Ненависть

      Тёплое весеннее солнце освещало лес, что в это прекрасное время пестрил разными красками и запахами. Он был полон жизни: отовсюду слышались многочисленные звуки птиц, и всегда можно было увидеть какую-то возню мелких зверьков. В самой глубине, среди деревьев, стоят возвышающиеся над всем вокруг каменные шипы и остатки стен, что образовались после разрушения заброшенного города. Камень, который далеко не всегда удавалось увидеть под заросшей за многие тысячи лет растительностью, от старости уже давно покрылся трещинами.       Даже несмотря на то, что это место выглядит мёртвым и пустым, в нём до сих пор живёт огромное количество самых разных существ. Для многих это место стало настоящим домом: кто-то живёт тут уже не одно поколение, а кто-то остановился здесь только для того, чтобы продолжить свой путь позже. Здесь нет правил и законов, поэтому местные жители наслаждаются свободой, которой у них не может быть в больших и шумных городах. В любом случае, эти древние строения с радостью принимают в себя любых бродяг и изгоев, если те не несут для них угрозы.       Клубы пыли застилали глаза, перед которыми постоянно маячили острые когти и зубы, кровь ручьями лилась на протоптанную землю. В один момент сверкнуло ярко-синее пламя, за которым пошли болезненный рёв и свист разрезающего воздух хвоста. Сильнейшая боль на время дезориентировала противника, чем Драа мгновенно воспользовался, напав и опрокинув его сбоку. Прижав врага к земле, он вгрызся в чужую шею и, незаметно для остальных, выпустил длинные клыки. Тело под хвостатым пытается выбраться, попутно хрипя и тяжело хватая пастью воздух. —Дар! — зеленый вихрь внезапно срывается с места наблюдателей, сбив чёрного ящера с ног и встав между драконами.       Дарий кое-как поднимается, смотря на Драа и спасшего его друга в ожидании дальнейших действий. Он проиграл и больше не хотел продолжать этот бой, так как может пострадать и Аксель, что вступился за его шкуру.       Драа злобно рычит, стоя в боевой стойке и размахивая двадцатиметровым хвостом. Ему помешали прикончить соперника, что могло показать его силу и стойкость, поэтому сейчас ему хочется пролить еще больше крови. — Страх потерял, сучок? — Достаточно.       Зеленоглазый скалится и впивается когтями в землю, показывая, что он продолжит стоять на своем. Драа фыркает и отворачивается, в то время как Аксель подходит к Дарию и помогает ему отойти в сторону. — Я победил! — Дарверс довольно скалится и кидает на парочку взгляд своих кроваво-красных глаз. — А потому я, как теперешний лидер, хочу, чтобы вы проваливали с моей территории, голубки!       Повисло напряженное молчание, прерываемое только шелестом листьев на деревьях. Никто из наблюдающих не решался сказать ни слова. Дарий косится на Драа, скалится, но продолжает молчать, поддерживаемый другом. Аксель же сразу хотел возмутиться, но его остановило крыло бывшего лидера, что было молчаливым приказом остановиться. — Идем, Сель, мы, вроде, и не хотели тут более задерживаться.       Друзья в последний раз осматривают всех присутствующих, синхронно фыркают и после нескольких взмахов поднимаются в воздух, улетая с их бывшей территории. Они бы и не стали тут оставаться, даже если бы их не прогнали, так как они не собирались служить такому как Драа.       Чёрная бестия горделиво выпрямляется, выпячивает грудь и расправляет крылья, красуясь перед остальными своим превосходством. Гордость за себя самого льётся через край, так как он слишком долго шёл к этому, пробираясь через огромное количество препятствий на пути для достижения цели. Ящер вдыхает полной грудью, собираясь победно зареветь, но его прерывает до боли знакомый голос: — Ты уверен, что это все, кто хотел тебе помешать?       Голос пропитан надменностью и излишней уверенностью, что раздражает просто до безумия и скрипа зубов в пасти. Вейн выходит на площадку, смотрит своим полным холода взглядом прямо в глаза Драа и насмешливо фыркает, выводя его еще сильнее. Он знает, что когда Драа излишне импульсивен, он перестает нормально мыслить и кидается в бой, сломя голову. Ни то, чтобы он так обычно не делал, просто в отношении Вейна его ярость возрастает в геометрической прогрессии, полностью застилая взор и всякое здравое мышление. Он нападает бездумно, не думая о последствиях, тем самым подставляясь в разы больше, чем в битве с каким-либо другим противником. К тому же сейчас Драа измотан, что только в плюс северному ящеру.       Дарверс предсказуемо срывается с места, предпринимая попытку атаковать в лоб, но от него без труда уворачиваются, нанося удар когтями по левому боку. Драа, как и ожидалось, медлит, а потому Вейн, не давая оклематься, снова атакует, нанося ритмичные удары, оттесняющие Драа к краю площадки. Тот шипит и пытается что-то противопоставить, но противник быстро пресекает любое сопротивление. Дарверс предпринимает попытку атаковать хвостом, что, на удивление, получается, и занесённая для очередного удара лапа Вейна оказывается связана. Белый дракон на мгновение сбивается, чем и пользуется Драа, рывком притянув его к себе, после чего ударил по морде, опрокинул на землю и запрыгнул сверху. Вейн, оклемавшись, со всей силы бьёт крылом по его голове, дезориентировав, что позволило выбраться.       Оба дракона отскакивают в разные стороны, не разрывая зрительного контакта и ожидая выпадов со сторон друг друга. Переведя дыхание, Драа снова решает атаковать первым. Сорвавшись с места, он, помогая себе крыльями, с прыжка поднялся в воздух на внушительную высоту и полетел прямо на дракона перед ним. Выпустив когти, Драа выставил перед собой лапы и громко зарычал, надеясь, что этой атакой он нанесет как можно больший урон и, наконец, победит. Но Вейн среагировал быстро и чётко: после выпада в сторону ящер почти в ту же секунду бросился на Драа, опрокинув его на бок, и быстрым ударом разрезал чужое горло острыми когтями. Тот шокировано замер, но через пару мгновений забрыкался и захрипел, выхаркивая кровь. Вейн отошел, бросил на него надменный взгляд и, фыркнув, ушёл к остальным как победитель.       Бой закончился так же неожиданно, как и начался. Столь резкий финал даже удивил некоторых наблюдающих, но кто-то начал шептаться о том, что победа Вейна была предсказуема, потому что Драа всегда ему проигрывал. Друзья снежного ящера поздравляли его с новой должностью, в то время как дарверс остался лежать на своем месте, тяжело дыша и почти не двигаясь. Он потерял много крови.       Кто-то из сторонников Вейна поинтересовался у новоиспечённого лидера насчёт его побежденного противника, но белочешуйчатый только фыркнул: — Не трогайте его.       Толпа начала возвращаться в лагерь, обходя тело на площадке стороной. Некоторые, на удивление, даже кидали сочувственные взгляды, но ничего больше не предпринимали.       Драа пролежал там несколько дней: он перестал дышать через несколько часов после битвы, да и вообще был похож на самый обычный труп. Вот только никто из падальщиков, даже если находился совсем близко, так и не притронулся к туше, вовсе опасаясь подходить. Несмотря на это, его успели посчитать мёртвым, хоть по приказу Вейна иногда и проверялись признаки жизни. Только он один верил, что Драа совсем скоро встанет и придет к нему, чтобы позже вновь попытаться доказать, что он сильнее.       И действительно, по окончанию пятого дня чёрный дракон явился в лагерь, шокировав большую часть группы. Он был так слаб, что лапы судорожно тряслись под весом его тела, но, поддерживаемый первобытным гневом, он уверенно продолжал идти. Его взор был прикован к Вейну, который наблюдал за ним с возвышенности одного из каменных шипов. Взгляд последнего был всё так же надменен и холоден, в то время как глаза его врага горели алым пламенем.       Это была не последняя их битва, и когда-нибудь, рано или поздно, останется кто-то один.       Но не сейчас.