"Могу ли я чувствовать твои губы на своих вечно?"

Перейдя к столу не отрываясь от губ друг друга Сэми требовательно дёргает футболку демона, стаскивая её, после чего начинает покрывать его грудь быстрыми жаркими поцелуями, попутно расстёгивая ремень джинсов. Стол жалобно поскрипывает под тяжестью тел, но парни не обращают на это никакого внимания, продолжая самозабвенно пожирать друг друга непрерывными поцелуями, пытаясь утолить скручивающий всё нутро холодный голод, разбрасывая страшно мешающие куски одежды по всему периметру. Вдруг Сэми одним рывком заставляет Люцифера поменять позиции, упирая ошеломлённого в стол и прожигая хитрым прищуром, а проворная рука скользит к твёрдому члену Люцифера, уверенно охватывая ствол, лаская подушечкой большого пальца влажную от смазки головку. Оторвавшись от очередного вырывающего душу с корнем поцелуя, напоследок лизнув малиновые губы, ангел загадочно выдыхает: — Мне кажется, я кое-что задолжал тебе, ммм? — с этими словами парень сползает вниз, опускаясь поцелуями по идеальному прессу и по тёмной поросли волос внизу живота. Сэми, облизнувшись, проводит языком по головке его члена, собирая капельки солоноватой влаги, затем размашисто мажет кончиком языка по щелке и начинает неторопливо её дразнить, ощущая усиливающуюся пульсацию и поднимая полный животной похоти взгляд на своего парня, устанавливая неразрывный контакт. Наконец, сжалившись над задыхающимся под его неоспоримой властью, ангел обхватил орган своими пухлыми губами, вбирая его всё глубже и глубже, втянув щёки для более тугого проникновения. С каждым новым движением Сэми ускоряется, проезжаясь невероятно горячим ртом по всей длине, с упоением посасывая, тщательно вылизывая, не желая пропустить ни одной ноты вкуса и проталкивая Люцифера дальше, умудряясь ухмыляться на протяжные стоны последнего и дрожащие пальцы, вцепившиеся в волосы на затылке железной хваткой. — Ох, блять, Сэми! Ты вообще осознаешь, что это мой первый минет в жизни? — вырывается у него, и он снова очарованно смотрит, готовый позорно обкончаться, от представшего перед ним великолепия: потрясающе красиво растянутые его членом губы, безупречный творческий беспорядок в тёмных волосах и глаза… о, эти чарующие небесные глаза, в которых сам сын Сатаны тонет без малейшей возможности спастись. Впрочем, в спасении он не нуждается. Чувствуя, что больше не продержится, тот медленно отстраняется, нежно потянув Сэми вверх и крепко целуя. — Соскучился по твоей узкой заднице, — хрипит демон, и Сэми послушно склоняется над кроватью, ложась грудью на холодную поверхность. Тёплые ладони укладываются на белые округлые половинки, размыкая их, открывая взору призывно сжимающуюся дырочку. Люцифер неторопливо ведёт языком от самых поджавшихся яиц до копчика, обильно смачивая слюной, а затем вторгается внутрь вращательными движениями, раздвигая пылающие стенки и проникая настолько глубоко, насколько это вообще возможно, иногда засасывая сморщенную кожицу, слушая громкие ругательства брюнета. — Блять, Люцифер, вставь мне уже, — но демон и не думает поддаваться жаждущему Сэми, увеличивая темп и трахая теперь уже пальцами, двигая ими быстро и массируя кончиками простату, посылая по телу нити удовольствия и не забывая орудовать языком. — Бляяяяяя, — ангел выгибает спину, сам стремясь навстречу Люуиферу, судорожно хватая ртом воздух. Тут его вновь разворачивают и сажают на скрипнувшую кровать, вынуждая распластаться по ней звездочкой. Люцифер закидывает ноги ангела к себе на плечи и со всей дури вгоняет член, сразу же входя полностью и принимаясь жёстко всаживать по самое не хочу, неумолимо и точно попадая по бугорку и не отрываясь от таких желанных губ, которыми он месяц бредил. Сэми изгибается навстречу, с кипящей жадностью насаживаясь на так неповторимо заполняющий его орган, буквально распирающий изнутри. Пальцы правой руки цепляются за непослушные вихры, сжимая волосы парня в кулаке. Перехватив губы Люцифера, страстно впивается в них поцелуем и, отстранившись, шепчет хриплым от желания голосом, пошло облизнувшись: — Готов поспорить — ты бы трахал меня каждый день во всех позах и на всех поверхностях нашей комнаты. — Я бы трахал тебя на всех поверхностях, на которые можно было бы тебя положить или упереть в ЛЮБЫХ местах, — с чувством отвечает демон, продолжая вбиваться в податливое тело и покрывая укусами каждый доступный лоскут кожи. Ангел гортанно стонет, отчаянно вжимаясь в возлюбленного, ещё больше распалённый его искренним ответом. — Блять, не выходи… к-кончи в меня, — выдыхает с очередным стоном сквозь толчки Сэми, кусая шею Люцифера. Демон глухо рычит от прошившего тело феерического удовольствия, долбясь в самую глубину полыхающего нутра и снова ловя вскрик губами, дыша одним дыханием на двоих. Они кончают одновременно, вцепившись мёртвой хваткой всеми конечностями в друг друга и простонав хором застывшие на языке имена, ощущая разлившееся белесое тепло, заполняющее растраханный анус и выплескивающееся сильными струями на живот. — Я люблю тебя, моя бесконечная невозможность, — мурлычет Люцифер в грудь Сэми, утопая в наступившем на душе покое. Ангел расслабленно утыкается лбом в лоб задыхающегося от крышесносного оргазма Люцифера, прошептав в ответ: — И я люблю тебя, мой демон, — как вдруг он понимает, что они куда-то летят. Кровать с треском падает, видимо, потому что подламываются две её ножки в месте креплений. Судя по всему, во время толчков шурупы вываливаются из пазов, и теперь парни летят на пол, свалившись друг на друга. Люцифер в последнюю секунду переворачивается, и Сэми благополучно приземляется всем весом на грудную клетку, выбивая из демона дух. Наверняка, на спине останутся синяки.