Правила созданы, чтобы их нарушать!

— Температура в Корее достигла рекордной отметки, за последние пятнадцать лет подобного не наблюдалось. В некоторых школах была приостановлена учеба. Просим соблюдать данные рекомендации... — блондин выключает телевизор, откланяясь на спинке дивана, закрывает лицо руками. Он пару секунд назад остудил их под проливной водой, потому сейчас мог наслаждаться исходившим холодком, который слегка будоражил в этот истощающий знойный день. — Ну что за черт! — воскликнул парень, когда понял, что кондиционер по каким-то загадочным причинам отказывался работать, — Именно сегодня? Да вы шутите! — ЮнГи несколько раз щёлкнул на выключатель, но после бесцельных попыток решил бросить это дело. За окном необычайная тишина, казалось парня увезли в забытую деревушку, где в такую погоду одни сбегают к реке, морю или другому источнику воды, а другие прячутся у себя дома, стараясь спастись от беспощадных лучей. От них даже воздух плавился на глазах, а в ушах иллюзорный звук трескающего на легком огоньке масла. Да в такой погоде и поджариться можно! Парень юрко схватил лежащую на тумбе бумажку со списком литературы, которую ЧеЁн любезно составила для нового приятеля. Брюнетка улыбаясь, тщательно подбирала каждую книгу, чтобы парень вдруг не разочаровался в её вкусе. Выводила каждую буковку и аккуратно вручила небольшой листочек школьнику. А он, дурак, всё смял, положив в карман джинс и даже не заценил аккуратный почерк. Хотя признаться честно парень всё же был рад такой учтивости своей знакомой, он несколько раз перечитывал список и думал какую же книгу стоит прочесть первой (а собирался он прочесть абсолютно все, раз юница так старательно выбирала для него эти истории). На улице людей практически не было, каких-то пару школьников, которые, видимо, направлялись в любое место с кондиционером, где можно отдохнуть от учебы, раз уж появилась такая возможность. А ЮнГи быстро разморился и старался как можно скорее добраться до местной библиотеки, которая даже меньше школьной и выглядела она совсем уж тускло и мрачно. Зато в помещении было куда прохладнее, чем в школе или дома. — Добрый день, — блондин слегка поклонился и достал смятый листок из кармана. Женщина неохотно открыла глаза и устало оглянула школьника, с осуждением рассматривая пирсинг. — У вас есть что-нибудь из этого списка? — она взяла листок, параллельно надевая очки в толстой оправе, а затем взор то на паренька, то на список. — Там, в глуби должно быть. Всё по алфавитному порядку. И если будешь внимателен, что-нибудь да найдёшь. — школьник мысленно послал ленивую женщину и направился куда указали. Библиотека насквозь пропахла вишней и то ли библиотекарша с духами переборщила, то ли вишневые деревья прорастали прямо в помещение. Вились своими ветками вокруг бедного ЮнГи, который с ног валился от прибавившейся усталости. Вишня щекотала внутри носа и проникала в живот, отчего как-то некомфортно было. Приторно. Густой воздух хотелось отвергнуть и задержать дыхание. Однако человек не может обойтись без естественных процессов. В самом конце библиотеки оказалось интимное местечко, как раз для того, чтобы уединиться и, после того, как парень нашёл нужную книжку, которую пришлось искать среди пьес Шекспира и романов современных авторов, садится прямо на пол, раскрывая книгу на первой странице. Блондин старается сосредоточиться и провалиться в строки, в которых блуждать можно бесконечно. Однако главное не заблудиться и не потерять нить рассказа, когда что-то инородное приникает в мысли парнишки. Он старается не обращать внимание, но быстро сдаётся, закрывая глаза. — Твою ж, — шепчет школьник, отпрянув от книги и, юрко вынырнув из-за угла, оглядывает источник раздражителя. Это хныкающая девушка, что держит в руках учебник по корейской литературе (но на самом деле казалось это лишь аксессуар, который обязан быть в таком скромном месте, как библиотека). И не просто хныкающая девушка, старающаяся подготовиться к экзаменам, а Ким Дженни! Плачущая Ким Дженни! Слабая Ким Дженни! Вот так сюрприз — подумал про себя Мин, засобиравшийся уйти прочь. Однако что-то необъяснимое заиграло в сердце, он нехотя подсаживается рядом и достаёт желейки из кармана, предварительно засунув в рот одну из них, поёжившись от кислого вкуса. — Эй, будешь? — шатенка не реагировала и продолжала тихонько плакать. — Да что случилось? Почему именно здесь? — раздосадованно брякнул парень. — Не твоё дело! — девушка постаралась съязвить, но выходило плохо, даже слегка забавно, словно ребёнок, который пытается казаться «взрослым», потому что слабость — по-детски. — Как знаешь. Парень продолжил уплетать сладости, не сдвинувшись с места, уже было позабыв о грандиозных планах. Воздух слегка облегчился (библиотекарша, кажется, понизила температуру в кондиционере), скопившиеся под футболкой капельки пота развеялись, даже легкие мурашки от прохлады появиться успели, отчего стало невероятно приятно. ЮнГи хотелось задремать прямо здесь на полу посреди книг и рядом со знакомой, которая никак не успокаивалась. Однако в разум резко врезался тихий голос, всё ещё с нотками беспокойства и дрожащим тембром. — И что ты забыл в этой библиотеке? — Ким вытерла слёзы, уставившись на парня, отчего тот слегла опешил. — Я? Это ты что тут забыла? Дженни отвернулась и начала негромкий монолог. — Это всё отец. Знаешь, — девушка закусила губу, словно сомневаясь, стоит ли продолжать, — у меня очень строгие родители. Отец уехал в командировку, а когда вернулся узнал, что меня оставили на наказание. Он был в ярости. И так всегда, он никогда не пытался понять меня и мои чувства. Он просто что-то требует. И я... — плечи её вздрогнули как осиновый лист, — Я правда устала. Не знала куда бежать от этих криков. Я кажется заблудилась, когда бродила по округу и вот я тут. ЮнГи внимательно слушал и искренне удивлялся, как образ Ким Дженни меняется на глазах, та Ким Дженни проскакивающая в моментах раскрыла себя, она сняла оболочку притворства и сидит рядом. Такая беззащитная, хрупкая, красивая... Её щечки и нос слегка порозовели, глаза и ресницы блестели от слез, брови слегка сдвинуты на переносицы, отчего школьница выглядела так несвойственно. — Будешь? — вторит ЮнГи, когда протягивает упаковку с желейками. Юница берет одну и тут же морщится. — Гадость какая, — спокойно без толики язвительности. — А то. А затем ребята продолжили тихонько разговаривать в библиотеке, сидя прямо на полу. Кто бы мог подумать, что школьники смогут найти общий язык, да ещё и с таким энтузиазмом проводить время друг с другом. Они иногда смеялись, постоянно улыбались и без капли неловкости находили темы для разговоров. Дженни смогла поделиться переживаниями, которые кололи изнутри, которые уничтожали с каждым днём. Стало так легко, как не было никогда. А ЮнГи тогда понял, что за спиной у стервы прячется маленький ребёнок, который нуждается в поддержке, который нуждается в признании. Сердце его екнуло, а ответы на вопросы нашлись сами собой. Кто же такая Ким Дженни больше не являлось загадкой. *** Поток мыслей в голове никак не мог утихомириться, лишь больше вскипал под зноем. ЧонГук закрыл лицо подушкой и тут же вскочил от нехватки воздуха. Всё-таки находиться в своей душной комнате не лучшее решение. И всё же в голове мальчишки бушующие вихри, прямо в грудной клетке, откуда выбраться невозможно. Они обжигающе бродили внутри и заставляли сердце слишком часто биться. И то ли жара всему виной, то ли сцена прошлого, расплывающаяся на обратной стороне черепной коробке вот уже не первый день. «ДжиСу уже переспала с тобой?» Чон не верил, он не хотел верить и понимать эту фразу. Его детский ум отказывался воспринимать это как правду, но и не думать не получалось. Быть может стоит просто проговорить с красноволосой и всё решиться само собой? Ведь после того дня парень как-то сторонился девушку, стараясь разобраться со своими чувствами. Да, Ким Дженни тоже виновата в таком поведении, но на самом деле Гук и без того постоянно размышлял, что же между ним и этой школьницей. И что же в ней такого особенного, что сердце в пляс бросается стоит только ей в поле зрения появиться. Шатен схватил чёрную кепку и наконец покинул душное пространство, хотелось поверить в грезы и представить, что на улице будет свежо и так хорошо, однако густой воздух заставлял лишь раскраснеться и закрыть глаза. Хотелось поскорей исчезнуть, а не быть поглощенным зноем. Было бы смешно растворись парнишка прям здесь улице, потому приходилось собирать себя по частям и плестись в назначенное место. Там он надеялся на кондиционеры, а всё остальное не столь важно. Вбегая в мрачное помещение глаза сначала замуровывает, а затем привыкая даёт осознать, что тусклый свет наоборот очень приятен и иллюзорно добавляет прохлады и облегчения школьнику. Прям у входа за стойкой сидел мужчина с похабным журнальчиком на лице. Он давно утонул в сновидениях и не желал отвлекаться на какого-то там посетителя. — ЧонГук! — из далека послышался искаженный звук, который заглушался цикличной музыкой из игрового автомата. Школьник инстинктивно направлялся на голос. — Привет, ДжиСу-щи, — сперва тонет во взгляде, что так и излучает ромашковое поле, лепестки сакуры и веточки сирени. Удалось даже уловить вишнёвый запах, схожий на хмельное вино. Он дурманил и погружал в необъяснимое умиротворение. И только после несколько секундной игры в гляделки юнец отрывает взор, изучая нетипичный прикид: короткие шорты из потёртой джинсы́, которые оголяли пол живота; чёрные обтягивающий топ с каким-то непонятным рисунком, он словно гипнотизировал и заставлял покраснеть. — Садись, я хочу сразиться, — с энтузиазмом промолвила красноволосая и мельком не взглянув на парнишку. — Опять друг против друга? — усаживаясь на сидении рядом ЧонГук не отрывал взгляд. Он просто не мог. Хотелось изучать эту школьницу часами, её тонкую шея, блестящие глаза, которые она любила прищурить, если нужно было сосредоточиться. А вишнёвые духи и вовсе создавали образ девушки из манги, вечно улыбающейся и милой девушки. В голове вновь возникают слова Дженни и бесконечные вопросы, свалившиеся целой стаей. Они норовили напасть, откусывая частичку разума и здравого смысла. Пытались поглотить все мысли и походили на разрастающийся вирус, совсем как зной, что к полудню только и становился больше, жарче, невыносимей. Казалось, он даже начинал проникать в помещение с кондиционерами. Очередной самообман. — Нет, берём совместное состязание! Ребята радовались, давали друг другу пять, обижались, если вдруг проигрывали и в очередной раз нажимали кнопку «пуска», что уносила на необитаемый остров, где синие киты напевали сладкую колыбельную, что лишь дальше уносила. — Ура! — Джи подорвалась с места, когда на экране вырисовался новый рекорд, вновь обрамлённый золотой рамкой. Подростки переглянулись и обнялись, так внезапно и неожиданно, что когда осознали заметили лишь, как вогнали себя в краску. ЧонГук только и промямлил тихое «прости», пока школьница делала вид, что этого и вовсе не было. И когда ребята в очередной раз проиграли, то шумели сильнее обычного. — Эй, выметайтесь! Спать невозможно! — раздалось от мужчины, что видимо был владельцем. Его набухшие сосуды вот-вот взорвались бы, от такого напряженного лица. Школьники выбежали под смешок и, улыбаясь, глядели друг на дружку. Вокруг вдруг нарисовались знакомые пейзажи. Высокие заборы, редко мельтешащие перед ними яблони, пение цикад. Солнце разъедало все картины, все пейзажи, все холсты. В глазах плыло, но глупая улыбка никак не сползала с лица ребят. — Да уж, это было весело, — бездумно озвучил Чон, глядя под ноги наблюдал, как надоедливый камушек постоянно, будто магнитом, прилетал тому в ноги. — И не говори. А как этот старик разозлился, помнишь его лицо? Спать невозможно! — ДжиСу вдруг стала пародировать мужчину, корча смешные рожицы. — Да какой сон в разгар дня. Лёгких смешное затих. В округе разлился мерный стрекот насекомых, он затихал постепенно, не спеша. ЧонГук вдруг вспомнил, как пару недель назад те точно также шли по частному сектору, разглядывая яблони, утопая в их запахе. Собаки уже не лаяли, как в прошлый раз, видимо и они натиск жары ели выдерживали. Если прислушаться раздавалось лишь приглушенное сопение. Цикады тоже замолкли. Чрезмерно тихо стало. Слышен лишь стук сердца и запах вишни. — Вот бы каждый день так, — Гук сделал паузу никак не решаясь озвучить продолжение, — с тобой. — Да-а, — красноволосая улыбнулась, глядя вдаль, пока до неё не дошёл смысл сказанного. — Со мной?! — Ну да, с тобой ДжиСу-щи. Я бы каждый день так проводил, верь или нет. — Знаешь, я бы тоже не отказалась. Парень вдруг останавливается, осознавая, что подруга стоит прямо позади, чувствуя её обжигающий взгляд в спину. Он хочет что-то сказать, но никак не решается, лишь смотрит на потертые кроссовки и поджимает губы. — Джи... — Смотри, вишня! — шатен так и не оборачивается, он не обращает внимание на радостный голос юницы и кусает внутреннюю сторону щеки. Девушка срывает небольшую веточку с ягодами и что-то молвит с уже набитым ртом, ЧонГук лишь отдаленно слышит. — Кислая. Эй, будешь? — парень резко разворачивается и буквально подскакивает, понимая, что девушка близко подошла. Ким выпучив глаза тоже вздрагивает. — Знаешь, Джи, — парень прячет взор за чёлкой. — Ты мне нравишься. Очень нравишься. — Что?.. — девушка выронила последнюю ягодку, которую уже собиралась положить в рот.