От Звезд до Земли и Обратно

*POV Гермиона*

За окном медленно хлопьями падал снег, тая от прикосновения к земле. Сквозь бирюзовые шторы пробивались лучи яркого, но негреющего зимнего солнца. Дверь комнаты отворилась с легким скрипом. — Доброе утро, милая, — папа поставил поднос с чашкой и шоколадным кексом на письменный стол и, нежно поцеловав меня в макушку, помог поправить подушки по моей спиной. — Пап, я уже в полном порядке, правда! — уже второй день они с Драко все бродили вокруг меня, не разрешая даже спуститься на кухню, — ну подумаешь, споткнулась, ну с кем не бывает... Отец тяжело вздохнул. — Хорошо-хорошо, ты права… — папа немного замешкался, — Драко сварил прекрасный кофе, попробуй, — он показал рукой на стол. — Хорошо, папуль. Как только дверь за ним закрылась, я встала с кровати и открыла шкаф. Сегодня Рождество, я хотела бы провести его так, как никогда раньше, и так, чтобы оно запомнилось надолго. — Та-а-ак, — протянула я, пробегая взглядом по одежде на вешалках, — это я надену на ужин, а в этом можно сходить погулять, — я перевешивала наряды с места на место. Кофе со стола так и манил меня запахом. Закрыв дверцы шкафа и сделав глоток кофе, что действительно оказался весьма и весьма приятным, я начала приводить волосы и лицо в порядок. Через пятнадцать минут на моей голове красовались два милых колоска, а на лице легкий макияж с блестками в форме звездочек, — отлично! День начался с хорошей ноты. Одевшись в темно-зеленую водолазку и джинсы, я спустилась в гостиную. Папа и Драко хлопотали на кухне, видимо приготавливая праздничный ужин. На кухонной тумбе, сладко посапывая, растянулся Живоглот. — Доброе утро, Драко, — парень повернулся ко мне. Его волосы торчали в разные стороны, а на щеке красовались следы муки. — Доброе, хорошо выглядишь, синяк уже даже не видно, он улыбнулся и медленно прошелся по мне взглядом сверху вниз. Я подошла ближе и, взяв в руку кухонное полотенце, стряхнула муку с его лица. — Ты теперь тоже, — я не стала спорить, что синяк очень даже заметен, просто я его около пяти минут замазывала косметикой. Драко улыбнулся, — может вечером все вместе сходим погулять? — я обратилась сразу к обоим пекарям. — Не-ет, Гермиона, я уже староват для этого, — засмеялся папа, ставя очередной противень в духовку, — да и на коньках и лыжах я кататься не умею. — Мистер Грейнджер, никогда не поздно учиться новому, — парень вытирал руки о полотенце, переводя взгляд с меня на папу и обратно, видимо, боясь сказать лишнего. — Ох, Драко… — папа продолжал посмеиваться, — вы молодые, веселитесь, пока есть время, что вам старика за собой таскать, — он как-то странно на меня посмотрел и, сняв фартук, отправился в гостиную, напоследок крикнув, — Драко, через 15 минут не забудь выключить огонь! Мы переглянулись. Я пожала плечами. — Что вы готовили? — я принюхалась и стала изучать блюда и продукты, стоящие на плите и кухонных тумбах. — Ну тут, — он проходил мимо блюд, говоря их названия, — индейка, запеченный картофель, жареная рыба, оладьи, бифштексы, Живоглот… — мы оба рассмеялись. Кот проснулся и, потянувшись, спрыгнул с тумбы, и отправился следом за папой. — Видимо, Живоглот отменяется? — Оказался плохо прожаренным, наш ресторан приносит извинения, — Драко склонился в шуточном поклоне. — Ну что, когда выходим? — я решила уточнить. — Для начала нужно вытащить выпечку из духовки… — Я этим займусь, не переживай, иди одевайся, — парень кивнул, снял фартук и вышел из кухни.

*POV Драко*

Часы пробили ровно час дня. Я постучал в комнату мистера Грейнджер. — Вы уверены, что не хотели бы пойти с нами? Думаю, Гермиона была бы рада Вашей компании. Мужчина сидел в мягком кресле за какой-то книгой, одной рукой поглаживая Живоглота, лежащего на его коленях. Он посмотрел на меня мягким, но все же непонятным мне взглядом. — Она хочет запомнить это Рождество. Оно должно быть… другим. Не таким как раньше. Я желаю ей только лучшего, и я знаю, что ты сделаешь этот праздник по истине волшебным, — он подошел ко мне, — если будешь думать не этим, — он указал пальцем мне в лоб, — а этим, — палец опустился на грудь, — как бы ванильно и банально это ни звучало. Рыжий кот в этот момент ластился у моих ног. Я же даже не замечал его. — Очень ванильно и банально, мистер Грейнджер, — я улыбнулся, —но мы просто друзья. Не более. И вряд ли когда-либо сможем стать чем-то большим. — Ты так уверенно говоришь. Думал об этом, — мужчина, рассмеявшись, сел обратно в кресло.т Этот вопрос поставил меня в тупик. «Думал. Не раз. И всегда приходил к одному выводу.» — Я всегда уверен в своих словах и действиях, — мистер Грейнджер широко улыбнулся. — Правильно поступаешь. А теперь идите, хорошего вечера. Я, кстати, планировал пригласить на ужин соседей, так что, если захотите, приходите к половине седьмого. — Спасибо за приглашение, мистер Грейнджер, — я поклонился головой и вышел из комнаты. Гермиона поправляла волосы около комода в прихожей. Я спустился по лестнице. В голове эхом звучали слова отца Гермионы, путаясь с мыслями, что начали возникать у меня еще несколько месяцев назад. — Твой отец сказал, что позвал соседей на ужин к половине седьмого, если хочешь, можем прийти, — она повернулась ко мне. Такая красивая, что мысли замерли, связавшись в тугой комок. — Он мне говорил. Придем, если успеем, — она улыбнулась, — ты готов? — Минутку, — я прокрутил в голове еще раз все планы, — сейчас подойду. Захватив из комнаты маленькую оранжевую коробочку и сунув ее в рюкзак, вновь спустился к подруге. Мы гуляли по улицам старого Лондона, украшенного цветными фонариками и гирляндами. Везде, играя, бегали дети, откуда-то играла рождественская музыка, кто-то лепил фигуры из снега. — О, смотри, это мое любимое кафе! — Гермиона показала рукой на крохотную дверь, над которой висела вывеска, но не успел я прочитать, как она схватила меня за руку и потащила внутрь. Я ожидал увидеть забегаловку по типу «Дырявого Котла» с подозрительными личностями внутри и запахом не самой вкусной еды и напитков, но, хоть кафе и было оформлено в деревянном стиле, внутри было очень уютно. В камине потрескивали дрова, от ламп исходил приятный теплый свет, а посетители выглядели очень опрятно и вели себя достаточно тихо. Пахло корицей и сладостями. Гермиона подошла в барной стойке. — Добрый день, мисс Грейнджер, — улыбнулась светленькая девушка в фартуке и небольшой специальной шапочке и перевела взгляд на меня, — добрый день, мистер, — кивнула она мне. Я ответил тем же. — Здравствуй, Хельга, как сестра? — Учится, ты как? — Все хорошо, как всегда, — видимо, решив поскорее закончить диалог, она приступила к делу, — мне, пожалуйста, два средних карамельных капучино со взбитыми сливками, корицей, кондитерской посыпкой и одной ложечкой сахара с собой, — я уже хотел возразить, как она повернулась ко мне, — просто доверься мне. — Ну позволь хотя бы заплатить, — жалобно простонал я. — Не позволю, —Гермиона даже не скрывала ехидную улыбку. Через несколько минут мы вышли из кафе, попивая действительно отменный кофе. Гермиона внимательно всмотрелась в мое лицо, хитро прищурив глаза. Что-то там высмотрев, она, таинственно улыбаясь, гордо глотнув кофе, уставилась в дерево на горизонте. — Та-а-ак? — спросил я. — Та-а-ак, — передразнила она меня. — Что ты так улыбаешься? — Просто вижу, что тебе кофе нравится. Даже очень, — она снова поймала мой взгляд. — А кто говорил, что мне не понравится? — И правда, — она указала рукой в неизвестном мне направлении, — пойдем туда, там каток. — А не страшно? — намекнул я ей на ее вчерашнее приземление на нос. Та просто легонько ударила меня плечом в ответ, — ты хорошо катаешься? — Не-а, а ты? — Ни разу не стоял на коньках. — Значит нам обоим будет весело, — она с энтузиазмом перебежала дорогу, и мы отправились вниз по улице, разглядывая красивые дома.

*POV Гермиона*

Когда мы добрались до катка, на Лондон опустились сумерки. Огоньки переливались золотистым светом на деревьях, колоннах и антревольтах и архивольтах катка. Слышался детский смех, лай собак, из колонок звучала музыка. Я подошла к стенду, где можно было взять коньки на прокат. — Какие посоветуешь, спросил Драко? — Фигурные. Они очень красивые и кататься в них приятнее, хоть и немного сложнее, чем на хоккейных. Я выбрала белые коньки с розовым узором, изображающим ветви лозы. Драко уже надевал простые черные коньки. Я села на лавочку рядом с ним. — Тебе помочь со шнуровкой? — спросила я. Драко внимательно посмотрел на людей на катке. — Спасибо, я, вроде, понимаю, как это работает… Я пожала плечами и принялась шнуровать коньки. Через пять минут мы оба были готовы покорять этот каток. Я смело ступила ногами на лед и толкнулась. Скользила я смело, хоть и не очень эстетично. Сделав пару кругов вокруг себя, я протянула руку Малфою. — Держись, так будет легче, — друг, некоторое время разглядывая мою руку и, видимо взвесив все «за» и «против», взял мою ладонь в свою. — Кто еще за кого держаться будет, — рассмеялся он и аккуратно шагнул на каток. Драко оказался весьма талантливым и буквально за полчаса научился всему, что умела я: толкаться вперед и назад, держать равновесие и даже красиво разворачиваться. — Да ты прирожденный фигурист! — удивленно воскликнула я. — Это выглядит сложнее, чем есть на самом деле. Но все же я горжусь собой. Из колонок заиграла знакомая мне мелодия. Redemption - Hurts. Драко повернулся ко мне и галантно протянул мне ладонь. — Мисс Грейнджер, не подарите ли Вы мне этот танец? — он склонился в легком поклоне. Время для меня остановилось. Как во сне я протянула ему свою ладонь, и он притянул меня к себе, одной рукой обняв за талию. Мы медленно двигались в такт музыке, забыв обо всем. Были только мы вдвоем. Только он и только я. Сердце буквально порхало в груди, что-то внутри полыхало, а дыхание сбивалось. Песня закончилась. Мы остановились. Но так и не отпустили друг друга. Стояли, смотря друг на друга. Его серые глаза. Светлая прядь волос, упавшая на лицо. Теплая, искренняя улыбка, и такое волнение в моей груди. Молчание прервал он. — Я приготовил тебе подарок, — он только сейчас отпустил меня и достал из кармана маленькую оранжевую коробочку, перевязанную синей лентой, — кстати, прекрасно будет сочетаться с твоей водолазкой, — я переняла коробочку из его рук и, осторожно развязав бантик, открыла. В ней лежал золотой кулон в форме медвежонка, который держал двумя лапами красивый алый камень в форме сердечка, и серьги с такими же камушками в золотой оправе, — это рубины, — добавил он. — Он такой… милый и красивый! — я воскликнула от восторга, — спасибо тебе, — я обняла его за шею и вновь почувствовала его теплые ладони на своей спине, — у меня тоже есть для тебя подарок, приготовься — я убрала подарок в сумочку и, взяв его за руку, трансгессиоравала.