Как приручить генетику

В ночь перед днём выступления сыпал снег, а после всё утро Астер слышал за окном технику, которая расчищала дороги. Сегодня у него был последний экзамен в университете, а после него омега планировал поехать на репетицию и в сам клуб. Этого дня он ждал так, как никакого другого в своей жизни, поэтому в процессе всего завтрака с его лица не сходила улыбка. — Такой счастливый, что полугодие закончилось, да? — с усмешкой спросил у него Лиен. — Ну да, — довольно кивнул Астер. — А ещё и снегу рад. Посмотри, сколько намело-то! — Катайся аккуратнее по такой погоде. Если узнаю, что превышаешь скорость, посажу с тобой водителя! — Конечно, конечно, как скажешь, Лин, — привстал омега, чтобы обнять мужа и поцеловать его в лоб. — Я сегодня попозже домой приду, посижу у Люксена. Лиен немного похмурился, вроде бы собираясь возразить, но второй поцелуй заставил его передумать. — А вечером буду принадлежать одному только тебе и делать всё, что захочешь, — прошептал омега, теперь заставив и мужа улыбнуться. — Так уж всё? — И не сомневайся, — согласился Астер, выпрямляясь и уходя переодеваться. «Конечно, всё то, чего захочу я сам», — мысленно добавил он по пути наверх. Экзамен был устным, и Астер откровенно не знал билет, который ему выпал. Учил только те вопросы, которые ему хоть как-то были интересны, и надеялся больше на удачу, но она его подвела. К счастью, преподаватель вошёл в положение и разрешил перевыбрать билет, что слегка спасло ситуацию, но всё равно выше тройки он получить за свой ответ не смог. Ранее бы Астер впал в депрессию и поставил весь университет на голову, вынуждая деканат провести пересдачу и повысить оценку, но сейчас ему было всё равно. Всеми своими мыслями омега был в том самом клубе, выступая на сцене и держа в руках гитару. Весь день он болтал, не переставая, а замолчал лишь тогда, когда приехал на репетицию. В стороне тихонько посмеивались Дэм и Люксен, а Астер делал вид, что и этого не замечает. К нужному клубу они приехали к шести, раскладывая оборудование и примеряясь к новому месту. Чуть позже подъехали и Глен с Крисом, ободрительно рассматривая трёх омег на возвышенности. Астер подумал, как здорово было бы, посмотри на него сейчас и Лиен тоже, но быстро одёрнул себя от подобной мысли. Его муж ни в коем случае не должен узнать о том, что сегодня тут произойдёт. — Ну всё, идите переодеваться, а то не успеете подготовиться, — подначивал их Крис, ведь Астер всё никак не мог отойти от любимой гитары. Пришлось остальным двум омегам тащить помешавшегося под руки, а тот при этом комично выкрикивал, посмеиваясь: «О нет, моя дорогая, я покидаю тебя». — Закрывай глаза, красить тебя буду! — строго выговорил Люксен, оценивая образ Астера: сегодня на нём была кожаная жилетка поверх рваной чёрной майки и в тон к ним штаны со свисающим на левое бедро ремнём. — Незачем меня красить, я и сам могу! — возмутился Астер, ведь действительно много тренировался и достиг кое-каких успехов. — Ага, как же! Только размажешь по лицу всё, а времени стирать и начинать заново нет! — отрезал Люксен, становясь рядом. Дэм в это время подошёл с другой стороны, вовсю сверкая очередным ярким нарядом, от которого слепило глаза. Один Люксен был одет максимально просто, пусть и необычно. Больше всего его образ создавали ярко-зелёные волосы, которые он покрасил специально для этого мероприятия. — Будешь брыкаться — поцелую тебя разок. Сразу успокоишься! — поставил условие Дэм. Пусть Астер и не особо верил в исполнение данной угрозы, сел всё равно ровно, позволяя себя красить. Дэм работал как никогда виртуозно, обведя глаза длинными стрелками и добавив теней. Образ Астера получился максимально чёрным, но в контрасте со светлыми волосами только более привлекательным. — Ну всё, теперь я определённо хочу тебя, — не сводя взгляда с разрисованного лица, завороженно проговорил Дэм. — Давай так, Дэмми: в следующей жизни, если она у меня будет, — я твой. Сейчас извини, но нет, — подчёркнуто серьёзно ответил Астер, ведь на этот раз интонация друга ему не пришлась по душе. — По рукам тогда, — согласился тот, помогая Астеру подняться. — Ну что, а теперь на сцену? Покажем им, как нужно рвать публику? — Стены задрожат от нашей музыки! — согласился Люксен. — Это станет лучшим днём в наших жизнях! — громче остальных проговорил Астер, толкая дверь и выходя. В зале в это время собралось ощутимое количество народа. Основной массой были, конечно, студенты, ведь у большинства это был последний учебный день и все они рвались отметить его где угодно. Среди присутствующих Астер и заметил несколько знакомых лиц, которые он уже видел на собрании байкеров, но особо рассматривать не стал, всё своё внимание возвращая гитаре. С первых аккордов его унесло куда-то в неизведанное. Астер перестал замечать даже двух своих друзей, пусть и оставался с ними на одной волне, ни разу не сбиваясь. Всё, что им овладело со всех сторон, — это музыка. Она была везде: над головой, под ногами и внутри. Омега переполнялся, отыгрывая ту или иную песню. Дэм подпевал, а Люксен задавал ритм, но для Астера его партия звучала словно бы соло, в этот момент он играл именно своей душой и был уверен, что лучшего чувства в этой жизни для него не существует. По окончанию основной программы их попросили сыграть ещё. А потом ещё и ещё. Астер снова потерял счёт времени, но играл с таким же удовольствием. Где-то на задворках сознания он уверял себя, что даже если и задержится, то всё равно придумает, как оправдаться перед Лиеном. Всегда придумывал, а тот всегда ему верил. Поверит и в этот раз, ведь они оба могли влиять друг на друга. Проба первого выступления превратилась в маленький концерт, только вот в данном случае у музыкантов не было большого опыта и кучи песен, которые они могли бы предоставить на суд зрителям, поэтому Дэм пел любые, которые только знал. Зрители ему подпевали, а друзья создавали необходимое сопровождение. Музыкальный дебют вышел по-настоящему успешным, и Астер уже было подумал, что они могли бы действительно записаться профессионально, продавая свои песни. Столько мыслей витало в его голове по окончанию их первого в жизни выступления, что он не мог прийти в себя от счастья. Дэм, не расставаясь со своей гитарой, вышел к столикам, решив сразу поцеловать Криса. Астер тоже медленными шагами побрёл к ним, крепко сжимая гитару и тяжело дыша. Ощущения всё не отпускали его, но ровно до того момента, пока он не столкнулся взглядом с Лиеном. Тот сидел за одним столом с Крисом и Гленом, но чуть поодаль от них. Дэм так и вовсе не замечал лишнего человека рядом, а вот Люксен весь напрягся, подходя к Астеру со спины и шепча тому на ухо: — Это что, Лиен? Ты его позвал? — Нет… — тихо и обречённо проговорил он, в этот момент забыв, как дышать. Не было больше ни одышки, ни приятного трепета. Был только страх. Страх и желание оказаться где угодно, но только не тут. — Эй, Астер, — подлетел к нему Дэм, кладя руку на плечи и уводя к столику, — пойдём выпьем за это! Ты не имеешь права отказаться! — возбуждённо проговорил он, пока Астер выглядел не лучше зомби. Крис тоже сделался озадаченным, косясь на третьего их спутника за этим столом. Таким же был и Глен, не спешащий обнять и поздравить своего омегу с первым успехом. — Забери мою гитару, Дэм, — жуя буквы, проговорил Астер, снимая с себя инструмент и краем глаза замечая, что Лиен уже идёт к нему. — Я должен срочно уйти! — Всё верно, ты уходишь, — строго поддакнул Лиен. — Но гитару можешь не оставлять, бери с собой. От тона мужа всё внутри Астера опустилось во второй раз. Он понял, что его ждало не просто наказание, а что ещё и похуже. Под взглядом Лиена даже косметика на лице стала тяжелым мешком с цементом. Омега опустил глаза, отстраняясь от Дэма и смотря на него так, будто смотрит в последний раз и извиняется за это. — Хорошо, я её забираю, — тихо проговорил он. — Эй, Астер, а это кто вообще?.. — долетел до его ушей возмущённый вопрос Дэма, но отвечать омега ему не собирался. Он и не смог бы. Не было смысла. Лёгкую куртку и то еле-еле хватило сил на себя надеть. Выйдя на улицу, Астер лицом словил ещё несколько снежинок, но больше им не улыбался, поднимая виноватый взгляд на мужа: — Лин, я… — А теперь молчать! — гаркнул тот, отходя чуть подальше за здание клуба, где их никто не мог видеть. — Значит это причина, по которой ты стал вести себя странно? — ткнул альфа в сторону гитары. — На это ты решил променять тот образ, который я выращивал в тебе годами? — Н-нет, это всего лишь… — Давай её сюда! — снова прервал омегу Лиен. Астер послушно и всё ещё с опущенной головой отцепил ремень и протянул ставший любимым инструмент мужу. Тот забрал, подержав в руке всего несколько секунд, после чего с гулом ударил её корпусом о твёрдый снежный сугроб. Гриф тут же треснул, а после второго удара так и вовсе обломался. Омега не мог поверить своим глазам. Он с запозданием понял, что из них текут слёзы, смешиваясь с тенями и очерняя его лицо ещё сильнее. Не только гитара при этом сломалась. Внутри у Астера тоже что-то словно бы сломалось навсегда без права снова прийти в норму. Если раньше он только спрашивал себя: «Зачем мне истинный?», то сейчас серьёзно пожалел, что он у него есть. Что они оба дожили до сознательного возраста и нашли друг друга. Происходящее Астеру казалось сродни смерти, только не настоящей, а мнимой. Лиен ударил гитару трижды, оставив валяться в снегу, а после повел заплаканного Астера к своей машине, буквально скидывая его на заднее сидение. — Как ты понял, что я именно здесь? — спросил омега, едва начав приходить в себя. — По твоему телефону, — без тени сомнения признался Лиен. — Не один ты, оказывается, умеешь врать. Астер снова понурил голову, вспоминая тот самый звонок на День рождения Дэма. Раньше нет, но сейчас он чётко вспомнил каждую секунду того разговора с мужем. В нём Лиен спрашивал Астера где он и что это за музыка, но вокруг шумели остальные люди, поэтому он пытался отмахнуться от них и ответить что-то внятное. Только вот, как только получилось сформулировать мысли в слова, Лиен уже сбросил. Сейчас Астер осознал, что муж разоблачил его ложь. А также вспомнил, что Лиен тогда попросил его телефон не «просто проверить», а, видимо, поставить на него следящее приложение. — Вот, значит, откуда шершавые пальцы и поздние возвращения домой, — вёл своё Лиен. — Но сегодня я навсегда отучу тебя от лжи. — Нет, Лин! Пожалуйста, нет! — встрепенулся Астер, приблизившись к переднему сидению. — Я не хочу… — Ты заслужил, — отрезал альфа, даже не дёрнув при этом головой. — Сколько ты меня обманывал, Астер? Как давно это продолжалось? Признай, что ведь вполне знал, к чему это приведёт, — смягчил голос он. — Я просто хотел играть. Ничего больше, Лин, — чуть ли не плача, оправдывался омега. — Всё было бы не так плохо, если бы при этом ты не пренебрегал учёбой, ведь я уже наслышан и о пропусках занятий, и о результатах экзаменов. А твой внешний вид? — Лиен заглянул в зеркало заднего вида, и Астер увидел, как при этом скривилось лицо мужа. — Так ты решил отплатить мне за всё то, что я сделал для тебя? Вытащил из ямы и дал всю эту жизнь! — Лучше бы и не вытаскивал… — тихо и в сторону ответил Астер, уже устав вытирать постоянно льющиеся слёзы. — Что? — Ничего, — более спокойно ответил он. — Теперь ты позовёшь Альфреда, чтобы наказать меня? — И не только его. Астер снова уткнул взгляд в пол, но на этот уже более смиренно. Он знал, что так будет. Знал, что когда-то Лиен всё равно бы догадался, и знал, что за разоблачением последует неминуемое наказание. Не только Альфреда? Это означало, что сегодня на его тело покусится не один альфа, и их совсем не будут волновать вопросы аккуратности. А Лиен будет на всё это смотреть, попивая виски или коньяк. Возможно, сжалится и напоит крепким алкоголем и его. А возможно, захочет, чтобы Астер пережил эту ночь полностью трезвым. Одно было ясно: прощения без наказания не будет, а значит, оставалось только терпеть. — Иди сперва в ванну и смой с себя всё это, — с пренебрежением проговорил Лиен, когда они пришли домой. — И не вздумай больше надевать эти тряпки. Выйти из ванны ты должен без одежды. Астер ничего не ответил, медленно поднимаясь наверх и про себя проговаривая: «Я заслужил. По-другому всё равно быть не могло». По отросшей чёлке стекала вода, и омега понимал, что теперь Лиен настоит на том, чтобы её срезать. Хоть оба истинных в равной степени могли влиять друг на друга, сейчас именно альфа оказывал куда большее давление. Настолько сильное, что Астеру и в глаза ему было больно смотреть. За дверью ванной уже слышались какие-то голоса и стук стаканов. Это означало, что в их доме сегодня будет что-то вроде вечеринки. Такое уже было: Лиен приглашал гостей, наливал им дорогой алкоголь, а после окончания закрывался с Астером и ещё двумя альфами в спальне. Только тогда это был обычный и в какой-то мере приятный секс, а сегодня будет всё иначе. Всё веселье уже начиналось со спальни, а омега должен был выйти к ним полностью обнажённым, как ему и приказал муж. — Проходи, солнце, здесь сегодня всё будет для тебя, — послышался необычайно довольный голос Лиена, когда Астер появился в дверях. Рассмотрев присутствующих, он насчитал четверых, помимо мужа. Неизменно любвеобильный Альфред, который ради секса с Астером был готов выполнить буквально любую прихоть Лиена. Грубый на вид черноволосый Рестер. С ним-то тогда они и ушли с той вечеринки пораньше. А вот остальных двоих ранее омега не видел. Оба были похожи друг на друга, словно братья: каштановые волосы до плеч и бледная кожа. Ростом чуть пониже Лиена, но в теле немного крупнее. У одного из них в руках виднелась верёвка, и Астер понял, что это для него. Лиен сидел в привычном любимом кресле, рядом с ним попивал виски Рестер. Остальные трое разместились на кровати, маня к себе пальцем омегу и рассматривая его со всех сторон. Астеру теперь уже было всё равно, он закрыл глаза и стал двигаться к ненасытным альфам, полностью отдаваясь в их руки. Изменить он всё равно ничего не мог, поэтому оставалось делать только то, что ему сказал Лиен. Сперва ему довольно больно перетянули руки, чуть слабее — ноги. Алкоголя не дали ни капли, а сами альфы при этом часто менялись между собой, перехватывая очередную порцию виски. Лиен включил музыку, наблюдая за происходящим со стороны, но сам не вмешивался. Альфред вбивался в его тело страстно, но аккуратно, Рестер был в каком-то роде ласковым, а вот два брата, как окрестил их Астер, вели себя по отношению к нему совершенно грубо. В ход шли и шлепки, и частые удушья, отчего омега иной раз звёзды мог увидеть. Он даже мимолётом подумал, как было бы хорошо, придуши они его по-настоящему. В следующий раз он и сам резко одернул голову назад, чтобы верёвки сильнее перетянули его шею. Но ничего, кроме глухого вскрика, это не дало. Верёвка была тут же ослаблена, а в руки взяты плети. Одна была чёрная и гладкая, другая — тоньше, но с небольшими резиновыми шипами. Астера попросили лечь на живот, и он этому был даже рад, ведь не хотел видеть всего того, что с ним собирались делать. Били долго и, как он понял, до крови. Спину постоянно саднило и кусало, но Астер всё равно терпел, не делая и намёка на жалобы. «Я заслужил», — повторял он про себя всякий раз, когда становилось особо невыносимо. Слёз уже не было, они словно бы высохли, а то, как в него снова кто-то довольно грубо входил, Астер уже и не замечал. К концу он буквально перестал обращать внимание на боль, сохраняя образ послушного и на всё согласного омеги. Лиен за всю ночь так ни разу и не притронулся к своему мужу, хотя обычно и сам принимал участие в сексе. Сегодня он просто смотрел, иногда переговариваясь с остальными. Краем уха Астер слышал, как Альфред говорил что-то вроде: «Может, хватит уже? По-моему, он достаточно наказан», на что следовал ответ Лиена: «Нет, это ещё не всё». С рассветом всё закончилось. И не потому, что Лиен сказал: «Хватит», а потому, что каждый альфа полностью выдохся в попытках доставить себе удовольствие за счёт Астера. И если Альфред с Рестером отнеслись к омеге довольно сочувственно, то остальные двое взяли от этой ночи всё. Гости разошлись, а Лиен встал, чтобы открыть окно и проветрить комнату от алкогольного запаха и сигарет. Астера всего передёрнуло от холода, и только сейчас он понял, насколько сильно у него болит всё. Избитый и покусанный, он лежал на животе, вновь желая заплакать, но не получалось. Тело словно бы ему не принадлежало. — Вот теперь, я надеюсь, ты всё понял? — не совсем трезвым голосом спросил Лиен. Астер долго пытался ответить, но слова застряли в горле. Он пытался кивнуть, но тело не шевелилось. Всё изменилось только тогда, когда к его рту был поднесён стакан воды. — Я всё понял, — подрагивая, ответил он. — Есть ещё желание играть на гитаре и раскрашивать лицо? — Нет, Лин. Я больше никогда не стану… — надрывно проговорил омега, снова закрыв глаза. Жутко хотелось спать, но телу было настолько противно, что он знал — уснуть не получится. Чужая сперма в заднем проходе и каждый сантиметр кожи, который горел огнём. Хотелось только перестать существовать. — Вот и хорошо. Я пойду спать в гостевую, а к тебе, как проснётся, придёт Шэлдон, — поднимаясь на ноги, выговорил Лиен. — И, Астер, ты ведь знаешь, что это всё я сделал лишь для нас с тобой? Я надеюсь, понимаешь. После этих слов альфа ушёл, а Астер снова стал лить слёзы, которые стекали на подушку и смешивались с маленькими капельками крови. Если бы существовало понятие смерти от мыслей, то сейчас он переживал именно это.