Любовь с ограничениями

      Один день сменялся другим. К брату с сестрой вновь вернулась привычная будничная суета. Пока Изуру работал, прикладывая все усилия, Аяме пыталась изучить новые блюда, а затем пробовала себя в готовке. Брат стал замечать за собой, что та последняя встреча с Ризой как-то повлияла на сестру. Аяме стала… жизнерадостнее? Возможно, причина крылась в том, что вот так, собравшись втроем, она смогла вспомнить те чувства, что испытывала в детстве. В основном радость, которую ей дарила компания брата и их общей подруги. Ностальгия, которая отзывалась теплотой в душе. Испытывал ли то же самое Изуру?       В очередной раз возвращаясь домой с работы, он застал себя на мысли, что до сих пор вспоминает последний разговор с Ризой в прихожей. Похоже, для Изуру ее появление тоже стало своего рода мостом в прошлое, но в то прошлое, когда они с девушкой были вместе и потихоньку строили свои планы на будущее. Их отношения не продлились долго, но их чувства, казалось бы, забегали далеко вперед.       Парню даже не требовалось заглядывать в записную книжку в телефоне, чтобы наизусть помнить телефон Ризы. Собирался ли он позвонить ей? Принять ее приглашение? Возможно, в этом не будет ничего страшного, но что потом? Будет ли это выглядеть так, словно он хочет вернуть все назад? Попытаться еще раз? Похоже, Риза совсем не против, если так случится. Но тогда Аяме…       «Аяме вновь останется одна. Это то самое чувство, о котором говорила Барбара? Те самые цепи, которые держали меня подальше от окружающих и ближе к своей родной сестре? Но… если моя сестра рядом, нужен ли мне хоть кто-то еще?»       Изуру прекрасно знал ответ на этот вопрос, но почему же он продолжал думать о Ризе? Почему не мог выкинуть ее из головы?       По возвращению домой он вновь застал сестру за готовкой. Конечно, сидя на инвалидном кресле, приходилось оставлять все тарелки и продукты в нижних ящиках и на столах. Из-за этого ее личико, проглядывающее между рядами керамической посуды, выглядело забавно.       — Аяме, я дома.       — С возвращением! — радостно произнесла Аяме, затем опустила ладони на колеса коляски и развернула ее по направлению к брату, — О-Ой! — да только забыла, что ладони ее были в муке.       Брат избавился от верхней одежды, оставил пакет со сменной одеждой у двери, затем прошел на кухню и уже было хотел поцеловать сестру, но его путь преградили накрест сложенные тоненькие руки сестры:       — Сначала помыть руки.       — Н-но чтобы поцеловать тебя в лоб, мне не понадобятся руки! — возразил Изуру.       — Нет-нет, — похоже, сестра от своего не отступится.       Брату оставалось лишь принять поражение, кивнуть и отправиться в ванную, чтобы отмыться от уличной пыли. Здесь и там лежало много флаконов, косметика, которой уже давно никто не пользовался. На секунду брат задумался о том, как здорово было бы увидеть сестру с легким макияжем. Интересно, станет ли она еще прекраснее, или все это не пойдет ее и без того естественной красоте? Потянувшись за полотенцем, рука брата вместо этого набрела на белье, развешенное на веревке.       Не просто белье… Нижнее белье сестры, только что выстиранное. Такое же чистое и свежее, как его сестра. Трусики сестры, которые она совсем недавно одевала. За которыми прятала свою…       «Н-Нет…» — Изуру вновь возненавидел себя. Навязчивые мысли продолжали атаковать его разум. Он прекрасно понимал, что его половая жизнь закончилась на том вечере в отеле в компании Барбары. Тогда он видел в этой ситуации сплошные плюсы, но и не подозревал, что похоть уже давно пустила корни в его разум, а эти корни, в свою очередь, постоянно будут напоминать ему о естественной потребности.       «Что же я делаю…» — пока его сестра готовила на кухне, брат задержался подольше в туалете, сжимая в одной ладони нижнее белье сестры.       За ужином в дом вернулась привычная уютная атмосфера. Пока сестра смотрела передачу по телевизору, брат не сводил с нее взгляда, опираясь головой в раскрытую ладонь. В профиль она казалась такой прекрасной. Ее прядь волос то и дело спадала вниз, а затем сестра в очередной раз поправляла ее за ухо, не отвлекаясь от просмотра. Глаза ее блистали, в них отражался мерцающий экран телевизора. Если бы Изуру обладал микроскопическим зрением, наверняка заметил бы, как зрачки ее слегка дрожали, завороженные любимым шоу и актерами. Ладонь ее лежала на столе, такая же тоненькая и хрупкая, как и всегда. Изуру уже много раз держался за эту ладонь, но почему-то именно сейчас, глядя на нее, ему захотелось коснуться этой ладони с особой нежностью. Как касаются парни своей девушки на самом первом свидании.       — Скажи, Аяме…       — А? — Аяме отвлеклась от телевизора.       — А, н-не, ничего… Прости, — брат и сам не понял, что хотел сказать.       — Чего ты?       — Н-нет, просто заметил, что в последнее время ты стала… живее, что ли, — Изуру засмеялся, чтобы его слова не казались чрезмерно серьезными.       — Хм… — сестра приложила пальчик ко рту, подняв глаза к потолку. Похоже она всерьез задумалась над своим настроением.       — Обрадовалась, что Риза зашла навестить нас?       — Возможно… — какой-то неуверенный ответ.       Своим вопросом Изуру метил прямо в центр своей цели, но, похоже, стрела угодила далеко в сторону. Тогда что же стало причиной изменения ее настроя?       — Скорее, это ты на меня так повлиял, — ответила она, все еще сомневаясь.       — А? Я?       — Знаешь, в тот вечер я заметила улыбку на твоем лице.       — Я улыбался? Брось… — Изуру отмахнулся.       — Нет, серьезно. И… раньше, когда ты смотрел на меня и улыбался, я ощущала в твоих эмоциях грусть. Но когда к нам зашла Риза, я впервые увидела, что тебе было по-настоящему тепло на душе. Прости, если я… — Аяме запнулась.       — Аяме…       Изуру не смог подобрать слов. Неужели он действительно смотрел на свою сестру лишь с сожалением? А что же было только что? Разве он испытывает грусть, когда смотрит на нее? Или это то, что можно заметить лишь со стороны?       — Ничего. Наоборот, это, возможно, и стало причиной моего приподнятого настроения. Мне хорошо, когда хорошо тебе, братик… Правда.       Вот оно в чем дело. Это замкнутый круг, ведь и Изуру теперь ощущает себя спокойнее, когда видит Аяме такой жизнерадостной. Это еще одно доказательство того, что они идеально дополняют друг друга. Брату не хотелось, чтобы этот круг нарушался.       — Это взаимно, — с теплотой ответил Изуру.       Сестра поддержала его теплой улыбкой, а затем вернулась к просмотру телевизора. На этом их короткий разговор закончился. После ужина они вместе убрали со стола, помыли посуду, затем Изуру приготовил для сестры свежее постельное белье, удостоверился, что в комнате подходящая температура и, пожелав сестре спокойной ночи, слегка, не до конца, прикрыл дверь и вернулся на кухню, присев на стул.       «Я выглядел счастливым, значит?» — подумал он, держа перед собой смартфон с раскрытой телефонной книгой.