***
Подъезжая к дому Фоллов, Мия была очень взволнована. Прошло больше года со смерти Макса, и уже давно не видела никого из его семьи. Как они примут ее? Может сразу выгонят? Или будут обвинять во всем? Да, она виновата, что потащила Макса с собой. Из-за нее он погиб. Но все-таки, учитывая грядущую опасность для семьи Фолл, была готова к любому исходу, главное, чтобы действительно помочь им всем быть живыми и непричастными ни к чему дурному. Перед входом в дом их с Виктором встретила Хелен, которая улыбалась, хотя в глазах была невыраженная тоска. Женщина радушно пригласила их в дом, усадила за стол. Мия увидела Одри, которая спустилась со второго этажа. Одри не скрывая своего презрения смотрела на нее. Виктор не вызывал у обитателей дома негативных эмоций. Все относились к нему с уважением, даже немного с теплотой. Девушка узнала, что Ван Арт очень помогал семье Фолл, был хорошим другом семьи. Джон присоединился позже, вместе с Ральфом. Только Шона не было в их компании. Мия ничего особенного не чувствовала. Все было обычно. Если бы где-то из-за угла выглянул Макс — было бы так, как каждый раз на их семейных ужинах: весело, душевно и очень тепло. Но его не было. Это вызвало боль в сердце и легкое беспокойство, который появилось в самом начале входа в дом, теперь только усиливалось. Девушка не понимала как себя вести, что делать, что бы понять кому из семьи Фолл конкретно нужна помощь. Позже появился Конрад, устроившись на своем почетном месте, присоединился к беседе о мире между волками и вампирами, которую постоянно подкрепляли своими действиями Ральф и Виктор. Именно их союз показывал представителям других стай, что адекватное взаимодействие между представителями разных рас очень даже может быть продуктивным. Все жили очень спокойно, бунтов и стычек не наблюдалось. В итоге, Виктор и Ральф достигли того, о чем они мечтали всегда — пришли к миру во всем мире. Теперь не страшно было растить детей, как считал Ральф, очень хорошо было помогать друг другу, думал Виктор. Рожденная задумчиво посмотрела на пустое место за столом, задаваясь немым вопросом. — Шон что-то задерживается, сейчас я его позову, — сказала Хелен, поймав взгляд Мии. Хелен отошла, поднялась на верх, в комнату Шона. Вскоре они вместе спустились вниз. Шон, едва коснувшись плеча Мии, присел рядом с Джоном. Его вид был болезненным, мальчик был бледным и чересчур спокойным. — Милый, тебе все еще нездоровиться? — спросила Хелен и обняла сына, сидящего на стуле. — Все нормально мам, я не ребенок. Не надо меня обнимать, — чуть недовольно сказал Шон, приступая к еде. Аппетит у него был волчьим, чему улыбнулась вся семья. У них будто отлегло от сердца — ест, значит выздоравливает. В момент легкого прикосновения Шона, Мию пробрал электрический удар, но она не пошевелилась, чтобы не привлечь внимания. Продолжила трапезу. Позже мягко улыбнулась, отпросилась выйти подышать, чтобы остановить свое беспокойство. «Шон? Неужели?» думала девушка, присев на лавочку на веранде. Через несколько минут из дома выбежал Шон, направившись в лес. Мия молча вскочила и побежала за ним. Потеряла считанные секунды, но уже не могла найти его. Вспомнив про озеро рядом с домом, где они проводили много времени с Максом, бросилась туда, активизируя свою вампирскую скорость. Внезапно столкнулась с чем-то и упала, тормозя руками, проехавшись по земле. Перед ней стоял Шон, с руками в крови, а на земле валялись безжизненные мелкие животные, то ли белки, то ли барсуки. Он стоял, склонившись к животным, из его глаз текли ручьи слез, он вытирал их размазывая кровь по лицу. Почувствовав запах крови так близко, его стошнило в кусты. Он стал еще бледнее и, еще немного, упал бы в кровавое месиво, если бы Мия его не поймала. Она села рядом, обняла его, стала гладить по голове. Девушка молчала, понимая, как плохо он себя чувствует и каким жалким выглядит в своих глазах. Шон всегда пытался казаться взрослее, чем он был и любое проявление слабости он себя жестко гнобил. А сейчас, сил у него было так мало, что в пору ему было бы уснуть и успокоиться, но он, собрав волю в кулак, спросил: — Мия, ты же не расскажешь никому? Девушка обняла его сильнее: — Конечно нет, Шон. Расскажешь мне что с тобой? Мальчик кивнул понимая, что делиться этим ужасом со своей семьей он не мог. Настолько ему было страшно. Шон рассказал, что недавно, когда он был в лагере своей семьи в качестве помощника инструктора младшей группы скаутов, он должен был следить за порядком в палатках в своей группе. Ночью Шон учуял чужака у своей палатки, в которой он был с еще одним мальчиком. Шон тихонько вылез из палатки, пытаясь определить кто здесь появился, защитить своих ребят от нежданного гостя. Пока он принюхивался, обследовал палатки и пространство вокруг них, уловил еле заметный вскрик, который угас в ту же секунду. Мальчик двинулся к своей палатке, увидев в ней активное движение, шуршание. Шон разорвал палатку, увидев, как к мальчику пытается присосаться вампир, который зажимал рот ребенку. Юноша резким движением откинул вампира от мальчика, который обмяк и отключился от ужаса. Юный оборотень пытался всеми силами отбросить вампира, но тот был значительно сильнее. Вампир стал злее, потеряв свою добычу, но был не намерен терять следующую. Вампир набросился на Шона, они покатились в сторону кустов. Когда вампир оказался сверху, он сжал в тиски ребенка, воткнув свои клыки в его шею. Шон барахтался в его руках, но вскоре отключился. Когда он пришел в себя, то лежал в лазарете лагеря. Миленькая медсестра померила ему температуру, которая, как положено, была выше нормы, сообщила ему, что он в порядке. — Спасибо, Шон, что спас меня от кабана, — улыбнувшись сказал мальчик, на которого было совершено нападение, но совсем не кабана, — Если бы не ты, он бы меня разодрал. Ты такой сильный, Шон. Жаль, что кабан сильно откинул тебя в дерево и ты ударился головой. Шишка такая большая… но ты крутой! Спасибо! — мальчик улыбнулся и побежал на улицу. Вечером Шона забрал Ральф, когда все удостоверились в том, что мальчик в порядке. На его голове была шишка и он был бледным. Сколько бы Шон не искал, но никаких следов укуса на нем не было. Это пугало. Может он с ума сошел? Может правда на него напал кабан, откинул его в дерево так, что у него появилась такая большая шишка на лбу? Нет. Что-то здесь не так. Шон прервал рассказ, прокашлялся. — Это еще не все, Мия… — Шон продолжил. В течении пары дней после происходящего, Шон был дома, но постоянно бегал в лес. Его стали мучить кошмары и приступы ярости. В этих приступах был готов разорвать любого, поэтому бежал в сторону лесных зверей и, как бы ему не было их жаль, остановиться не мог. Сжимая зубы, юноша закончил рассказ. Девушка выпустила его из своих объятий. — Шон, я тебе помогу справиться с этим. Можешь на меня рассчитывать. — Мия, я теперь такой же как ты? Скажи мне честно, — парень смотрел с мольбой в ее глаза, — Что мне делать? Полувампирша грустно вздохнула, не зная обрадуется или будет грустить, о том, что его жизнь теперь приобретет совершенно иной смысл: — Да, Шон. Ты тоже Страж Сумерек. Я буду обучать тебя, чтобы ты спас многих. Тренировки начнем завтра. Подготовься. Пока семье ничего не говори. Мы подумаем, как это преподнести. Парнишка умылся, помыл руки, смыл кровь с лица и тогда они направились назад в дом.***
Виктор улыбнулся, выходя из дома стаи. Когда они сели в машину, поехали к дому Виктора, вампир не задавал вопросов, ведь уже понял, что будущий страж — Шон.