Власть любви

— Доброе утро, Вики, — пробормотав это с открытой неприязнью и некой издёвкой, мужчина переступил через порог квартиры, громко захлопывая за собой дверь. — Что тебе нужно? У меня совершенно нет ни сил, ни времени, ни уж тем более желания говорить с тобой, — Вики, пытаясь сохранить сталь в голосе и абсолютно спокойное выражение лица, всё же сделала два шага назад, скрестив руки на груди. Внутри всё равно укоренилось зерно нервозности и страха из-за присутствия Клиффорда в её квартире, где она сейчас совершенно одна, а от этого человека можно было ожидать всё что угодно. Вики была несомненно уверена — он не остановится ни пред чем, стоит ему лишь на мгновение выйти из себя и потерять самообладание. — Я смотрю, ты сегодня была не одна, — Клиффорд кинул взгляд на небрежно лежащую на изголовье дивана слегка помятую белую рубашку, которую девушка взяла утром у Люцифера. Быстро обернувшись, Уокер прикрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться и не поддаваться волнению.       «Я должна быть сильной». — Клифф, просто уйди и оставь меня уже наконец-то в покое. Я больше не вынесу всех твоих издевательств надо мной, — в голосе начали пробиваться нотки усталости, Вики смотрела на стоящего напротив мужчину уже умоляющими глазами, в глупой надежде, что она когда-нибудь сможет достучаться до него. — Вики, принцесса моя неземная, — в миг преодолев расстояние между ним и девушкой, которая никак не смогла предугадать такую резкую смену поведения, Клиффорд резко схватил её за обе руки и прошёл в гостиную, волоча Вики за собой, на что та сопротивлялась как могла — вырывала руки, отчего мужчина ещё сильнее их сжимал, пыталась поцарапать его кожу, залезая ногтями под длинный рукав его кофты, да и просто брыкалась ногами, пытаясь остановиться, но было тщетно, так как её высокие белоснежные носки с какой-то черной надписью нещадно скользили по мраморной плитке комнаты. — Если ты всё же надеешься, что я просто оставлю тебя, как ты выразилась, «в покое», то ты глубоко ошибаешься, — Клиффорд припечатал девушку к спинке дивана, расставив её руки по обе стороны и вдавливая её всем своим телом в мебель. — Ты мне противен, — отворачиваясь и отклоняя голову назад, чтобы только не видеть лицо своего мучителя, Уокер проговорила эти слова с такой жёлчью, вложив в них всю свою ненависть и презрение к этому человеку. Чувство неизбежности и обречённости накрыли лавиной — она сейчас с ним один на один. — А мне противна ты, — парировал мужчина, у которого внутри забурлило жуткое негодование от того, что Вики огрызалась, вела себя более менее сдержано, стараясь не показывать своего внутреннего страха. — Я же тебе, вроде, так и не рассказал про те полгода, что меня не было. Думаю, у тебя есть ко мне вопросы, так вот, сейчас я даю тебе шанс узнать на них ответы. Я с превеликим удовольствием расскажу тебе эту историю. — Уж пожалуйста, дорогой мой, — сумев всё-таки вырвать одну руку, девушка отпихнула от себя Клиффорда, который всё же отпустил её, но, резко замахнувшись, так сильно ударил её по щеке, что звук от этой пощёчины раздался довольно звонко вперемешку с девичьим писком от резкой боли. Вики, схватившись за покрасневшее место на лице, отшатнулась в сторону, но, не отводя взгляда от разъярённого Миллера, направилась спиной мелкими шагами на кухню, которая была совмещена с гостиной, чтобы хоть какое-то расстояние между ней и мужчиной всё же было. — Послушай тихо, будь добра. Так вот, я пришёл к твоему отцу на работу незадолго до того, как и ты устроилась к нему. Я раньше был членом другой фирмы, которая на тот момент была главным конкурентом Ричарда, и мой бывший босс поручил мне одно дельце — устроиться к Уокеру и разузнать о его дальнейших планах и схемах, чтобы мы смогли обыграть его и выбиться в лидеры. Я всё делал, как было велено, но в один наипрекраснейший день встретил тебя — дочку владельца компании, и я сразу же смекнул, что сблизившись с тобой, Ричард определённо станет мне пуще доверять, и тогда я узнаю гораздо больше нужной и полезной для меня информации. Так всё и было в самом начале. На мой взгляд, совершенно ничего не предвещало беды, но твой отец, чёрт бы его побрал, оказался далеко не промахом, — Клиффорд поступательно приближался к девушке, которая стояла у кухонной тумбы, прикладывая холодную ложку к красной щеке, что невероятна пекла от удара. — Он вычислил меня, но не афишировал этого — продолжал улыбаться мне в лицо, обсуждать работу, ставить цели и строить планы, показывая своё якобы доверие ко мне. Вот только эти его планы оказывались из раза в раз ложными, и то, что я доносил своему боссу, было неверным, поэтому Ричард снова и снова утирал нам нос, оставляя в аутсайдерах, что многие остальные компании отказывались взаимодействовать с нашей фирмой и подписывать весомые контракты. Поэтому мой начальник, посчитав, что я перешёл на сторону Уокера, потому что мне было выгоднее оставаться там, решил меня по-тихому покарать и убрать, потому что я, как никак, знал многое про него и мог ненароком рассказать что-то его конкурентам, что, вероятнее всего, подорвало его и без того не самый лучший авторитет. Босс поручил своим работникам выследить и поймать меня любимым способом, но главное, чтобы я остался жив, — Миллер уже почти преодолел расстояние, которое было между ним и девушкой, опёрся руками на барную стойку и стал постукивать пальцами по белой глянцевой поверхности. — О том, что на меня ведётся охота, я узнал совершенно случайно — мне однажды проболтался мой бывший коллега по телефонному разговору, когда я был в командировке с твоим отцом. Я вернулся с Ричардом обратно сюда и залёг на дно. Меня долго не было видно, я жил далеко за городом, поменял сим-карту, сменил кредитные карточки и старался выходить из дома только по мере необходимости, потому что лишний раз попадаться кому-то на глаза было рискованно. Ввязываться с опасными и влиятельными людьми в такие игры, где на кону стоит твоя собственная жизнь, — не очень, знаешь ли, приятное занятие. Но меня всё же нашли, правда, каким образом я до сих пор не могу понять. Меня отвезли на какой-то старый склад, где я провёл почти неделю. Надо мной там издевались физически, обращались, как с мусором, не давали нормально ни есть, ни пить. Но однажды мне удалось сбежать, когда ко мне пришёл лишь один подчинённый моего босса, который был настоящим олухом, и мне без труда удалось от него избавиться и бесследно исчезнуть. Вся эта заваруха замялась буквально через два-три дня, потому что твой отец убил моего бывшего босса, но всё было подстроено как несчастный случай, но, уж поверь, что «почерк» в убийствах по заказу Ричарда за то время, что я его знал, я успел научиться отличать от остальных. Поэтому теперь я хожу по улицам этого города совершенно свободно и не боюсь, что меня кто-то схватит сзади и затолкает в машину, увезя в неизвестном для меня направлении. Но за то, что я остался без нормальной работы и потерял всё, что у меня было в жизни, — Клиффорд выпрямился, поправил воротник свой кофты и показал пальцем на Вики, прищуривая свои и без того небольшие зелёные глаза, — я отомщу твоему отцу, также забрав у него самое ценное. Как ты думаешь, что мне нужно? — риторический вопрос, на который Вики без особого труда смогла мгновенно ответить у себя в голове.       «Меня. Ты хочешь отнять меня у моего отца», — ужасная правдивая мысль пришла на ум также быстро, как Вики заметила краем глаза, что какой-то предмет блеснул в руках у мужчины, до этого так старательно спрятанный между пальцами. «Нож». Девушку окатило холодным потом от осознания, что сейчас она находится тет-а-тет с обезумевшим мужчиной, который намеревался её убить. В горле пересохло, от нахлынувшей паники сердце участило своё и без того частое биение, а любые мысли о действиях в такой ситуации совершенно не приходили на ум. Нервно сглотнув, Вики обернулась в сторону и вдруг заметила стоящую прям рядом с её ладонью, которой она опиралась на кухонную тумбу, полупустую бутылку из-под мартини, что не очень понравилось девушке, а выкинуть бутыль всё никак, к её же счастью, не доходили руки. — Правильно, тебя, Вики. Да, кстати, раз уж у нас тут минутка откровений, то, вероятнее всего, тебе нужно и это узнать, хотя я думаю, что ты и так догадалась, ведь ты девочка смышлёная. Я никогда тебя не любил, ты была лишь никчёмной пешкой в моей игре, партию в которой я проиграл, но надеюсь, что выиграть и оставить в дураках Ричарда мне всё же удастся, — когда расстояние между парой не превышало уже и метра, Клиффорд взял поудобнее своё холодное орудие и направил остриё прямо на Вики, уже намереваясь ударить её в живот.       Но, предугадав его действия, Вики, незаметно схватив за спиной бутыль за горлышко, сжала её, не отводя взгляда от Клиффорда, который приближался и приближался, плавно совершая каждый шаг, и продолжал нести всякий бред, словно сумасшедший, одержимый свой идеей о мести, твердя, что Ричард должен поплатиться за свои грехи и испытать то, что испытал Клиффорд, когда у него отняли самое дорогое. — Как жаль, что ты не поздравишь своего любимого папочку с Днём рождения.       «Это мой единственный шанс».       Находясь уже на грани от панической атаки, Вики лезла из кожи вон, лишь бы подавить нахлынувшие на неё эмоции, удержать контроль над собственным телом и разумом, не поддаваясь влиянию ситуации. Ещё мгновение — и в её теле окажется хорошо заточенная сталь. Закрыв глаза и тяжело вздохнув, девушка, собрав всю свою волю в кулак, нанесла резкий удар бутылкой по макушке Миллера, отчего стекло с шумом разлетелось вдребезги, и зелёные осколки, что переливались на солнечном свете, покатились по всему полу. Инстинктивно отпрянув от падающего на неё тела, Вики, жадно хватая ртом воздух, прикрыла ладошкой рот и присела на пол, наблюдая за лежащим Клиффордом, который выронил свой нож, кой отлетел в другую стороны, прямо под ноги Вики, ещё вдобавок при падении ударился лицом о край тумбы, и теперь из его брови лилась тонкой струйкой бордового цвета кровь.

«Я никогда тебя не любил».

«Ты была лишь никчёмной пешкой в моей игре».

      Ужасные фразы, слетевшие с уст Миллера буквально пару минут назад, всё никак не могли вылезти из головы Вики. Они с каждой секундой заполняли её разум, не прекращали звенеть в ушах и заставляли позабыть обо всём на свете, кроме озлобленного лица Клиффорда, его звериных глаз, наполненных ненавистью, и душераздирающих слов, которые он копил всё это время, чтобы в один момент взвалить весь этот груз информации на Вики, перед тем, как убить её. Страшная правда о человеке, которого она когда-то любила и считала самым близким на этом свете, к которому она привязалась, но эта привязанность в конечном итоге сыграла с ней плохую шутку — потрёпанные нервы, изувеченная психика и подорванное желание доверять людям.       Кое-как поднявшись с пола, Вики ступила два шага к, казалось, безжизненному телу Клиффорда, но, понимая, что от такого удара человек не может умереть, девушка уже хотела пулей выбежать в коридор, но, встав на ноги, смахивая несколько скатывающихся по щекам хрустальных слезинок, Уокер подняла с пола нож и присела на колени, склоняясь к Миллеру. Покрутив в руках оружие, Вики вспоминала всё, что сделал с ней этот человек, хотя человеком она его уже давно не считала. Момент и острый кончик ножа, которым предназначено было ранить её, вонзился в праву лопатку мужчины, разрезая ткань одежда и проникая неглубоко в плоть, оставляя открытую рану откуда начала сочиться кровь, впитываясь в кофту. «Ненавижу тебя».

У обоих нож в спине. У неё — предательство и ложь, у него — расплата за грехи.

      Одним быстрым движением Вики вытащила из тела нож и, отбросив оружие в сторону, выбежала в коридор, схватив с полки ключи от байка, и вылетела из квартиры, даже не закрывая её на ключ. Спустившись на лифте на минус первый этаж, на парковку, Вики подошла к своему любимому байку, села на него, вставляя ключ в зажигание, нажала кнопку на ключах, чтобы открыть ворота и, резко стартанув, выехала из дома.

***

      Трасса была пустая, машин практически не наблюдалось, так как большинство людей сейчас находятся на работе, поэтому девушка, ловко лавируя между редко встречающимися большими фурами, гнала с высокой скоростью к своему любимому месту, дабы прийти в себя и дать себе возможность абстрагироваться от всего мира хотя бы на какое-то на время. Тёмные густые волосы развевались по ветру, руки крепко сжимали руль, а на глазах застыла пелена от горьких слёз обиды. Погружаясь в омут мыслей, девушка совершенно перестала следить за дорогой, лишь на подсознательном уровне иногда сбавляя скорость при виде впереди едущих машин.       Слова, сказанные Миллером, пугали девушку осознанием того, что никогда невозможно знать истинное чувство, отношение другого человека к себе, даже если считаешь его близким другом или любовью всей своей жизни. Со временем она перестала открываться людям, чтобы снова не обжечься или вовсе сгореть дотла, вновь начать чувствовать полное безразличие ко всему окружающему или бездонную пустоту в душе, которая всё же съедала её изнутри. Вики была слишком чувствительна, принимала всё близко к сердцу и каждый раз искала причину ссоры или какой-либо проблемы в себе. Она верила в то, что истинные чувства, которые берут своё начало у самого сердца, сильнее холодного разума, и приказывать им просто напросто невозможно. Она верила в магию любви — любви, от которой сносит голову, придаёт сил и окрыляет человека, делая его самым счастливым на всём белом свете. Это чувство она когда-то могла найти в отношениях с Клиффордом, но с его стороны это был лишь хорошо продуманный, как ему казалось, план, сплошная фальшь, пыль в глаза, а она попала в эту ловушку любви, которая овладевала ею с каждым днём всё больше и больше, перерастая в настоящую зависимость от человека.       Оставалось совсем чуть-чуть, буквально несколько километров, до того самого обрыва, где она провела начало прошлой ночи с Люцифером. Тяжелые мысли о прошлых отношениях и о самом Клиффорде вмиг улетучились. Одно упоминание в голове об этом загадочном демоне навевало чувство умиротворения и защиты, которые были так нужны сейчас Уокер. На лице невольно появилась улыбка от воспоминания их совместно проведённой ночи, от воспоминаний о нежности и заботе, исходящих даже от мимолётных прикосновений рук Люцифера. Вики уже начала мысленно представлять, как она выйдет сегодня из дома в своём любимом красном брючном костюме, пиджак от которого она накинет поверх тонких лямок атласного белого топа, как слегка смущенно опустит голову вниз под пристальным взглядом своего спутника и небрежно заправит пряди шелковистых волос за ушко, демонстрируя свои длинные серёжки с красным камушком на конце, и как она легонько коснется своими губами, накрашенными ярко-красной помадой точь-в-точь под цвет костюма, щеки Люцифера, который будет ждать её вечером у дома на своей машине.       Любила ли она Люцифера? Конечно нет. Была ли влюблена? Возможно. Он только-только появился в её жизни, ворвался вихрем и одним лишь своим присутствием вновь раскрасил мир в яркие краски. Он притягивал не только красотой и природным шармом, но и внутренней составляющей. В тот момент, когда Вики рассказала о своих проблемах, она осознавала, что может ему доверять, ощутила рядом с ним немыслимое тепло — физическое и душевное. Он понимал её, принимал все её слабости и сумел хоть немного, но всё же поддержать, давая надежду и шанс понять, что она не одинока. Пустота в душе мелкими крупицами начинала заполняться призрачными мечтами о том, что возможно она нашла человека, который сможет по-настоящему стать для неё родным.       «Люцифер. Сын Сатаны, порождение самого ада. Вики, и почему ты до сих пор в это веришь? Забавная шутка, которая уже прилично затянулась. Стоит всё же узнать его как следует, а то принимать за истину его слова — глупо», — внутренний монолог никак не прекращался, а Вики всё также мчалась по трассе, не сбавляя скорость, отдавалась влиянию страха, и из-за всплеска адреналина усилила скорость, обгоняя машину на повороте.       В голове почему-то всплывают слова Люцифера про то, что она должна забыть про Клиффорда и не обращать на него никакого внимания, и то, как она пообещала ему сделать это. Но она не сдержала свои слова — она снова потеряла над собой контроль. Осознание своей слабости, своего неумения держать себя в руках лишь вызывали бурлящую внутри злость, которую девушка выливала в скорость байка. Смотря на стрелку на спидометре, которая продолжала стремительно переваливаться в правую сторону, она ощущала лёгкость в теле и душе.       Прямая и дорожная трасса постепенно начинала сменятся серпантином с весьма частыми и резкими поворотами. Лихо рассекая воздух, девушка уже увидела на горизонте своё любимое место, но вдруг позади послышался какой-то странный звук. Вики показалось, что он был похож на трение шин автомобиля об асфальт при резком торможении. Любопытство взяло верх — Вики быстро обернулась, дабы увидеть ситуацию на дороге, и успела заметить скрывшуюся за очередным виражом машину, но ужасный сигнал, что внезапно загудел где-то впереди, заставил девушку вновь вернуть свой взгляд на дорогу. Последнее, что она увидела в тот момент — две большие неоновые фары, которые тускло, но всё же горели специальным дневным режимом. Затем резкий удар и кромешная темнота, которая мгновенно поглотила Вики. Тоненькая ниточка, по который так искусно всегда ходила Вики, не заходя за черту, что вела в мир иной, в конце концов оборвалась.

***

      Допивая оставшийся на самом дне белой кружки крепкий свежий кофе, Ричард стоял на балконе своей спальни и наслаждался тишиной. Солнце, что уже в зените, ярко освещает всё убранство внутреннего двора большого трёхэтажного особняка — гладь кристально-чистой воды в бассейне, на которой отражаются лучи; идеально выстриженные кустарники, что посажены по всему периметру сада и небольшого теннисного корта позади, и античные статуи, которые возвышались вдоль мощёных дорожек. По всему двору уже мельтешил и хозяйничал домашний персонал, подготавливая пространство для вечернего банкета — приносил столы и стулья, убирал упавшие с деревьев листы и приносил специальную аппаратуру, за которой вечером будет работать диджей и ведущий мероприятия.       Из глубины особняка раздался один звонкий бой настенных часов — время 10:30. Скоро у Ричарда начнёт разрываться мобильный телефон от нескончаемого потока поздравлений с юбилеем, на которые ему придётся отвечать и любезничать всем в ответ. Допив почти остывший напиток, мужчина поставил на маленький прозрачный столик кружку, поправил пояс своего махрового белого халата и оперся руками о перила, закрыв на пару минут глаза. На душе спокойно и безмятежно, рядом нет никого, кто мог бы нарушить ту утреннюю идиллию. Но всё же телефон, что лежал на прикроватной тумбочке неожиданно зазвонил, выдёргивая Ричарда из блаженной тишины. Зайдя в спальню, Уокер закрыл за собой стеклянную дверь балкона и сел на край ещё не заправленной кровати, беря в руки вибрирующий мобильник. Ложась поперёк большой мягкой кровати, Ричард положил под голову пуховую подушку и, даже не взглянув на того, кто звонил, принял вызов и поднёс телефон к уху. — Добрый день, это мистер Уокер? — послышался писклявый женский голос, обладателя которого Ричард никак не смог вспомнить среди своего окружения. — Да, а кто его спрашивает? — холодным тоном спросил мужчина, слегка нахмурившись и не прекращая перебирать в памяти своих женщин-знакомых, которые могли иметь похожий голос. — Вас беспокоят из главной больницы города, — сердце невольно кольнуло, ожидая, очевидно, не самую приятную новость. — Ваша дочь попала в аварию этим утром. Я звоню вам из больницы, в которой она сейчас лежит в реанимации. Спешу сообщить, что она в очень плохом состоянии, но наши врачи делают всё, что в их силах, — мужчина подорвался с кровати, поднеся два пальца к переносице, и принялся мерить шагами комнату, пытаясь сохранить хладнокровие и переварить информацию. — Хорошо, спасибо, — пробормотал мужчина и, скинув трубку, бросил мобильный телефон на кровать.       Буквально через пять минут Ричард уже выезжал из гаража своего дома, набирая номер своей помощницы, которая никак не отвечала на звонок. Голова гудела от роя мыслей в голове, большой палец то и дело постукивал по бежевому кожаному рулю автомобиля, который нёсся по дороге, нарушая правила дорожного движения. Не реагируя на потоки сигналов других водителей, которые либо были подрезаны, либо возмущены тем, что Ричард вновь проехал на красный свет светофора. Ему было всё равно. Всё равно на их сигналы, на свой День рождения, на гостей, который должны придти на банкет, да и вообще на весь окружающий мир. Сейчас для него в приоритете стоит жизнь дочери, которая лежит в больнице в тяжёлом состоянии. — Миранда, наконец-то, — разъярённым тоном прикрикнул в телефон Уокер. — Сегодняшнее мероприятие отменяется, поэтому оповести гостей. Всё ясно? — Ясно, но, сэр… — послышался вялый заспанный голос девушки, которая пришла в замешательство от данной просьбы. Ричард готовился ответственно к этому дню — масштабное празднество, куда приглашены очень влиятельные люди, программа уже давно была организована и спланирована, а тут всё отменяется. — Моя дочь сейчас в реанимации, и я ни на шаг не отойду от неё. Мне не важно, что подумают гости. Оплату всем организатором и тебе в том числе я всё равно переведу, так что можешь не беспокоиться, — оборвав звонок, Уокер уже подъехал к парковке около больницы, между отделениями который бегали врачи в белых халатах с кипой бумаг в руках.       Припарковав машину, Ричард, схватив из салона портмоне с телефоном и ключами, вышел на улицу, быстрым шагом направляясь в здание. Дойдя до пустующей регистратуры, мужчина облокотился на стойку и постучал пальцами по поверхности. В ту же секунду из архива, где хранятся все дела и карточки пациентов, вышла медсестра. — Я вас слушаю, — она присела на стул, поднимая свой взгляд на мужчину. — К вам сегодня поступила девушка после аварии. Как она? Я могу её увидеть? — вопросы посыпались один за другим, но быстрый жест руки заставил замолчать. — Её фамилия, имя и кем вы ей являетесь, — включая экран компьютера, медсестра начинала быстро перебирать пальцами по клавиатуре. — Виктория Уокер. Я её отец. — Я вас проведу, — спустя две минуты прочтения какой-то информации на мониторе, медсестра, схватив тоненькую папку документов из ящика в столе, встала из-за стойки и направилась вглубь коридора.       Поднявшись на два этажа выше, молодая девушка остановилась у большой палаты, через окно которой сквозь полуоткрытые жалюзи Ричард заметил лежащую на койке дочь, на которой была надета кислородная маска и различные датчики, которые показывали пульс. Уже издалека можно было заметить многочисленные гематомы и ссадины на левой руке, лежащей поверх нежно-голубой простыни, которой была укрыта девушка. На лице также были синяки и ужасные царапины, что скрывались под бежевыми пластырями. — Сейчас позову её лечащего врача, а вы пока можете пройти к ней, — коротко кивнув в ответ, Ричард открыл дверь в палату и зашёл внутрь.       В нос сразу ударил запах стерильности и каких-то медикаментов. Обойдя кровать, на которой без сознания лежала Вики, и лишь по вздымающейся от дыхания груди можно было понять, что она жива, так как выглядела она даже на первый взгляд прискорбно — очень бледная и изувеченная кожа, загипсованная правая рука, нога. Пододвинув стул к койке, Ричард сел рядом с дочерью и аккуратно положил на её руку свою, зажмурив глаза. — Как я хочу, чтобы это всё был кошмар, который сейчас же закончится, стоит мне проснуться от твоего звонка с поздравлением, — всегда собранный, скупой на эмоции мужчина сейчас сидел с пеленой слёз на глазах, смотря на свою дочь взглядом, наполненным болью и грустью. — Здравствуйте, — в дверном проёме появился мужчина средних лет, который подошел с протянутой для рукопожатия рукой к Уокеру, параллельно рассматривая документы, что принёс с собой. — Предугадываю ваш вопрос. Нам поступил вызов — авария. Внедорожник сбил девушку на мотоцикле, которая вылетела на встречную полосу, не смогла справиться с управлением по причине своей невнимательности. Водитель автомобиля, к счастью, отделался шоком и парой синяков, а вот ваша дочь, к моему сожалению… Сломанный позвоночник, правая рука и левая нога. Многочисленные ушибы и гематомы тяжёлой степени. При столкновении её отшвырнуло ещё на несколько метров от самого места ДТП. Она потеряла много крови, нам еле-еле удалось её спасти и вернуть в более-менее стабильное состояние. — Спасибо, док. Я могу здесь остаться? — Уокер достал из кармана брюк приличную сумму денег, стопка которых была обмотана канцелярской резинкой, и сам положил в карман халата доктору. — Конечно, за ней постоянно присматривают, так что не удивляйтесь, если в палату будут частенько заходить врачи.

***

      «Ну где же ты, Уокер», — Люцифер стоял у входа в подъезд дома Вики, облокотившись на капот своего чёрного спорткара. Красный галстук ярко выделялся на фоне чёрного классического костюма и такой же чёрной рубашки с двумя расстегнутыми верхними пуговицами. «Уже на полчаса опаздываешь», — томительное ожидание начинало напрягать. Взяв с капота большой букет из пятидесяти красных роз, кои были завёрнуты в чёрную обёртку и туго перевязаны красной лентой, кончики которой были закручены и напоминали пружинку, Люцифер положил букет в салон автомобиля и зашёл в дом, поднимаясь на нужный ему этаж, дабы поторопить Вики, которая должна была собираться на День рождения отца.       Подойдя к входной двери в квартиру, мужчина постучал в неё. Не послышалось ни ответа, ни каких-либо шагов или иных звуков внутри. Дёрнув слегка за ручку, Люцифер удивился, так как дверь открылась. «Не заперта?» — Вики? — окликнул девушку Люцифер, перешагивая через порог квартиры и включая свет в коридоре. Молчание в ответ, лишь как-то сдавленный всхлип с кухни.       Когда свет зажёгся, демон с ужасом оглядел помещение. На полу валялись осколки от разбитой бутылки, растекшаяся лужа от какого-то напитка, а главное — чуть поодаль лежал нож с запекшейся на нём кровью. Быстро пройдя на кухню, Люцифер замер, заметив сидящего Клиффорда, который поднял свою опущенную голову, дабы посмотреть на пришедшего. Его руки, как и одежда, были перепачканы в крови, тело было на вид обмякшим, а лицо белым, как чистый лист бумаги. Немного сощурив глаза, Клиффорд, видимо, уже из последних сил поднял свою руку, вытянув указательный палец на Люцифера, рассмеялся, но тут же закашлял. — Клиффорд, верно? Почему-то смотришь на твою ублюдскую физиономию, и сразу становится понятно, кто ты. Что здесь случилось? — пнув большой осколок горлышка от бутылки ногой, Люцифер присел на корточки перед ослабевшим от большой потери крови Клиффордом и заглянул ему в глаза. — Расскажи мне, Миллер, что случилось? — красные глаза приковали внимание мужчины, дар демона обволок разум, заставляя поведать всё как на духу. — Я пришёл убить Вики, но эта тварь ударила меня по голове, а когда я был без сознания, видимо, пырнула меня моим же ножом. Пусть горит в аду эта дрянь, — прошипев против своей воли, Клиффорд помотал в разные стороны головой, когда Люцифер отвёл от него свой взгляд, поднялся на ноги и взял в руки нож, протерев его лежащим на кухонной тумбе полотенцем. — Уж поверь, в аду гореть будешь ты. Я лично выберу для тебя котёл, — состроив милую улыбку, на которую Клиффорд удивленно отреагировал, находясь в смятении от его слов, демон протянул нож Миллеру и снова заглянул ему в глаза. — Давай ты сам, а то я слишком хорошо одет, чтобы марать свои руки и этот костюм, — продолжая ехидно улыбаться, мягким тоном говорил Люцифер, на что Клиффорд покорно подносил нож в горлу. — Оу, секунду, — вскочив на ноги, но не прерывая зрительный контакт, Люцифер отошёл на пару шагов назад. — А то, мало ли, брызнет на меня. Продолжай, у тебя хорошо получается, — от наигранно-милой улыбки не осталось и следа, когда одним быстрым движением Клиффорд собственными руками перерезал себе горло и выронил из рук нож. — Чу-дес-но, — хлопнув один раз в ладоши, Люцифер, развернувшись на пятках, направился к выходу из квартиры.       Быстро спускаясь на улицу по лестнице, Люцифер уже начал обдумывать, как найти Уокер. Номера телефонов Ричарда и Вики он не знал, где должно было проходить мероприятие, просвещённое Дню рождения, он тоже не знал. Оставалось только позвонить на фирму Ричарда и узнать хотя бы его сотовый телефон, предназначенный для работы. Хоть какой-то шанс. Но как только Люцифер достал из кармана мобильный телефон, попутно открывая дверь из подъезда, он неожиданно столкнулся с Ричардом. — Что ты здесь делаешь? — сделав шаг назад, давая проход Люциферу, Уокер скрестил руки на груди и уставился на мужчину. — Я приехал к Вики, мы должны были ехать к вам. Кстати, поздравляю, — ответив на крепкое рукопожатие, Ричард тяжело вздохнул и взъерошил волосы. — Вики в больнице, Люциус. Утром она попала в ДТП — летела теперь, как очумелая, на своём байке, будь он неладен, и врезалась в джип. Можешь поехать к ней, банкет я всё равно отменил. А мне надо подняться к ней в квартиру, — Уокер уже собирался зайти в подъезд, но рука демона на плече задержала его. — Пара слов и я еду к ней, — Ричард остановился, внимательно вслушиваясь. — Миллер всё это время её изводил и угрожал. Я сам только недавно узнал. Он пришёл к ней утром и пытался убить, но она смогла сбежать и, видимо, поехала на байке, дабы подавить страх и панику. — Где он? — В квартире. Надеюсь, вы с ним дальше сами разберётесь без посторонних людей. Всё, я к Вики, — быстро сев в машину, Люцифер поехал по дорогам мегаполиса, который уже постепенно стал освещаться уличными фонарями, так как солнце скрылось за горизонтом, а небо стремительно начинало темнеть.

***

      Люцифер стоял в коридоре больницы и всё никак не решался зайти внутрь палаты, где лежала девушка, которая свела его с ума за один лишь вечер. Он смотрел на неё через окно палаты и переводил то и дело свой взгляд на ломаные зелёные линии пульса и мигающее сердечко с цифрами, которые отображались на табло около её койки. Внутри невольно что-то сжималось и кололо, когда демон снова пробегался глазами по телу Вики, которая лежала абсолютно без движения, не в силах даже самостоятельно дышать — только с помощью кислородной маски.        А ведь вчера эта девушка была вся полностью его, утром проснулась в его тёплых и крепких объятиях, а на лице её играла довольная и счастливая улыбка. Казалось, что вот-вот наступит тот момент, когда она выбросит из головы все свои сомнения и страхи, перестанет постоянно думать и жить прошлым, а начнёт жить здесь и сейчас, выбирая правильных людей на своём пути. Люцифер искренне верил и хотел, чтобы у неё всё получилось, потому что она, безусловно, заслуживала шанс начать всё с чистого листа. Она безоговорочно заслуживала счастья — иметь достойных друзей и подруг, найти карьеру по душе, объездить множество стран, а главное найти человека, которого она будет любить всем сердцем и быть безоговорочно любима им в ответ. Демону не хотелось это признавать, но факт остался фактом — ему, к большому сожалению, нет места в её жизни. Он рано или поздно всё равно вернётся на небеса, оставив Уокер одну, а снова причинять боль этой девушке ему не хотелось от слова совсем. Если они продолжат сближаться, то расставание будет куда сложнее и горестнее.       Абсолютная тишина в мрачном коридоре больницы, который освещался двумя мигающими и тусклыми лампочками, настораживала и немного пугала. Вокруг не было ни души, казалось, что в больнице находятся лишь Вики и Люцифер. Татуированные пальцы потянулись к дверной ручке, намереваясь открыть дверь. Вдох-выдох. Люцифер зашёл в просторную светлую палату, захлопнув за собой дверь, в его ушах стали отчётливо звенеть гудки прибора, что отображал сердцебиение девушки. Демон подошёл к койке, положил на рядом стоящую тумбу букет красных роз, который он взял с собой из машины. Люцифер взял девушку за руку, к которой была поставлена капельница, и трепетно сжал самые кончики пальцев ее немного холодных рук.       «Как же так, Вики?» — демон внимательно вглядывался в лицо Уокер. Энергия людей всегда слабая, в отличие от небесных существ, но всё же ощутить её можно, если постараться, а для Люцифера, как сильного демона, это и вовсе не составляло труда. Но сейчас, стоя рядом с Вики и держа её мягкую исцарапанную ладошку, он почти не чувствовал её энергию. Она была крайне слаба. Демон смог уловить лишь маленькие, слабо ощутимые нотки спелой клубники, которой всегда пахла девушка, что раньше Люцифер принимал за парфюм. — Переживаете за неё? — сзади внезапно раздался мужской голос, от которого Люцифер едва вздрогнул. Обернувшись, демон увидел доктора, который копошился в своих карманах, видимо, что-то ища в них и не поднимая голову. — Не слышал, как вы вошли, док, — Люцифер немного смутился от неожиданности и столь резкого появления доктора. Дверь не открывалась — он точно бы услышал. Ещё раз быстро оглядев врача, который стал что-то записывать в свой блокнот, поправляя круглые очки на носу, Люцифер опять вернул свой взор на Вики, не выпуская её руку из своей. — Переживаю, — односложный ответ слетел с губ, но осознание того, что Люцифер впервые в жизни переживает за кого-то, прошлось по телу, точно электрический разряд. — Это впервые, сын мой, — Люцифер мгновенно отвёл свой взгляд от Вики и, распрямив плечи, уставился в одну точку ровно перед собой. Он застыл на месте, словно врос в землю, и не мог вымолвить ни слова от удивления. Красные глаза стоящего сзади мужчины, которые достались ему по наследству, смотрели в упор, будто прожигая в нём дыру. — Отец? — Люцифер медленно развернулся на сто восемьдесят градусов и уже перед собой увидел не доктора, а Сатану, который стоял, запустив руки в карманы своих брюк, и облокачивался на стену палаты, довольно ухмыляясь. — Пора домой, Люци. У нас там довольно много времени прошло. Даю тебе полминуты, чтобы ты попрощался со своей очередной подружкой, — грозным и ровным тоном произнёс Сатана, пресекая все последующие вопросы. Он быстро кинул свой изучающий взгляд на Вики, будто прочитал её, как открытую книгу, и удивлённо хмыкнул, слегка поджав губы.       Люцифер, осознавая, что отец шутить не будет, быстро развернулся к Вики и провёл рукой по её волосам и прислонил ко впалой щеке. Закрыв свои глаза, он передал ей немного своей энергии, которая маленькими огоньками плавно перетекала из его рук к телу девушки, окутывая её теплом и силой. — Она не очередная подружка, отец. Она единственная девушка, которая смогла запасть мне в душу, — демон наклонился к лицу Вики и, поцеловав её в лоб, прошептал ей на ушко: — Да, Уокер, ты — единственная девушка, которая смогла пробудить во мне совершенно новые для меня чувства.       Улыбнувшись на прощание, Люцифер отошёл на два шага от кровати и, не отворачиваясь от Вики, хотел было что-то сказать отцу, но крепкая ладонь Сатаны, которая внезапно сжала его плечо, заставила замолчать. Казалось, обычный и дружеский жест, но он приносил немало скорби, потому что понимание, что он сейчас покинет Уокер, когда он ей так нужен и важен приносило тяжесть на душе. — Она поправится? — спросил в абсолютной тишине Люцифер, поворачивая голову на владыку ада, который хотел уже было призвать водоворот. — Кто знает, кто знает, — пожимая плечами, произнёс отрешённым и уже каким-то безучастным голосом Сатана, уже мечтая наконец-то покинуть Землю и вернуться в свои владения. — Ты знаешь. Ты ведь уже посмотрел её судьбу, как только вошёл сюда. Я же всё-таки твой сын и про твой дар тоже знаю, — заговорщически прищурив глаза, Люцифер стал ожидать ответа на свой вопрос.       Словно пропустив всё мимо своих ушей, Сатана не промолвил ни единого слова и, даже не посмотрев на Люцифера, прошёл чуть вперёд и закрыл свои глаза, мысленно призывая водоворот. Оглянувшись по сторонам, дабы убедится, что за ними не наблюдает никто посторонний, Дьявол щёлкнул своими пальцами, и в ту же секунду в палате образовался красно-чёрный водоворот, который моментально затянул обоих демонов внутрь, унося их обратно в ад.