"Их прошлое - не сжечь."

— Погоди ты, — произнес Каваки, — давай поговорим, может, прекратишь оставлять следы на шее?       Он толкнул Хатаке и тот с недовольной ухмылкой присел рядом. — А так хорошо началось, — тихо пробубнил. — Не скули, а говори. — Психолог, а вы злой. — Ты надо мной издеваешься? — Да. — Пф, вот дурень. Будешь рассказывать? — А зачем тебе знать? Жил же без Боруто несколько лет, выживешь и сейчас. А стоп, — Какаши вздрогнул, — или ты его еще любишь?       На этот вопрос сероглазый только опустил голову и встал на ноги, направляясь в ванную комнату. — Ну, и чего замолчали? На больное надавил? — Заткнись.       Его слова ранили черноглазого. — Не волнуйся, — он резко замолчал, на что Каваки обратил внимание, — я не тронул тебя. Спина болит, потому что ты упал с лестницы вчера в баре. — А… — ему стало неловко в этот момент, — прости. — Ты настолько ослеплен им, что правда не видишь истину? — Голос мужчины звучал уже серьезнее, брюнет приподнял бровь. — Я… — он сделал короткую паузу, так как зазвенел телефон, — прости, я отвечу? — Какаши кивнул ему и Каваки взяв телефон в руки, замер и следом посинел. — Каваки? — Он звонит, снова. Зачем? — Наруто? — Что? — Вопрос Хатаке заставил его врасплох, и он присел на край постели, спросив с бегающими зрачками, — откуда ты его знаешь? — Говорю же, ты просто ослеплен…

***

      Я и Ивабе тихо проезжали шумные переулки Токио. Брюнет молча смотрел на дорогу, а я изредка смотрел на его серьезное лицо. Я сглотнул, изучая каждый сантиметр его загорелой кожи. Он покосился на меня, я вздрогнув и, икнув, смутился от этого. — Прости. — Ничего страшного, — тот положил локоть на дверь машины, руля одной рукой, тихо выдохнул. — Ивабе, я хотел спросить. — Боруто, не хочу говорить. — Я что-то сделал?       На мой вопрос он не ответил и резко свернул направо так, что я чуть ли не улетел головой об руль. Он припарковался возле главных дверей компании моего отца и вышел из машины, сказав: «Мы приехали, выходи». — Как скажешь…       С унылой ухмылкой я открыл дверь и ко мне подбежала толпа. Я испугался и прислонился об бортик машины и попытался сделать нормальную улыбку. Незнакомцы начали доставать свои камеры, микрофоны, телефоны и даже блокноты. Ивабе же достал свое оружие и выстрелил в небо из-за чего они испугались. Парень подошел ко мне, взял мою ладонь и, посмотрев на них, сказал. — Доклад собирать будете в другой день. А этот человек гость президента Узумаки. Думаю, не стоит говорить, что будет с вами, если он узнает, что кто-то из журналистов слил в интернет о тайной встречи Узумаки.       Народ отпустил все, что было в руках, и они переглянулись друг на друга. — Я рад, что вы поняли. — Ивабе повернул лицо ко мне и тихо произнес, — а я говорил, что это плохая идея привозить тебя в компанию… — Почему ты пытаешься скрыть меня от людей?       Мой водитель ничего не ответил, и буквально потащил меня, и приказал внутренним охранниками, все сломать и отобрать у журналистов. Мы молча поднимались на самый верхний этаж. — Ивабе, отпусти руку. Мне больно.       Брюнет посмотрел на наши ладони и с испугом отцепился. — Прости, — посмотрел в сторону. — Ты что-то скрываешь, — я сделал шаг к нему. — Что ты делаешь? Мы в компании твоего отца. — Плевать я хотел. — Боруто, — он повысил голос на меня и легонько оттолкнул, — прекрати, тебя ждет серьезный разговор с отцом, думаю, тебе лучше подготовиться к услышанному.       Я не знал, что происходит. Но голос Ивабе дрожал, словно его сейчас повяжут и начнут избивать до смерти. Сделав шаг навстречу к нему, он отошел от меня, и я опустил голову.

Но то, что я узнал от своего родителя, снесло мне крышу и я, будто потерялся в мире и понял, почему с того дня, как я вышел из комы, чувствовал себя пустым сосудом.