Как приручить генетику

К наступлению выходных состояние Астера понемногу начало выравниваться. Ко многим вещам он стал относиться куда спокойнее, смотря на них абсолютно другим взглядом. С Лиеном тоже удалось восстановить вполне дружеские отношения. Они снова начали ходить на свидания и говорить практически ни о чём. С тем лишь различием, что Астер всего лишь притворялся, при этом будучи абсолютно уверенным, что и муж делал то же самое. До этого Лиен не выдерживал и десяти минут рассказов про университет и очередные выходки одногруппников Астера, но сейчас с интересом слушал, даже вклиниваясь в обсуждения. «Вот бы ты всегда был таким», — думал Астер, всем сердцем желая узнать, какие мысли в этот момент кружились в голове самого Лиена. Утром в субботу омега проснулся рано, стараясь не разбудить мужа и тихо уйти. Сумка была собрана ещё с прошлого вечера, завтракать он не планировал, поэтому, едва одевшись, он уже стоял около выхода, разглядывая себя в зеркало перед тем, как встретиться с Шэлдоном. Однако Лиен всё равно проснулся. Видимо, сон его побеспокоили сборы, ведь спал он весьма чутко. Прямо возле двери он перехватил Астера в крепкие объятия со спины, нагибаясь к шее и сонно шепча: — Буду скучать по тебе все выходные. Постарайся быть аккуратнее. — У-угу, — после паузы отозвался омега. — И тебе тоже хорошей поездки. Немного подумав, Астер развернулся лицом к мужу, целуя его в губы и легко улыбаясь, глядя в глаза. Всё же в нём осталось какое-то чувство, с которым он годами любил этого человека. — Сколько дней на этот раз тебя в городе не будет? — решил спросить омега, отстраняясь и доставая обувь. — По идее, неделя, но я постараюсь вернуться пораньше. Не хочу, чтобы ты надолго оставался один. — Со мной будет Шэлдон, — вроде бы оправдался Астер, тут же прикусив язык. Пусть Лиен и верил в непоколебимую верность своего истинного, именно с бетой он и мог начать изменять. Не хотелось, чтобы у мужа и близко возникали подобные мысли. — А должен быть я, — не унимался альфа. — После этой поездки я попробую сократить свой график, чтобы проводить с тобой как можно больше времени. Ты же будешь этому рад? «Нет, не буду», — ответил он мысленно, но попытался изменить выражение лица, чтобы оно не выдало его слишком быстро. — Конечно, Лин. Я уже и отвык от тех моментов, когда ты часто бывал дома. Наверно, так было только в первый год нашей совместной жизни. Помнишь, мы тогда жили на съёмной квартире и часто ездили ко мне домой. В голосе Астера промелькнула грустинка, скрыть которую у него уже не получилось. Слишком больно было вспоминать о родителе, с которым тогда ещё он проводил много времени, но в последние два года практически не видел его. Тут же вернулось и чувство ненависти как к самому себе, так и к Лиену, который своим поведением лишь усугубил ситуацию. — Помню, — тоже сменив тон, ответил альфа. На его лице были заметны как эмоции жалости, так и то, что он не хотел бы вспоминать о том, о чём ему напомнили. Лиен ненавидел деревню и не понимал, как можно посвятить свою жизнь животным, и сейчас ясно дал это понять. — Пойду я, — на выдохе ответил Астер, разворачиваясь к двери. — Люблю тебя, солнце, — снова заставил оцепенеть омегу Лиен. — И я тебя, — как можно увереннее ответил он, стоя к мужу спиной. Говорить что-либо ещё или смотреть в глаза больше не хотелось. Астер снова стал произносить дежурные фразы о любви, но эмоций при этом не испытывал ровно никаких. Напротив, к нему лишь возвращалась ненависть в подобные моменты. А вот уже ожидавшая его машина Шэлдона на парковке у дома необычайно обрадовала. Астер невольно улыбнулся, сперва подойдя к багажнику и сгрузив туда свою сумку, а после пошёл к пассажирскому сидению. Сосредоточенное и не выспавшееся лицо беты ещё больше подняло настроение. — Я бы тебя прямо тут и поцеловал, но Лин наверняка смотрит в окно, — вместо приветствия обозначил Астер. О том, что между ними развивались самые настоящие отношения, он и не сомневался. Это было похоже на самое их начало, когда парочка лишь примеряется друг к другу, целуется при каждом удобном случае и лишь планируют свой первый секс. А он обязательно будет, уж в этом Астер был абсолютно уверен. — Тогда прекрати выглядеть настолько довольным, мы же не хотим, чтобы нас раскрыли настолько скоро? — легко улыбнулся в ответ Шэлдон, еле ощутимо прикоснувшись пальцами руки к Астеру перед тем, как тронуться. В этом и была разница между обычными отношениями и их — последние были запретными. Вместе с тем подобные обстоятельства добавляли азарта, поэтому, едва они отъехали за три квартала, губы омеги потянулись к щеке Шэлдона, касаясь его кожи. — Чёрт, Астер! — неуместно вильнул по дороге бета. — Гололёд же! Что творишь? — Прости. Не сдержался, — совершенно не чувствуя вины, ответил омега. — Если бы на соседней полосе была другая машина, мы бы попали в аварию! — Знаю, но её там не было, я проверил. Я же тоже водитель и слежу за дорогой, — продолжил невинно отвечать он, мысленно прикидывая, что в обществе Шэлдона начинает вести себя совершенно по-другому. Тормоза спускаются, вместо них приходит расслабление, и он наконец-то может стать тем, кто он есть. — Сейчас ты напоминаешь мелкого ребёнка. Школьника, который ни о чём не переживает и живёт одним моментом, — сделал весьма точно наблюдение бета, с чем Астер поспешил немедленно согласиться. Так они ехали весь путь до деревни, переговариваясь друг с другом и постоянно смеясь. С Лиеном ни о чём подобном и речи быть не могло, он был слишком серьёзен и сосредоточен. Сложно было представить ситуацию, когда он бы откинул все свои правила и попытался бы просто-напросто прожить момент, проулыбаться всю дорогу, рассказать смешную историю из жизни или просто стать другим. Астер бы и не задумался о подобном, если бы не ситуации последних месяцев. До этого он относился к мужу как к дару свыше, смиряясь со всем, что тот ему предлагал, но сейчас омега стал невольно сравнивать его с другими и понял, что хочет иной жизни. Вернее, хочет какой угодно, но только не такой, какая у него есть сейчас. Лиен тоже воспринимал истинного как данность, но делал это в совершенно ином ключе. По его поведению было понятно, что Астер для него как некое дополнение к его жизни, которое вынуждено быть во всём послушным и терпеть любые выходки мужа. Как бы не так. У любого человека есть предел, и Астер его переступил, почувствовав свободу. Особенно сейчас, когда его ожидали два дня без Лиена, в компании дорогого человека, который сам согласился рискнуть всем, что у него было. — Наконец-то приехали! — выдохнул Шэлдон, отлепив пальцы от руля. Не спеша выйти на улицу, Астер перехватил руки беты в свои, поднеся их к своим губам и с извинением посмотрев тому в глаза: — Устал, да? Если хочешь, можешь отдохнуть, а я хочу сразу пройтись по нескольким домам. — Никуда ты без меня не пойдёшь, я отвечаю за тебя головой. Лиен снимет мне её с плеч, окажись на тебе хоть подобие царапины, — пошутил бета, уже куда смелее перехватывая ладонями голову Астера и без стеснения целуя. Омеге это нравилось всё больше, поэтому он затянул поцелуй, не сразу позволяя отпустить себя. — Сначала мы оба зайдём в дом и ты поешь. Вместе поедим, — отстранившись, поставил условие Шэлдон. — Ты, кстати, как себя чувствуешь? — Лучше некуда! — ни разу не соврал Астер. — Никогда раньше не ощущал себя настолько счастливым, как сейчас. Идём, поедим тогда, — согласился он, наконец приоткрывая дверь и выходя во двор. Территория была недавно убрана, и Астер был точно уверен, что дело не только в его предупреждении накануне, что он вернётся домой. Убирали тут постоянно, помня наставления омеги о том, что запускать нельзя ни один сантиметр его дома, так как потом это убрать будет ещё сложнее. Внутри дома также было относительно чисто, проветривание и влажную уборку тут тоже проводили регулярно, однако, это не исключало необходимости в генеральной уборке. Снова осмотрев помещение изнутри, Астер понял, что выкинуть или раздать нуждающимся тут нужно немало, чтобы вскоре покинуть это место навсегда. Шэлдон уже выгружал продукты и подключал холодильник, а омега продолжал осматриваться, не желая убирать с лица довольную улыбку. Находиться именно тут, да ещё и вдвоём ему невероятно нравилось, и он уже много чего себе напланировал на эти два дня. — Иди к столу, Астер, — окликнул его бета спустя время. Поели они быстро, без лишних вопросов отправившись улаживать скопившиеся дела. Шэлдон ни на шаг от Астера не отходил, иногда с ним перешучиваясь и всячески поднимая настроение. Омега это очень ценил, ведь такой поддержки ему часто от собственного мужа и не хватало. Он ещё больше благодарил судьбу, что поехал с ним именно этот человек, к которому у него зарождались приятные чувства. Астер в этот день переговорил действительно со многими людьми, часто делая пометки в блокноте и рассчитывая, кто сколько денег должен получить в качестве зарплаты и какой доход от фермы поступает на его личный счёт. По сравнению с тем, что тут было, пока главным являлся Кэрол, оборот немного сократился, но омега всё это списывал на собственную неопытность и физическое отсутствие. К вечеру оба вернулись в дом, где Астер запряг Шэлдона помогать ему вычищать старые шкафы. Многие вещи Кэрола, да и просто куча ненужного хлама понемногу стали скапливаться около входа. Омега не жалел ничего, прекрасно осознавая, что данные вещи ему самому никогда не пригодятся, а при учёте, что жить он планировал там, где о его местоположении не догадается никто, лишний хлам в старом доме точно нужно было убрать. Однако отчего-то в сердце Астера росла совершенно непонятная тоска. Он не жалел о том, что отказывался от жизни с Лиеном, а вот покидать навсегда именно этот дом, в котором он вырос, действительно было больно. Заняты они были до самой полуночи, после чего оба уставшие свалились на узкую кровать Астера, слегка посмеиваясь и обнимаясь. — Прости, ты, наверно, вымотан, — усмехнулся омега, перебираясь на Шэлдона и укладывая свою голову ему на грудь. Было приятно чувствовать его дыхание и слышать сердцебиение. — Но завтра всё равно рано вставать, если планируем успеть всё то, что ты хотел сделать? — уточнил Шэлдон, запуская руки в волосы Астера и начиная лениво перебирать вновь отросшие пряди. — Да. Ещё раз прости, — действительно виновато попросил омега, прикрывая глаза. — Забавно так извиняешься, — засмеялся Шэлдон, теперь перемещая пальцы уже к шее. — Я не так прям устал, поэтому не переживай. — Не устал? — поднял голову Астер, застревая глазами на чертах лица беты и переводя взгляд ниже. Шэлдон столько раз видел его обнажённого и знал каждый сантиметр его кожи, а вот самому Астеру только догадываться оставалось, что там у беты под одеждой. Есть ли у него шрамы и каково это, проводить рукой от шеи вниз до промежности? Как он мог бы возбудиться и настолько же может получать удовольствие, как и альфы? Всё это резко захотелось узнать, поэтому Астер в некой наглой форме уложил пальцы на рубашку Шэлдона, принимаясь её расстёгивать. — Что ты делаешь? — последовал ожидаемый вопрос, на что Астер вопросительно склонил голову. — Помогаю тебе раздеваться. Ты ведь не в рубашке спать планируешь? — невинно спросил он, пусть и понял, что о его намерениях уже вполне догадались. — Но я бы и сам мог, — неуверенно ответил Шэлдон, с явным интересом рассматривая пальцы, которые расправлялись практически с последней его пуговицей. — А я хотел бы помочь. Позволь мне, — попросил Астер, медленно проводя рукой по торсу и останавливаясь на сосках. Зачем они бете, было ему непонятно, но их чувствительность проверить захотелось, поэтому уже в следующую секунду омега обернул один из них своими губами, еле ощутимо всасывая в себя. — Ас-стер, — промычал в ответ Шэлдон, пытаясь его от себя отстранить, но делал это настолько ненастойчиво, что его и не думали слушаться. Оставив влажную дорожку слюны, Астер переместился ко второму соску, вновь начиная ощущать запах только что взошедших цветов и весенней свежести. Было невероятно сладко и возбуждающе. — Тебе ведь тоже это приятно, не отрицай, — довольно прошептал омега, ощущая, что буквально горит весь изнутри. — Приятно, но… — засомневался Шэлдон. — Я не уверен, что могу это делать с тобой. — Можешь. Шэл, можешь! Сейчас меня от тебя наизнанку выворачивает, и это не то чувство, когда возбуждаешься чисто от феромона. Это нечто другое. И если ты не чувствуешь то же самое, то я готов тебя заставить! — прозвучало словно угроза, после чего Астер продолжил покрывать поцелуями вздымающуюся грудь и рисовать у себя в фантазии, что он увидит в штанах беты, куда он тоже собирался добраться этой же ночью. Омега полностью осознавал и понимал, чего боится Шэлдон, но сам для себя уже давно всё решил. Пусть это и выглядело со стороны немного эгоистично, он хотел именно это тело. У них была целая ночь в их распоряжении вместе с пустым домом и друг другом под боком. Не воспользоваться подобным шансом было самым натуральным расточительством. А если Лиен узнает об аборте уже завтра? Тогда у них был только один этот шанс, и Астер всю оставшуюся жизнь будет жалеть, если не воспользуется им. Неуверенно и слегка зажато, но Шэлдон всё же стал отвечать на ласки, обнимая и поглаживая омегу, поэтому тот и решил озвучить просьбу: — Приподнимись, я сниму. Бета и здесь послушался, позволяя стянуть с себя мешающую рубашку, приступая при этом к одежде Астера. Омега от этого ликовал внутри, с удовольствием поддаваясь и ощущая характерное затвердение в штанах у Шэлдона. — Это слишком не похоже на реальность, — тихо проговорил бета перед тем, как пискнуть от того, что на его паховую область надавили. — Но это именно она! — уверенно ответил Астер. — Я здесь, перед тобой, возбуждён и на всё согласен. И из всех людей во всём мире хочу только тебя одного. — Астер, это немного неправильно, — всё ещё пытался убеждать бета. — У тебя есть муж, к тому же истинный. Я… — Тогда не говори ничего, а я всё сделаю сам! — довольно категорично отозвался омега. — Потому что я вижу, что ты хочешь. А я хочу тебя. Признай же, что мы нужны друг другу именно в этот момент. Или оттолкни, если я тебе противен. Бета проморгался, глядя на лицо перед собой, а Астер уже поддёрнул пуговицу его брюк, намереваясь приспустить, даже не снять. Возбуждающий феромон сносил крышу как никогда, и омега ни за что бы не поверил, что Шэлдон не чувствует того же самого. Чувствует, ещё как, только вот не мог откинуть от себя остальные мысли. — Ты мне не противен. Никогда не был, — тихо признался бета, после этого наконец по-настоящему начиная принимать участие в процессе. Он оглаживал каждый участок тела Астера, словно зная, как доставить ему куда больше удовольствия, а омега с удовольствием подставлялся под ласки, замечая эти постепенно загорающиеся огоньки в глазах беты. Своего беты. Теперь эти слова звучали для него по-особенному даже в собственных мыслях. Когда они отдались чувству, обоих уже не смущала узкая кровать и какие-либо запреты, говорившие о том, что их связь порочна. Астер впервые наслаждался по-настоящему, и подобные чувства угадывал в лице Шэлдона. Вместе им было взаправду хорошо, и этой ночью более не волновало ничего, пока они были друг у друга. Ночь затянулась, а вот время отдыха существенно сократилось. Оба уснули практически сразу после того, как бета стал рваться сходить в душ, но Астер его задержал около себя, строго сказав, что тот теперь обязан провести ночь около него, никуда при этом не отходя. Так они и пролежали, прижатые друг к другу обнажёнными участками тел, пока в семь утра не прозвенел будильник, призывающий подняться. Астер уже хотел было перевести его на пару часов позже, но тогда ему пришлось бы отказаться от похода в клуб, куда он собирался заглянуть прямо перед отъездом, чтобы поиграть на гитаре. Пришлось в неком роде переступить через усталость, приступая к тому, чтобы нежными поцелуями разбудить бету рядом и понаблюдать за ним, смущающимся, который, проснувшись, обнаружит себя перед Астером абсолютно голым и обязательному этому смутится.