Мандаринь

      На самом деле, всё портил Новый год. В любое другое время Мин Юнги привычно пошёл бы спать около полуночи, привычно проверив перед сном камеры «Пингвинёнка». Обнаружил бы приоткрытую дверь в лабораторию (ведь взломщик наверняка зациклил видео вместе с подпирающим её Рудольфом) и позвонил бы Намджуну на пульт — проораться и навести порядок. Но не дозвонившись, набрал бы её, а не дозвонившись до неё, приехал бы сам, да ещё и не один, а с охранной фирмой.       Но где шароёбится Юнги, отмечая смену цифр в шапке календаря, Тэлим не имела ни малейшего представления. И станет ли он вообще заглядывать сегодня в камеры. Вероятнее всего — нет, потому что, зная её как облупленную, будет свято уверен, что она ошивается тут с новеньким, а два охранника — вполне себе приличная защита хоть от воров, хоть от вторжения инопланетян.       А ведь она ещё утром совершенно не собиралась «собеседовать» никакого новенького. Соскучившись внезапно для самой себя по вредному, но чертовски обаятельному боссу, Тэлим пришла к нему в кабинет с попыткой провести мирные переговоры и предложить отметить Новый год вместе. Но он ей с порога начал втирать о том, что она дура, раз упустила отличную возможность бой курантов послушать не в Корее, а за границей, затем припёрся Намджун, и она, разумеется, не удержалась от соблазна подразнить босса. Так что потом Юнги ещё полчаса сквозь зубы на неё шипел, а Тэлим назло ему развалилась на диване в вальяжной позе, демонстрируя неповиновение и нахальство. Впрочем, его заявление о том, что он уже договорился на эту ночь с парой цыпочек всё-таки вывело её из себя, и умчалась она из кабинета, сама уже шипя как змея.       Хоть всё это было для Тэлим и обидно, и ревниво покусывало изнутри, но было уже вроде как привычно и не в первый раз.       Зато, пожалуй, в первый раз за всю карьеру в «Пингвинёнке» вероятность подвести Юнги вызывала у девушки тревожащее и неприятное чувство выхолаживающих изнутри боли и страха.       Чужак оказался прокачаннее и умнее, чем она думала поначалу.       О Тэлим надеялась, что он окажется обычным лузером из бедного района, чуточку поудачливее других таких же воришек, кто уже попадался при взломах. Но подготовка у парня была точно профессиональной, да и образование не заканчивалось старшей школой. Обычным вором, с которыми она сталкивалась по пять раз на дню, работая в полиции, чужак не был точно. Спецагент? Профессиональный шпион и разведчик? Работает на какую-то корпорацию или свободный художник? В обоих случаях ставка у таких людей запредельная.       Слишком высокая для ограбления обычной лаборатории, где, по идее, ничего интересного обычно не происходит.       И вывод из этого был только один — во что Юнги ввязался?       Впрочем, о боссе можно и позже подумать. А вот профессионализм чужака рушил все её планы.       Тэлим так надеялась, что вода сработает катализатором и зуд напугает и вынудит вора либо взломать дверь (что вело автоматически к вызову охранного агентства), либо вообще обратиться за помощью к медикам. Но она просчиталась и этот шанс выбраться и сдать чужака профукала. ********       Принять дурацкие, совершенно не похожие на визор очки за элемент маскарадного костюма было ошибкой. Второй ошибкой — снять маску, понадеявшись на то, что в этом захолустье никого не окажется. Она определённо видела его лицо, а значит, сможет описать и опознать.       Фигово. Теперь Хосоку придётся и об этом позаботиться, ни одно описание или его портрет в базах засветиться не должны. Вроде бы простое дело усложнилось теперь не только потраченным на него временем, но и лишним свидетелем. Он определённо потребует двойную плату за эти косяки со своего контакта.       — То есть, ты меня видишь? — на всякий случай медленно уточнил Хосок. — И как, интересно, в этих очках можно что-то разглядеть? — он отвернулся к тем полкам, возле которых виднелись рабочие халаты, сканируя их взглядом.       — А я чо, знаю? — удивилась девушка. — Я тебе чо, ботаник отсюда, шоли? Я тут уборщицей на полставки подрабатываю. Ты оленя убрал, окно затемнил, нас тут запер, а я гляжу — очки. Дай, думаю, позырю, что за идиот нас тут запер, вдруг увижу!       — И чо? — спросил Хосок, невольно поддаваясь сочному провинциальному говору.       — Как чо? Вижу!       Хосок на минуточку замер, бросив на неё взгляд через плечо. Девушка снова развалилась в лениво-вальяжной позе на столике, откинув голову. Его вот совершенно внезапно кольнуло чувство обиды — он, вообще-то, о себе заботился, регулярно пропадая в спортзалах, и с таким телом вполне мог бы и чуточку больше заинтересовать эту чиксу. Но нет, она пырилась в потолок сквозь этот нелепый визор, совершенно не обращая на парня внимания.       Он перебрал халаты на вешалке. Чистых там не было, он брезгливо их отодвинул, добрался до полки, нашёл и вытянул запечатанную белую майку с логотипом «Пингвинёнка». Майка оказалась безразмерной, но перед тем, как её надеть, он помедлил и таки снял дурацкую маску. Оставаться в ней смысла не было — если у девушки был с собой мобильник, то она Хосока уже наверняка сфотографировала. И помощь не вызвала лишь потому, что в лаборатории нет зоны доступа ни в мобильную сеть, ни в интернет.       Девушка на это его движение всё так же не отреагировала и Хосок решился — раз уж она его всё равно видела, то он собирался увидеть её тоже. А для этого её надо было избавить от визора.       Он подошёл к раме, нажал кнопку и высветлил окно. ********       Визор снимать не хотелось — оранжевый ночной свет раздражал, рассеивал внимание и вообще вызывал желание закрыть глаза и заснуть. Но приглашение парня, медленно и напоказ натягивающего майку на аппетитный торс прямо перед высветленным окном вряд ли можно было игнорировать.       Как и то, что он решился показать лицо.       Дело пахло уже не мандаринами, а керосином. Тэлим ясно и чётко понимала, насколько такому как он, «нужны» свидетели, способные его опознать.       Тэлим снова откинула голову, глядя на потолок и стараясь потянуть время. Поза-то у неё была вальяжной и максимально расслабленной, но пальцы, не видные чужаку, вцепились в столик до побелевших костяшек. Она отчаянно и максимально быстро старалась просчитать дальнейшие его действия.       Кода у него всё равно нет, а значит, ему придётся ломать дверь. Это ей офигеть, как на руку — хотя бы потому, что тогда обязательно сработает сигналка на пульте охранной фирмы. И те, если не дозвонятся до Намджуна, то сразу же ринутся сюда. Ну ок, не сразу — за окошком Новогодняя ночь, всё-таки. Но кинутся обязательно.       И как ни странно, в его случае проще дождаться утра — когда ночной режим охраны выключится, не сообщая о любом изменении в системе охранникам и полиции, и ускользнуть через сползающихся на работу сотрудников будет не в пример проще. А перед этим ему нужно свистнуть данные процесса, который как раз к тому времени закончится, и уничтожить улики.       И в число этих улик входит одна слишком много знающая «уборщица».       Так что ей нужно придумать план, как выбраться отсюда, оставив при этом чужака запертым. Или хотя бы дать сигнал… хоть кому-нибудь.       И для этого ей в первую очередь нужно нормально видеть. *****       Нет, эти грёбаные гогглы его определённо раздражали. Девушка на обратный стриптиз едва повернула голову в его сторону, а затем снова уставилась в потолок безо всякого выражения — вот и как тут поймёшь, что она там себе думает?       — Так говоришь, кода у тебя нет? — ленивым тоном уточнила она, поднимаясь и шлёпая босыми пятками к стенке. Стукнула по выключателю и на потолке вспыхнуло нормальное освещение, заменив адский оранжевый цвет. Хосока резануло по глазам и он поспешно отвернулся, протирая их пальцами.       — И почему мне его мой начальник не дал, а? — деланно дивился Хосок, тоже включая нормальный свет. И снова уставился на девушку. Очки уже были у неё в руке, а короткие чёрные волосы встрёпанной короной взвились над головой. Она отложила визор на полку и развернулась к Хосоку со словами:       — Жаль. Тогда надо ждать.       Чёрт, а она была красивой — хищной кошачьей красотой, которая совсем не вязалась с дурацким провинциальным говором. А вот ленивый голос — вязался, да.       — Утра? — на автопилоте спросил Хосок, опираясь руками о стекло и пристально рассматривая незнакомку.       — Какого тебе утра ещё? Юнги, конечно. Ну и готовиться заодно… — зато он её, кажется не интересовал вообще от слова совсем — она снова лениво развалилась на столике, прикрыв глаза и будто специально выставляя аппетитные формы напоказ. Хосока то и дело накрывало странной волной от сюрреализма всего происходящего.       — К чему? — мотнув головой, чтобы прогнать наваждение, он отошёл от стекла. Чиксы чиксами, но шататься тут в трусах и майке в его планы не входило — особенно если уходить придётся быстро.       — Ты по жизни недогадливый или это новогодний Меркурий так влияет? За нарушение правил корпоративный этики и безопасности он будет тебя иметь!       — Он у вас гей?       — Он у нас имелец! А ты что, гей, раз интересуешься?       Хосок на это чуть не подавился, снова развернувшись к ней. Она охренела?       — Знаешь, киса, — он коротко облизнулся и сложил руки на груди. — Не знаю, что ты тут в таком наряде делаешь, но доказать, что я не гей, могу тебе на раз-два. Откроешь дверь?       — Интересно, как? У меня кода тоже нет. Так что расслабься и смирись. До утра мы тут застряли.       — Уверена? Что-то мне не хочется ждать утра. Так что я, пожалуй, рискну попробовать, — хмыкнул Хосок, снова возвращаясь к полкам. Порывшись, он разыскал резиновые перчатки.       — Рискнёшь попробовать что?       — Ну… — к перчаткам присоединились вакуумный пакет, плёнка и ножницы. Хосок расстелил на полу плёнку. — Любой код — это математика. А у меня с математикой вроде всё норм. Так что могу попробовать взломать дверь к тебе в комнату.       Он бросил комбез на плёнку и аккуратно распотрошил его ножницами, осторожно удалив верхнюю часть, на которой остался зудящий порошок.       — А почему ко мне-то? — раздался удивлённый вопрос и он коротко глянул на девушку. Та наблюдала за ним из-под ладони, прикрыв ею глаза. — Не проще ли в коридор дверь взломать?       Хосок отправил верхнюю часть комбеза и свитшот в вакуумный пакет, свернул и выбросил плёнку, расстелил новую и разложил на ней штаны.       — Внутреннюю дверь между комнатами система защиты, скорее всего, заперла всего лишь набором символов, и я могу попробовать их обойти, — Хосок снова вернулся к полкам в поисках нужной ему вещи. Он в жизни бы не поверил, что химлаборатория обойдётся без мини-пылесоса. И действительно, в одном из шкафов он его обнаружил. — А вот для внешней, кроме кода, скорее всего, требуется ещё дополнительная идентификация — вроде сканирования сетчатки или хотя бы отпечатка пальца. Так что её я открыть не смогу. Зато пошлю сигнал на пульт охраны, что тут что-то не так.       Пылесос загудел, прерывая разговор. Хосок водил короткой трубой по штанам, надеясь, что это окончательно удалит раздражающие кожу частицы, и иногда бросая быстрые взгляды на девушку.       Та раздумывала над его словами, прикрыв ладонью глаза и по-прежнему развалившись на столике.       — И что тебя останавливает? — спросила она, едва затих гул пылесоса. — Приехали бы эти олени и вытащили бы нас отсюда.       Попалась. Первый, кто получает сигнал — охранник с пульта, и ей было бы логично рассчитывать на его помощь, а не охранную фирму, которая неизвестно когда появится. И появится ли в эту ночь вообще. А значит — она опознала пистолет и догадывается, что тот полуголый парень сейчас ей не поможет.       — Юнги боюсь, — усмехнулся Хосок, натягивая штаны и зашнуровывая обувь. Её легенда развалилась быстрее дженга у пьяных студентов. Уборщица, убирающая лабораторию посреди ночи на Новый год? Ладно, то, что она пришла к тому парню оторваться, ежу понятно, но вот то, что зудящий порошок делают из мукуны жгучей, в состав которой как раз входит 5-гидрокситриптамин — как-то знаний обычной уборщицы для этого обычно недостаточно. Нахваталась тут по верхам, пока работала? Хренушки, это одно слово сколько ж учить надо! Интересно, кто же она всё-таки такая?       Но она точно не та самая Ли Ын, которую он уже упомянул — фото химика было на валяющейся карточке в хаосе бумаг на столе.       Хосок бросил взгляд на пистолет — тот лежал на столе у самой двери и разглядеть его девушка не могла.       Кем бы она ни была, если он сможет взломать код и дверь откроется, ему нужно быстро вырубить «уборщицу» транквилизатором, спокойно дождаться окончания процесса, скачать данные, взять пробы и улизнуть до начала нового дня. И во время ожидания окончательно разобраться с этой чиксой.       Хосок закончил шнуровать обувь, поднялся и с улыбкой двинулся к двери в «пыточную».       — Держись, принцесса, твой рыцарь сейчас спасёт тебя из башни.