Когда погаснет свет.

Вопрос Аме заставил Русика впасть в ступор. глаза безвыходно метались по помещению, а звуки, окружавшие парней, резко пропали. в ушах застыло гудение, в то время как тело заметно дрожало. Наконец, более менее успокоившись, русский смог в конце концов вымолвить: Р. – Да, он просто позвонил и я хотел сказать… – голос дрожал и триколор чуть-ли не запинался на буквах.  Объяснения были ни к чему, Сашка и так понял, что ему хотят донести. юноша вздохнул и тцокнув, посмотрел в глаза собеседнику, параллельно оперевшись головой на руку. он обдумывал сказанное РФ ещё некоторое время, а далее сам решил уточнить, что именно услышал паренёк. А. – Ну и что он сказал? Почему у тебя лицо, будто он мать твою грохнул? – попытался отшутиться Мерика, но уже по истечению нескольких мгновений, осознал, что сказанул лишнего. последняя фраза, естественно, была не к чему. особенно учитывая недавно сложившиеся обстоятельства, от которых и нужно было отвлечь Россию. Р. – Про мать было лишним. – пробормотал русский, потерая нос. Тут в голову Федерации пришло, что Штаты наверняка мог знать, что с его отцом. в конце концов, капиталист был последним, кто видел его. разве не очевидно? но переберая свои мысли ещё, Русик принял действительно странным факт того, что какой-то брат упомянул имя отца Росса. это разозлило, не мог оказаться приятным и контекст, в котором было употреблено название коммунистической страны.  Р. – Почему он говорил о моём отце? Он сказал что-то про Союза! Почему, отвечай! – переходя на крик, сорвался сын Совка. горячие и крупные крупицы слёз выступили на глазах, после чего солёная жидкость стала стекать по бледным щекам триколора. руки дрожали, а тело начало трясти ещё больше. А. – Хэй, ты чего?! – испуганно воскликнул СаША, затем поднялся со своего стула, подойдя к другу, после крепко обнимая Россиюшку, в намерениях успокоить. Славянин хотел было оттолкнуть от себя американца, который, предполагаемо, испортил всю его жизнь, но так как эмоции настигли Руслана, он просто бессильно зарыдал в голос, лишь прижавшись к Александру в ответ на эдакую тактильность. Люди бросали косые взгляды на двух парней, выяснявших отношения, а так же пытавшихся разрешить ситуацию с братом и отцом. очень запутанный сюжет… Прошло довольно много времени, около минут 15, как русский успокоился и пришёл в себя, медленно отстраняясь от тела Сашки. тот же в свою очередь сел напротив за стол, на своё прежнее место. наконец пришло время продолжить. теперь состояние позволяет ему. но начать объясняться решил Мурик. А. – Ты всё не так понял, глупенький! Мой братец звонил по поводу СОЮЗОВ КЛУБА по…- – тут Штаты замолчал и отвёл взгляд в раздумьях. – Как же оно… – всё пытался закончить юноша. – По фигурному катанию, вот! – наконец договорил полосатик и внезапно засмеялся. смех был неловким. То-ли, чтобы сгладить неудобную ситуацию, то-ли от нервов, Рося тоже расхохотался и холодными руками стал собираться. Р. – Я, пожалуй, пойду. Мне правда пора… – сообщил Федерация, поднимаясь с места. Единственное, что успел крикнуть Мерикав след убегающему России - это прощание кратким и заезженным «–Пока!» ~~~ Уже у себя дома, спустя 8 часов после той самой неудавшейся встречи, Русик сидел и размышлял над всем, что произошло. мысли в голове путались, будто шнурки обшарпанных кедов, будто наушники в старом, пыльном рюкзаке с огромным количеством пёстрых значков, говорящих самих за себя. они смешивались в голове, образуя кашу, которую остаётся расхлёбывать хозяину этой головы. каша была неприятная, совершенно. догадки заменялись другими, одни факты опровергали следующие, а чувства сменяли друг друга с каждой прожитой секундой. парень чувствовал пульсацию в своих висках, он слышал собственное учащённое сердцебиение и сбитое дыхание, говорящее о сильном волнении. эмоции лили через край, но в то же время чаша была пуста. совершенно ничего нет. Триколор пишет в своём поцарапанном днивнеке, что был обклеен разнообразными наклейками, от обыкновенных малюток и до объёмных, крупных стикеров. пожелтевшие от времени листки бумаги, чуть помятые, с отпечатком от прошлой писанины листы уже привыкли принимать эту тёмную ручку, которая иногда протекала, оставляя кляксы на одиноких страничках. неаккуратно выведенные буковки скакали по давно стёртым строчкам. он записывал всё, что думал, абсолютно каждую деталь, пришедшую в голову, а спустя некоторое время обязательно перечитывал изложенный текст, дабы разобраться. над перебором мыслей, описанных ранее Росся мог сидеть часами, вот и в этот раз уделил всему такому достаточно времени. он бы просидел и ещё, но вдруг поток мыслей прервал телефонный звонок.  Звонящим оказался незнакомый номер и обычно даже неизвестные звонки РФ принимал, но сейчас, мало того, что прибывал парень в расслабленном состоянии и громкая, резкая мелодия телефона неслабо напугала русского, он ещё и был не в том настроении, чтобы с кем-то общаться. можно сказать, совершенно не готов разговаривать, мало-ли, тем более, кто может звонить. ещё что-нибудь нехорошее расскажут, совсем паренька доведут. Руслан решил немного подождать и если звонок и в правду важный, ему перезвонят позже. но некто на том конце провода не прекращал попытки дозвониться до несчастного Российский Федерации. рингтон уже давил на мозг, угнетал и, казалось, даже загонял. в итоге эти мучения стали невыносимы и не выдержав такой моральной тяжести, русский поднял трубку. осторожно поднеся к уху мобильный, хриплым голосом, по привычке, сказал всем известное «–Алло». тут же инстинктивно юноша прокашлялся, вслушиваясь в каждый звук из динамика. ответа долго ждать не пришлось. на другой стороне прозвучал голос молодой девушки, которую, как могло показаться, Руслан уже где-то да слышал, а вроде бы и нет. понять наверняка было проблематично. он выдал следующее: ??? – Здравствуйте, это Российская Федерация? Я, так понимаю, один из сыновей СССР. Нам предстоит разговор…