Исцеление

      Начиная с момента, когда она в последний раз коснулась его хладного окровавленного тела, прошло уже несколько дней. Все это время она лежала и не двигалась. Мия была максимально оторвана от действительности — не отвечала на звонки, не подходила к двери, не появлялась на работе.       Ван Арт приезжал пару раз, предлагая помощь, от которой она с легкостью отказывалась, не отводя стеклянного взгляда от стены. Когда он понял, что убеждать ее добровольно в том, что нужно есть и как-то функционировать не представляется возможным, он уговаривал ее поесть хотя бы в его присутствии, при этом даже присоединялся к ней в поедании не всегда супер полезной еды. Все остальное время, то что она делала, нельзя было назвать нормальным — только пила кофе и курила одну за одной чуть ли не до тошноты. Она смотрела в открытое окно отсутствующим взглядом, иногда переводя взгляд на телефон, который, естественно, не звонил. Не потому, что ее никто не искал, а потому, что нужный абонент не набирал ее номер.        Мия ловила себя на мысли о том, что скоро позвонит Макс. Вот-вот приедет со своего похода с детьми в лес и обязательной ей наберет. Он занят. Он только занят. «Да нет его больше!..Этого не может быть!». спорила она в мыслях с самой собой. Настолько тяжело ей не было никогда. Вот он жив… такой горячий… перед тобой… а уже в следующую секунду… Как мертв-то? Нет.        Она вспоминала и начинала снова рыдать. Все ее существо никак не могло принять факт его смерти. Она просто не успела… не смогла его спасти. Он так внезапно кинулся на Вуда, так хотел защитить ее… Мия отвлеклась всего на секунду и именно эта секунда стала фатальной. Как только Макс отразил атаку смертоносного вампира, защитив Мию, она развернулась, пронзила грудь Вуда острым охотничьим ножом. Затем она насквозь пробила его шею, зашла за спину и отрезала голову, кинув в сторону. Стоя в крови вампира, которая продолжала хлестать из ран, Рожденная луной продолжила терзать его мертвое тело до исступления, вкладывая злость за испорченные нервы, заставившие ее столько переживать. — Макс, Вик! Мы победили! — крикнула она.       В это время Виктор убил последнего вампира, который пытался ответить на его атаку и не смог. Труп рухнул на землю, а Виктор устало вздохнул. Макс не отозвался. Мия начала искать его глазами. Он так и не встал. Макс смотрел невидящим взглядом, его взгляд стекленел. — Макс! НЕЕЕЕТ! Ты не можешь умереть! Стой! — она схватила его за шиворот.       Из глубоких ран на груди крупными ручьями вытекала кровь. Бледные губы прошептали: — Мия…я… — он совсем потух и окончательно ослаб.        Девушка еще долго кричала, рыдала, прижимала к себе Макса, осознавая свое полное бессилие. Радости от победы над Князем не было, все усугубилось болью утраты.        Джон и Виктор еле смогли оттащить Мию от тела Макса. Виктор взял ее на руки, крепко прижал, потащил к машине. Она вырывалась и кричала: — Нет, я не хочу! Не забирайте его! Я должна быть с ним!        Джон взял тело Макса, перекинул через плечо, потащил к своей машине, сгибаясь от ран и тяжести мертвого тела. Виктор с трудом затолкал кричащую, обезумевшую от горя девушку в машину и повез в направлении своего дома. — Нет! Отвези меня к себе! Я не поеду в твой дом! — кричала Мия, задыхаясь от рыданий.       Виктор отвез ее в квартиру, позвал Френсис присмотреть за ней. Френсис, уже перевязанная от ран, с пакетом свежей крови, приехала на такси. Вампирша сидела с Мией до тех пор, пока та не уснула. Френсис не слишком разговорчива, что и пошло на пользу, т.к. в течении нескольких дней присматривала за подругой, пока не пришлось уехать по делам на некоторое время. Вот тогда Виктор стал навещать чаще.        Но сейчас не об этом… Когда Мие все-таки удалось в первый день уснуть на коленях Френсис, она увидела сон…        Вставая с дивана, Мия услышала звон. Кто-то хозяйничал на кухне. Тихонько открыв дверь, Мия увидела Макса, который пек блинчики. — Доброе утро, герой, — улыбнулся он своей самой прекрасной улыбкой, — Я думал теперь до вечера проспишь после вчерашней ночи, — заговорщически сказал он. — Макс, да нет, я почувствовала, что завтрак почти готов, а значит пора вставать, — она обняла его сзади за талию, приложив голову к его спине. — Ты чего такая ласковая сегодня? — улыбнулся он, пытаясь разгадать ее мысли, при этом успевая поливать блинчики кленовым сиропом. — Макс, — обеспокоено сказала она, — знаешь… мне так тревожно… больно, но не пойму почему. Ведь у нас все так хорошо.       Мия накрыла на стол, расставила посуду, полила маслом свеженарезанный салат. Они говорили обо всем, смеялись над шутками Макса. В какой-то момент он улыбнулся, заправил ее прядь волос за ушко, проникновенно смотря в глаза, своими бесконечно добрыми серыми океанами глаз. На секунду время остановилось, она перестала улыбаться: — Макс… я…       Он положил палец на ее нежные губы: — Тшшш… маленькая… я знаю, — он улыбнулся, — тебе не обязательно говорить. — Макс… но я хочу сказать… Вдруг я не успею, вдруг что-то случится и я…       Он снова мягко ее прервал: — Я всегда буду с тобой, Мия. Чтобы не случилось, — он улыбнулся открыто и искренне. — Макс… я тебя… — Стой, — он мягко поцеловал в висок, — не обрекай себя на боль. Не обязательно что-то говорить.       Он окончательно сбил ее с мысли жарким поцелуем. Макс провел ладонями по ее спине, расстегивая кофту, бюстгальтер. Макс стянул с нее вещи, целуя плечи: — Маленькая моя, — он прикусил ее плечо, притягивая ближе.       Быстро освободив ее от одежды, завалил ее на стол, проводя кончиками пальцев по внутренней стороне бедра. Блондин улыбался, наслаждаясь любимой, наблюдая за ее нарастающим возбуждением. Наклонившись к ней ближе, парень не касался тела, управляя ее наслаждением. — Макс, — прошептала она, — Пожалуйста.        Макс касался ее страстно, подминая под себя. Проводя по ее промежности членом, дразнил ее так, что она уже почти кричала от возбуждения, тянулась к нему, ожидая продолжения и их, наконец, полного слияния. Помедлив секунду, он вошел в нее на всю длину, поспешно увеличивая скорость, усиливая напор: — Кричи! Я хочу <i>слушать как тебе хорошо! — приказывал Макс.       Волны удовольствия накатывали, ослаблялись. Фоллу непременно хотелось быть в ней подольше. Мия, не выдерживая сладкой пытки, сильнее сжала мышцы, чтобы он кончил. Она добилась желаемого с блеском, но даже после этого он «догнал» ее своими усилиями, что не оставило ей другого выбора, кроме как ярко кончить. Взяв ее на руки, опустился на пол, положив ее, хрупкую, на себя. Сжавшись в комочек, как котенок, девушка опустила голову на его плечо и уснула. Макс путал пальцы в ее волосах, гладя засыпающую красавицу. — Ты мой нежный, трепетный герой… — поцеловал ее в висок, — Ты не представляешь, что тебе уготовано судьбой.»</i>        Сон растворился, а с ним ушла и былая безмятежность. Еще не открыв глаза, не понимая, что она спала, набрала номер Макса. Слушала долгие гудки, никак не возвращаясь в реальность. На звонок ответили: — Мия, привет… — сказал знакомый голос.       Мия распахнула глаза и из глаз мгновенно полились слезы. «Шон…», в эту секунду она думала, что ее сердце разорвется. — Как ты? — прокашлялся, — Извини, что спрашиваю… Я пока взял его телефон. Все еще звонят его воспитанники, пока отвечаю на звонки. — Шон, — она рыдала, — прости… Я никак не могу принять, что его больше нет… Я больше не буду звонить… удалю номер. Ваша семья меня ненавидит и правильно… Все это случилось из-за меня!       Шон попытался прервать эту тираду: — Мия, нет! Они не ненавидят тебя… но общаться больше не хотят. Они понимали, что Макс все равно сунется в это сражение. Они были бессильны и не смогли бы его отговорить. Они понимают, что он бы все для тебя сделал… Макс и сделал. Прости, Мия, …А, — он на секунду замер, — Я вспомнил кое-что. Макс просил тебе передать одну вещь, если… — он осекся, — когда все закончится. Я буду в среду в ТЦ, в кино. Приходи, я передам тебе, что он просил. Но нужно, чтобы нас не видели. Сама понимаешь…       Мия собралась с силами, чтобы ответить: — Да, я приду обязательно. Спасибо тебе, Шон, большое, — она сбросила вызов. «Он оставил послание на случай, если… он предполагал, что может не выжить!» Сердце сдавила бесконечная боль.

***

       Приехав в назначенный день в ТЦ, девушка снова набрала номер Макса. Шон сориентировал ее о месте встречи в самом ТЦ. Как только юноша увидел ее, бледную, осунувшуюся, в спортивном костюме с капюшоном, подлетел к ней, обнял: — Мия, я так рад тебя видеть! — прижал к себе изо всех сил, — Я скучаю по тебе!       Она заглянула в его глаза, вспомнив взгляд Макса, не сдержала слез: — Я тоже, Шон… но мне так его не хватает!       Юноша, мужественно для своих лет, обнял Мию, погладив по спине. Сдерживая собственные эмоции, спокойно сказал: — Мне тоже. Эта рана никогда не заживет, но мы научимся жить без него.       Протянул маленькую шкатулку. — Вот, он просил передать, если не вернется. — Спасибо, Шон… Я ценю твою заботу и то, что ты выполнил его последнюю просьбу.

***

      Забежав домой, Мия сбросила обувь, села на пол. В руке сжимала шкатулку, хотела открыть ее в нетерпении, но остановилась. Было страшно увидеть, что в ней находится. Что там может быть? Может она больше не сможет жить спокойно? А впрочем, спокойно она уже не жила. С момента его смерти.        Любопытство одержало верх, и она, открыв шкатулку, увидела флешку. Поспешно открыла ее, увидев файл со своим именем. Трясущимися руками она нажала на файл. Увидев первые строки, она зарыдала в голос.       «Ну привет, герой!»       Зажала рот рукой, но плачь только становился громче. Девушка задержала дыхание, чтобы сдержать слезы и начала читать снова.        «Ну привет, герой!       Как дела? Надеюсь мы победили? Если ты читаешь это, надеюсь я не сильно облажался? (она представила, как он усмехнулся) Меня больше нет рядом с тобой, но это не значит, что это конец, Мия. Если мы победили, то для тебя это новое начало, маленькая.       Я много раз за последние недели писал и переписывал это письмо. Я мог, конечно, надеяться, что все будет в порядке, но Мия… я же знал против кого мы боремся.       Я не в курсе, как там было, но знай, что я бы не дал тебя в обиду. Ни за что. Все, что я делал, было только потому, что ты мне очень дорога. Прошу, не вини себя за мою смерть. Я пошел за тобой сознательно, оценивал риски. Чтобы и как бы не происходило тогда, я прошу тебя об одном — не отталкивай от себя тех, кто тебя любит и ни в коем случае не сдавайся. Маленькая… ты настоящий герой и тебя ждет только светлое будущее. Я буду рад за того, кто сможет разделить его с тобой.       Эй, герой, не плачь по мне. Будь счастлива.        Я тебя тоже.        Твой волк.»       Она перечитывала это письмо несколько раз. Но каждый раз не могла остановить подступающих слез.