Во всем виновата Тиффани

      «Он никогда не обратит на меня внимания», — пишешь в своем блокноте и захлопываешь его, грустно разглядывая желтые листья, разбросанные по земле. Это все так глупо. Тебе бы думать об экзаменах и поступлении в университет, но в мыслях только молчаливый парень, недавно поселившийся по соседству.       Он странный. Вечно ходит в своем черном оверсайзе, даже в жару. А еще почти всегда надевает панаму и солнцезащитные очки — в любое время суток.       — Блатным и ночью солнце светит? — однажды пошутила ты, встретив его в лифте, но услышала в ответ только молчание. Лифт поднимался двадцать три секунды — ты считала! — и за эти двадцать три секунды ты умерла как минимум шестнадцать раз. Могла бы и больше, но поначалу была слишком занята — мяла край идеально-выглаженной школьной юбки и переминалась с ноги на ногу, надеясь, что сосед все же ответит. Напрасно.       Парень на твои реплики и ухом не ведет. Даже не здоровается, лишь иногда кивает в знак приветствия. Ты бы давно решила, что он немой, если бы твою спальню не отделяла от его квартиры всего одна слишком тонкая стена.       «Ну, что же ты наделала, дурочка?», «опять шалишь?», «ты моя красавица» — каждую ночь ты засыпала под звуки бархатного голоса и тяжело вздыхала, потому что все становилось на свои места. У него есть девушка. Поэтому он напрочь игнорирует тебя.       Парня можно понять, но все равно это слишком жестоко! Мог бы назвать свое имя хотя бы из вежливости, а не молчать, делая вид, что тебя не существует. Все-таки он старше, а значит, должен быть умнее. Думая так, ты решила, что сосед — полный невежда, да и попросту последний козел. На таких как он не стоит и время тратить, вот только юному сердцу попробуй прикажи — у него свои планы.       Холодный ветер спутывает твои волосы, перелистывает страницы блокнота и уж совсем нагло норовит заглянуть под юбку. Натягиваешь на плечи шерстяной кардиган и кутаешься в него, застегивая рюкзак. Солнце потихоньку скрывается за горизонтом, и ты понимаешь, что пора возвращаться домой, чтобы делать уроки, встречать родителей с работы, а ночью снова умирать от нежных фраз соседа и — чего греха таить — представлять, что они адресованы тебе.       Пинаешь камешек, попавшийся на пути, и погружаешься в свои мысли. «А вдруг он так никогда и не скажет мне ни слова?» «Сколько еще мне здороваться с ним?» «Интересно, он заметит, если я однажды не пожелаю доброго утра?». Так много вопросов в твоей голове, но ни на один из них не находится ответа, и от этого становится очень тоскливо.       Дом встречает тишиной. Отпираешь ключом дверь в квартиру и, скинув кеды, проходишь внутрь. Родители еще не вернулись, и на часах только пять вечера, а это значит, есть уйма времени, чтобы приготовить ужин. Нехотя плетешься на кухню и заглядываешь в холодильник, выуживая оттуда необходимые продукты.       Мурлычешь под нос любимую песню, нарезая овощи, как вдруг слышишь странный звук, который доносится откуда-то из коридора. Пытаешься понять, что может быть его источником, и вдруг вспоминаешь, что бросила входную дверь открытой. Сердце тут же ускоряет свой ритм, а ладони потеют. Это все долбаный сосед — захватил твои мысли, и ты забыла повернуть ключ в замочной скважине. Никогда раньше так не плошала.       «Господи, боже мой, я всего один раз не закрыла дверь, неужели теперь меня действительно ограбят и убьют?»       Родители в таких случаях велели звонить в полицию, вот только мобильный, как на зло, остался лежать на пуфике у входа. Кажется, сегодня весь мир против тебя. Разве ты сделала в жизни что-то настолько плохое, чтобы умирать так рано?       Хватаешь кухонный нож, который еще недавно использовала по назначению, и на ватных ногах двигаешься к двери. Звук становится громче с каждым твоим шагом. Что будешь делать, если там и вправду грабитель? Набросишься с ножом? Точно нет. Понятия не имеешь, как поступишь, но отчего-то продолжаешь идти вперед.       Тонкая полоска света из подъезда кажется слишком яркой в кромешной тьме. Морщишься и часто моргаешь, стараясь привыкнуть и разглядеть хоть что-то, но вскоре жалеешь об этом. Нечто небольшое и кожаное сидит на полу и тощими лапами царапает твои кеды, без зазрения совести грызя шнурки. Что это? Господи, неужели…       — Крыса!!! — визжишь так громко, что у самой закладывает уши. — Крыса, крыса, крыса! — прыгаешь на месте, не зная, куда деться, а мерзкое создание смотрит на тебя парой светящихся глаз и шипит, отчего ты кричишь еще пуще прежнего.       — Тиффани, — дверь открывается, и на пороге показывается мужской силуэт. Голос кажется смутно-знакомым, где-то ты его точно слышала. — Вот ты где, малышка, а я обыскался. Весь дом облазил, тебя нигде не было. Не пугай больше папочку, — парень берет животное на руки, целует в носик, и в этот момент ты, наконец, понимаешь, кто он.       — Извините... — несмело начинаешь ты.       — Это вы меня извините, — парень опасливо косится на нож в твоей руке. — Моя Тиффани стала такой непослушной, особенно по вечерам. Я пытаюсь с ней разговаривать, но она все равно делает по-своему, — сосед виновато пожимает плечами.       — То есть, вы ночью не с девушкой разговариваете? — выпаливаешь ты и тут же прикусываешь язык.       — Нет… — удивленно протягивает он. — У меня нет девушки.       Вы оба замерли в неловком молчании, хотя в душе тебе и хочется пищать от восторга. У него нет девушки. У него нет девушки. У него нет девушки.       — Кстати, меня зовут Чон Чонгук, и мне все еще очень неловко за то, что мы с Тиффани так нагло ворвались к вам. Могу я искупить нашу вину и пригласить завтра поесть мороженого? Я знаю отличное место…       — Да! — соглашаешься слишком быстро, заставляя парня удивленно хлопать глазами в ответ на такую реакцию. — В смысле, да, — прочищаешь горло и стараешься звучать спокойнее. — Было бы неплохо.       — Хорошо, — кивает Чонгук. — Тогда я зайду в это же время.       Парень выходит из твоей квартиры, а ты вдруг понимаешь, что не сказала самого важного. — Меня зовут Т/И! — кричишь вслед, но слышишь в ответ только тишину. Уже ушел. Понуро опускаешь плечи и грустно вздыхаешь, шмыгая носом. Сам представился, а у тебя даже имени не спросил. Ему точно наплевать.       — Я знаю, — слышишь вдруг все тот же голос и видишь парня, заглядывающего в приоткрытую дверь. — Кстати, ты очень красивая, — бросает он и на этот раз точно уходит.       Сердце пускается в пляс, а щеки полыхают румянцем. Кто бы мог подумать, что мечты правда могут сбываться?