Волки и Лисы

      Олег целовал каждый палец на его ноге.       Уложив Серёжу спиной на кровать, Олег развёл его колени, нежно погладил внутреннюю сторону бёдер. Серёжа тяжело и напряжённо дышал, рассматривая его в темноте, что казалось — вот-вот вскочит и убежит! Робкий, пугливый и неопытный. Олег понимающе прижался губами к острой коленке, чтобы успокоить его. Он ласкал нежную прохладную кожу, опускался губами к ступне и целовал каждый палец. Серёжа поджимал их и тихо стонал от неземного наслаждения. Эти стоны словно что-то разбередили в душе Олега: он поднялся выше, лаская поцелуями бедро Серёжи, и подцепил пальцами подол его спальной рубашки.       — Сними, — хрипло распорядился он.       Серёжа послушно приподнялся и стянул с себя рубашку. Он впервые раздевался перед кем-то, впервые демонстрировал тело и из-за этого смущённо краснел. Синеватые отсветы ночи падали на его бледную кожу, очерчивая каждую мышцу. Олег изучал голодным жадным взглядом его молодое девственное тело — протянув руку, он потрогал трогательно торчащие соски, прижался к ним губами, а пальцами повёл ниже к очаровательной впадинке пупка, и ещё ниже, к жёстким рыжеватым волоскам паха. Олег принюхался — пахло только Серёжей, значит, он и правда был девственником. Хотелось смять его в объятиях и взять без долгих прелюдий. Но нет, нельзя, он и так был напряжён и напуган.       — Не бойся ты так, — улыбнулся Олег. — Всё будет хорошо.       Серёжа кивнул.       — Почему тогда ты ничего не делаешь? — всё же спросил он.       — Потому что любуюсь тобой, — засмеялся Олег. — Не веришь? Дай руку.       Серёжа протянул руку, и Олег прижал его ладонь к своему паху. Твёрдость и размеры под тканью спальных штанов вызвали дрожь — Серёжа смущённо отдёрнул руку. Он снова заволновался — паниковал так, словно за любую ошибку Олег тут же выставил бы его вон. Но тот, напротив, только улыбался и зацеловывал подтянутый живот. Гладя сильные стройные ноги, он прикусывал острые тазовые косточки, слушая робкие стоны, и опускался ниже. Серёжа даже перестал дышать — он напрягся и вздрогнул, когда Олег поцеловал ниже и скользнул носом по волоскам паха. А потом и вовсе зажал рот ладонью, когда Олег обхватил его член губами.       — Олег, не надо, Олег... — шептал он и дышал прерывисто, тяжело, рвано. На его глазах проступили слёзы, пока Олег целовал его ниже и ниже.       Ему было страшно. Серёжа никогда не считал себя красивым и не думал, что его кто-то захочет так ласкать. Прикосновения и поцелуи Олега обжигали, хотелось умолять его остановиться и продолжать одновременно. Его язык был там, где не должен быть, он так старался сделать хорошо. Кровать словно раскалилась, а кровь закипела. Серёже было так жарко, что казалось, будто он вот-вот потеряет сознание. А ещё ему было стыдно за то, что у него самого встал член — это казалось пошлым и неправильным, но почему же тогда было так хорошо, когда Олег водил по нему рукой?..       Наконец-то Олег поднялся и навис над Серёжей: с теплотой и любовью посмотрел в его лицо, поцеловал уголок губ и провёл тёплыми пальцами по груди и животу, вызывая мурашки. В этот момент что-то словно изменилось: Серёжа понял — пора. Олег внимательно смотрел в его глаза, пока осторожно вводил первый палец. Серёжа зажимался, но успокаивающий шёпот в поалевшее ушко согревал и помогал расслабиться. Эти ласки были неспешными и размеренными, и Серёжа наконец-то начал успокаиваться. Всё оказалось не так уж и страшно. К тому же, Олегу явно нравилось трогать его. Они целовались до нехватки кислорода, до боли в распухших губах и лёгких, и Серёжа уже сам насаживался на пальцы, которых постепенно стало три. Его член задевал живот Олега, и было так хорошо, так...       — Перевернись, — попросил Олег и приподнялся.       Он сам наконец-то стянул рубашку, обнажая невозможно красивый торс, а затем и штаны. Даже в темноте комнаты Серёжа увидел его крупный толстый член. На самом кончике блестела смазка. Серёжа приподнялся, рассматривая очертания совершенного тела в слабом лунном свете, и протянул руку. Провёл пальцами по точёным мышцам пресса, по широкой груди. И, немного помедлив, опустил их к паху, робко трогая волоски.       — Привыкай. — В голосе Олега послышался смешок. — Теперь тебе часто придётся видеть и трогать меня без одежды.       — Я не против, — хрипло ответил Серёжа. — Ты очень красивый.       — Тогда переворачивайся.       Серёжа немного помедлил, но всё же послушно перевернулся. Олег обхватил его бёдра, потянул на себя и шепнул: «Приподними». Серёжа так и сделал, и Олег подложил ему под живот подушку. Серёжа снова сжался — ему было стыдно лежать так, с отставленной кверху задницей. Олег попросил расслабиться и успокаивающе пошлёпал его. К его удивлению, Серёжа подался ягодицами назад, следом за его ладонью.       — Приятно? — спросил Олег и наклонился, чтобы поцеловать в самый центр поясницы и подняться поцелуями по позвоночнику до шеи, вызывая новый поток мурашек. Его член прижался к вздёрнутым ягодицам, и Серёжа, внезапно, сам потёрся об него.       — Приятно... — прошептал Серёжа, дрожа в его руках. — Я хочу...       Олег прижался губами к его лопатке, поцеловал чувствительное место, где шея переходит в плечо. Он входил осторожно и неспешно, несильными толчками, позволяя Серёже привыкнуть. Тот поначалу напрягался и шипел, но потом всё же расслаблялся под умелыми ласками сильных рук и подавался навстречу. Он хотел, очень хотел, правда, и старался показать своё желание. Олег погружался в его тесноту и сладостно стонал от наслаждения — кто бы мог подумать, что тут, в Терчи, он встретит «своего» человека, созданного и для жизни, и для постели. Олегу нравился его запах, нравился вкус солоноватой от испарины кожи, нравилось, как Серёжа трепетно дрожит под его телом и послушно приподнимает задницу. Такой хороший, такой нежный, такой...       Серёжа и правда старался. Только вот страх вернулся вместе с болью, но Олег был осторожен и ласков. Двери во взрослую жизнь он открывал неспешно и заботливо, так, чтобы первый раз не вспоминался потом с ужасом и проклятиями. Когда он погрузился целиком, Серёжа не мог понять свои чувства: он дрожал от ощущений, в нём впервые ощущался горячий твёрдый член. Это было странно, было... Олег вышел и плавно вошёл снова, заполняя собой и заставляя едва не кричать от ощущений. Вскоре он уже двигался уверенно и размашисто, громко и пошло хлопая бёдрами о его ягодицы, а Серёжу качало на подушке вперёд-назад, подбрасывало и оттягивало обратно — дикая мужская сила окутывала его всего.       В какой-то момент Олег вышел, перевернул Серёжу на спину и выбросил подушку. Теперь он входил, смотря в его глаза, и Серёжа наслаждался этими мгновениями единения. Он впервые понял, как это, ощущать между своих ног другого человека, мужчину. Обнимать его, доверчиво открываться, чувствовать его тепло и вес тела. Ещё ближе, ещё интимнее, чтобы собственный член оказался зажат между двумя телами.       Серёжа не запомнил, как кончил — его накрыло такой волной, что он ещё некоторое время содрогался и метался от разлившегося по венам огня, от наслаждения и собственного крика. После он мог только лежать и тяжело дышать, вытирать влагу с глаз, пока Олег продолжал двигаться. На последнем толчке он выгнулся, и горячая волна брызнула в Серёжу, заполняя его изнутри. Это было так странно и липко, немного непонятно. Даже после этого Олег не спешил выходить: он удерживал бёдра Серёжи, тяжело дышал и продолжал оставаться в его пульсирующем жаром теле.       Только спустя несколько минут Олег вышел, упал на кровать рядом и устало прикрыл глаза. Серёжа не знал, что делать: уходить или оставаться. Ведь он был мокрым, потным и грязным, его потряхивало, а ещё между ягодиц было липко. Но Олег словно почувствовал его сомнения. Он обнял Серёжу, крепко и уверенно прижал его к своей груди и поцеловал в макушку.       — Люблю тебя, — прошептал он. — Безумно люблю, слышишь? Никуда без тебя не уеду.       — И я тебя люблю, — ответил Серёжа и закинул на Олега руку и ногу.       Тот тихо засмеялся, укрыл себя и его одеялом. Серёжа доверчиво прижался к нему и прикрыл глаза, засыпая в тепле и уюте.

***

      Утром Олег проснулся привычно рано. Поцеловав закутавшегося в одеяло Серёжу, он встал, вымылся и оделся. Нужно было отправиться к следователю Грому и Диме, чтобы подумать, как быть с куполом над городом и затаившимся Хольтом. До нового года всё же хотелось вернуться в Петербург — отпуск Олега подходил к концу, дела не ждали, да и Серёже нужно было освоиться в большом городе.       Зайдя в спальню, чтобы попрощаться с Серёжей, Олег увидел, что тот уже не спит. Более того, Серёжа встал и тут же подскочил к нему, чтобы обнять и поцеловать. Он был всё так же раздет, и от него соблазнительно пахло любовью — смесью тех запахов, которые окутывали его ночью. Олег обнял его, отвечая на поцелуй и думая, что это так приятно и хорошо, когда тебя встречают или провожают, когда обнимают и смотрят влюблёнными глазами. Когда в жизни есть смысл. Только вот тело тут же (и весьма не вовремя) отреагировало на ласку.       — Серёжа, прикройся! — Олег заулыбался, подхватил одеяло и попытался укутать в него любовника. — Веди себя прилично, мне о делах думать надо.       — Мне казалось, ночью тебя не смущала моя нагота. — Серёжа хитро прищурился, пытаясь сбросить одеяло.       — Зато она смущала тебя, — заметил Олег и звонко шлёпнул его по голому заду.       Серёжа вскрикнул, поджав ягодицы, и тут же укутался в одеяло. Глянул на Олега демонстративно обиженно и гордо отвернулся, вскинув подбородок. Словно говорил: не хочешь — ну и не надо.       — Не заводи меня с утра, — попросил Олег и поцеловал его в макушку. — Имей совесть. Вот приедем в Петербург, и там из моей постели поначалу даже вылезать не будешь. А сейчас мне нужно идти и думать о делах, а не о твоём прекрасном теле.       Серёжа обернулся, хитро прищурился и хотел что-то ответить, но Олег внезапно приложил пальцы к его губам.       — Тише! — попросил он и прислушался. — Быть не может...Оборотни из моей стаи в городе! Я чувствую их. Одевайся, быстро!       Серёжа обмылся, причесался и оделся так быстро, как только мог. Обратившись, они, Волк и Лис, вскоре были в городе и перекинулись уже на вокзале. Олег шёл словно по наитию, хотя у него, возможно, была связь со стаей. Точно Серёжа не знал, а спрашивать не спешил — не хотел отвлекать Олега. В какой-то момент тот резко развернулся, поправил пальто Серёжи (он заставил его надеть верхнюю зимнюю одежду и сапоги), убрал со лба выбившуюся прядку рыжих волос и кивнул.       — Отлично, — заключил он. — Выглядишь превосходно.       — А если я им не понравлюсь? — робко спросил Серёжа.       — Не им решать, это во-первых, — ответил Олег. — А, во-вторых, понравишься, ты же прекрасен. Пошли.       Олег решительно взял Серёжу за руку и повёл к серому двухэтажному зданию вокзала. В скромном и небольшом зале ожидания сидело несколько человек, от которых так и пахло звериной силой. Серёжа даже сбавил шаг, но Олег уверенно потянул его за собой. Навстречу им встали двое — совсем молодой темноволосый парнишка с царапиной на носу и лысый мужчина в возрасте. Остальные же, ещё человек семь, облачённые в мрачные чёрные одежды, бросили на них заинтересованные взгляды, но не поднялись.       — Максим! Михаил! — поприветствовал Олег. — Вы что тут делаете?       — Получили от тебя тревожное письмо, Олег! — весело ответил молодой, Максим. — Ты писал про какие-то странные дела, и что нужна помощь... Вот мы и решили проверить, что случилось!       — Только вот я таких писем не писал, — вздохнул Олег. — Ну, поздравляю! Над городом купол. Въезжать оборотни могут, а выезжать нет. Так что вы тут теперь застряли тоже.       — Это кто такую дичь удумал? — спросил Михаил и нахмурился.       — Хольт, — холодно ответил Олег.       — Он ополоумел? — Михаил удивлённо вскинул брови. — Он запер, можно сказать, арестовал главу петербуржской стаи, его ничего не смущает?       — Я в этот замес попал абсолютно случайно, — пояснил Олег. — А вот вас явно заманили.       — Тогда какой Хольту в этом интерес?       — Какой интерес, говоришь...       Олег обернулся и с интересом глянул на Серёжу. Тот покраснел, стушевался под заинтересованными взглядами и вообще выглядел так, будто не он периодически жестоко и беспощадно убивал своих обидчиков. Олег снова удивился переменам в нём: то Серёжа был робким и тихим, а то становился жестоким и решительным. Утром он и вовсе бессовестно соблазнял собой, хотя ещё ночью вздрагивал от каждого шороха. Иногда Олегу казалось, что знает двух абсолютно разных Сергеев.       Волевым усилием Олег отогнал от себя эти мысли и тряхнул головой. Ну, мало ли? Все мы разные — подумал он. Михаил тем временем принюхался к Серёже, скептически изучая его взглядом, а вот Максим тут же привычно заулыбался.       — Это... — произнёс Михаил, уловив на Серёже запах Олега.       — Мой предназначенный, — кивнул Олег. — Сергей Разумовский.       — Не волк, — заключил Михаил.       — Лис, — гордо ответил Серёжа. — Я — Лис.       Михаил и Максим удивлённо переглянулись. Остальные оборотни тихо зашептались, словно это было чем-то неожиданным, но Олег даже бровью не повёл.       — Ну, добро пожаловать в стаю, Лис, — всё же сказал Михаил. — Я и Максим давние члены стаи, а вон те ребята, что сидят поодаль, наёмники, желающие попасть к нам. Всё зависит от того, как они себя проявят. А ты, раз так легко получил счастливый билет, не разочаруй и не подведи Олега. Ты попал не в простую стаю, а одну из самых крупных и значимых в государстве.       — Я знаю, — ответил Серёжа.       — Не пугай его, — попросил Олег и успокаивающе погладил Серёжу по плечу. — Мальчик хороший. Уверен, что он приживётся в Петербурге и станет достойным членом стаи.       Максим снова улыбнулся Серёже, и тот улыбнулся в ответ. Вроде бы, всё было не так страшно.       — Расскажи нам про Хольта и про всё, что тут произошло, Олег, — попросил Михаил. — Раз уж мы приехали.       — Идёмте со мной, — кивнул Олег. — Я как раз присоединяюсь к группе, которая исследует купол. И всё расскажу заодно. Кстати, знаешь, кто возглавляет группу? Наш следователь Гром!       Серёжа двинулся за ними, но Олег остановился и придержал его рукой.       — А ты домой, — распорядился он.       — Что?.. — удивился Сергей. — Но почему?!       — Потому что Хольт охотится за тобой, — пояснил Олег. — Серёжа, не спорь, у меня дурное предчувствие. Происходит слишком много непонятного. Марш домой, там ты будешь в безопасности. Мы всё решим сами.       — Нет, Олег, послушай... — затараторил Серёжа, но его резко перебил Михаил:       — Всегда слушайся альфу, это раз. А два, предчувствие Олега никогда не подводит.       Серёжа насупился, явно недовольный внезапными запретами. Оборотни, которых так ему и не представили, смотрели с осуждением, но он не собирался сдаваться. Олег вздохнул, подошёл к нему и мягко взял за руку. «Пожалуйста», — попросил он и улыбнулся. Серёжа так и остался стоять на вокзале, когда они уходили.       Олег отвёл друзей к отделению полиции, где уже ждали Игорь Гром, Дима Дубин и их люди, так же прибывшие из Петербурга. Олег представил членов стаи, рассказал об их неожиданном и странном прибытии, а Игорь Гром напомнил всем, что Август ван дер Хольт, известный как охотник на ведьм, очень опасен и любит убивать оборотней. Каждый в небольшом отряде, состоящем из девяти оборотней и девяти полицейских, не считая Олега, Игоря и Димы, понимал риски и опасность. Все были готовы.       Пока они шли через лес, чтобы проверить границы защитного купола, Олег кратко рассказал своим о последних событиях — о странном братстве имени Кутха, о Ларионове и его попытках убить Серёжу. И о приезде Хольта, конечно же.       — То есть Хольт, — уточнил Михаил. — Приехал сюда по зову местных идиотов, но ни разу открыто не влез? Затаился, переждал, пока этих болванов скрутят люди следователя Грома, а потом и вовсе установил купол над городом, чтобы... чтобы поймать Лиса? Даже не Лиса, а так, Лисёнка. Или убить? Или что?       — Вот и мы не понимаем, — сказал Игорь Константинович. Он сильнее закутался в пальто и выдохнул ртом пар. — Сколько не бились, а ответа нет! Ларионов не рассказывает. Если бы Хольт хотел убить Сергея — давно убил бы, но нет. Он тянет, словно выжидает чего-то.       В последние дни снегопадов не было, но снег всё равно оставался глубоким, вязким и тяжёлым. Он налипал на сапоги, и Дима часто останавливался, чтобы стряхнуть его. Полицейские мучились тоже, и только оборотни шли спокойно, будто бы не уставали вовсе. Лес был тихим, спокойным — лишь изредка где-то высоко скрипели и трещали уходящие ввысь деревья. Им настойчивым карканьем вторили вороны.       — На Хольта не похоже... — задумчиво заметил Михаил. — Точнее, если бы он ловил крупную добычу, например, демонического оперённого, то это было бы в его стиле. Оккупировать весь город и не подумать о последствиях.       — Но это обычный Лис, — кивнул Олег. — Деревенский мальчишка. Хотя, я уверен, что всё крутится вокруг Серёжи: и культ Кутха, и Ларионов с его заговором, и Хольт.       — Ответ будто бы прямо перед нами, — добавил Игорь, — но мы его не видим.       Они дошли до небольшой лесной поляны, где деревья расступались ровным полукругом и уступали только раскатистому холму. Олег замер и предостерегающе поднял руку. Он опустился на корточки, прищурился, всматриваясь вдаль и спросил:       — Чувствуете?       — Да... — прошептал Михаил. — Вот это чудеса! Здесь всё словно кричит: «Не подходи»!       Молодой Максим, конечно же, решил проверить на себе. Он обернулся волком и бросился вперёд. Он мчался со всех лап, но какой-то момент его ударило невидимой волной, и он, отброшенный на несколько метров, заскулил и обернулся человеком.       — Да чтоб тебя! — крикнул он и потёр ссадины на лице. — Больно же!       — И это над всем городом? — спросил Михаил. — Типичная ловушка Хольта.       Олег кивнул. Люди Грома каждый день искали Хольта и в Терчи, и за её пределами, но он словно сквозь землю провалился.       Внезапно Олег обернулся к лесу и принюхался.       — Выходи! — крикнул он. — Раз уж пришёл — иди сюда.       Из-за дерева не сразу показалась заинтересованная лисья мордочка. Олег вскинул бровь и поманил Лиса пальцем. Тот осторожно вышел, виновато прижав уши, затем, что-то для себя решив и осмелев, вытянулся. Он перекинулся, и уже Сергей гордо откинул с лица растрепавшиеся рыжие волосы.       — Всё это началось с меня, — сказал он, подходя к Олегу, и кивком поздоровался с остальными. — Я должен быть тут, Олег! Это мои проблемы и моя жизнь. Ты не обязан разбираться с этим.       Олег выдохнул и покачал головой. Гром усмехнулся, а Максим восторженно шепнул Михаилу: «А он молодец!».       — Ты уже всё равно пришёл, — устало сказал Олег. — Что скажешь? Не надумал, что нужно от тебя Хольту?       Серёжа помотал головой и посмотрел в сторону купола. На снегу остался след волочения после того, как отбросило Максима.       — Не знаю, — сказал Серёжа. — Во мне же правда нет ничего особенного, даже боевой формы! И я этого вашего Хольта в глаза не видел.       — Это и странно... — ответил Михаил.       — Лучше бы ты не приходил, — задумчиво сказал Олег. — Не нравится мне всё это.       — Слушай, если бы он хотел достать меня, то и дома убил бы! — заметил Серёжа.       — А если убийство не цель? — Олег нахмурился. — Если даже наш приход сюда ловушка? Кто-то же выдернул моих из Петербурга? Только вот они профессионалы, а ты нет.       Серёжа насупился — кажется, ему совсем не нравились запреты.       — Мы так не договаривались, — прошептал он.       — Пошли, отойдём.       Олег мягко поймал Серёжу за локоть и потянул на небольшой склон. Михаил проводил их недовольным взглядом, но Игорь тут же завлёк его разговором про купол. Серёжа послушно поднялся за Олегом по склону и с грустью посмотрел вдаль. Вроде бы он уже был свободен: предназначенный обещал забрать его в Петербург, только вот покинуть Терчь они не могли. Олег встал рядом с ним, приободряюще сжал плечо.       — Ну, ты чего? — спросил он.       — Мы не договаривались о таких запретах, — тихо сказал Серёжа. — Я не твоя вещь и не игрушка. Да, ты альфа, но...       — Серёжа, — мягко перебил Олег. — Ты не понимаешь своего нового положения? Ты — моя пара. С твоим мнением вынуждена считаться стая, ты приобретаешь разом очень многое. Но помимо этого ты должен отвечать за них. Сейчас рядом с тобой опасно. Я понимаю риски, и я рядом, но не они.       — Да что может случиться? — спросил Серёжа. — Олег, ответы где-то рядом! Надо действовать смелее! Пока мы осторожны, ничего не прояснится. Нужно выманить Хольта!       — Ох, если бы...       Олег замолчал. Всё произошло внезапно. Глаза Олега в ужасе распахнулись, и в них, чёрных, как ночь, отразилось яркое рыжее пламя. Олег что-то отчаянно крикнул спутникам, оттолкнул Серёжу в сторону и накрыл его собой. Серёжа услышал только взрыв. Жар обдал его, несмотря на то, что Олег прикрывал и вжимал его собой в снег. Кажется, он закричал от боли. Кажется, по щекам даже покатились слёзы. Со стороны раздались душераздирающие крики. Где-то над головой раздавался жуткий тяжёлый гул.       Когда он прекратился, стало слишком тихо. Серёжа почувствовал, как Олег, пошатнувшись, встал с него и бросился к стае. Подниматься было страшно. Сердце стучало как бешеное. И всё же Серёжа приподнялся. Прижав руку ко рту, он смотрел на выжженную землю. Снега как не было, а пожухлая трава почернела. На ней лежали изувеченные выгнутые тела сгоревших заживо людей. В стороне были живые — те, кто успел отскочить, как Олег и Серёжа. Но большинство — оборотни и люди, изжаренные до противного тошнотворного запаха горелой плоти — были мертвы.       Олег замер, смотря на них. Он тяжело дышал и в ужасе смотрел на то, что осталось от его товарищей. Серёжа так и не нашёл в себе сил, чтобы встать. Зажимая рот дрожащей рукой, он думал, что Хольт всё же нанёс первый удар.