Когда я исчезну...

Дальше пошли обычные битвы. Взрывы, крики, проклятия. И такое ощущение, что прохожие совершенно не замечают, что происходит на крыше фиолетового здания, словно есть стена, едва заметная, но крепкая, отграничивающая маленький мир от всего остального. Маленький мир, где происходят эти битвы, где живут только двое, вечно враждующие. И от осознания того, что этот мир принадлежит только им, Хайнцу становилось весело. Ведь эти битвы были частью его жизни. И его враг отчасти тоже был частью этого маленького, но такого увлекательного мира. Однако, в один момент все изменилось. Мужчина стал замечать, что удары Перри становились все слабее, а порой тот вообще мог упасть на ровном месте, не в силах даже встать. То и дело приходилось прерывать битвы, а Хайнц стал часто ловить на себе виноватые взгляды его врага, но разве тот был виноват в том, что плохо себя чувствовал. А потом его враг исчез. Внезапно и без предупреждения. И тогда Хайнц с каким-то страхом вспомнил сказанную некогда фразу «Когда я исчезну, будешь ли ты дальше стремиться к захвату власти?» И Хайнц помнил, что в тот день ответил. Однако, ему едва хватало сил собираться с мыслями, ибо он все думал, что же стало с Перри. Прошла неделя. За целую неделю агент ни разу не врывался в квартиру своего врага. А Хайнц все беспокоился и злился. Он перебрал всевозможные варианты того, что может случиться с Перри, одна была хуже другой. В итоге он так перенервничал, что даже забывал приготавливать ловушки, уже и не говоря про инаторы. Поэтому, когда дверь вдруг отворилась, и на пороге появился Перри, он застал Хайнца, стоящего посреди комнаты в весьма растерянном виде. Тот, заметив же врага, нахмурился, притворно равнодушно спросив: - О, ну и где тебя носило? Хоть бы сообщить о том, что сегодня прийти, я не могу все время под тебя подстраиваться. Перри развел руки, виновато пожимая плечами, но тут же был отброшен в кресло. - Ну, ты попасться! – навис над ним Хайнц, уперев руки в бока. Агент недоуменно посмотрел на врага, а тот невозмутимо продолжил: - Я не успеть подготовить ловушку, поэтому сидеть в кресле, ясно тебе? И говорить, где пропадал! - Я лечился, - честно ответил Перри. - Что-то я не заметить этого, - скрестил руки не груди Хайнц, недовольно прожигая взглядом парня. С их последней встречи казалось, что Перри стало еще хуже. Его голос стал каким-то хриплым, а движения более расслабленными. – Ты до сих пор неважно себя чувствовать, я ведь видеть! - Не волнуйся, скоро я уезжаю заграницу на серьезное лечение. - Когда? – замер ученый. - Через дней пять, - коротко ответил агент и замолчал. Теперь и мужчина не мог произнести ни слова. Он просто сел у ног парня и прислонился спиной к креслу. - Давай проведем этот день просто так, - вдруг тихо произнес Перри, положив ладонь на голову мужчине. Тот вздрогнул всем телом. Отчего-то рука врага показалась ему горячей. Обернувшись, он посмотрел на расслабленного парня. Тот устало прикрыл глаза, весь его вид говорил о том, как ему тяжело, но сквозь опущенные ресницы Хайнц увидел легкий блеск темных глаз. Взгляд агента был все таким же внимательным и чудом умещал в себе страсть к битвам и холодный расчет. Взгляд был все таким же бодрым и серьезным, и был устремлен на мужчину. Хайнц чуть приподнялся, положив ладонь на лоб парню. - Ты горишь. У тебя высокая температура! – встревоженно проговорил он. – Тебе надо лежать! - Успокойся, Хайнц, - с легкой усмешкой тихо произнес Перри, слегка надавив ладонью на макушку мужчины. – Просто сядь, и давай побудем в тишине. Хайнц послушно сел обратно, не смея даже пошевелиться. Почему-то ему даже говорить не хотелось, ибо он опасался, что если начнет болтать, то парень тут же уйдет. Но ему не давало покоя, что у Перри была высокая температура. - А ты не заразен? – настороженно спросил он, в ответ получив короткий смешок. - Совершенно не заразен. И от этого ответа мужчине стало еще страшнее.