Записки

Люмин валилась с ног после битвы с Чайлдом и использования сил всех адептов разом. Ей хотелось упасть в кровать и проспать три дня, не меньше. Паймон понимала, что девушке необходимо отдохнуть, поэтому была не против, когда Нин Гуан предложила маленькой феечке пожить пару дней с ней. Еле-еле доковыляв до комнаты в гостинице, она просто плюхнулась в кровать, но вместо того, чтобы тут же уснуть, путешественница достала небольшую записную книжку и излила всю душу туда. Девушка начала свои записи с того момента, как Кейа отвёл её в штаб Ордо Фавониас. Она хотела, чтобы брат узнал о всех её приключениях, но ведь на словах она может что-нибудь забыть, а так всё записано и не забудется так просто. Сейчас же девушка изливала всю свою душевную боль на лист бумаги, будто вела разговор с братом. Люмин позволила себе заплакать, но ненадолго. Скоро она закончила, вытерла слёзы и плюхнулась в постель, забыв спрятать эту книжку, о существовании которой даже Паймон не известно. Это было для её брата, да и для самой путешественницы. Итэр очень добрый и понимающий, он бы поддержал свою сестру и помог бы ей, даже если её сердце как-то незаметно спёр её враг. Записывая что-то в записную книгу, девушка представляла, что ведёт диалог с братом. От этого становилось легче на душе. Девушка уже спала и видела сон. Пусть за время путешествий она и привыкла вскакивать от каждого неправильного звука, но сейчас она была слишком вымотана, чтобы заметить приход Тартальи. Как-то раз, после шопинга Люмин и Чжун Ли у путешественницы почти не осталось моры, а за комнату нужно было платить, поэтому Предвестник предложил оплатить за неё. Девушка была не в том положении, чтобы отказать, поэтому пришлось согласиться. С тех пор Тарталья знает, где живёт блондинка, да и девушка сама не закрыла окно, будто приглашая Предвестника зайти. Он быстро осмотрел комнату. Она была простенькой, но очень уютной. Где-то в уголке лежали вещи Люмин и Паймон. На столе стояла тарелка, из которой феечка не так давно ела свою любимую еду, приготовленную её лучшей подругой. На стенах висела пара больших вееров, также стояла ширма, чтобы можно было переодеться без лишних глаз. Стол, кровать, прикроватная тумбочка на которой лежала какая-то книжка. Тарталья вообще пришёл поговорить с хозяйкой комнаты и даже извиниться за то, что втянул в эту игру Гео и Крио Архонтов и Синьоры. Сам оказался пешкой, так ещё и с Люмин все отношения испортил. Но вот его заинтересовала эта записная книжка. Парень взял её и быстренько ознакомился с началом, а потом начал листать в конец на недавние события. В самом начале книги Люмин обращалась к брату и написала, что в ней расписала свои приключения и чувства, что они вызвали. Любопытный Чайльд решил узнать, что о нём думает блондинка. С начала его появления рядом с его именем были слова : "Подозрительный", " Милый и весёлый, но враг", " Слишком легкомысленный", "Ответственный????", " Стратег"," Умный", " Слишком раскидывается деньгами", " У него милый смех". Последняя фраза о нём до битвы в золотой палате была очень неожиданной, ведь в тот момент с кокосовой козой и ЦиЦи Люмин была немного обижена. Дальше он полистал до сегодняшней записи и начал её читать: " Братец, я так устала. Побита духовно и чуть не убита физически. Этот рыжий балбес, закидывающий меня деньгами, решил забрать Сердце бога Моракса, я ему помешала и пришлось драться с ним. Чайльд в самом начале сказал, что убивать меня не хочет, но потом сам чуть не убил меня, когда оказалось что Сердца там нет, а ведь в бою даже пришлось использовать две стихии. Во время боя Моё сердце сжималось от каждого удара, каждого выстрела. Было так больно..... Пусть он и враг, охотящийся за Сердцем бога для Императрицы, что у него не получилось, он смог украсть моё..... Но как после этого я могу ему доверять и открыться? После боя Чайльд решил выманить Гео Архонта и поднял с глубин моря Архонта Вихрей, или как-то так, и мне пришлось вместе с Цисин и Адептами противостоять ему. А ведь там я могла умереть, если бы не Сяо, и вообще другие Адепты" Дальше была страница, где была целая куча ругательств и обидных прозвищ для Чайльда. Но то, что зацепило "рыжего балбеса" это были следы капелек воды на бумаге. "Она плакала", - тут же догадался Тарталья и посмотрел на Люмин. Девушка спала неспокойно. Она крутилась, жмурилась, но не могла проснуться, усталость крепко держала путешественницу в мире Морфея, ей даже метеорит не понадобился Тарталья почувствовал угрызения совести и предвкушал с ней разборки из-за того, что сделал с Люмин. Парень понимал, что именно он довёл подругу до такого состояния. Но как ей помочь не знал. Он просто погладил путешественницу по голове и поцеловал её в лоб. Обычно это помогало его сестре и братьям, помогло и сейчас, девушка перестала крутится и жмурится, а Тарталья продолжил гладить девушку, чувствуя такой покой и умиротворение, что никогда раньше не чувствовал, даже в кругу семьи. Он сейчас спокойно рассматривал Люмин. Она и правда была красива. Волосы цвета золота, заколки в виде цветов, которые парень осторожно снял, чтобы девушка во сне их не сломала или не причинила себе боль. Глаза блондинки были янтарными и Чайльд с треском признавал, что смотря в них, взгляд отвести он не мог, попал в янтарную ловушку, как на горе одного из Адептов, кажется Адепта Гор. Сама девушка выглядела хрупкой, но вот это только кажется. Люмин была сильнее всех с кем сталкивался Чайльд. Он был уверен, что если бы Синьора не заморозила её, Сердце бога Барбатоса не достала бы никогда, ей бы не дала Люмин. Если бы Тарталья мог, он бы остался тут надолго, может навсегда. Тут, рядом с Люмин, но он Предвестник и обязан выполнять волю Императрицы. Чайльд собрался уже уходить из этого уютного мира, как его взгляд упал на записную книгу девушки. Он взял ручку, что лежала рядом и быстро написал небольшое послание путешественнице, даже добавил рисунок и положил небольшие подарки рядом. А после снова поцеловал Люмин в лоб и ушёл тем же способом, что и пришёл, через окно. Люмин проснулась ближе к обеду, встала и потянулась, а её взгляд тут же упал на тумбочку, где кроме книги лежала ветряная астра, любимый цветок девушки, и небольшая синяя ракушка, что была очень красивой. Путешественница тут же открыла записную книгу и заметила чужой почерк: "Один рыжий балбес хочет извиниться и надеется на новую встречу в более мирной обстановке. Надеюсь, в следующий раз мы сможем нормально поговорить и не быть пешками в чужой игре, ну и на разных сторонах быть с тобой не хочется. До новой встречи, маленькая принцесса" Под этим посланием были нарисованы маленькие Чайльд и Люмин, причём парень целовал ручку девушки, как истинный джентльмен. Девушка покраснела от этой записки и просто прижала книгу к груди, искренне улыбаясь