, своем главном герое и идеале! Что будет, если он услышит, какие обидные вещи о нем говорит его пример для подражания?!! — Знаешь, Рей, я никогда не думал, что скажу это вот так прямо, но Тойя... Он мой провал. Моя ошибка. И я не знаю... Не знаю, что мне с ним делать. Рей хотела было что-то ответить, но слова сами застряли в горле — она ни могла произнести ни слова на такие жёсткие, но полные правдой слова. Нацуо не мог больше держать себя в руках — на это просто не оставалось сил! — до того быстро все его мечты и свет счастливой семьи рушились, покидали его, становились мечтами, а не реальностью... Дальше мальчик слушать не стал — просто не смог бы... Пулей выскочив подальше от комнаты родителей, беловолосый со всех ног помчался в сторону своей комнаты — не дай Бог Фуюми и Шото увидят, в каком он состоянии — и кто знает, чем это обернется... — НЕТ!!! ЭТО НЕ ПРАВДА!!! ТОЙЯ НЕ ПРОВАЛ!!! — со всей силы ударив кулаком об стенку, вскричал он. Струйка крови потекла по его руке, но Нацуо было плевать — до того сильная обида и боль у него появилась на папу, за его страшные слова о брате... Прокричав в подушку ругательства, Нацуо закинулся на кровать спать — но перед этим чёртовы слезы так и хлынули, заставляя дрожать от неописуемой боли и страха... «Почему же эту боль испытывает не только Тойя, но и я?..» Оставшееся время Нацуо проспал, и только сейчас — в два часа ночи, проснулся, да и то, только из-за кошмара! Но то, что он увидел Тойю, навлекло его на странные чувства: с одной стороны он до ужаса был рад, что кошмар остаётся кошмаром — с братом все хорошо, но на долго ли? И это странное чувство вины перед Тоей за то, что он знает о нем от папы больше, чем сам Тойя... Нацуо тихо всхлипнул. Он всегда держал себя в руках и если что был рядом с Тоей, но сейчас уже ему было сложно. Уж лучше он выплачется, и даст волю эмоциям, чем потом будет ходить замкнутым и напряжённым. Но один вопрос так и разрывал его на части. «Почему именно ты — Тойя?..»