Святая простота!

      Марина судорожно набирала номер своего сына. Она всегда была матерью очень заботливой и любящей. — Сынок, ты дома? — Да, мама, я дома. — послышался из динамика голос любимого сына. — Ты... Точно дома? — в этот момент Марину посетила очередная навязчивая мысль: что, если Сашенька сейчас с каким-нибудь наркоманом колит спайс через ржавую иглу? — Да, мама, я точно дома. — ответил сын, так и норовя побыстрее закончить разговор. — Ты там не употребляешь наркотики?.. — А? Что? Нет конечно, мам. Наркотики это вредно. Всё, давай, мась! — Хорошо. Целую тебя, сынуля! — сказала Марина, дожидаясь, пока Саша, по обыкновению, сам бросит трубку.

***

      Два парня сидели на ступеньках в подворотне. Один из них сидел, крутя шприц в руке, а второй, Саша, только закончил говорить с матерью. — Денег совсем нет, вот... Ржавая, использованная игла. — заговорил первый, — Чего? Иглы совсем копейки стоят. — Саша недоумевал, и, раскинув бровью посмотрел на шприц. — Да пофиг, всё равно. Я уже давно колю спайс.— этот наркоман аккуратно вытирал пальцами шприц. — Хочешь тоже? — Я вроде как слышал, что спайс курят... — не успел Саша договорить, как его сосед принялся колоть смесь в вену.

***

— Прискорбные новости. Ваш сын скончался в результате заражения крови и эмболии. — врач привык сообщать подобное, поэтому был слишком бюрократичен, — рядом, кстати, были найден шприц с курительной наркотической смесью внутри. Сочувствую.       Сердце Марины дрогнуло. Она была в состоянии настоящего ужаса, и от ужаса даже улыбнулась, кивнув доктору. Такое бывает, когда тебя застают врасплох. Вся жизнь её теперь была иссушена. Александр был её единственным ребёнком. Всего шестнадцать лет, он только-только должен был начать жить...       До самого дома шла она с этой идиотский улыбкой.

***

Марина стояла у могилы, и, рыдая, кричала: — Сынок, ты умер? Ты точно умер? Ты не воскреснешь?! — Конечно воскресну, мама. — послышался Марине голос Саши.