Сирена

Тэхён не остался надолго. Даже на ночь. Чимин объяснил это тем, что Тэхён не привык покидать море и быстро затосковал. Чимин пошёл с ним лишь для того, чтобы убедиться, что тот не будет слишком долго шататься по тёмным улицам Пусана. Когда Чимин вернулся, Юнги уже спал, и он только за завтраком смог ответить на вопросы, которые так и вертелись у Юнги на языке с момента появления Тэхёна. Намджун всё ещё не вернулся, скорее всего, засиделся до ночи. Он скоро вернётся… наверное. — Так… о чём вы с Тэхёном… общались? — спросил он, не зная, как ещё это назвать. — Всего лишь о том, где он был в последние годы. Он рассказал мне о некоторых интересных местах, в которых я должен когда-нибудь побывать, — пояснил Чимин, лучезарно улыбаясь и вгрызаясь в свой блинчик. — Что-нибудь ещё? Не знаю. Что-нибудь более-менее важное? Ведь вы не виделись целую вечность, — Юнги взял сладкий горячий шоколад, который приготовил для него Чимин, и откинулся на спинку кресла. — Ничего. Мы оба занимаемся своими делами, поэтому не особо вмешиваемся в жизнь друг друга. Он хотел извиниться за то, что шипел на тебя раньше. Он боялся, что ты представляешь для меня угрозу, — Чимин вспомнил кое-что, от чего его лицо засияло, — и он сказал, что ты хороший парень. Мне кажется, ты ему нравишься… По какой-то причине Юнги почувствовал облегчение. Как бы там ни было, Тэхён по-прежнему оставался братом Чимина. Его единственная семья, о которой знал Юнги. И, судя по всему, эта часть семьи приняла его. — Рад это слышать… кажется, он тоже хороший. Просто мне немного не по себе от того, что… — Вы не разговаривали? — Чимин вопросительно наклонил голову. Юнги покачал головой, — насчёт поедания людей. У Чимина вырвалось небольшое «о», после чего он кивнул, — да, понятно, справедливо. Он тебя не съест, обещаю. — Но это не улучшает ситуацию, — вздохнул черноволосый парень, откинувшись на спинку кресла. Послышался шум, открылась входная дверь в квартиру, и раздался голос Намджуна, — эй, ребята, вы забыли закрыть дверь. — Мы и не закрывали. Я не хотел вставать посреди ночи, чтобы открыть тебе дверь на случай, если ты вернёшься домой. Да и не похоже, чтобы кто-то захотел вломиться в эту квартиру. Людей, которые здесь живут, в любом случае не стоит грабить, и они скорее всего вооружены, чем сами воры, — пояснил Юнги, когда в комнату вошёл Намджун. Чимин встал, — хочешь позавтракать или поужинать? Я приготовил и то, и другое. — Как насчёт и того и другого, — Намджун вздохнул, опустился на стул и откинул голову назад, — кажется, за последние сутки я не переварил ничего, кроме энергетиков. — Ты хочешь, чтобы блинчики были вместе с овощами? — пошутил Чимин, беря тарелку и добавляя в неё ужин Намджуна. — Уф, кажется, я всё-таки не хочу есть, — поддразнил Намджун, прежде чем посмотреть на чашку, которая была в руках Юнги, — как думаешь, ты мог бы приготовить и мне немного горячего шоколада, или это было бы слишком хлопотно? — Без проблем, — быстро поспешил Чимин, протягивая Намджуну тарелку, прежде чем схватить уже вымытую кастрюлю и налить в неё молока. — Так почему ты провёл всю ночь в студии? — спросил Юнги, скрещивая ноги под столом. — Сначала плохие новости или хорошие? — спросил Намджун с невозмутимым видом. Юнги секунду колебался, прежде чем ответить, — плохие. — Я абсолютно вымотан, и ты тоже будешь, обещаю, — заявил Намджун, и Юнги приподнял бровь. — А хорошие? — Проверь твиттер. — Хорошо? — Юнги встал и взял свой телефон, который лежал в комнате. Когда он открыл Твиттер, то почувствовал, что его сердце замерло. Его папка «Входящие», казалось, разрывалась, как и уведомления. Когда он проверил свой профиль, то понял, что за ночь у него появилось более 50 тысяч подписчиков. Когда он вернулся на кухню, Намджун самодовольно потягивал горячий шоколад, — что скажешь? Юнги не знал, что ответить, — что, чёрт возьми, произошло? — он не мог поверить, что это произошло. — Мне потребовалось какое-то время, чтобы выяснить, откуда они все взялись, но, судя по всему, G-Dragon написал об одной из твоих песен, упомянув, что он только что наткнулся на неё и ему очень понравилось её слушать. Он был первым. За ним последовали ещё несколько артистов, которые также упомянули о твоих песнях, и всё это продолжало нарастать. Сердце Юнги бешено колотилось в груди. Он не мог поверить, что это происходит на самом деле. Ни за что. Ему никогда так не везло. — Серьёзно? Намджун широко улыбнулся, — да, — он встал со своего места и протянул Юнги свой телефон, — утром мне поступило несколько звонков. Они рассматривают возможность проведения с тобой собеседования, в зависимости от того, будут ли цифры продолжать расти, но пока отзывы были отличными. Юнги кивнул. Это было нереально. — Уже есть несколько статей, в которых ты упоминаешься. Пока только хорошие. Подумал, что ты захочешь с ними ознакомиться, — продолжил Намджун, а Юнги покачал головой. В уголках глаз заблестели слёзы, но он не собирался плакать здесь. Не в присутствии Намджуна. Чимин, казалось, заметил это и быстро пришёл ему на помощь, — ах, Юнги, я не могу найти свой блокнот. Не знаешь, где он может быть? — он подошёл к Юнги, положил руку ему на спину и быстро вывел его из комнаты в сторону их спальни. Как только они оказались там, где их не услышат, он, нахмурившись, повернулся к Юнги, прежде чем прошептать, — эй, ты в порядке? Что-то не так? Юнги покачал головой, закрыл рот рукой и сполз по стене, когда Чимин закрыл дверь. Всё его тело сотрясалось от рыданий. Он даже не понимал, почему плачет. Это были хорошие новости, так почему же он плачет? Чимин опустился на колени перед Юнги и крепко обнял его, — ты сделал это. Наконец-то ты получил то внимание, которого заслуживаешь, — голос Чимина был всего лишь шёпотом, но его слова запали в сердце Юнги. Он услышал в них искренность. Чимин говорил серьёзно. Юнги снова вздохнул. Это была реальность. Это был не сон, от которого он проснётся и почувствует себя пустым и никому не нужным. Возможно, это был его шанс. Его шанс добиться успеха. Пусть его хобби станет его работой. Мечта воплотится в реальность.