мне ненавистен твой запах

Я ненавижу в тебе абсолютно все. от волос и до кончиков пальцев, но больше всего мне ненавистен твой запах. ты пахнешь холодным дождливым днём и черникой. как только что политые комнатные фиалки или свежая сладкая выпечка с горьким кофе. нет, я серьезно ненавижу это. ты пахнешь слишком прекрасно, каждый день теряясь в толпе я вспоминаю твой запах и начинаю улыбаться. и сочетание этих запахов чертовски сильно греют мою гнилую душу, как горячее какао и тёплый свитер в холодный зимний вечер. не могу забыть тот весенний вечер, когда мы расстались, семнадцатое апреля две тысячи восемнадцатого года - вычеркнутая дата из моей жизни. каждый год я проживаю этот день на том самом месте. ты сказал, что любишь, но больше не меня. в этот день мои любимые фиалки завяли. ***              Чонгук перебирает руками пряди своих волос, пытаясь разобрать последствия вчерашней ночи. Он напился, опять. От горя, или от вины, что не смог удержать любимого. Он сказал что не любит, сказал, что больше не испытывает тех чувств, что раньше. Второй год без него даётся безумно тяжело. Вещи, которые они делали вместе теперь лежат на плечах Чонгука. Фильмы, что они собирались смотреть вместе, Чонгук теперь смотрит один. Ужин, который он раньше готовил на двоих, ест теперь в одиночестве. Чонгуку тяжело, очень тяжело без него. Больше нет человека, что может заполнить пустоту внутри него. Он стал подстилкой, жалкой подстилкой для тех дядь, которым некуда деньги девать. Он продаётся, как ничтожная тварь на чёрном рынке. Продаёт своё тело за деньги, даёт пачкать себя, руками полными грязи, за деньги. Все за деньги. Но за деньги не купишь то, что ему нужно — любовь. Прожить жалкую неделю, ради возможности вдохнуть порошка. «Чонгук, во что ты превратился?» — задаёт он этот вопрос себе изо дня в день. Как человек, который пил банановое молоко и смотрел мультики, превратился в такую суку. Из хобби только размышления о возможном будущем с ним. Чонгук, о каком будущем может быть речь. «Вы расстались два года назад.» — эти слова в его голове окончательно пытаются разбить надежду. Но может быть все наладится… Из близких друзей остался только Чимин. Единственный, кто поддерживал его все это время. Год назад — Чимин мне плохо, помоги мне — Я больше так не могу, я запишу тебя на приём к психологу Чонгук не сразу, но согласился. Психолог посоветовал ему завести личный дневник. Сначала он подумал, что это сущий бред, но все же поступил по его рекомендации. И блять, это правда помогло, окончательно его не отпустило, но легче все же стало. «Дорогой дневник, сегодня уже 601 день с того момента как мы расстались, мы расстались и это не принесло ничего кроме боли. А вдруг он поступил так, потому что его заставили? Или он в правду разлюбил меня…» Чонгук не работает уже больше года, он уже и забыл что значит вставать в шесть утра, суетиться и бежать туда, где пройдёт твой день. Дни его проходят хуже, чем на работе. Он либо зависает в клубах, либо спит по двое суток. Тэхен, так звали его бывшего парня. Он не любил, что Чонгук ходил по клубам, поэтому он стал ходить туда в два раза чаще. Он не любил, когда красят волосы, поэтому Чонгук покрасил их в ядерно-красный. Он не любил, когда он пьёт, поэтому у Чонгука стоит дома пару ящиков вина. Одна бутылка — один день. *** В последние 6 месяцев Чонгук связался не с очень хорошим человеком. Но для самого Чонгука, он стал больше, чем просто знакомый. Лучший друг — так он называл его. *** Чонгук вбивает свой кулак в морду какому-то левому мужику. Тот сплевывает на кафель слюни вперемешку с кровью. Они залили весь пол кровью — кровью того мудака вперемешку с Чонгуковой. Энди, так звали друга, пытался разнять из, но тщетно. Чонгук был полон ярости. Он носит чёртову маску добряка, и не потерпит чтобы какой-то урод лапал невинных девушек. Функция пай-мальчика дала сбой. Он хоть и был по мальчикам, но уважение к другому полу никто не отменял. Последний удар в челюсть. Мужик вытирает тыльной стороной ладони кровь из носа. — Чон, хватит, плюнь ты на него и пойдём. — Энди оттаскивает Чонгука от этого мужика, который скрутился, как эмбрион, — вот же урод, и как таких земля носит, — Чон пинает его в живот, пока его друг пытается его увести — явно не как украшение, Чонгук. — Сука, испачкал свои новенькие берцы из-за этого мудака, — говорит Чонгук, оттирая кровь с обуви. Чон устал носить маску доброго и весёлого паренька, что он показывает друзьям. Трещины на этой маске с каждым днём становятся все длиннее и шире, но он выкинет эту маску, как старую никому не нужную игрушку, и наденет новую — такую же маску. Какой он на самом деле знают только Чимин и Тэхен. Но обратиться за помощью он может только к одному. Он открылся им обоим, а остался один со своими мыслями. Настоящего себя он ощущает лишь в клубе. Заливая в себя алкоголь, обжигающий горло. Ощущает себя настоящего, когда остаётся наедине с собой в пустой комнате. Ощущает себя настоящего, когда трахается с кем попало в кабинке туалета. Ощущает себя настоящим — одиноким, никому не нужным, загнанным в угол мальчишкой. — Тебе не на что жаловаться мальчик. Ты свой выбор сделал, и все произошедшее лишь следствие этого выбора. Чтобы теперь с тобой не случилось, случится лишь то, что ты сам себе избрал. увядшие фиалки увы не расцветут.