У тебя нет сердца, Седрик Диггори

Александра поняла, что произошло, только через минуту, когда Ян тащил её через толпу вперёд. Девушка дёрнула головой и спросил у друга: - Почему не разговаривать? В смысле? - Ты же читала его письмо? – спросил Ян, не поворачиваясь и продолжая свой путь. – Я не думаю, что Седрик там тебе сказал правду. - С чего ты взял, Мерлин тебя подери? – Мелисон медленно вскипала. Она терпеть не могла, когда всё решают за неё и пытаются ею управлять. - А с чего ты взяла, что человек, который целовался с какой-то дрянью в туалете сразу после ночи с тобой, вдруг скажет тебе правду? – грубо процедил сквозь зубы Нойрет, повернувшись к подруге. Его лицо покраснело. Александра выдернула руку из цепкой хватки гриффиндорца. Она была зла. Зла на то, как сейчас себя повёл Нойрет, на то, что он сказал, и то, что он решил всё за неё. Александра хмыкнула и, развернувшись на пятках, демонстративно пошла в другую сторону. Она обиделась. Сильно обиделась на Яна. Девушка медленно продвигалась вразрез с толпой, пробираясь между учениками. Стал слышен голос Седрика и ещё какой-то девушки. Они явно ругались. - Отстань от меня, Мариэтта! – вдруг прикрикнул Седрик. - То есть то, что было в поезде, ничего не значит? – писклявым голосом заверещала девушка, стукнув Диггори в плечо. Со стороны это выглядело, как какая-то глупая сцена из мыльной оперы. - Да что было-то, что? Ты опоила меня чем-то, а я не соображал ничего! – рявкнул Седрик, отойдя от девушки на шаг назад. - Что?.. – ошеломлённо прошипела девушка, отскочив от пуффендуйца, словно от огня. - Я знаю, что близнецы продали тебе это зелье! И ты им нагло пользовалась! – продолжил Диггори, с отвращением смотря на когтевранку. - Ничего они мне не продавали! Я сама его сделала! – заверещала девушка, вдруг закрывая рот руками и понимая, что сказала. Александра стояла в шоке и смотрела на эту немую сцену. Седрик повернулся на Алекс и осознал, что она всё слышала. Он бросился к ней с объятиями. - Боже, Алекс… - Диггори сжал её в объятиях. – Я уже не мог найти себе место после твоего письма. Я думал, что это конец… Значит Драко всё же его отправил. Александра до конца была уверена, что Малфой не будет этого делать. Александра неуверенно обняла Диггори за талию, глядя ему через плечо. Она не слушала ничего, что пуффендуец ей говорит, она лишь видела, что в конце перрона застыл на месте Драко, глядя на эти объятия. Его лицо искривилось в усмешке и он двинулся в сторону толпы, догоняя всех. - Прости, моя любовь, прости меня, я тебя умоляю, прости… Она… Она сейчас… Ты сама её слышала! Я не хотел этого… - лишь повторял Седрик, крепко прижимая к себе девушку. И Мелисон сдалась. По щеке покатилась слеза. *** Спустя месяц Александра и Ян всё ещё не разговаривали, они даже не сидели за одной партой и максимально старались друг друга избегать. Только по рассказам общих друзей Алекс знала, что Нойрет очень зол на подругу, что та всё же простила «идиота-изменщика» Диггори. С Седриком всё двигалось только в плюс, он старался проводить с ней время, уделял достаточно внимания, успокаивал, когда та нервничала и плакала. Александра также стала хуже общаться с Драко, он будто старался отгородиться от всех, больше времени проводил в одиночестве, даже Забини стал замечать, что Малфой изменился после каникул. Кажется, он уже жалеет, что тогда отправил письмо и вообще завёл разговор в предрождественскую ночь. Однажды, на матче по квиддичу между Пуффендуем и Гриффиндором, первая команда представила своего нового очень даже способного ловца. Девушка по имени Яна Пак была миниатюрной, не высокого роста, худой и довольно застенчивой в жизни. Но на поле она была мастером игры. Действительно. Было сложно найти кого-то равного ей по способностям и таланту. В первой же игре за факультет она смогла обыграть Гарри. Только вот без происшествий не обошлось .Злосчастный снитч полетел прямо в трибуну Гриффиндора, от чего девушка неслась прямо в толпу красно-жёлтых фанатов. Александра не успела среагировать. Удар. Белый экран. Она пришла в себя уже в больничном крыле, где рядом с её койкой мирно дремал Нойрет, сложив руки на груди. Александра тихо покашляла и потянулась рукой к другу. - Янни… - тихо позвала девушка. Нойрет тут же проснулся, дёрнув головой и наклоняясь к подруге. - Алекс, как ты? Как себя чувствуешь?.. – зашептал друг, взяв в ладони руку подруги. Видно было, он переживал. - Сколько я проспала? – девушка оглянулась по сторонам. Голова была тяжёлой, словно свинцовой. - Три дня. - Только не говори, что ты всё это время здесь сидел, Нойрет. - Именно, - Ян улыбнулся, поцеловав руку подруги. – Может тебе воды, или что-то подать? - Да нет, всё в порядке, - они говорили, будто и ничего не произошло. Будто и не было этого месяца. Вот это и называется – лучшие друзья. – А Седрик не приходил?.. - Эм, он был сразу после матча, где-то минут 15, а потом ушёл… - Ян немного напрягся. Было видно, что ему не очень хотелось говорить о Диггори. - А… - Алекс хотела спросить ещё кое-что, но Нойрет её опередил. - Он приходил каждый день после уроков и уходил перед самым отбоем. Мне мадам Помфри разрешила здесь с тобой быть, а ему – нет. Он же с другого факультета… - Ян пожал плечами. Алекс натянуто улыбнулась. Она погладила пальцами ладонь Яна. Друг тоже улыбнулся, во все 32 зуба. Всё образумилось. После выписки Александры пришло какое-то время, прежде чем они встретились с Седриком. Парень вёл себя немного странно, но Мелисон всё списала на нервозность перед приближающейся контрольной, и к тому же Диггори сильно переживал за неё, потому и не мог особо выразить своих чувств. Вечером какого-то числа февраля Алекс обычно сидела перед камином с Джинни и помогала ей с заклинаниями, разучивая вместе какое-то особо сложное заклятие. В гостиную ввалилось «золотое» трио, изрядно подвыпившие в «Трёх мётлах». Рон почти сразу же завалился на диван, захрапев. Он явно выпил больше всех и уже отрубился. Нойрет успел отскочить на другой диван прежде, чем пьяный Уизли провалился в сон. Гермиона, покачнувшись, пошла в комнату, что-то напевая себе под нос. Голова Гарри витала в воздухе, качаясь из стороны в сторону и, то подлетая к левым диванам, то перекатываясь к правым. Мантия невидимка скрывала почти всё тело парня. Видимо, тогда ему это казалось очень даже смешным. Алекс хохотнула от этого вида, прикрывая рот кулаком. Джинни что-то обозлённо пробормотала про несносного Рона и, зажав ушки ладонями, продолжила учить вербальную часть заклятия. Поттер увалился прямо на Рона, через несколько минут тоже захрапев. В эту ночь они точно не поднимутся в свою спальню. Ян хмыкнул, снимая с Гарри мантию и набрасывая на себя. Тело парня скрылось под невидимой тканью, даже голова пропала. Был слышен только тихенький злорадный смех то тут, то там. Вдруг Алекс за бок кто-то ущипнул, от чего та взвизгнула и подскочила на месте. Мелисон встала с дивана и, выхватив палочку, важно проговорила: - Вингардиум Левиосса! – и мантия взмыла вверх, обнаруживая скрывающегося под ней мага. - Эй, я же просто пошутил, - посмеялся Нойрет, подходя к подруге. - Нечего так шутить, так и до смерти напугать можно… - пробормотала девушка себе под нос, поймав мантию. - А знаешь… Может… Позаимствуем мантию у Поттера? – взгляд Нойрета изменился на очень хитрый. - В смысле?.. – девушка непонимающе изогнула бровь, оглянувшись на спящего Гарри. - Ну сейчас она точно ему не нужна будет, а побродить ночью по замку, не боясь Филча, ой как хотелось бы… - усмехнулся Ян, перейдя на шёпот. – Да давай, будет весело! Сначала ты, потом я! Возвращайся через час… Нойрет подмигнул подруге, набрасывая на неё мантию. Алекс исчезла и, освещая себе путь тусклым люмусом под тканью, отправилась исследовать замок. Несколько раз она проходила мимо Филча, всё носящегося со своей кошкой, и старый дурак её ни разу не заметил. Один раз девушка чуть не наткнулась на профессора Снейпа, но тот лишь проплыл мимо, не оглянувшись. Александра бродила по кабинетам и классным комнатам, рассматривая их в лунном свете, любуясь. И вдруг её осенило, куда она ещё не заглянула. Астрономическая башня! Там всегда кто-то есть! Не может быть, чтобы хоть кто-то сегодня туда не пошёл. Алекс тихо, почти бесшумно поднималась по лестнице. И чем ближе она была, тем отчётливее слышала пару шепчущих голосов в верхней комнате. - Что это было тогда на перроне? – обиженно прошептал женский голос. - Давай не будем сейчас об этом… Я очень запутался, - ответил растерянным шёпотом мужской. - Ну же, иди ко мне, любимый, забудь обо всём… - ласково прошептала дама. Затем Алекс услышала звуки поцелуев. Сначала они казались осторожными, будто нежеланными, но с каждым разом становились всё более страстными и трепетными. Александра уже почти поднялась до конца, когда стали слышны тихие женские стоны. С одной стороны Мелисон не хотела подниматься дальше, ибо вторгаться в чужую личную жизнь совершенно не хотелось, но с другой стороны, любопытство слишком сильно брало над ней вверх. И она поднялась. Здесь стоны и хрипы были уже слышно слишком отчётливо, от чего становилось немного стыдно. Дверь была закрыта неплотно, потому Алекс без труда удалось её медленно и неспеша отворить. Но чем больше она раскрывала проход в комнату, тем больше она не хотела верить своим собственным глазам. На том же самом подоконнике, где когда-то в бальную ночь они занимались любовью с Седриком, сидела та самая блондинка Мариэтта с когтеврана. Грудь её была оголена, лифчик разорван, а юбка задрана выше талии. Девушка ногами и руками прижимала к себе разгорячённое мужское тело. Александру чуть не вывернуло. Снова. Мурашки прокатились по телу холодной волной, а ноги подогнулись в коленях. Девушка удержалась за ручку двери, чтобы не упасть. - Дверь… она открылась… - в перерывах между стонами зашептала девушка. - Плевать, - прорычал ей в ответ Седрик. Он тихо простонал в её ухо, ускоряя темп и бесцеремонно хватая её за бёдра. – Сюда никто не может сейчас зайти… Александра быстро развернулась и спустилась по лестнице на 20 ступенек. Шок захлестнул её. По телу вновь пробежали мурашки, а по щеке скатилась предательская слеза. Тошнота подкатила к горлу. Было противно, мерзко. Тошнило, наверное, из-за переизбытка эмоций и нервов. Ноги не хотели идти дальше, потому Алекс просто плюхнулась на каменную ступеньку, зажимая себе руками рот. В мантии было дико душно, воздуха не хватало, но нельзя было издавать звуки. Александра просто качалась на месте, сильно прижимая ладони к лицу, чтобы не закричать в голос. Её душа просто разлетелась на мелкие кусочки, словно стеклянная ваза, сброшенная с пятнадцатого этажа. Алекс плакала, она рыдала, но была бесшумной. Нельзя было себя рассекретить. С комнаты доносились стоны, крики и хрипы, заставляющие сгибаться от уже будто физической боли Мелисон. Она в один момент встала и полетела в гостиную Гриффиндора. Ей уже было всё равно на шум и звук. Даже если бы её поймали (но этого не случилось), ей было бы абсолютно всё равно. Девушка быстро влетела в гостиную, сбросила с себя мантию и поднялась в комнату, не разговаривая ни с кем, ни с кем ничего не обсуждая. Просто девушка легла на кровать, зарылась в одеяло и плед, подаренный Яном, и даже сверху головы положила подушку. Боль была невыносимой. Но никто больше не услышит, как она плачет. Никто больше не увидит её слёз и не спросит что случилось. Никто. Хорошо, что соседки спят. Они ничего не услышали. Ничего не подозревают. Боль разорвала жизнь девушки на до и после.