В тихом омуте черти водятся

Это был март. 28 число, если быть точным. Развернувшийся Апокалипсис принес с собой не только целый ворох проблем в виде взбесившихся демонов и монстров, но также и некоторые погодные неудобства. Конкретно в этот день выпал снег. Даже не просто снег, а снегопад. Большие снежные хлопья залепили грязные немытые окна мотелей, оседая на нечистых подоконниках с внешней стороны здания, в котором остановились Винчестеры. Голые деревья неизбежно терялись из виду. Дорога представляла собой вид крайне ужасный, повсюду была слякоть и грязь. Фонари украшали снежные шапки, которые через некоторое время постепенно падали, когда снега становилось слишком много. Импала ярко выделялась своим черным корпусом на белоснежном фоне, грустно утопая в высоких сугробах. Дин недовольно хмурился, с раздражением понимая, что ему каким-то образом придется вытаскивать свою Детку из-под завалов. В такую погоду впору было сидеть и остаться дома, вот только призрак сам себя не изгонит, и Винчестер лишь раздраженно пил кофе, мысленно прикидывая дальнейший план действий. Сэм в это время сидел за ноутбуком и искал информацию по погоде. — Не счел бы это за хорошую новость, но снег валит по всему штату, — подал он голос. — Метеорологи озадачены и полагают, что снегопад задержится еще примерно на неделю. Причем велика вероятность, что со временем он лишь усилится. — Предлагаешь свалить отсюда прежде, чем нас полностью накроет? — спросил Дин. — Сэмми, мы не можем отсюда уехать, пока не упокоим привидение. — Знаю-знаю, но если мы по-быстрому не уедем, то уже не сможем выехать черт знает сколько, и, Дин, это определенно задержит нас. — Какая на хрен разница? — Дин отпил дешевый напиток. — Все равно в такую погоду мы ничего не сможем сделать, а так хотя бы что-то полезное подвернулось. Мы останемся здесь и точка. В крайнем случае позовем Каса и попросим его помочь нас вывезти. Сэм молча кивнул головой. Несмотря на то, что перспектива остаться в городе без возможности выезда его не прельщала, все же он был более заинтересован в спасении жизней, нежели в прозябании в еще не согретом доме Бобби без полнейшей возможности помочь людям с монстрами или попытками сделать шаги в сторону заточения Люцифера в клетку. От Каса не было никаких вестей, что на самом деле немного пугало, но Дин был убежден, что это хорошие новости. Потому что если им никто ничего не говорит — значит, ничего плохого пока не случилось. Вся эта ситуация напоминает затишье перед бурей, и Сэму становилось очень тревожно. На их совести лежит ответственность за миллиарды жизней, и они не имеют права облажаться. Вот только и поделать они ничего не могут, потому и занимаются тем, что им удавалось лучше всего — охотой. В конце концов, если они кому-то понадобятся — им сообщат. Бобби отыскал для них небольшой городок с подозрениями на призрака, так что Винчестеры, ни секунды не колеблясь, рванули на верной Шевроле прямо туда. Снег начался где-то в середине пути, что озадачило охотников, но они продолжили свой путь. Чем ближе они подъезжали к городу, тем сильнее становился снегопад. В срочном порядке братьям пришлось снимать номер, и сейчас они усиленно пытались выжать информацию из всевозможных нитей поиска, состоящих из статей и интернет-сайтов по поводу местных происшествий. Ничего особенного, на самом деле, не происходило. Просто жители одного из крайних домов жаловались на плохо работающую систему отопления, раз даже при максимальном режиме они ухитрялись замерзать, плюс странные звуки и передвижения предметов. Апофеозом всего стала история дочери владельцев: та утверждала, что одна из садовых статуй повернула глаза в ее сторону. В быстром темпе прошерстив интернет, Сэм выяснил, что ранее дом принадлежал некой Амалии Коннет, которая восемьдесят лет назад утопилась в ближайшей реке из-за долгов. Случай нередкий, в те времена это была типичная причина смерти. Тело выловили и похоронили на местном кладбище в пяти милях от города. Совсем недалеко, но, учитывая обстоятельства, проблему представлял даже простой выезд на место, не то что путешествие на кладбище, которое наверняка завалило так, что даже надписи на могилах не прочитать. Несмотря на все это, упрямства Винчестеру старшему было не занимать. Запасшись провиантом и упаковками дешевого кофе и теплыми вещами, братья принялись за работу, предупредив Бобби о своей задержке. Старик лишь пробормотал что-то о «тупоголовых идиотах, отморозивших себе все причинные места» и пожелал удачи и скорейшего возвращения. — Дин, я думаю, нам лучше будет приехать к владельцам сейчас, пока не стало хуже, — сказал Сэм, нервно просматривая сводки новостей. — Отличная идея, Сэмми! В чем к ним пойдем? Костюмчики ФБР не подходят — случай не тот, газопроводчики в такую погоду по домам на проверки не ходят, священников никто не пустит. — Газопроводчиков не пустят, зато мастеров по каминам — вполне. К тому же, они сами жаловались на холод, должны впустить. — Специалист-каминщик так специалист-каминщик, — согласился Дин, натягивая на себя куртку. — Поехали, Сэмми. Гипотеза Винчестеров оправдалась: это действительно был призрак. Хозяева радушно пригласили незнакомцев в дом, предлагая выпить чай в такую погоду, и братья, уставшие от картонного вкуса дрянного кофе, с радостью согласились. Поддерживать светскую беседу остался Сэм, выслушивая жалобы на морозный март и непонятно откуда взявшийся снег и пытаясь выяснить хоть что-нибудь о Коннет, пока Дин проверял дом на наличие аномальной активности. Но владельцы мало что знали, хотя и предположили, что эта девушка все еще бродит в стенах этого жуткого дома. Со снисходительной улыбкой, как и положено скептичному человеку, он выслушал жильцов и мягко кивал в нужных местах на жалобы на странные булькающие звуки из ванной и резкие перепады температур. Примерно спустя пятнадцать минут и две чашки чая вернулся Дин, и с ослепляющей улыбкой пообещал хозяевам, что низкие температуры их больше не побеспокоят. Уезжали братья с твердой решимостью покончить с делом и как можно скорее выбраться из этого города-ловушки. Вот только их надеждам не суждено было сбыться, так как кладбище являло собой самое настоящее снежное поле с сугробами по колено. Могилы утопали в этом белом море, лишь их серые макушки, словно вершины айсбергов, мелькали из-под толщи снега. А самыми отвратительными были погребенные заборы, которые не везде-то и разглядеть можно было. Дин деловито потыкал найденной на дороге палкой в снег и рассудил, что в одиночку им не справиться, потому что пока они не то что могилу выкопают — имя раскопают, снега выпадет столько, что они сами тут уже замерзнут насмерть. — Кас, спускайся, помощь нужна, — позвал Дин ангела. Секунда, две — и ничего. Винчестер нахмурился, и попробовал еще раз вместе с Сэмом. Лишь спустя секунд двадцать братья заслышали знакомый шорох перьев за спиной. — Кас! Ты чего не отзываешься? — поинтересовался Дин. — Без тебя тут не обойтись. Свободен? Ангел в своем тонком бежевом плаще смотрелся довольно нелепо на фоне снегопада, в особенности учитывая укутанных в теплые вещи Винчестеров. Однако это определенно его не волновало. Кастиэль лишь склонил голову набок, глядя своими пронзительными глазами прямо в лицо Дину, видимо, оценивая степень важности задания. Потом он моргнул и сказал: — В чем заключается помощь? — Можешь найти могилу некой Амалии Коннет? — спросил Сэм. — И все? — Кас смотрел на них каким-то странным взглядом. — Серьезно? Разве это проблема для вас: найти булыжник с выдолбленными инициалами? — Кас, — мягко обратился к ангелу Сэм, — снегопад усиливается, и мы можем тут надолго застрять. Хотя мы скорее тут замерзнем, чем успеем вообще хоть что-то откопать. Поэтому мы попросили тебя помочь нам. Прости, пожалуйста, если оторвали от важных дел. — Правда, Кас. Мне самому неловко просить тебя о такой фигне, но мы хотим поскорее свалить из города, желательно при этом не превратившись в сосульки. Так что, будь добр, назови нам могилу и можешь возвращаться к своим ангельским делам. Кастиэль сощурил глаза. В его позе и выражении лица выражалось неудовлетворение, но он молча указал на стоявшую в третьем ряду могилу, все так же рассматривая Винчестеров. Хотя ангел скорее рассматривал Дина, нежели Сэма. Нервно поежившись от такого пристального внимания, Винчестер подхватил лопату и направился к могиле. Сэм неразборчиво пробормотал что-то похожее на благодарность, а Кастиэль задумчиво поджал губы. Что-то недоброе и обидчивое мелькнуло во взгляде у Каса, Дин готов был поклясться. Но что так расстроило ангела? Он вроде общался с ним как обычно. Наверное, переживает из-за снегопада или Армагеддона. Может, он совсем загонял себя там, на Небесах? Тогда почему бы не пригласить его к себе на чашку кофе, чтобы ангел хотя бы пять минут передохнул? Дин действительно волновался за него. Помимо того, что от благополучия Каса зависели его с Сэмом жизни, Винчестера интересовал и сам Кас. Как ни крути, но за такой срок и количество пройденных битв он успел проникнуться теплыми чувствами к пернатому, и поэтому он переживал за него. В какой-то мере Кастиэль стал ему другом, а о друзьях нужно заботиться. К тому же у Винчестеров их не так уж и много. Дин активно работал лопатой, взрывая комья пушистого снега. Снежинки крупными хлопьями облепили его лицо, залетая под воротник и заставляя ежиться. От холода занемели руки, и Дин мечтал сейчас разве что уединиться в номере с теплой кружкой кофе или чая, закутавшись в плед и просматривая сериалы на ТВ. Вместо этого Винчестер смешивал снег с грязью, откидывая пятнами землю, изредка попадая этими каплями Сэму по лицу, отчего тихо посмеивался. Кас стоял рядом, не двигаясь, и Дин честно не понимал, почему тот не улетел. Но пока тот стоял рядом, Винчестер все-таки решился спросить: — Кас, как ты смотришь на то, чтобы махнуть с нами в мотель и провести немного времени вместе? Знаю, у тебя, наверное, есть дела, и, возможно, мы тебя отвлекаем. Но, дружище, мы могли бы немного… развеяться? — Положительно. — Что? — Дин подскочил от раздавшегося неожиданно близко голоса ангела. Оказалось, тот встал прямо позади охотника и меланхолично изучал его спину. — Я положительно смотрю на совместное времяпровождение с вами, — пояснил Кас без единой эмоции на лице, хотя Дину показалось, что на мгновение там отразилась радость. Винчестер облегченно выдохнул и светло улыбнулся ангелу. — Черт, я себе сейчас задницу отморожу, — пробурчал Дин, вылезая из могилы. На его светлых волосах хаотично лежали несколько снежинок и капли грязи, а щеки залились морозным румянцем. Изо рта вылетал густой пар, руки расслабленно опирались на древко лопаты, а сам Дин выглядел в легкой степени уставшим. Это была не измотанность, а именно приятная усталость, что наступает после хорошо проведенного рабочего дня. Кастиэль должен признать, что выглядел Винчестер ну просто очаровательно. Кастиэль с Сэмом помогли Дину выбраться. Тот отряхнулся и направился к своей любимой машине, и они пошли вслед за ним. Импала за тот недолгий срок, что они провели на кладбище, уже успела покрыться тонким слоем снега, так что Дину пришлось вычищать ее. Проехав несколько миль, Винчестеров настигли плохие новости. — Мужики, снегопад увеличивается, — взволнованно сообщил Сэм. — Мы сегодня не сможем выехать из города. — Твою мать! — экспрессивно выразился Дин, окинув взглядом дорогу. — Нам бы, бляха, хотя бы к мотелю выехать, не говоря уже о том, чтобы до Бобби тащиться. Придется переночевать. — Если вы останетесь в городе, то не выберетесь отсюда неделю, — заметил Кастиэль. — Если мы не останемся в городе, мы нахрен никуда не доедем и замерзнем. Дорога — дрянь, видимость нулевая, не дай Бог задавим еще кого или врежемся во что-то. — Звучит разумно. Дальше ехали молча. Кастиэль неловко сидел на заднем сидении и выглядел при этом так непривычно. Ангел не очень вписывался в обстановку Импалы и казался кем-то чужеродным, словно из другого мира. Впрочем, он так выглядел и за пределами Детки. Дин максимально сосредоточил свое внимание на дороге, потому что уже стемнело и было ни зги не видно. Баннеры смазывались в отдельные пятна, а белая дорога сплошной полосой проезжалась перед глазами, а летящий на стекла снег ни капли не помогал.

* * *

Винчестеры были жутко довольны тем, что до мотеля добрались без происшествий. Лишь девушка на ресепшне недоуменно посмотрела на одетого в один лишь плащ Кастиэля, но никто не обратил на это внимания. Братья оплатили бронь на неделю и отошли от стойки. Зайдя в номер, Дин сразу же пошел кипятить воду, а Сэм положил вещи в сушилку. Кастиэль растерянно бродил по номеру, осматриваясь. Снег плотной завесой летел под окном, пробуждая какие-то странные чувства внутри. Все это было похоже на сказку, и Кас был бы искренне счастлив, если бы это было правдой. Ведь так легко можно было притвориться, словно это чудо, словно это не Апокалипсис разыгрался под окнами, грозя принести смерть всему сущему. Время в этом городе словно замерло, и все просто обратилось в густую снежную долину, где не видно ни одного человека на улице, где люди греются в кофейнях и барах, дома и в гостях. Возможно, именно этот день горожане захотели провести в кругу семьи. И Кас тоже. Дин вытащил кипятильник, достал чашки из сервиза и расставил их на столе. Аккуратно, придерживая чашки, разлил кипяток и закинул заварки. Номер наполнил сладкий тягучий аромат трав, и Кас, усевшись на край кровати, притянул одну из чашек к себе. Отпил и поморщился, с недовольством отметив один из минусов бытия ангелом. — Что, настолько плохо? — поинтересовался Дин, опираясь о стул и улыбаясь. Он попытался спрятать улыбку за чашкой, но Кас невозмутимо ответил: — Нет. Ангелы не чувствуют вкуса, Дин. — Много теряете, — пожал плечами тот, делая очередной глоток. Горячая жидкость приятно пробегала по груди, согревая нутро и расслабляя. — Поверить не могу, что ты никогда в жизни не сможешь насладиться вкусом сочных, прожаренных бургеров. — Бургеры вредные, Дин, — Сэм вернулся в комнату. Кастиэль слегка сместился, давая ему возможность присесть рядом. Винчестер взял свою чашку и принялся греть замерзшие пальцы. — Мое хорошее настроение готово с тобой поспорить, — Дин плюхнулся рядом с братом, ставя ноутбук на стол. — Что будем смотреть? — Вы меня позвали посмотреть фильм? — удивился Кас. — Да, ты имеешь что-то против? — съязвил Дин. — Надо же тебя приучать к поп-культуре, к тому же в такие дни ничем кроме просмотра фильмов заниматься не рекомендуется. Итак, предложения? Впервые за много дней Кастиэль чувствовал себя отдохнувшим и полностью расслабленным. Фильм, название которого уже никто не помнил, оказался интересным, но Каса больше интересовал не сюжет, а прелестный молодой человек, развалившийся на постели буквально в метре от него. Видеть Дина, пьющего чай было довольно непривычно, гораздо вероятнее вместо чашки там хорошо бы смотрелась бутылка старого доброго Джека или Джима, но погода не располагала на такую роскошь, как прохладное пиво. Сэм сидел совсем рядом и изредка улыбался, посмеивался при просмотре и пинал своего чрезмерно активного брата. Дин в свою очередь временами трепал Каса или Сэма за волосы, похлопывал по плечу, пихал и приобнимал. Только ангел неподвижной статуей сидел, отчего чувствовал себя немного не в своей тарелке по началу, но после он привык и смирился. Его чай так и остался недопитым на столе. Было весьма занимательно наблюдать, как Дин, который все время напоминал Кастиэлю о личном пространстве, самолично это личное пространство нарушал. Это было неописуемо приятно — видеть Винчестера счастливым настолько, чтобы тот мог позволить себе такую роскошь. Апокалипсис действовал на нервы всем им, и такая разрядка была просто необходима. На середине просмотра им позвонил Бобби. Поинтересовался, как у братьев идут дела. Сэм объяснил, что они задержатся в городе на неделю, так что в ближайшее время охоту придется отложить. Конечно, Кастиэль мог бы перенести их, но Винчестеры нуждались в небольшом отдыхе. Когда еще выпадет такая возможность? Возможность отдохнуть и набраться сил для утомительной борьбы с Дьяволом, и ведь неизвестно, переживут ли они эту войну или нет. И Кастиэль был совершенно не против провести эти дни с друзьями. Он видел в этом отличные способы сблизиться с братьями, с которыми у них были немного натянутые отношения, хотя Касу хотелось узнать их поближе. Сухие факты их биографии были ему известны, но гораздо увлекательнее было бы узнать об этом из уст самих Винчестеров. Кастиэль предпринимал попытки начать с ними дружбу, однако все это пресекалось по большей части старшим Винчестером и ограничивалось сомнительным партнерством. И, словно издеваясь, крепкая связь образовалась у Кастиэля именно с ним, с человеком, которого он спас из ада, вытащил, потеряв большую часть своего войска. Страдал ли Кас от этого? Еще как. А со временем осознал, что проникся к Дину куда более глубокими чувствами, чем это принято в обществе. Может, свою роль тут сыграла и связь, ангел не знает, но факт остается фактом — Дин Винчестер не безразличен Кастиэлю в весьма пикантном смысле. Но тут встают две щекотливые проблемы. Первая — Дин Винчестер натурал, и нет ни малейшего шанса, что его привлечет мужской вессель Кастиэля. Конечно, можно тело и поменять, ангелы бесполы, вот только и Дин, и Кас уже привыкли к Джимми Новаку. Это странно — привыкнуть к своему телу, которое тебе даже не принадлежит, но вот не ассоциируется уже Кастиэль не в теле Джимми, хоть застрелись. А вторая проблема куда более тонкая, и именно она мучает Кастиэля сильнее всего остального. Может это его шанс выяснить, имеет ли он хоть какие-то шансы на отношения с Дином или хотя бы на дружбу. В любом случае, хуже уже не будет: на дворе Апокалипсис, и будет большой удачей, если они просто его переживут, так что либо Кастиэль действует сейчас, либо сварится в собственном соку. Стоит хотя бы приоткрыть Винчестеру тайну собственной личности, чтобы хоть в чем-то быть с ним честным. Вот и окончился фильм. Дин потянулся, разминая затекшие мышцы, а Сэм потянулся выключить лэптоп. Кас отстранился, поднявшись с кровати, и собрал чашки. Он только хотел спросить, где здесь находится раковина, как его перебил Дин: — Целая неделя отпуска, очешуеть! Без пива и дам конечно скучновато, но Кас, дружище, не мог бы ты сгонять за парой бутылок? А то наши скоро кончаться. — Ты предлагаешь их из магазина украсть, что ли? — спросил Сэм. — В такую погоду никто в здравом уме работать не будет. — Деньги на столе оставит, — легкомысленно парировал Дин. — Вы целую неделю будете просто валяться в номере? — опешил Кас. — Да, — согласился Винчестер. — В последнее время ни одной свободной минутки не выдается, все дела. Охота, апокалипсис — должны же мы хоть иногда позволить себе расслабиться? — Но не в разгар конца света! — возмутился ангел беспечностью друга. — Как раз во время конца света мы этим и займемся. Напомни, что там Люциферу и Михаилу от нас нужно? — Наше согласие, — ответил Сэм, поправляя простыни. — Во-от, — довольно протянул Дин, указывая в сторону брата пальцем. — Пока наши тушки при нас, нам опасаться нечего. Отдохнем — и вернемся к работе. — Да, а за это время погибнет еще больше людей, — нахмурился Кастиэль. С каких это пор, интересно, он уговаривает Винчестеров вернуться к охоте? — Люди умирают каждый день, Кас, — Дин устало вздохнул. — Мы с Сэмом и другими охотниками лишь пытаемся уменьшить число смертей. Но во время апокалипсиса наши усилия не стоят того, потому что даже если мы кого и спасем из лап монстров, так какова вероятность, что их всех не порешит Дьявол? Да и что поменяется за неделю, если ничего никто не предпринимал месяц? Поэтому нам всем нужно освежить голову и броситься в схватку с трезвой головой. — И вы хотите эксплуатировать меня как вашего личного курьера, пиццу и пиво подносить, так? — горько и зло выплюнул Кастиэль. — Было бы неплохо, — не стал отрицать Винчестер. — К тому же ты всегда можешь к нам присоединиться. Если ты поможешь нам с продуктами, это просто будет проще, чем если мы с Сэмми потащимся во вьюгу и мороз через сугробы в магазин. Кастиэль поджал губы и отвел взгляд. Негативные эмоции бушевали в нем, и он разрывался между желаниями хорошенько врезать Дину и попросту улететь. — Знаешь что, Винчестер? Я вам в няньки не нанимался. Если вам так уж нужны ваши полтора литра темного, так соизвольте поднять свои задницы, и метнитесь в магазин самостоятельно. Дин удивленно повернулся к ангелу, а Сэм чуть не выронил телефон, который до этого держал в руках. Воцарилось молчание. Все трое напряженно переглядывались, пытаясь понять по глазам, что у всех сейчас на уме. — Эм, а вот это было действительно неожиданно, — голос Сэма разрезал тишину, словно клинком, и это мгновенно отрезвило Дина. — Да, Кас, это непривычно, и я не думал услышать от тебя нечто подобное, — он во все глаза разглядывал усмехающегося (усмехающегося, черт возьми) ангела, который сверлил Винчестера своим пронизывающим, словно скальпель, взглядом. — Удивительно, что ты в принципе на это способен. Все, мне надоело притворяться! — Кастиэль прищурил глаза и вдруг начал развязно ходить по комнате, прикасаясь к различным предметам: ножам, шкафчикам, столешницам — насвистывая простой мотив какой-то знакомой песенки. Взял в руки книгу, повертел — и кинул на кровать. Винчестеры ошеломленно наблюдали за ним, не в силах от удивления и слова сказать. Наконец Дин прокашлялся и позвал: — Кас? — Да? — с широкой улыбкой повернулся ангел. Улыбка казалась жутко неуместной, будто приклеенной. — Ты не Кас, — отчего-то с неуверенностью сказал Сэм. Кастиэль усмехнулся и развел руками. — Ох, вынужден просить прощения, давайте начнем еще раз. Мое имя Кастиэль, и я ангел Господень, — он опустил взгляд в пол и облизнул губы в широкой ухмылке. — Все, как и раньше. Единственное, что я вам кое о чем умолчал… Ну да неважно. Ранее удивленно взметнувшиеся вверх брови старшего Винчестера сейчас напряженно хмурились, между ними пролегла складка, а мозг пытался проанализировать полученную информацию, время от времени выдавая критическую ошибку. — Что, черт возьми, с тобой происходит? — с удивительным спокойствием спросил он. Кусочки паззла лежали прямо перед ним, но отказывались складываться в цельную картину: Винчестер просто не мог поверить истине. — Со мной все в порядке. Просто я немного не такой, каким вы привыкли меня видеть. Милый, чистый, невинный ангелочек Кас, который строит из себя последнего девственника, деревенского лоха, которого можно развести на что угодно, стоит вам лишь пальцем поманить — и вот такой поворот. Неожиданно, правда? Я тоже так думаю, ведь это в конце концов было очень увлекательно. Знали бы вы, сколько раз я чуть не задыхался от смеха, когда делал вид, что ничего не понимаю и просил объяснить! И вы, краснея, пытались втолковать «неразумному пернатому» основы этой жизни, которую, спешу напомнить, мой папаша сам и создал. — Тогда… Зачем ты притворялся? — спросил Сэм. — Ну, я же должен был войти к вам в доверие. С моим скверным характером это представляет проблему, видишь ли, — взмахнул руками Кастиэль. Если раньше его конечности были словно приклеены к туловищу, то сейчас они свободно летали по доступному им пространству и активно жестикулировали. Тело Каса словно перестало быть привычным бревном — он весьма активно им двигал, и на языке тела проявлял много разных эмоций и чувств. — Сыграл на десяточку, тебе бы в театральный какой-нибудь пойти, — зло сказал Дин. — Так чего же ты сейчас раскрылся-то? Я тебе и раньше не самое приятное говорил, а ты терпел. Что изменилось? — Я открываюсь под конец, — тепло улыбнулся Кас, а затем пояснил: — Скоро конец света, мне хотелось бы быть с вами честным. Какая уже разница, раз мы все равно скоро умрем? Слова Каса заставили что-то в груди Дина упасть. И тут его словно вспышкой осенило. Когда Дин вернулся из 2014 года, он, сам того и не осознавая, обронил роковую фразу. «Никогда не меняйся, Кас». Какое право имел Кастиэль его разуверять? Дин был разбит, напуган и шокирован увиденным в будущем. Он даже не мог подозревать, что истинный характер Кастиэля проявит себя в такие тяжелые времена, когда притворятся не для кого, да и не имеет смысла. После этих слов Кастиэль чувствовал себя невероятно разбитым и втайне от братьев попытался напиться от отчаяния. Ведь наверняка Дину не понравится настоящий Кас, ему не нужен развратный, наглый, самоуверенный ангел. Это даже звучит парадоксально. Откуда Кас мог знать, что не эти качества отталкивали Дина от его будущей версии? Дин увидел в том Касе не разврат и агрессию, нет. Он видел худшее. Он видел смирение, отчаяние и внутреннюю смерть. Кас из 2014 года потерял надежду, забылся в наркотиках и алкоголе, пытался заглушить боль обществом женщин. Вот только когда бывший ангел сломался, то он потерял себя. Не было жизни в когда-то ясных синих глазах. Тогда там плескались тоска и безысходность. Кас из будущего утопил себя в блядстве и распутстве, потому что у него больше ничего не осталось. Он пытался достичь того восторга и кайфа, которые испытывал будучи ангелом на Небесах, и делал это всеми возможными способами. И Дин чувствовал свою вину в том, что не уберег, не защитил, позволил всему этому произойти. — Так Кас из 2014-го… — начал он, но Кас с грустью дополнил за него: — Это я. Вот так просто. Несложное признание, а голову перевернуло на 180 градусов. Дин уже был знаком с настоящим Кастиэлем, только думал, что его так сломал Апокалипсис, хотя на самом деле все это Кас хранил в себе задолго до конца света. «Что с тобой случилось?» «Жизнь». Армагеддон срывает с лица все маски, проникает под кожу и выворачивает правду, выбитую на костях, наизнанку, достает самые грязные секреты из-под сердца и оголяет перед взором тысячи демонов, что разорвут твою душу в клочья. «Мне хотелось бы быть с вами честным. Какая уже разница, раз мы все равно скоро умрем?» Поэтому Дин сглотнул и осторожно спросил: — Мы… Мы ведь все еще друзья? Кас окинул его оценивающим взглядом. Лицо его расслабилось и словно потеплело. Он посмотрел прямо в глаза Винчестеру. — Мы будем всем, чем ты захочешь быть.

* * *

В повседневной жизни Кастиэль оказался тем еще засранцем. Да и в принципе новый (старый?) характер друга неимоверно раздражал. Он не упускал случая съязвить, раскритиковать, пошло шутить и всячески измываться над братьями. Не испытывая абсолютно никаких мук совести (очевидно, от ангелов он перенял самые ужасные качества), он часто показывал собственное превосходство над братьями и творил всякие странные поступки. Так, однажды он разлил воду, и вместо того, чтобы прибраться полотенцем или тряпкой, на худой конец подождать уборщицу, Кас схватил футболку Дина и убрал беспорядок ней. Винчестер несколько минут пытался догнать убегающего и смеющегося ангела, размахивая мокрой футболкой, больше похожей на тряпку, и избивая ею друга. Кас на это только сильнее смеялся и в ответ ставил подножку матерящемуся на все лады и падающему Дину. Так прошли три дня. Кастиэль периодически мотался по магазинам за продуктами, выносил мусор и заносил свой (серьезно, он раскидал по всему номеру объедки, сетуя на то, что местным тараканам нечего кушать), неимоверно выводя из себя своих друзей. У Дина порой создавалось впечатление, что Кас поставил себе планку довести Винчестера до ручки, причем тот весьма успешно с этим справлялся. Иногда Дину казалось, что красивому лицу Каса катастрофически для завершения картины не хватает отпечатка крепкого кулака. На все возмущения ангел лишь насмешливо улыбался, вставлял какой-нибудь тупой подкол и смывался восвояси. В какой-то момент Дин не выдержал. Долгое сидение взаперти уже порядком замучило Винчестеров, а присутствие Кастиэля делало заключение невыносимым. Веселым, но невыносимым. Судя по сводкам новостей снегопад сбавил интенсивность, и Сэм отправился на улицу попытаться найти Импалу и очистить ее от снега. Дин же должен был поговорить с Кастиэлем по душам. В комнате царил полумрак: белый снег плотной завесой облепил все окно так, что не оставалось ни малейшей щели для солнечного луча. Обстановка навевала ощущение холода. Хотелось укутаться в плед по самую макушку и никуда не вылазить. Дин нервно поежился. Разговор обещал быть непростым, но Винчестер буквально жаждал утихомирить зазнавшегося наглеца и поставить того на место. От мысли об этом кровь кипела от адреналина, и Дин попеременно то сжимал, то разжимал кулаки. Мало ли вдруг Касу придется объяснять более доходчиво? — Кас, спустись ко мне, — позвал Дин. Внезапно чье-то теплое дыхание обдало его левое ухо, и утробный мужской голос прошептал: — Дин, ты звал меня? По коже Винчестера пробежали мурашки, и он инстинктивно отскочил от внезапно появившегося ангела, что так беспардонно нарушал его личное пространство. — Какого хрена ты творишь, Кас? — развернулся Дин, вперив недовольный взгляд в своего друга. Тот лишь дерзко ухмыльнулся и облизал губы. — О, ради Бога, Дин, расслабься: ты так напряжен в последнее время. — Ну, если бы ты блять не возникал со своим ебанутым поведением, то я был бы гораздо спокойнее! — То есть тебе не нравится мое поведение? Я был плохим мальчиком? — и невинно захлопал глазами. Дин чуть не здохнулся в возмущении, насколько все это двусмысленно звучало- и черт, он готов был поклясться, что Кас, этот притворявшийся наивным ангелом говнюк, прекрасно был об этом осведомлен. — Черт, Кас, от тебя это звучит ужасно. — Да брось, не хочешь наказать меня? Ты ведь меня поэтому звал, — Кастиэль пошло задвигал бровями, буравя на губах Винчестера дыру свои пронзительным взглядом. — Отъебись, бля! Я хотел попросить тебя перестать над нами издеваться, — на всякий случай выставил руки и отошел на пару шагов Дин. — Ммм, нет, так не интересно, — тем временем Кас наоборот, сближался с охотником. — Смотреть, как вы с братом шарахаетесь от меня и строите удивленные лица мне нравится гораздо больше. Так что прости, но я не пойду на такой унылый компромисс. На эти слова Винчестер вспылил. Какого черта? — Слушай сюда, клоун недоделанный, успокой пожалуйста все, что ты возбудил за время нахождения в этом снеговом захоронении и прекрати быть мудаком! — Это я тут еще и мудак? — удивленно вскинул брови Кас. — Послушай, Дин, возможно я не так уж и много знаю о людских повадках и о том, что у вас принято, а что нет, но я абсолютно точно уверен в том, что за помощь вы обычно друг друга благодарите. Вспомни, Дин, сколько раз я вытаскивал тебя из жопы, а ты мне даже спасибо не всегда говорил. Ты блять знаешь, как это обидно? Складывается такое ощущение, словно я ваша личная собачонка на привязи, этакая ходячая карманная батарейка мощных ангельских сил, которыми вы может воспользоваться в любой момент, хотя на самом деле вы должны быть мне БЛАГОДАРНЫ, что я вам вообще помогаю. Благодарны за то, что я вас лечу, спасаю, добываю информацию. Знаешь, сколько раз я услышал от тебя слова благодарности? Их по пальцам можно пересчитать, и если я назову точное число (а я его знаю: ангел, помнишь?), то ты охуеешь от того, какая же ты неблагодарная скотина. Грязные слова из уст Кастиэля резали слух, но Дин не мог не признать, что была в этом некая красота. Контраст слов и привычного образа с трудом укладывался в голове, и, к удивлению, это очень даже заводило. Тем не менее, речь Каса, сказанная с упреком, попала Дину не в бровь, а в глаз: ангел был бесспорно прав, и Винчестер резко разочаровался в себе. Это было обидно и неприятно, но кто сомневался, что правда горька? — Кас… — Дин почувствовал в себе дикое желание извиниться. Ведь ангел прав, Винчестеры относились к нему хуже, чем к кому бы то ни было, причем незаслуженно. Но Кастиэль поднял ладонь, прерывая Дина. — Не оправдывайся. Я знаю, что вы с братом не шибко доверяете ангелам в целом, потому что мои братья ведут себя как отпетые козлы, хотя, — тут он выдавил из себя смешок, — они наоборот считают меня дьявольским отребьем. Ну, в семье не без урода, или как там у вас говорят? — Кас, я… Мне жаль, — гораздо печальнее Дину было от того, что Кас скрывал свою настоящую личность. Он с тоской вспоминал того нескладного, тихого и любопытного ангела в потрепанном плаще, которого он уже вряд ли увидит, потому как актер сменил образ — и тот факт, что это один и тот же персонаж ни капли не смягчал реальность. Дин скучал по наивному Кастиэлю, но в то же время ему, — как бы не хотел он себе в этом признаваться, — нравился новый Кас. Дерзкий, наглый, самоуверенный — такого хотелось подчинить, с ним хотелось посоперничать, и подобные мысли весьма интенсивно наполняли возбуждением низ живота, затягивали узел и наливали кровью член. — Оу, ну что это за взгляд побитого щенка? Я не сержусь на тебя, Дин. Я гораздо выше ваших человеческих предрассудков и поверь, мне обижаться на тебя просто стыдно и глупо. Конечно, я мог бы добавить, что я не из злопамятных и не злюсь на ваше с Сэмом отношение ко мне, вот только это слова «доброго» Кастиэля, я же, увы, к таким себя не отношу. Мне даже самую капельку жаль было вас так разочаровывать в себе, но какой я есть, таким уж меня и принимайте, — развел руками Кастиэль, меряя шагами комнату и ловя взгляды Винчестера. Он чувствовал себя вполне развязно и ощущался явным хозяином положения. В противовес настроению Кастиэля, Дину хотелось сжаться в клубок под этим взором, в то же время отчаянно желая заняться другими, куда более интимными вещами. — Ох, поверь, Кас-мудак — наименьшая из всех наших проблем, — в конце концов отмахнулся Дин, нервно сглатывая. Кас с любопытством наклонил голову в столь знакомом жесте, что у Дина что-то защемило под сердцем. Даже будучи совершенно другой личностью, этот Кас все же сохранил некоторые черты своего временного характера. — Верно. К тому же, ныне я заинтересован в решении более актуальной и интересной проблемки, — вдруг выпалил он, и его глаза зажглись непонятным Дину огоньком. Дин с удивлением узнал в нем коктейль ярких чувств: любопытство, предвкушение и… похоть? — К-какой? — вот последнее ему точно не понравилось. Или все же нет? Ангел глядел на человека как хищник на добычу, желая поскорее получить ее в свои лапы и, тем не менее, продолжая ее мучить. Сердце Дина отбивало бешеный ритм, стуча в висках и приливая больше крови по направлению на юг. Кастиэль облизнул верхнюю губу и усмехнулся. — Той, что так недвусмысленно упирается нам в штаны, — неожиданно Кас мгновенно оказался возле Дина (на крыльях прилетел, что ли). Он облизнул его нижнюю челюсть, едва коснувшись языка, и это движение вызвало в человеке дрожь по всему телу и дополнительную волну возбуждения. — Кас! — вскрикнул Дин и попытался оттолкнуть настойчивого и явно сошедшего с ума ангела, но тот перехватил его руки и с несоизмеримым удовольствием прижал того к стене, потираясь бедрами и покрывая доступные ему участки кожи поцелуями. Влажными, мокрыми, покровительственными — с такими Дину совсем не хочется бороться. Нога Каса расположилась между ног Винчестера, отчего бедро ангела было слишком близко к стояку охотника. Это усиливало возбуждение и фиксировало тело Дина так, что он с трудом мог сменить положение. И Дин бы соврал, если бы сказал, что ему это не нравится. Чувство полного контроля над собой — вот, что ему было необходимо. Всю жизнь его контролировал отец, и Дин четко знал свою цель — истребление монстров. Он знал, что этим будет заниматься всю свою недолгую жизнь, и в этом была своя определенность и спокойствие. Спокойствие знать, что тебе есть, к чему стремиться и что делать. Свой ориентир, а отец — координатор, надежная опора и гарантия того, что Винчестер до этой цели дойдет, доползет, доскребет — неважно, как-нибудь доберется. Отца не стало, и вечное давление пропало вместе с ним. Теперь Дин и Сэм были сами по себе, и их уже не связывали такие крепкие отношения, какие были до ада. Сэм все чаще подумывал о возвращении к обычной жизни, в то время как Дин другой кроме охоты не видел и не знал. И мысль остаться одному панически билась в черепную коробку, она буквально вопила о том, что у него нет подстраховки и четкого надзирателя, под строгим руководством которого можно было не просрать свою жизнь. Потому что у братьев кроме друг друга из семьи никого не осталось, разве что Бобби — но и тот друг семьи, который может лишь чем-нибудь помочь по мелочи. К нему за поддержкой не обращаются, только за подзатыльником. И вот сейчас Кастиэль вытворяет нечто абсолютно потрясное и одновременно до жути пугающее. С одной стороны Дин и рад подчиниться, но с другой такое настойчивое завоевание изрядно его напрягало. Кас, заметив, что охотник не сдается, поинтересовался: — Ты слишком напряжен. Неужели я действительно перестарался? — Отвали от меня, гребанный ты мудак! — вяло совершил очередную слабую попытку оттолкнуть Винчестер, и вновь провалился: Кас держал крепко и прижимался настойчиво, продолжая осыпать его лицо, шею и ключицу поцелуями. Ловкие пальцы пробирались под вороты рубашки и футболки, легко касаясь разгоряченной кожи и изредка царапая ее ногтем. — Дин, Дин, Дин. Я же вижу, что тебе нравится. Отпусти себя, ничего страшного не случится, — словно демон-искуситель, ласково шептал Кастиэль, посасывая мочку уха и заводя одной рукой кисти Винчестера над головой, а второй продолжая свои хитрые ласки. Дин ничего не мог противопоставить ангельской силе, так как попытаться сдвинуть Кастиэля было равнозначно попытке подвинуть поезд, и Винчестер уже совершенно не мог разглядеть в Касе ангела — это абсолютно и точно был демон, Дин уверен, ни один ангел не смог бы так изящно совращать кого-либо. Да сама фраза «ангел совращает» звучит как нескладный оксюморон! — Не случится блять, ага. Это пиздец как неловко, чувак! — Дин попытался откинуть голову, уворачиваясь от лица Кастиэля, но тем самым лишь сильнее открыл беззащитную шею для губ небесного создания. Кастиэль влажно целовал, одаривал мокрые места теплым дыханием и едва-едва касался затвердевших сосков, возбуждая Дина все сильнее и сильнее и срывая с его губ тихие стоны и громкие вздохи. Пальцы скользили по телу охотника, вызывая у Винчестера целую симфонию потрясающих звуков, и Кастиэль с восхищением играл на Дине как на инструменте, очевидно, воображая себя умелым музыкантом. Дин плавился и таял от ласк, с жадным упоением ловя каждое движение, каждое касание ангела к своему телу и неизменно встречался со взглядом горящих страстным огнем глаз Кастиэля, что глядели на него с обожанием и диким необузданным желанием. Какая нахрен разница, какой у него цвет глаз, если ими он выражает столько чувств и эмоций, затмевающих все остальное? В этом чудодейственном зелье смешались и радость, и удовольствие, и чувство торжества, и бесконечная привязанность. В этих глазах плескалась сама жизнь с ее взлетами и падениями, тоска и печаль сливались в единое целое с облегчением и счастьем, властность бесновалась с яростью на пару, клокотала в глубине решимость с совершенно непоколебимым спокойствием человека, получившего желаемое и хотевшего этим полностью насладиться. На фоне очаровательно покрасневших щечек эта гремучая смесь смотрелась поистине волшебно и завораживающе. И во всем этом безумии Дин различил легкую придурь своего друга и уже знакомую дерзость и наглость, что немного портили общее впечатление. — Дин, обещаю, нам будет хорошо, просто позволь мне… — Кастиэль потянулся к его губам и начал стягивать рубашку, но Дин уже определенно начал слетать с катушек, и это его знатно нервировало. В защитном жесте от всей этой огромной волны сумасшествия, которая грозила накрыть его вместе с Касом под собой, он надрывно спросил его: — Скольким ты уже это блять говорил до меня? Со сколькими ты уже переспал, Кас? — Со многими, — Кас перестал тыкаться ему куда-то в подбородок и посмотрел кристально ясно. — Признаться честно, у людей есть некоторые занятные преимущества. Как интересно за ними наблюдать в моменты наслаждения! Их лица, эмоции, чувства… Так много, так красочно и ярко, я в жизни ничего подобного не испытывал. А что? — Блять, ты меня сейчас пытаешься изнасиловать, и разглагольствуешь от своих похождениях, гений, — дыхание было сорвано как после долгого бега, и у Дина ожидаемо порвался очередной шаблон привычного старого Каса. А старого ли? Ведь по идее, старым-то как раз являлся этот новый для них Кас, а прошлый — новым… Впрочем, не суть важно, в конце концов, этот Кас оказался слегка шлюховатым с лирическими замашками поэтов, раз так болтает о чудесных эмоциях кончающих людей. — Ночи были холодные. И ты сам меня спросил, — Кастиэль игриво прикусил подбородок, после почти нежно лизнув его. — Завались. — Только на тебя. — Извращенец, с чего ты вообще взял, что я пересплю с тобой?! — реплика была слабой, так как Винчестер уже почти сдался, лишь из ослиного упрямства отказываясь отдаться Касу и выглядеть в его глазах слабаком. — Твой стояк весьма недвусмысленно в меня упирается, а еще я просто беру свое. — Чт-что ты… — внезапно Кас развернул голову Дина боком и пробрался языком в его ушную раковину, от чего Дин невероятно пошло застонал. — О, о-о-о! Бля, что ты творишь-то, засранец пернатый… — в следующую секунду Кас подхватил Дина и повалил того с прерывистым рыком на постель. Дин попытался выползти из-под ангела, но тот лишь сильнее прижал его руками, не позволяя двигать конечностями. — Кас, клянусь, я сброшу тебя с кровати. Дин вновь попытался скинуть Каса с себя, но потерпел неудачу. Причем он уверен, ангел не сдвинулся ни на миллиметр, лишь раздраженно вновь завел руки Дина над головой и впился губами в шею. — Или нет. Кастиэль молчал, только раздраженно сопел. Ему определенно не нравилась разговорчивость Дина, и он предпочитал, чтобы его рот занимался совершенно другими вещами. — Так, ладно, я понял, я тебя не сброшу. Эм… — Дин на мгновение задумался, как бы ему избавиться от сексуально озабоченного ангела, в то время как тот, сдернув его боксеры, обхватил его достоинство рукой. — Может, ох, о Господи, о Господи-Боже, я, я тебя сейчас пну! — Ты все еще можешь строить связные предложения? Ты унижаешь мое достоинство, Дин. Горячая нега распространилась от паха по всему телу Винчестера, заставив того дрожать от удовольствия, однако ему пришлось собрать разбежавшиеся клетки мозга в одну кучу и прерывисто выдохнуть: — Самомнение понизь, сучка. А-ах, господи! — Палец ангела, чем-то уже намазанный, ловко и нетерпеливо оказался в его отверстии, разрабатывая проход. Это казалось странным, нереальным и происходило словно не с ним, и Дин задыхался от ощущений. Он тонул в теплых губах Каса, его разгоряченного тела и пылких ласк, ловил каждое прикосновение и отзывался легкими стонами. Его накрывал стыд, что он ведет себя как девчонка, но почему-то сейчас это казалось правильным. Необходимым. — Можно просто Кас. — Заткнись. — Заставь меня. — Заткнись, пока я не плюнул тебе в лицо. — Придурок, я имел в виду поцелуй. — А я имел твое мнение. Выкуси. — Я буквально имею тебя, Дин, — хмыкнул Кас, массируя вставший и истекший ствол Дина. Голос Винчестера срывался на тяжелые вздохи и стоны, что того совершенно не радовало. Зато Кас был словно на седьмом небе и продолжал его раздевать и ласкать уже двумя пальцами задний проход, разминая девственные стеночки. — О боже, замолчи блять, пока я тебя не убил. — Я тоже люблю тебя. Наконец вынув пальцы, Кастиэль уместился поудобнее на бедрах Дина. Ладонью он все также сжимал его руки, второй же пытался пристроить свой член ко входу. Дин первое время сжимал отверстие и отказывался впускать его, но после серии настойчивых и контрастно мягких и нежных поцелуев в ключицу сдался и впустил его. Издав радостный вскрик, Кас плавно вошел в человека и тут же зажмурил глаза от удовольствия тесноты. Дин почувствовал необычную боль и инстинктивно попытался зажаться, что вызвало у Каса лишь очередной вздох. Его ствол был зажат в Винчестере и ощущался так хорошо, так жарко, тесно и приятно, что ангел готов был всю жизнь провести в таком положении. Но нужно было двигаться и доставить удовольствие охотнику. Бросив на Дина взгляд синих глаз, наполненных шальным блеском, Кастиэль медленно продолжил вторгаться внутрь, стараясь поцелуями и легкими укусами отвлечь Дина от неприятных ощущений. Губами он шептал всякие нежности так, что горячее дыхание опаливало раковину и проносило толпы мурашек и волны возбуждения. Постепенно Винчестер привыкал к постороннему твердому предмету у себя в заднице, и вскоре уже сам стал нетерпеливо насаживаться и подмахивать Кастиэлю. Тот восторженно и победно застонал и начал двигаться. За окном ревел и выл ветер, бился загнанной птицей и заметал дороги метелью, взрывая пушистые сугробы. В тон ему двое, в грязном дешевом номере с покосившейся занавеской, с укрытыми снегом окнами, стонали, кричали и рычали. Словно белый снег, Кастиэль окутал Дина, залепил ему собой все глаза и никого и ничего иного в этом мире для него не существовало. Везде был снег, везде был только Кас — он чувствовал его каждой клеточкой, каждым импульсом своего тела. Куда ни протяни руку — коснешься лишь его. Дин замерзал, и холод вливался в его кости и мышцы знакомой копной черных волос, низкого голоса и дерзкой усмешки. И Дин не противился этому холоду. Он зажигал в нем искры; как хороший морозец колол его щеки и заставлял их краснеть, так и Кастиэль нещадно жалил его сладкими поцелуями и оттого острее становились ощущения. Кастиэль кружил и вьюжил ему голову. Заставлял сходить с ума и наслаждаться этой завораживающей пыткой. Дин уже не чувствовал своих ног и конечностей, ему казалось, что им полностью овладел Кас. Кастиэль был всеразрушающей стихией, что штурмом взял его неприступную крепость, разбил всю оборону и ледяной коркой прошелся по рву, заполненному водой к его воротам. Что легким касанием руки разбил их, принося с собой холодные северные ветры, раздувавшие и вздымавшие огромные волны, сносящие со своего пути все преграды. Его волосы растрепаны, и он был так прекрасен, как сказочный ледяной принц из холодных зимних стран. Такой холодный, колючий, дерзкий, наглый и чертовски красивый, несущий за собой в душу буран эмоций и вихрь возбуждения. Неспокойный. Непокорный. И только его. Стоило этой мысли мимолетной снежинкой мелькнуть в голове, как целый шквал ледяного фонтана пробил все его органы чувств. Тело заискрилось, закололось мириадами мелких иголочек и, наконец, отпустило его, качая на спокойных волнах послеоргазменной неги. Оба тяжело дышали и никак не могли перевести дух. Глаза Винчестера осоловело бегали по комнате, не зная, за что уцепиться, а Кас лежал рядом и пытался отдышаться. Они молчали несколько минут, и за это время буря за окном утихла. — Это было… — прокашлялся Дин. — Это было фантастично и определенно не так, как раньше, — улыбнулся Кастиэль и поцеловал Дина в уголок губ. Тот легонько усмехнулся, а после начал смеяться, обнимая Кастиэля и прижимая крепче к себе.

* * *

— Право, я немного шокирован, — пробормотал Сэм, глядя на в наглую развалившегося на Дине Каса и старшего брата, его обнимающего. Он застал их вместе, когда пришел, и теперь пытался выяснить, разрешили ли они свои проблемы или Дин все еще дуется за ложь. — Все путем, Сэмми, — сказал Дин. Его подбородок утыкался в макушку Каса, и прямо сейчас Винчестер раздумывал, в каких отношениях ему следует состоять с Кастиэлем. С одной стороны, сложно воспринимать ангела как друга после того, как тот с ним переспал, но с другой он не был морально готов шагнуть в такую опасную стезю, как романтические отношения. К счастью, есть тот, кто готов принимать такие серьезные решения за него. — Все супер, Сэм. Мы встречаемся. — Да я уже понял, что не чаи гоняете, — вздохнул младший Винчестер, усаживаясь на другой край кровати. — Вы только… потише с этим, хорошо? — Конечно, — у Дина от его слов заблестели глаза непонятным огоньком. — Разумеется. И кстати, — подал голос Кас, хитро подмигнув Сэму. — Я трахаю твоего брата. Дин возмущенно покраснел и сильнее сжал ангела в объятиях, стремясь задушить, Сэм удивленно расширил глаза, а Кас стал заливисто смеяться куда-то Дину в подбородок.