Жёлтые звёздочки

      Лунный свет украдкой пробирался в девичью комнату и попадал на стену. Сакура не могла так спокойно спать, зная, что совсем одна дома. Мама вместе с Ханако в госпитале. Девочка просунула свои коленки в сиреневую длинную ночнушку, сидя рядом у двери.       «Не пойму, что с Ханако? Из-за неё я опять сегодня осталась дома одна. Даже Хинату не позвать, она наказана отцом за то, что прошлой ночью её не нашли дома. Папа не поднимает трубку. Страшно».       В комнате светились цифры часов, которые стояли на комоде. 02:11. Два часа назад Сакура проснулась из-за того, что мама в спешке собиралась уходить. На фоне этого ревела трёхлетняя девочка, которую Мебуки держала в своих руках.       Завтра должен прилететь отец. Они планировали провести весь день вместе, ведь в последнее время так редко стали уделять друг другу времени: мама занимается составом змеиных ядов в своей лаборатории, папа отправился в Хиросиму для старого дела, а Сакура активно готовилась к поступлению в военную академию. Времени было мало, а готовить нужно централизованный экзамен и спортивные нормативы. Родители слишком много спорили насчёт этого выбора девушки, но Сакура была слишком упёрта. Она сделала невыносимые шаги для своей цели. Но сейчас ей было не до этого. Сакура чувствовала, как тяжелеет её голова. Она наклонилась к коленкам и закрыла глаза.       Хлопок входной двери. Сакура мигом проснулась. Она выбежала в коридор и довольно улыбнулась человеку, которого дождалась. — Мама! – выкрикнула та.       Но Мебуки не ответила. В одной руке у неё спала Ханако, а в другой она держала телефон, который прислонила к уху. Девочка не увидела в её лице привычную приветливость или строгий взгляд. Сакура видела слезу, которая застыла на щеке. На лбу появились морщины, а пальцы дрожали от нервозности. — Кизаши, ты меня слышишь? – не обращая внимания на старшую дочь, спрашивала женщина. – Нам срочно нужно семь тысяч долларов!       Прошёл месяц с того момента. Выяснилось, что у Ханако Тератом ЦНС. Что это за дрянь? Если другими словами, то это злокачественная опухоль. Нужные аппараты для лечения можно было найти лишь в Мексике, у маминых знакомых. Все мы знаем, чем заканчиваются эти истории. Но здесь произошло исключение. Большую часть своих сбережений родители потратили на операцию по вырезанию опухоли из головного мозга. На тот момент было повреждено всего 7% от общего состава. Родители не появлялись дома всё это время. Сакура же сидела одна с посещением учителей, которые были предупреждены. И только за этот месяц Сакура поняла, как же сильно она переживает за свою сестру. В жизни она бы не проявила к Ханако хоть какой-нибудь интерес, если бы не этот месяц. Девушка бы никогда не подумала, что есть такая любовь, как сестринская.       Время шло. Каждый день по несколько раз Сакура звонила матери и отцу. Зачастую они не поднимали трубку, а если и поднимали, то обходились без детальных подробностей. Это безумно нервировало девушку. Но вскоре она узнала, что операция прошла успешно. Сакура и не знала, кого благодарить? Ведь обычно всегда в таких передрягах происходит самое печальное. Но, неужели всё так хорошо? Ханако быстро восстановится и всё вернётся восвояси? Харуно была счастлива. Всё это время она не могла нормально есть, пить, учиться, жить. Всё это время её мысли были только об одной маленькой Ханако.       Как только мама позвонила девочке и сказала, что приедет в Токио через пару дней, Сакура запищала от радости. Всё действительно хорошо. Сначала родители скоро приедут в Японию. Но сначала им нужно совершить рейс на поезде из Мексики в Центральный аэропорт Штатов…

***

      Саске торопился домой. Он наконец-то приехал из соседнего штата после задания. В последние несколько лет он успешно продвигался по своей карьерной лестнице. Пока его сверстники готовятся к экзаменам, Саске уже официально зачислен на работу и получает зарплату. Он уже не первый раз практикует полёты в другие штаты сам. Он уже знает алгоритм последующих действий в других странах, чему несказанно радовалась его мать. Вот только есть одно – она до сих пор встречает его с каждого рейса. Она всегда мило улыбалась на закатанные глаза сына и начинала расспрашивать его о всех мельчайших подробностях. Но в этот раз её не было. Время 03:00. Это вовсе не был аргумент для Микото, чтобы не встретить сына. Саске был слегка удивлён. Он даже немного остался в аэропорту, думая, что мать заблудилась среди других. Но спустя некоторое время она не появилась. Учиха заказал такси и отправился домой. Пока он ехал по ночному городу, Саске ответил своему напарнику, который до сих пор ему пишет, хоть дело было и закончено. ● Поздравляю тебя с окончанием задания. Не хочешь ли встретиться? Я как раз скоро приезжаю в твой штат. Если что, то покажешь мне местности города. Что думаешь?

Наруто

      «Что ему от меня надо?» – сам у себя спросил Саске.       На секунду он задумался, что бы ответить этому парню, но вспомнив его излишнюю вспыльчивость, раскрепощённость и наглость, быстро написал: ● Отвали.       Саске выключил телефон и выдохнул. Вдруг такси резко затормозило и заставило дёрнуться. Приехали.       Парень, заходя к себе домой, решил не будить никого. Он разулся и тихо пошёл в свою комнату. Было слишком тихо и сумрачно.       «Как странно. Почему никто не встречает? Неужели действительно спят?» — не мог поверить Саске.       Вдруг он застыл. Всё тело напряглось. Почувствовался резкий, противный запах.       «Что это? – не понимал Саске. – Это…это кровь?!»       Он медленно направился в комнату родителей.       «Отец же приезжал совсем недавно, он бы не допустил такого!» — сразу же подумал Учиха.       Обоняние обострялось. Кровь чувствовалась ещё сильнее и ещё противнее. Мысли переполнили молодой разум.       Учиха всегда знал, что следует делать в таком случае, но сейчас, когда он находился дома, среди родных…       Дом был полон мрака. Нигде не издавался и мельчайший звук. Белая рубашка помялась от резких движений, а волосы встали дыбом от напряжения. Став перед дверью, он прислушался – тишина. Тогда он ворвался в комнату и застыл.       Его глаза потеряли фокус, всё вертелось вверх дном. Голова резко начала колоть. Словно кто-то топором пытается расколоть череп как орешек. Спустя пару секунд Саске смог увидеть всё. В центре комнаты была огромная постель родителей. Но это была не обычная постель. На белых простынях находились обильные чёрные пятна, которые сложно было увидеть в темноте. А на самой кровать лежало два тела. Голова женщины свисала с кровати, а волосы раскидались по полу. Её глаза были открыты. Микото смотрела прямо на Саске. Этого взгляда он никогда не видел у матери. Её вишнёвые из-за крови губы были приоткрыты. Она будто хотела сказать что-то. Словно хотела прошептать: «Беги!» На её ногах лежал мужчина. Его пальцы полностью были в крови. Своей правой рукой он держал ладонь жены. А лицо его смотрело вверх. По щекам растекались багровые ручьи. Совсем свежие, совсем недавние. С руки женщины капала кровь. Она капала прямо на пропитанный ковёр, оставляя за собой следы. Следы жестокого убийства. — Мама…папа! – что есть мочи закричал Саске.       «Нет, это точно не реальность. Это же шутка, так ведь? Это сон? Сонный паралич? Я слышал про это. Но почему всё так реально? Почему кажется, что это мои родители? Что происходит?»       Сердцебиение уже давно сбилось, глаза безумно болели от всего этого.       «Воздуха! Мне не хватает воздуха!» — он стал глубоко дышать, но чем больше он набирал воздуха в лёгкие, тем сильнее он ощущал тот вкус.       Саске подорвался со своего места к кровати. Он пытался поднять голову Микото, но та была очень тяжела и словно оледенела. Её грудь не вздымалась. — Мама! – закричал он.       Приподняв её, он увидел дыру в животе. Вся кровь истекала из неё. Вся одежда была ей пропитана, весь воздух. — Отец! – выкрикивал парень.       «Ноги ватные и еле держат. Хочется блевать, мне плохо внутри. Температура поднялась на несколько градусов вперёд. Я хочу проснуться. Проснуться от этого кошмара, но не могу. Хочу замереть и не дышать, хочу превратиться в статую, умереть на месте. Вот оно: чувство смерти. Как же сильно болит в груди! Боль нарастает. Мои близкие, самые родные и любимые люди погибли. Я до сих пор боюсь это осознавать. Надеюсь, что в самый последний момент проснусь весь в холодном поту и испуге, но надежда тоже покинула меня. Я выл! Выл и кричал».       Учиха трогал трупы, пытаясь найти хоть одно живое место, но не смог. Все его руки были перепачканы. Он посмотрел на них – хотелось умереть. Саске отошёл от кровати и уперся в стену. Он не мог оторвать взгляд от своих уже мёртвых родных. Он держался руками за стену. Ничего не изменялось, но ему казалось, что появляются алые цвета повсюду.       Он смог оторвать взгляд на тёмный силуэт у окна. Это был человек в плаще.       «Кто он? Это он убил моих родителей?»       Вскоре Саске смог рассмотреть лицо этого человека. Ужас пробился до костей. — Итачи? – осипшим голосом кричал парень.       Нет, это был не Итачи. Разве его брат способен на такое? Разве Учихи могут себе позволить такое отношение? Нет, этого не может быть. Он выглядит как Итачи, но это был не он! Итачи никогда бы так не стоял, никогда бы так не смотрел, никогда бы не убил… — Прости, Саске. – Просто и медленно говорил старший брат. Он отбросил свой багряный меч на пол. Саске же не мог больше стоять. Он упал и смотрел на брата снизу. — Мне очень жаль. – Это были последние слова. Последние слова, которые услышал молодой парень перед тем, как погрузиться во тьму этого света.

***

      Сакура вместе с Саске рванули в уже знакомый госпиталь. Только подумала Харуно, что всё хорошо, Чан позвонил и опровергнул.       «В чём же дело? Боже, хоть бы это не…»       Саске ехал быстро. Кажется, он тоже переживал за девочку. Но Сакура на это не обращала внимание. Что-то случилось с Ханако.       Как только они вбежали в больницу, Чан их встретил. Ханако рядом не было. — Что случилось? – подходя к врачу, спрашивала девушка.       Его лицо было через чур сморщенным, что показывало его серьёзный настрой. Той уверенности в том, что Ханако здорова, больше не было. — Мисс Сакура, — медленно и вежливо начал доктор. – Сегодня ваша сестра впала в кому. Мы её подключили к аппарату жизнеобеспечения. — Господи! – застыла Сакура. — Помимо всего этого после сделанных обследований мы обнаружили в её головном мозге под мозжечком опухоль средних размеров.       Сердце замерло. — Что? – тихо переспросила Сакура, взявшись рукой за рубашку. — Мы не можем определить её происхождение. Она словно взялась из ниоткуда. Обследуя ЦНС мы сделали вывод, что у неё и раньше были повреждения в крупных размерах, так ведь?       Девушка словно забыла, как дышать. Слова Чана плохо доносились до неё. — Да… в три года у неё была злокачественная опухоль, которую успешно удалили. – Ответила Сакура дрожащим голосом. — Ясно. – Ответил Чан. – После удаления опухоли вероятность развития следующей была низка, так как после операции обычно нейтрализуют оставшиеся омертвевшие клетки, что сделали у Ханако. — Но тогда откуда взялась опухоль? – ворвался в разговор Саске. — Какое-то химическое соединение попало в головной мозг. Возможно, это произошло при кровообращении. Это соединение оживило клетки, которые давным-давно развились в опухоль. — Химическое соединение? – не верила Сакура. — Мы обследовали её кровь. Помимо недостатка гемоглобина мы зафиксировали сложное соединение, в состав которого входил талидомин. — Талидомин? – выкрикнул Учиха.       Саске вспомнил, как обнаружил у Орочимару на кухонной полке банку талидомина. — Откуда в организме 12-летней девочки запрещённый препарат в США? – спросил Чан, строго осматривая Сакуру. — Я…я не знаю. – Робко ответила она. — Не это следует обсуждать. – Злобно сказал Учиха, когда увидел, как Чан давит на уже подавленную Сакуру. – Как её вылечить? — В том то и дело. – Начал говорить Чан. – Мы не знаем. Опухоль гораздо прогрессивнее, чем та, что появилась в младенчестве. Талидомин послужил катализатором, который оживил и ускорил развитие клеток. Поражена почти половина всей ЦНС. Обследования показали, что все возможные препараты не смогут прекратить такой значительный рост злокачественных клеток. — Куда нам нужно ехать, лететь? – нервно спрашивала Сакура, держась за халат врача. — Боюсь, вы не поняли меня. – Печально ответил Чан. – Препараты не только из нашего штата не помогут, но и из других. Опухоль возрастает в геометрической прогрессии. — Есть ли возможность восстановить все поражённые клетки? – спрашивал Учиха. — Если бы был препарат, который бы смог их перевоплотить в доброкачественные, то всё было бы куда проще, понимаете? – Ответил Чан. – Но, увы, такого препарата ещё не изобрели. — Что же нам делать? – умоляюще спрашивала Сакура, пуская горькие слёзы по своему измученному лицу. — Извините, мисс Харуно. – Опустив глаза на пол, говорил Чан. – Мне очень жаль.

***

      Ночь давно настигла Детройт. На улицах абсолютная тишина, убаюкивающая своим ветром. К одинокому дому подъехал шумный транспорт. Длинноволосый мужчина выходит из своего автомобиля и, закрыв его, направляется в своё пристанище. Но, не успев дойти до своей двери, он ощущает сильный удар по своему затылку. Орочимару не успел осознать происходящее, а уже упал на асфальт после ещё одного удара по ногам. На него уселась мощная фигура, которая нанесла неслабый удар по скуле. — Ай! – закричал бледноликий.       В ночное тени он смог разглядеть лицо нападавшего. Узнав этого человека, Орочимару противно улыбнулся. — Чем обязан Саске-сан? – но вместо ответа он получил ещё один удар по лицу, который оставил багряный отпечаток. — Я знаю, что ты причастен в деле, тварь! – он был агрессивен.       Лицо Учихи застыло в злости. Гнев поглотил его целиком. — О чём вы говорите, господин Учиха? Вы же уже были у меня дома с мисс Харуно. Вас же всё устроило, разве нет?       Ещё один удар. В этот раз гораздо сильнее. Он оставит цветное увечье на белом лице. Саске взялся за переднюю одежду Орочимару своими замёрзшими, каменными пальцами и приблизил к своему лицу. — На кого ты работаешь? – гневно спрашивал мужчина. – Почему в теле ребёнка оказался талидомин? — А, дело здорово продвигается. – Змеиным и радостным голосом говорил учёный. – Господин Итачи всё здорово продумал. Я знал, что он не ошибётся. У него без проблем получится забрать последний свет. — Как её вылечить? – нервно говорил Учиха. — Мисс Харуно это знает. Жизнь её сестры зависит от неё. Иначе ребёнок умрёт совсем скоро. — Тварь! – закричал Саске и начал бить Орочимару об асфальт.       Из его рта выбрызгивали капли крови, но Саске не мог остановиться. Он продолжал его избивать за всё, что он сделал. Он не мог позволить причинить вред ещё одному близкому человеку.

***

      Сакура сидела дома. Слёзы спустя три часа бездействия прекратились. Обзванивание врачей и зарубежных лечебных центров оказалось бесполезным. Она слаба. Как физически, так духовно. Она поникла. Она словно медленно умирает. Сакура придумывает варианты этих событий и каждый из них казался хуже предыдущего. От одной мысли о смерти сестры хотелось тошнить и рыдать. Но что же делать? Девушка и не знала. Сколько дней осталось? Ей вести отсчёт?       Девушка не могла поверить в происходящее. Она обратилась к подруге, а та пообещала найти связи. Если потребуется, она даже свяжется с семьёй. Харуно открыла ноутбук, чтобы посмотреть, пришёл ли ответ от подруги. Но даже если бы он и пришёл, то насколько это было бы полезно? Какова вероятность у человека пережить рак? 15%. А какова вероятность пережить рак дважды? Это число бы имело тысячные, что убивало каждую секунду надежды в девушке.       Сообщение действительно было, но не от Хинаты. На почте пришло письмо от неизвестного. Девушка решила прочитать его. ● Сакура, здравствуй. Судьба каждого человека зависит только от него самого, и ты это прекрасно понимаешь. Не могу быть многословным. Если ты хочешь сохранить жизнь – следует выполнить всего лишь несколько условий: 1) Приходи этой ночью в заброшенный театр Детройта. 2) Одна, без Саске. 3) Отдай нам свой свет души взамен на жизнь.

Спаситель несчастных жизней.