Глава 1
17 декабря 2020 г., 09:00
«Я свет пришёл в мир, чтобы всякий верующий в Меня не оставался во тьме.» Библия, Иоанна 12:46
Горделивая осанка, неизменно широко расставленные ноги, а так же ненавистная для окружающих ухмылка, которую пренепременно желается стерпеть. А ещё этот извечный взгляд победителя, который многих не просто раздражает, а до ужаса бесит. Ненависть, которая крепчала веками и была самым надёжным союзником в те дни, когда хотелось лезть на стену от беспомощности. Но по истечении времени эта ядовитая озлобленность на все и вся стала главнейшим оружием против мира, который полукровка желал подчинить своей воле. Она же боролась против своей же доброй половины, которую мама так отвратно звала Бонтом. Мальбонте презирал своего внутреннего ангела. Считал обузой, чем-то уродливым и слабым. Ведь ангелоподобная часть, будто белая добрая кошка, упрямо царапалась своими благочестивыми лапками в голове, слёзно просив успокоиться и поступить правильно. Маль же неизменно знал методы изгнания, поэтому Бонт никогда не выигрывал эту войну. Полукровка не мог охарактеризовать себя стопроцентным безумцем-потрошителем. Ведь счёл, что вершит заслуженную кару над теми, кто мешает, и яростно против его идеологии, а так же её непосредственной реализации. «Я идеалист. Хочу, чтобы весы Немезиды наконец выровнялись!» — фраза, которой неизменно придерживался.***
Мальбонте расслабленно прикрыл глаза, получая необходимое удовольствие, когда ловкие пальчики приятно поглаживали, а ярко-алые губы Ости неспешно, но весьма искусно елозили по стволу чувственного места мужчины. Чертовка определённо знала все способы удовлетворения партнёра. Сладострастию от плотских утех, Мальбонте не противился, а поощерял, даже благоволя до большего, чем оральные ласки, а Ости не гнушалась быть той, кто лишь удовлетворяет мужской интерес. Она уважала силу, а Мальбонте, несомненно, был в большинстве, нежели треклятая школа, от которой та запросто отреклась, без всякого сожаления перейдя на выигрышную сторону. И ещё девушка хотела побыстрее стереть из памяти всех, кто там оставался. Отныне Ости считала их никчёмными кретинами. — Ладно, довольно на сегодня, — грубо скомандовал Мальбонте дьяволице с уже изрядно размазанной помадой на губах. — В чём дело? — оторвавшись от приятного занятия, с нотками разочарования в голосе, сказала Ости. Полукровке приятно, что та постоянно согласна помочь снять накопившееся напряжение. Ему льстил извечно алчный взгляд Ости и, как весомый аргумент — объёмная грудь, которой она нарочито много трясла перед лицом мужчины. Но кроме сексуальных приключений, дьяволица была абсолютно неинтересна. Мальбонте вообще мало заботило что-то серьезное, за исключением главнейшей цели. Ости, некогда вспыльчивая, теперь же соглашалась, не споря, с любым суждением Мальбонте. Поэтому совершенно равнодушно поднялась с колен, шустро вытерла растёртую от недавней ласки помаду и, поправив растрёпанные локоны, произнесла: — Успокойся, им в любом случае не победить тебя! Мой господин, — девушка хитро прищурилась, нагнувшись, поддела ноготком его скулу, как бы продолжая свою игру. Мальбонте резким движением перехватил руку дьяволицы и сказал: — Чтобы выиграть в этой битве, никак нельзя давать слабину! — он сжал руку. — И я буду настолько жестоким, настолько потребуется. В этот раз не отступлю! — ярость и ненависть заполонили зрачки полукровки. Ости вскрикнула от хруста своих же пальцев. Мальбонте небрежно откинул её руку. Девушка хотела было огрызнуться за сломанные пальцы, но, успокоившись, сделала глубокий вдох, натянула маску с лицемерной улыбкой и удалилась из комнаты мужчины, оставляя нелицеприятные слова в сторону полукровки при себе. Подойдя к столу, мужчина, склонившись, стал перебирать фигуры на шахматной доске, при этом усиленно рассуждая о грядущем сражении. Совсем неожиданно сознание начало уплывать, тело слабеть, а ноги подкашиваться. Мгновенье, и полукровка упал, потеряв связь с действительностью. Это было похоже на сон в котором он увидел ту самую Вики, которая помогла его ангельской части сбежать из башни, и ту, в которой, как узнал Мальбонте, хранилась половина его огромной силы… Вики, робея мялась у двери старого дома и нервно заламывала тонкие пальцы, силясь постучать. Неподалёку стоял брюнет с татуированными участками тела и величественным бордовыми крыльями… Мальбонте смутно, но полнил того. Ведь этот мужчина был не только звеном в ритуале, а ещё зачем-то помогал Вики при освобождении Бонта. Мальбонте осмотрелся и понял, что абсолютно невидим для окружающих и это лишь осколок воспоминаний Вики Уокер. Но всё-таки полукровку заинтересовало это прошлое девушки, поэтому, пользуясь случаем, подошёл ближе. Повинуясь какому-то порыву, неосознанно коснулся пряди её волос, аккуратно сжал их. Затем провёл пальцами по скуле, но девушка, естественно, ничего не ощутила. Мальбонте даже позавидовал их такому моменту. Разглядывая отца и дочь он невольно вспомнил о своих родителях. Вдруг место стало медленно растворяться, а сознание следом возвращаться. Мальбонте, прищурившись, приоткрыв глаза, вздохнул. Неспешно держась за край стола, поднялся, думая о недавних картинках, который почему-то дали ему посмотреть. — Прибыли новые пленные, — громко заговорил бывший учитель — Фенцио, появившийся из темноты, отчего полукровка даже вздрогнул, до конца не придя в себя. Мальбонте перевел растерянный взгляд на бывшего учителя, тот повторил: — Новые пленные, что насчёт их? — голос звучал ровно; будто верный пёс, учитель стоял и ждал решения от хозяина. — Да, я посмотрю лично, — морок спал и довольная ухмылка сразу же расплылась на лице «короля положения». Фенцио привел хозяина к новым пленным, которых, после долгих выслеживаний удачно изловили. Самодовольная ухмылка Мальбонте, явно не предвещала ничего хорошего этим несчастным. Он бегло просканировал каждого и резко остановится на персоне, энергия которой по особому завибрировала в ответ. Полукровка приблизился и небрежно содрал мешок с головы незнакомки. Увидев рассерженный взгляд, мужчина ещё шире заулыбался. Вики Уокер, та самая, с нескрываемой ненавистью и, скривив достаточно комичное выражение лица, смотрела на Мальбонте. На миг в голове сына Ангела и Демона возник тот самый ненавистный ему Бонт, который ужасно раздражал. Его уродская светлая сторона души. Тьфу. Мерзость! Секунда. Вторая. Третья. Затем полукровка, стремительно сбросил этот балласт — ангельская совесть, доставшаяся от Бонта. Вики не дрогнула, смотря ненавистным взглядом в его глаза. Мужчина критически приблизился и сказал почти в самые губы, до которых оставался буквально сантиметр: — Добро пожаловать в мой подпольный лагерь, милая… — сказав это, Мальбонте неспешно отстранился от девушки. Но не встал, всё так же выжигая в ней дыру своим взглядом. — Добро? Ты серьезно? — Вики скривилась в отвращении. — Ты хоть знаешь, что это такое, милый? — последнее слово прозвучало с нескрываемым пренебрежением из уст рассерженной девушки. Мальбонте горделиво встал, отряхнулся и, больше не задерживая своего внимания на пленных, только лишь кинул: — В камеру их! — потом остановился, резко развернулся, словно что-то придумал, и, с издёвкой смотря на Вики, произнёс. — А её в отдельную, ту самую… — проговорил тоном чуть тише. Вики вытаращила глаза, не понимая, что вообще значило «ту самую». Её тело задрожало от страха. Но мысленно вновь дала себе пощечину, вспомнив слова Люцифера: «Ты должна быть сильной и бескомпромиссной», — слова, врезавшиеся в сознание навечно. Мальбонте улыбнулся Вики злорадной улыбкой и поспешно удалился с того места. Всех пленных начали толкать в спины, направляя в камеру. Вики тоже пошла за ними, но цепкая рука грубо выхватила её из толпы и направила в другую сторону. Девушка брыкалась, кричала, не хотела поддаваться неизвестному. Резкий удар в живот умерил пыл, и Вики сложилась пополам от тянущей боли. — Успокойся, сука! — ядовитый голос, как у змеи, прошипел, сильно притянув Вики за волосы. — И не подумаю! — в ответ протест, Уокер не желала становиться покорной рабыней. Никогда. Тёмные глаза приспешника, ударившего Вики, буквально прожигали дыру, не обещая ничего хорошего, а Непризнанная держалась, чтобы не расплакаться, хотя живот ужасно сводило от недавнего удара. Девушка лишь горделиво приподняла подбородок и плюнула ему в лицо на свой страх и риск. Сторонник Мальбонте отшатнулся, не ожидав такого и брезгливо вытер лицо. Мерзко рассмеявшись, ударил Уокер об своё колено носом. Да так сильно, что послышался хруст. Сразу же из носа Вики стремительно хлынула тёплая кровь и мстительный упырь, отбросил Непризнанную от себя, как какого-то надоедливого котёнка, который вечно мешается под ногами. — Если бы не тот факт, что ты нужна хозяину живой. Сука. Я бы тебе давно голову отрезал и скормил местным гигантским крысам, — пнул её. Кровь никак не прекращалась. Вики усиленно прикладывала края своей испачканной одежды, затыкая нос, но тщетно, кровотечение не останавливалось. — Чёрт! Вокруг девушки всё стремительно поплыло. Вики сражалась с самой собой, лишь бы не отключиться, но бесполезно.***
Голос Ребекки, звучал неприятной симфонией в голове Люцифера, вызывая волну раздражения. Демон не стеснялся и открыто выражал эмоции громкой барабанной дробью по столу и плюс, после каждой фразы, не забывая цокнуть. Совет проходил в незнакомом для демона крыле школы. Бывший Серафим пригласила только приближённых лиц. Тех, которым могла вроде как доверять. Мужчина не понимал, на кой чёрт она позвала его? Ведь не неоднократно давала понять, что не привечает демонов. — У меня плохие новости, — секундное затишье. — Мальбонте прознал про маршрут крылолётчиков. Вновь! И никто не знает, что теперь с теми… — Ребекка запнулась, впервые было заметно её волнение? — Они в плену. Что с ними будет и останутся ли живы — спорно, — женщина умолкла, взяв стакан воды, сделала небольшой глоток и села. — Школа в меньшинстве, — начал отец Мими. — Неразумно рисковать ещё одним отрядом, который нужен нам как защита, — Мамон встал, — но мы знаем, там твоя дочь. — Демон подошел к Ребекке. — Решение за тобой. — Ты прав, — и без того суровое лицо женщины теперь и вовсе приобрело безэмоциональный вид, — ему невыгодно её убивать. Люцифер недовольно поморщился от догадок Ребекки. Мужчина четко осознал, что всем плевать вообще на тех, кто, возможно, сейчас нуждается в помощи. Особенно его беспокоила Вики, которая какого-то чёрта вызвалась добровольцем в отряд… Он вновь раздражённо начал стучать пальцами, понимая, что спорить с этой неприступной женщиной бесполезно. И поэтому, не теряя драгоценного времени и не дожидаясь окончания речи, встал и молча вышел. При этом, конечно же, громко хлопнув дверью. Люцифер мнение большинства понял и для него лично собрание было окончено.***
Вики внезапно проснулась от звучных воплей снаружи. Еле приоткрыв отёкшие веки, девушка сумела немного разглядеть помещение, в которое швырнули, как какую-то бродячую собачонку. Оно смахивало на старенький сарайчик, с большими камерами-клетками по углам. А из небольшого окна, которое, естественно закрывалось решёткой, виднелись хилые отблески света. Удушливый воздух не давал вздохнуть полной грудью, благо кровь больше так не струилась. Бегло ощупав, ранее сломанный нос, Вики облегчённо выдохнула. — Цел. Затем, когда чёткое зрение более менее вернулось, Уокер пытливо стала осматривать себя, на сколько это возможно. Одежда, естественно, была изорвана и перепачкана грязной кровью. Изящными пальчиками Вики пробежались по жутко запутанным волосам, которые, похоже, выглядели как гигантское гнездо глухаря, в котором вполне себе преспокойно могли жить его детёныши. Непризнанная попыталась встать, но ноги ощутимо подкосились. Слабость ещё не оставляла тело девушки, хотя нос был без намёка на перелом. Сухость во рту не давала возможность чётко расслышать свой голос. Но помощи ждать не откуда, и поэтому Вики медленно подошла к решетке, прижавшись, слабо произнесла: — Воды! — сиплый и малоузнаваемый голос выходил из рта Уокер. — Дайте пить! Неожиданно мелькнула тёмная тень, обвевая пространство шлейфом смрадна. Вики брезгливо поморщилась: тошнота сражу же подступила к горлу. Ужасно разнылась голова, и странный рёв вынудил прикрыть уши. Непризнанная попыталась снова сфокусировать зрение на мельтешащем нечто, но безуспешно. Хлопок. Тень решительно подлетела и с ожесточением дёрнула Вики за волосы. Существо приблизило своё безобразную морду и с силой впечатало Непризнанную в прутья решётки. — Отвали, дрянь! — завопила Вики и, набравшись храбрости, вцепилась в лохмотья существа. Тварь не собиралась пасовать и яростно кромсала грязную одежду и расцарапывала кожу, из-за чего кровь алыми струйками начала сочиться из новых порезов. Вики же, неожиданно для себя самой позабыла о недавней разбитости и наносила удары по этому существу, которое непонятно оттуда взялось. Девушка не желала погибать, позоря своё величественное имя и имеющее неизменно особый смысл для неё самой. Маленькая и беспомощная Вики Уокер, которая страшилась сказок про ведьм и всякую нежить, осталась на Земле. После попадания на Небеса она дала себе клятву ни за что не сдаваться. Всегда сражаться до последнего за себя и за тех, кого любит. Сейчас в глазах девушки пылала неудержимая ярость. Эта тёмная гадина отпрянула, видимо не ожидая такого напора от Непризнанной. — Успокойся, куколка, я же только поздороваться хотел! — запричитал Зигза. Вики наконец-то смогла ясно разглядеть это существо, которое являлось тем самым ранее знакомым заключённым из адских камер. —И я с большим приветом, пупсик, — подойдя вплотную к решетке и сверкая разъярёнными глазами, проговорила Уокер. Небрежно поправила свою и без того разорванную одежду. — Со мной лучше дружить, ты понял? — прокричала Вики, и существо сжалось, казалось, что Зигза уже пожалел о таком «приветствии» со своей стороны. — Вредная стерва! — крикнул он Вики в ответ и дребезжа своими сухими костями: убежал. Вики раздражённо засмеялась такой трусости Зигзы и, больше не задерживаясь, ушла в дальний угол камеры. Девушка, усевшись на грязный пол и уткнувшись носом в изодранные в кровь колени, сразу же прикрыла глаза. Спустя сутки, к Вики так никто и не зашёл. Она уже думала, что это такой вид изощрённых пыток: заморить голодом, но вынырнуть из потока мыслей тут же помог скрип двери, а затем неприятный цокот каблуков прямо у самого уха. Непризнания разглядела Ости. — Так бы вечно наслаждалась этой милой картиной, — дьяволица начала хохотать. — «Собачонка в клетке». Какое же ты убожество. — Ости с силой пнула девушку ногой. — Дино — несменный рыцарь, теперь не спасёт тебя, Уокер! — она присела, взяла Вики за волосы, слегка подняла её голову и прошипела. — Сгниёшь тут, как безродная крыска! — Ну крыска из нас двоих — явно не я! — выдавливая из себя улыбку и хохотнула Уокер. Глумливое личико Ости оказалось почти вплотную, и Вики захотела не упускать удачный момент, поэтому, не долго думая, резко вдарила головой. Бестия отшатнулась, цепляясь за поломанный нос, из которого быстро потекла ало-красная жидкость. Вики гордо ухмыльнулась. Этот порыв мог стоить девушке отбитых почек, печени или даже зубов. Но бежать было нереально, пока щиколотки стягивались увесистыми кандалами, поэтому Непризнанная лишь встала. — Тварь, я убью тебя! — кричала Ости, закрывая нос и пытаясь остановить поток крови. — Зачем явилась? — Вики подошла ближе, звеня цепями. Регенерация достаточно быстро помогла дьяволице излечить кровоточащий нос и та смогла внятно ответить. — Сука. — Вырвалось очередное ругательство, но при этом Ости не набрасывалась на Непризнанную, что ставило Вики в тупик. Ведь бывшая подружка Люцифера славилась дурным нравом, а уж вспыльчивость, как второе «я» следовала за той по пятам, наверняка почти с пелёнок. — Хозяин желает видеть, — она на секунду умолкла, — тебя. Вот поэтому я здесь, — она, кряхтя поднялась. — Но ты посмотри на себя: несёт не пойми чем, поэтому, за мной, шкура… — рявкнула Ости, почему-то не предпринимая попыток отомстить. — Освободи мне ноги. Тупица. — Фыркнула Вики. — Я не смогу идти, — раздражённо потёрла ушибленный лоб и ткнула своим пальцем вниз. Ости недовольно цокнула и освободила ноги Уокер. Взяв Вики за горло и сдавив его, прорычала, не отводя разгневанного взгляда: — Не знаю, зачем ты понадобилась в столь позднее время Мальбонте, — дьяволица усилила хватку на шее. — Но его я не упущу, это не Люцифер, поняла, сука? — хватка Ости ещё сильнее, и воздух в лёгких Уокер подходил к концу. И так же резко отбросила Вики от себя, как грязную тряпку. Уокер сильно ударилась головой об пол, но не расплакалась от жгучей боли и через силу улыбнулась, закусив внутреннюю сторону щеки.«Боль — это иллюзия. Боль — лишь тренажёр силы воли и характера».
Вики аккуратно, слегка покачиваясь, поднялась на ноги. — Раз мы с тобой всё решили, может, отведёшь уже меня в душ? — девушка тронула место недавнего удушения. Свет от маленькой лампы, прикреплённой к потолку, больше раздражал, чем освещал пространство, в которое Ости привела Непризнанную. А затхлый смрад сырости заставил девушку задержать дыхание и понемногу выдохнуть, чтобы привыкнуть. Но эти сложности, по сути, не имели особой значимости, ведь уж лучше так, чем продолжать источать малоприятный запах. Тёплые струи воды стекали дорожками и перемешивались с грязным оттенком от пыли и крови. Мыло пахло какой-то непонятной травой, но главное, что оно было. Вики блаженно улыбнулась. На секунду даже забыла где находится и что предстоит пережить. Требовательный стук заставил распахнуть глаза и прервать спокойную процедуру. Уокер смыла вспененную голову и сказала: — Воды жалко, что такое? — пробубнила Вики и выключила воду. — Хозяин не любит ждать, а мы с тобой итак задержались, — опять настойчивый грохот по двери. — Шевелись! Уже после того, как Вики вышла, дьяволица небрежно кинула в ту платье и раздражённо отошла в сторону, при этом выдавая своё явное нежелание с ней больше нянчиться. Платье было достаточно откровенного кроя, открывало вид на оголённые стройные ноги, облачённые в кружевные чёрные чулки. Грудь была слегка приоткрыта, а спина оголена до самой поясницы. Материал воздушный и из приятной ткани. Но при всей красоте он был уж достаточно откровенный для встречи с психопатом, затеявшим войну. К чему-то подобранные в цвет платья туфли на высокой шпильке, которые явно были лишними для таких условий. Вики поморщилась от оголённых частей своего тела. Ей меньше всего хотелось красоваться, и если бы на выбор был мешок, то она скорее в него облачилась… Тем более, что хоть и раны все подзатянулись, шрамами устилалось все открытые участки тела. — Сколько можно уже! — раздраженно крикнула Ости, цокая своей тонкой шпилькой по полу. — Я не просила себе такую одежду, чистой тряпки было бы достаточно, — фыркнула Вики и прошла мимо Ости, нарочно задевая плечом. Дьяволица в немой тишине довела Уокер до покоев Мальбонте и, скрипя зубами, покинула их. Девушка знала, какая Ости и на что способна в гневе. Дьяволице же было неприятно, что повелитель решил потратить своё время не на неё, такую покорную и услужливую, а на беспомощную Вики. Ости сдержала свои эмоции и твердым шагом покинула комнату, оставив Вики наедине с тем, по приказу которого так рано погибла. Мальбонте сидел за столом и задумчиво рассматривал потрёпанную карту. Его мысли будто витали где-то далеко, в руке он сжимал словно игрушку шахматную фигурку ангела, лицо казалось напряжённым и отстранённым. Когда он увидел перед собой Вики, на секунду безэмоционально замер. Он даже не заметил, что Ости услужливо доставила ему девушку и вообще была в его покоях минутой ранее. Вернувшись в реальность, мужчина грубым движением смахнул шахматные фигуры к ногам Уокер. Девушка от неожиданности вздрогнула, но не испугалась таких перемен его настроения. С восковым лицом, не выдавая никаких эмоций, стояла, как солдат, и будто ожидала, но чего? Разговора или смерти? Девушка не знала, чего можно было ожидать от такого непредсказуемого и расчетливого существа. В душе Вики накопилось столько гнева, но она лишь скромно отвернулась, не желая встречаться с его надменным взглядом. Чудовище, которое отобрало у неё жизнь… Глаза от внутренней боли начали наполняться слезами, но Вики подавила желание расплакаться, взвыть от несправедливости. Уокер вспомнила слова Люцифера, что нужно быть сильной, и она хотела ей быть. Вики мечтала стать такой же безэмоциональной, как мама, например, чтобы не чувствовать боль, которая каждый раз разрывала душу на мелкие части и пускала их по ветру. — Ты видишь во мне чудовище, Вики? — громкий голос заставил Непризнанную повернуть голову и она уловила сосредоточенный взгляд мужчины. В его взгляде девушка не видела зла или отвращения, читался огромный интерес. Будто ему было важно её мнение… Но Вики не хотела показывать свою израненную душу. Ни сегодня. Ни сейчас. Никогда. Открываться перед тем, кто разрушил жизнь и оборвал планы, зачеркнул будущее на земле. Да Вики его ненавидела всеми фибрами души и не могла понять. Не желала понимать его мотивы! — Чудовище с огромными рогами, копытами и маленькими ангельскими крыльями. Взгляд добрый, но скрывающий непомерную злобу, — он не отводил глаз от девушки. — Один глаз красный, другой голубой, да? — Мальбонте приблизился к Вики, заставил её смотреть, больно обхватив подбородок рукой. — Меня убили из-за тебя… — мужчина чуть отстранился. — Я умерла совсем рано, потому что тебе это было нужно, — Вики приблизила к нему свою разгневанное лицо и прошипела, обливая каждое слово ядом. — И кто ты для меня, если не чудовище? — Непризнанная начала лицемерно смеяться, стряхнув с подбородка клешню, отошла в исходное место. — Я ненавижу тебя, и убью при первой возможности, МАЛЬБОНТЕ, — отчеканила в издевательской манере каждую букву его имени. — Очень жаль, что не подружимся! — он опёрся на рядом стоящий стол. — Хотя, может, и не жаль. Мальбонте мгновенно сократил расстояние между ними, бесцеремонно ухватил девушку за талию. Скинул со стола свободной рукой всё, что там было, и грубо усадил на стол. — Не люблю, когда всё просто, — он наклонился к её уху и Вики замерла, казалось, и воздух в легкие перестал поступать. — А ты ведь такая непокорная, Вики Уокер, — бесцеремонно приподнял низ платья, засунул туда свою огрубевшую ладонь и медленно стал подниматься вверх. — Иди к Ости для удовлетворения желаний! — Непризнанная сильно толкнулась коленом в живот полукровки. Он тут же отшатнулся, громко рассмеявшись. — Я не люблю покорность, понимаешь. Привык добиваться своего более жестокими методами, — Мальбонте взял стул и сел напротив стола, где сидела Уокер. — Не хочу Ости, хочу тебя… — он помедлил секунду, — в союзники. — Ты больной! Мстительный сумасшедший, возомнивший себя вершителем судеб! — Вики встала. — Я никогда не буду твоей во всех смыслах, что бы там ты не задумал, — девушка раздраженно затопала каблуками и направилась к выходу. — Я тебя не отпускал! — Прорычал он и громко отбросил от себя стул. — Я не сказал, что ты свободна! — крик такой силы, что стены в комнате начали звенеть. — Ты мне не хозяин, отдавай приказы своим шавкам, которых успел собрать! — Вики развернулась спиной к двери и уставилась на него. Мальбонте стоял, величественно возвышаясь над девушкой, смотрел сверху вниз. Ему хотелось переломать ей все кости, чтобы не смогла ходить. Оторвать язык, чтобы не слышать, что она говорит о нём. Мужчина молчал, в нём ожесточённо боролись две сущности: добро и зло. — Ты понимаешь, что проиграешь в этой войне? — хищный взгляд, обдающий девушку с ног до головы. — Это не моя война, а твоя, — наглый взгляд полукровки заставлял тело девушки покрываться неприятными мурашками. — Так я и не хотел никогда войны, но по-другому никак, Вики, — его голос дрожал, рядом с ней он терял свой воинственный настрой. — А ты пробовал? — Вики смотрела в глаза, но ответа так и не получила. — Отпусти, зачем тебе я? Вики ушла из-под настырного взгляда Мальбонте, сев на уцелевший стул. Закинула ногу на ногу. — В тебе, как ты знаешь, половина моей силы. Без неё я стал… уязвимей, — Мальбонте чувствовал усталость, ему не хотелось перед ней отчитываться. — Ты меня утомила, много вопросов задаёшь! — начал раздражённо перебирать пальцами. — Да? Хорошо. — Вики встала со стула и, цокая каблуками, направилась к выходу. Мальбонте устало вздохнул, ему уже надоело оправдываться, сдерживаться, чтобы не придушить её. Чаша терпения просто треснула. Мужчина встал и опять пошёл останавливать эту нахалку, как будто играющую его терпением. Он перехватил, с силой дёрнул Непризнанную на себя. Крепко, не давая возможности убежать, взял на руки и, пройдя в свою спальню, кинул на широкую кровать. Лёг сверху, не давая возможности сбежать, сильно сжал руки девушки. Мальбонте переполняла злость, хотелось её наказать, и показать, кто главный. И что нужно было думать, прежде чем говорить ему что-то против. Любого другого за такую речь Мальбонте уже оставил бы истекать кровью с продырявленным животом, но с Вики всё было иначе. В ней была его сила, и просто убить мерзавку было бы очень глупо. Но в тот же момент мужчине не хотелось причинять ей вред, впервые почему-то… — Отвали от меня, чудовище, чудовище, чудовище!!! — девушка выкрикивала это, она хотела показать, что такой и есть, не осталось в нём ничего святого. — Заткнись, дура! — рычал, истекая ненавистью и болью, Мальбонте ненавидел тех, кто таким его считал, и Вики била по самому больному. — Я не такой… — Ты жалок, слабак, ненавижу тебя, — плевок и пощёчина, Непризнанная обезумила от злобы. Мужчина вытер лицо и вдавил Вики в кровать своим огромным телом. Казалось, он на её костях был готов вырезать узор с тем, что не он чудовище, а все вокруг. Мальбонте с остервенением разорвал с девушки им же подаренное платье и отбросил в сторону, как ненужную тряпку. Вики запищала от подступившей истерики, на глазах стали скапливаться слёзы. Она не могла и не хотела, чтобы её взяли, как какую-то шлюху. Вики любила до дрожи в коленках только одного мужчину, но того не было рядом… И лишь надежда, что всё это скоро закончится, не давала Вики опускать руки. Люцифер был для неё тем островком надежды, на который хотелось сбежать и никогда не возвращаться. Вики надеялась, что все их встречи и разговоры тоже что-то значили для демона. Но реальность была такова, что просто в любой момент могла больше никогда не увидеть его, не сказать то, что рвалось из надломленной души. Слёзы текли непрекращающимся ручьем, и Вики не могла их остановить. Она очень хотела казаться сильной и бескомпромиссной, но не могла, совсем не было сил: устала. Мальбонте слегка сжал грудь девушки, прошёлся рукой вдоль изгибов соблазнительного тела. Опустил руку ниже, провел узор возле пупка, всё так же нежно и не так, как он привык. Его завораживала эта девушка, Мальбонте не хотелось причинять боль, но она, как и все те убитые от его руки, не давала шанса поступить по-хорошему. Будто опомнившись, кто он такой по её же словам, мужчина зарычал. Мальбонте приблизился к её заплаканному лицу, слизал проступившие слёзы. Девушка вздрогнула, казалось, что вот в этот миг рушится весь её мир. Она зажмурилась, пытаясь унять вырывающийся на волю страх. Вики вспомнила тренировку с Люцифером. Его слова, помощь, как он сказал быть сильной… В душе стало теплее. Вновь и вновь родной голос не давал сдаваться… — Отвали от меня! Ты обезумел, Мальбонте, — Вики вложила всю скопившуюся боль и ненависть к этому существу. Она желала его уничтожить, разорвать, закопать. Измождённое тело Уокер наполнилось приятной энергией. Вики почувствовала в себе свою приобретённую силу. Мощная вибрация от её рук, резкий толчок, и Мальбонте, будто щенок, отлетел в дальний угол комнаты, попутно сшибая всё на своём пути. Вики удивилась и замешкалась. Резко побежала к двери. В тот момент было плевать на то, как выглядела. Непризнанная хотела больше не видеть этого урода и не слышать мерзкий голос этого подонка. В распахнувшейся двери оказалась Ости. Сильный удар энергии, после которого Вики камнем упала на пол без признаков жизни. Дьяволица победно улыбнулась и, переступив через тело той, кого всегда не могла терпеть, подошла к почти оклемавшемуся Мальбонте, который был до ужаса взбешен. Ости села рядом на колени и беспокойно начала поглаживать его, будто ребенка. Мужчина не противился, он словно был не в этой комнате, а где-то далеко. — Не хочет по-хорошему, будет по-плохому! — смотря не на девушку, а в одну точку, изрёк полукровка. — Зачем она тебе. Приглашаешь в свои покои, одариваешь красивыми нарядами… — Ости умолкла, будто вырвалось что-то лишнее… — Хочу подружиться, не видно что ли? — он бросил обречённый взгляд на Вики, которая лежала без сознания. — Прикажи отнести в камеру, ту самую, поняла? — уже тон стал стальным и раздражительным. — Она всё равно спит, может… — Ости умолкла и положила свою изящную ладонь на ровно вздымающуюся грудь Мальбонте. Мужчина расслабился и легко поддался желанию дьяволицы. Ему было необходимо расслабиться, временно забыться, а Ости искусно справлялась с этим делом. Мальбонте ещё раз взглянул на бесчувственное тело Вики, которое совсем недавно кричало и плакало под ним, и, грубо притянув Ости к себе, начал рвать одежду. Полукровке хотелось в очередной раз выместить свой гнев на ком-то, и дьяволица обожала такие грубые игры, а ему было всё равно…***
Утро не улыбалось и точно не обещало быть добрым, а стало кошмаром: новый день и новая борьба. Голова невыносимо гудела и ребра нещадно ныли. Вполне возможно — сломаны, а регенерация хоть как-то облегчала страдания. Ведь могло быть гораздо хуже. После своей справедливой выходки в комнате Мальбонте девушку поместили в грязную и вонючую комнату, чем-то смахивающую на пыточную. Каждый новый день становился новой извращённой пыткой. А сами издевательства были придуманы тем, кто не знает слова «сострадание». Вики били, ломали кости, жгли кожу и выворачивали суставы, но почему-то не трогали лицо. Смешно, словно оно имело какую-то невероятную ценность. Дверь с грохотом распахнулась, прохлада ворвалась в душное помещение. Девушка блаженно вдохнула запах свежести, открыла припухшие от слёз глаза. Мальбонте за столько дней решил посетить пленницу. Урод. Он твердым, размашистым шагом сразу же направился к Непризнанной и грубо поставил на ноги ослабшее тело, которое без поддержки не собиралось стоять. Сейчас, внутри полукровки жалобно бился Бонт, прося отпустить Вики — пощадить. Но тёмная сторона правила этим балом, от чего мужчина брезгливо стряхнул ангельскую совесть в два счета, сказав: — Видишь результат своих игр, Вики? — небрежно приподнял голову, которая казалось марионеточной. — Херовый с меня игрок, — еле слышно произнесла девушка. Вики сильно закашлялась. Мальбонте отпустил Непризнанную и та медленно отползла в дальний угол. Кровь и гной, скопившийся за время сна, начал активно выходить из горла большими сгустками. Мальбонте желал чтобы Вики стала той силой, которая помогла бы в этой важной для него войне. Но девушка явно ненавидела полукровку и не желала прогибаться, поэтому стойчески терпела невозможные пытки.«Боль — это иллюзия. Боль — лишь тренажёр силы воли и характера».
— Удача на нашей стороне, — Фенцио неожиданно вошёл в помещение, Мальбонте сразу же очнулся от снедающих мозг размышлений. — Что такое? — удивился полукровка. На лице бывшего учителя сияла победная улыбка. — Я думаю, вам лучше самому увидеть, хозяин! — восторженно присвистнул Фенцио и тут же вышел. Мальбонте быстро закрыл помещение, где пытал бывшую смертную, положив ключ от особенной камеры к себе в карман. Быстрым шагом последовал за Фенцио. Ему стало очень интересно знать, что же тот имел в виду под «удачей». На площади стоял на коленях избитый демон с бордовыми крыльями за спиной. Позади пойманного демона возвышался один из помощников. Он, так же как и Фенцио, победно улыбался и поклоном выразил приветствие своему хозяину. — Кто это? — раздражённо рявкнул Мальбонте и перевёл взгляд на бывшего учителя. — Один из сильнейших демонов! Если будет на нашей стороне, то у нас будут все шансы… — умолк. — А если не на нашей, то одним противником меньше. — Спокойно, даже буднично сказал Фенцио и опять растянул губы в ехидной улыбке. — В пыточную его, — скомандовал Мальбонте и протянул ключ от той особенной камеры. — Решим вопрос о его стороне в этой войне там. Крылья Люцифера были туго стянуты золотой нитью, а разум немного затуманен. Мужчина противился, поэтому Фенцио временно пришлось усмирить его пыл специальным заклинанием. Но даже под воздействием демон не прекращал бороться, травмируя крылья острой нитью. Разозлившись на узкомыслящих учителей и Ребекку Уокер, демон, поддавшись эмоциям, сам полетел на вызволение отряда. Он не хотел сидеть и глупо ждать, пока Мальбонте разобьёт всю школу в пух и прах. Люцифер никогда не был трусом и всегда шёл напролом до самого конца. Очередное вранье самому себе. Демону не так был важен этот гребаный отряд. Скорее Люцифера страшила участь Вики в лапах психопата. Он впервые так сильно боялся узнать, что с Непризнанной могло что-то произойти. Только поэтому так глупо рисковал собой, зная, что в лагере Мальбонте будет в меньшинстве. Чувство страха покрывало его, знавшее все виды изощрённых пыток отца тело мерзкими мурашками. Люцифер старался не впадать в отчаянье, но получалось крайне плохо. Приспешники Мальбонте, шибко не деликатничая, по-хамски закинули обессиленного Люцифера. Мужчина из-за своего самочувствия плохо контролировал тело. А крылья, будто чужеродные объекты, совершенно не повиновались воле. Поэтому тот кубарем покатился, даже не притормаживая тяжёлое приземление. Еле слышимые всхлипывания, Уокер боялась, что место в камере мог разделить какой-то больной ублюдок. Опять всхлип, и девушка умолкла, отползла ещё дальше вглубь этой камеры. Вики не знала, кто её новый «сосед», но страх опять подкидывал ужасные картинки, и опять и опять его тело отзывалось болью, не только физической, но и душевной. Тихий стон и перекат на спину, кровь. С крыльев демона не были сняты золотые режущие до хруста костей нити. Они причиняли мужчине жгучую боль, но что для Люцифера физическая боль? Иллюзия, она лишь тренировала его силу воли. Так он говорил всегда, всю жизнь. Чары начали спадать, и Люцифер почувствовал, что силы возвращаются в его тело. Он открыл глаза, начал осматривать пыльное и до ужаса грязное помещение. Приподнялся, стянутые крылья вновь отозвались болью, но это не особо волновало мужчину. Люцифер хотел найти выход из этой камеры. Опять всхлип, он решил подойти поближе, последовал на звук. Не мог понять, откуда он и кто ещё был с ним в камере. Вики сидела и молила всех богов, чтобы её не трогали, чтобы только от неё отстали. Она не могла больше переносить все эти измывательства над её телом, не могла, но мысль о том, что нужно всё равно бороться, не оставляла девушку. Скрип пола, и она подняла голову на звук, ещё и ещё, и Вики подпрыгнула, испугавшись, закричала, замотала руками, как в бреду. — Не трогайте меня! — кричала девушка, но не смотрела на того, кто оказался рядом. Люцифер услышал визги и родной голос Вики. На секунду облегчение заполнило его легкие, будто глоток свежего воздуха, такой необходимый и способный успокоить демона. «Она жива», — подумал он, крепко прижал её к себе. Но Вики будто не слышала Люцифера, она в истерике била его и просила больше не мучать, отстать от неё. Демону пришлось шлёпнуть её по лицу, чтобы вывести Уокер из истерического состояния. — Это я… — мужчина сильнее сжал её избитое тело, девушка взвыла от боли. — Это я, тише… — Вики очнулась от непонимания происходящего, в ответ обхватила его настолько крепко, что, казалось, могла просто его раздавить в своих объятьях. — Люцифер, я… У меня нет сил бороться, я устала. Никакой силы, я слабая… — прижимаясь к нему, твердила девушка, вдыхая такой родной и успокаивающий аромат кожи любимого. — Он хочет, чтобы я перешла на его сторону, — шёпотом, еле слышно проговорила девушка. — А ты что ему сказала? — отстранился демон и поднял её измождённое лицо, начал поглаживать скулы нежно, едва ощутимо. — Я плюнула ему в лицо! — Вики засмеялась. — Ты думал, я способна на предательство тех, кого люблю? — девушка серьезно взглянула на Люцифера. — Я же человек… Им и останусь. — Знаю… В этой игре доверься мне, хорошо? — Сказал демон, отчётливо вкладывая смысл в каждое слово, девушка задумалась. Вики не совсем поняла, про какую игру шла речь, но сейчас было куда важнее, что он рядом. Его объятья успокаивали, дарили надежду в то, что есть, точно есть выход, и веру в себя не стоит терять. Возле камеры послышались быстрые шаги. Люцифер поспешно отодвинулся от Вики, будто и не было тех объятий и той нежности, лицо демона приобрело раздраженный вид. В камеру вошёл Фенцио с довольной физиономией. — Голод не убьёт вас, но сделает живыми трупами, — Фенцио поморщился от истерзанного пытками тела Вики, в его лице промелькнуло сожаление? — Уокер, тебя мучали достаточно, можешь отдохнуть. — Что это значит — отдохнуть? — Вики вытерла пот и грязь окровавленной рукой, усмехнулась. — Вашему хозяину пришла здравая мысль, и он не видит смыла пытать меня? — Для начала тебе нужно привести себя в пригодный вид! — надменно и высокомерно сказал Фенцио, и в комнату занесли корыто и воду, небрежно кинул одежду, чтобы девушка переоделась. — Но покидать это место тебе не велено, будешь мыться тут, не думаю, что тебя стеснит присутствие Люцифера, — Фенцио хитро и одновременно злобно сузил глаза, смотря то на демона, то на Вики. — Потом тебя покормят… — К чему меня готовят, ритуалу? Вы опять что-то задумали… — огрызнулась девушка, но отказываться от воды и от чистой одежды не стала. Не могла Вики больше выносить собственный запах крови и грязи, да и голова была в ужасном состоянии. Фенцио проигнорировал все вопросы Уокер, только сказал, что за ней придут позже, и, громко хлопнув дверью, вышел. — Я не пойду к этому ублюдку, — рявкнула девушка, — но смыть с себя всю грязь я всё же хочу. Вики аккуратно встала. Тело начало шатать то ли от бессилия, ведь её абсолютно не кормили, лишь вода заменяла ей пищу все эти дни, то ли от тех пыток, которые вывернули буквально все её кости. Девушка выругалась, но, поборов свою слабость, пошаркала ногами к чистой воде. Наскоро сняла лохмотья, в которые превратилось то, в чём она пыталась сбежать от Мальбонте… Вики погрузилась в тёплую воду и облегчённо вздохнула. Хотя бы на недолгий миг ей хотелось просто отключиться от реальности. Мыло пахло свежестью морского бриза, девушка смочила его в воде, потом вспенила мочалку, но двигаться и изворачиваться, чтобы всю себя хорошо помыть, не получалось. Боль, снова боль пронзала её тело, словно тысяча игл разрезали изнутри. Вики всхлипнула, по щекам потекли слёзы, она набрала в ладони чистой воды, чтобы быстрее смыть их с себя. Ведь никто не любит слабость, а она в тот момент была сплошным его проявлением. Крепкая рука Люцифера провела аккуратно по мокрой спине девушки. Вики вздрогнула, но успокоилась. Мужчина был сам изранен, но его не беспокоило своё собственное состояние, куда важнее было уберечь ту, из-за которой он, поддавшись эмоциям, так глупо попал в это логово. Девушка закрыла глаза, лишь попросила жестом помочь ей смыть всю эту грязь с себя. Движения нежные, совсем не ощутимые, лёгкие: они были полной противоположностью демона, такого жёсткого и всегда эмоционального, казалось, он боялся ей причинить вред. — Больно? — спросил демон, спустившись к посиневшим от пыток рёбрам… И замер. — Тебя жестоко пытал этот ублюдок… Люцифер слегка отстранился, его глаза налились буквально кровавыми реками от злости. Он сжал эту мочалку, и девушке показалось, что от его ненависти сейчас загорится эта камера. Вики перехватила его побелевшую от сжатия руку, секунда, и он расслабил её. — Боль. Кто там говорил про неё такие умные вещи, а ведь я следую твоим словам, Люцифер… — девушка посмотрела вполоборота на него, вымученно улыбнулась. Ей нужно было успокоить мужчину. Вики развернулась к нему полностью, насколько это было возможно, зашипела от боли в ребрах, но быстро осеклась. Не хотела ещё больше злить демона. Уокер хотела лишь успокоить, дать понять, что в ней есть сила и она способна была бороться. Мужчину успокаивала её нежная рука, её трепетный взгляд бездонных голубых глаз, тот взгляд, который никогда и нигде он не видел в своей адрес. Абсолютно чистый и такой родной, что становилось страшно от осознания всего этого. Люцифер не мог понять, за что он заслужил такую безоговорочную преданность. Ведь Вики могла много раз послать его. Люцифер даже намеренно подталкивал её к этому решению, специально, лишь бы уберечь, даже от себя… Демон считал своё неоднозначное поведение рядом с Вики слабостью, а он до хруста костей ненавидел быть слабым, презирал тех, кто таковыми являлись, и себя тихо ненавидел с недавних пор. Люцифер помог Вики очистить тело от въедливого запаха пота и грязи. Он осторожно поднял на руки из воды, как какого-то беспомощного, но при этом очень дорогого котёнка. Котят и всю прочую мимишную живность демон, естественно, не переносил, но забота о такой неугомонной девушке почему-то ему нравилась. В голове Люцифер про себя думал, что к нему никогда не проявляли даже толику заботы и ему на своей шкуре не удалось почувствовать, что это вообще такое, но всё равно самому хотелось её дать. Заботливо укутал в предложенное полотенце. Девушка забылась в его руках, растворилась в воздухе на мелкие частицы. Забота, она знала её и получала от отца, но на Небесах всё изменилось, и ей пришлось буквально зубами выгрызать своё место в этом новом безумно сложном мире.
