Новый учитель

Встать рано утром Агате не составило труда, так что она мысленно поблагодарила себя за вчерашнее принятое мудрое решение. Приняв душ и приведя себя в порядок, Харрис начала надевать школьную форму. Белая приталенная рубашка, юбка в клетку и, конечно же, галстук в окрасе ее факультета. Закончив свой образ черными чулками выше колен и лакированными туфлями, она покинула спальню. Проходя мимо колонн подземелья, она почувствовала, что что-то неладное, ибо от такой царящей тишины звенело в ушах. Повернув за угол, первым, что она увидела, были каштановые волосы, а после — и все окровавленное тело девушки с факультета Гриффиндора. Имени ее Агата не знала. Потеряв от увиденного связь с происходящим, отчего и застыв на пару минут, она все же быстро пришла в себя, подбегая к лежащему холодному телу девушки и проверяя ее пульс и дыхание. Волшебнице стало еще тяжелее дышать, когда она поняла, что не чувствует пульса и дыхания у лежащего тела. Непонимание и страх в мыслях Харрис не давали сдвинуться с места. Она и не услышала, как к ним с криками подбежали несколько человек. — Что ты наделала?! — прокричала ей в лицо подбежавшая девушка, оттаскивая Харрис от лежащего рядом тела. — Мисс Лили, успокойтесь. А вы, мисс Агата, пройдемте со мной, — встревоженным голосом проговорила Макгонагалл. Агату всю трясло, а появившийся ком в горле не давал расслабиться. Медленно встав на ноги, ее взор упал на огромную красную надпись на стене: «ТАЙНАЯ КОМНАТА ОТКРЫТА. ТРЕПЕЩИТЕ, ВРАГИ НАСЛЕДНИКИ». Девушка, не поднимая головы, всю пройденную дорогу зашла в кабинет следом за женщиной. — Ох, профессор Ньют, вы пришли за расписанием? — задала вопрос женщина, войдя в помещение. — Да, мадам, вы вчера предупредили зайти к вам сегодня утром, — оглядывая сперва профессора, а потом и поникшую девушку, что стояла за ее спиной, ответил мужчина. Двери профессора снова отворились, и на пороге стоял слегка встревоженный Дамблдор. — Мисс Макгонагалл, прошу вас пройти за мной сейчас. Это очень срочно, — с серьезным голосом проговорил директор. — А вы, профессор Ньют, помогите мисс Агате в ее возникшей проблеме, — кинув взгляд на волшебника, они с женщиной покинули кабинет. Саламандер уловил напряжение в голосе Дамблдора, так он сразу понял, что что-то неладное происходит в стенах школы. Ведь девушка, что стояла напротив него, была белее снега, а плечи ее дрожали так, будто бы в комнате была минусовая температура. — Мисс Агата, вы можете рассказать мне, что произошло? — спокойно спросил мужчина, глядя девушке в лицо. Харрис была уверена, что если бы кто-нибудь другой спросил ее о ранее произошедшей ситуации, она бы никогда не ответила бы этому человеку. Но голос ее нового профессора действовал на нее как гипноз или сыворотка правды. Агата все так же не поднимая головы от земли и нервно сжимая пальцы в руках, начала свой рассказ: — Я вышла из подземелья, а там за углом лежала девушка. Я не знаю, кто она и может, я ее когда-то и видела, но имени не знала. А когда подошла к ней, ее рубашка была вся в крови. Я решилась проверить ее пульс и дыхание. Она была холодная и… и… — девушка не могла продолжить, дышать с каждым разом давалось тяжелее. Как вдруг она почувствовала теплую ладонь на своем плече. Мужчина слегка похлопывал рукой. Чувство холода, что окружало ее секунду назад, испарилось, а вместо него пришло такое необъяснимое чувство, которое девушка ощущала впервые в жизни. Горячие ладони, которые впервые коснулись ее около карет, сейчас похлопывали ее спину. Ньют галантно подал ей носовой платок. Она с осторожностью его приняла. Дыхание начало выравниваться, и уткнувшись в платочек, она начала перебирать его запах. От магозоолога пахло мускатным орехом, высушенными травами и ароматом аскета. — Я не убивала ее… — шепотом сказала Харрис. — Недопонимание часто пугает нас больше неведения. Я вам верю, мисс Харрис, — отстраняясь от девушки и смотря теперь прямо в глаза, ответил мужчина. От этих слов внезапно где-то внутри кольнуло. Агата смотрела прямо в светлые, цвета золотистого меда глаза. Как вдруг по школе разнеслись звуки колоколов, оповещая учащихся о начатых занятиях. — Мне кажется, пора идти, — неловко произнесла Харрис. Сама Агата, девушка, которая могла дать отпор любому гриффиндорцу или быть единственной девочкой в квиддиче, сейчас смущалась перед своим новым профессором. Но, возможно, на нее подействовал пережитый шок, ведь девушка никогда не видела труп человека. — Да, конечно, можешь идти, — уступив место перед дверью, ответил мужчина. Первый предмет в расписании был «Защита от темных искусств». Его преподавала женщина с огненно-рыжими волосами, Квиринус Квиррелл. Быстро найдя нужную дверь, Агата вошла в кабинет, попутно извиняясь за опоздание перед учителем. Благо у мисс Квиррелл Агата была в любимчиках, не так как Римус Люпин или Грюм, но все же девушка выделялась среди других, так как такую магию и предмет было тяжело осилить женскому полу нежели мужскому, от чего профессор чувствовала гордость, когда Агата преуспевала в ее предмете не хуже других парней. В кабинете среди учеников было свободно лишь одно место, и было оно рядом с Люпином. Римус был, пожалуй, единственным гриффиндорцем, не считая Сириуса, который не предвзято относился к девушке. Так что Агата без проблем подсела к нему за парту. — Привет, — тихо прошептала Харрис. Парень кивнул в знак приветствия. — Тоже скучаешь по нашим Блэкам? — продолжил разговор парень. — Ты не представляешь как, — грустно улыбнулась девушка, вспоминая Нарциссу. — Тебе что-нибудь говорил Сириус? — все так же шепча, продолжила Агата. — В своем последнем письме он упоминал о Беллатрисе, говорил, что она чем-то больна, — Люпин знал, что может довериться Агате, так как Нарцисса была ей небезразлична. — Единственное, чем могла заболеть Беллатриса, это шизофрения, — изменяя тон на более грубый, проговорила девушка. — И то верно, но нам остается только ждать, — грустно улыбнулся Римус. Оглянувшись по сторонам, девушка только сейчас заметила косые взгляды учеников в ее сторону. — Почему они так странно смотрят? — злобно прошипела Харрис, одаривая их в ответ всем своим отвращением. — В школе, как всегда, ходят разные слухи. Не обращай внимания, — в поддержку девушке ответил парень. — Какие слухи? — не унималась девушка. — Труп Анны, который ты нашла, и надпись на стене. Они думают, что это мог сделать лишь тот, в ком течет чистая кровь, и он, как правило, должен быть из Слизерина. Да и эта надпись на стене не дает никому покоя. Сейчас для них главный подозреваемый — это ты, Агата. — Всегда знала, что гриффиндорцы не отличались умом, но не настолько. Зачем мне было нужно находиться на месте преступления? — прошипела Харрис. — Ты часто забываешь, что я из Гриффиндора, Агата, — обиженно прошептал парень. — Ох, прости, Римус, просто ты единственное исключение, — виновато посмотрела на парня девушка. — Мистер Римус, мисс Харрис, надеюсь, я не сильно отвлекаю вас от разговора, — обращаясь к ученикам, сказала профессор. — Извините, мисс Квиррелл, — в один голос проговорили они. Все последующие занятия для Агаты прошли как в тумане, ибо она не могла сосредоточиться на словах учителя, когда повсюду шушукались, произнося имя волшебницы. Косые взгляды учеников, даже от своего факультета, не давали покоя, привлекая к себе внимание. Быстро сдав работу по зельеварению и решив прогулять следующую пару по прорицанию, Харрис вышла за стены Хогвартса, направляясь к озеру. Погода на улице была подстать настроению волшебницы, такая же пасмурная и депрессивная. Дойдя до своего излюбленного места под огромным дубом, она присела на траву, опираясь спиной к деревцу. Достав из мантии пачку сигарет и не спеша зажигая одну из них между губ, Агата наконец расслабилась после первого выдоха белого тумана. «Что же могла значить эта надпись на стене, кто мог убить эту девушку? А главное — зачем?» «Раз мы не знаем, кто убийца, значит он среди нас. Это могут быть и ученики, и учителя». «А самое херовое — это то, что все подозревают меня» «Конечно, девушка с чистой родословной волшебников, тем более из Слизерина». «Чертов Салазар Слизерин, из-за этого мужика весь факультет нарекли ненавистниками волшебников из магглорожденных семей». Ее мысли прервал шорох и шаги ломающихся веток под ногами, от чего она в спешке начала тушить сигарету в руках, быстро вставая на ноги. — Так и знал, что ты тут, Агата, — смотря на девушку, начал парень. — Лестрейндж, чертов придурок, я думала, это кто-то из учителей, — грубо ответила девушка. — Как ты? — парень сел рядом с девушкой. — Сначала ты изменяешь мне с ненормальной девушкой, потом хочешь ударить меня, избегаешь меня целое лето, и сейчас ты спрашиваешь, как у меня дела? — возмущаясь, ответила девушка. Парень сел напротив нее. — Ты всегда так говоришь, когда тебе плохо, Агата, — смотря в глаза, продолжил парень. — Слушай, Агата, мне очень жаль за все, что произошло в том семестре. Ты же знаешь, какой я придурок, я часто совершаю ошибки, но ты должна дать мне шанс исправиться. Давай начнем все сначала, с чистого листа. Ведь мы оба знаем, что нам рано или поздно придется это сделать, так почему бы не сейчас? Ты мне не безразлична, Агата. Парень хотел было наклониться к девушке за поцелуем, как вдруг Харрис встала с места. — Ты настоящий придурок, Лестрейндж, — возмущению девушки не было предела. — Но этот придурок нравится тебе. Я всегда нравился тебе, и не спорь с этим, — парень в ответ встал напротив девушки. Он был прав. Лестрейндж был ее первой любовью. Плохой парень, за которым бегает вся половина девушек из школы. Он богат, красив, высок и накачен. Что еще нужно для полного счастья? — Ну же, Агата, не сопротивляйся, — потянув девушку за руку к себе, ответил парень. — Я знаю, что нравлюсь тебе, — прошептал он девушке на ушко. Харрис не сопротивлялась, но и не поддавалась парню. Воспользовавшись ситуацией, Лестрейндж приподнял подбородок девушки повыше и хотел было поцеловать, но Агата оттолкнула его руками, давая понять, что он ей противен. — Ты еще не остыла. Ладно, увидимся на обеде, — парень скрылся за огромным деревом. Девушка вытащила еще одну сигарету из мантии, садясь обратно на место. «Да что с тобой не так, Харрис?» Зарождающиеся мысли прервались от возникшего голоса из стороны леса. Тушить еще одну сигарету желания не было, их и так было в дефиците. Она подумала, что это кто-то из учеников, но удача, видимо, была не на ее стороне сегодня. Ведь перед ней возник силуэт профессора Ньюта. Он держал в руках маленькое существо, похожее на крота или огромную утку. — Нюхлер, тебе просто надо прогуляться на свежем воздухе, ты ведь… — не докончив предложения, он увидел Агату. Девушка быстро встала на ноги, пряча руки за спиной. — Вот черт, — прошептала Харрис, одной рукой пряча сигарету за спиной. — Мисс Харрис, разве у вас сейчас не должен проходить урок? — подходя ближе к девушке, спросил магозоолог. — У меня заболела голова, и медсестра сказала подышать мне свежим воздухом, — поправляя выбившуюся прядь волос, ответила волшебница. Саламандер хмуро глянул на девушку, достав из кармана палочку и взмахнув ею в сторону Агаты. Тело девушки, волей-неволей, направилось в сторону мужчины, а ее рука вышла из-за спины, протягивая Ньюту злополучную сигарету. — Вообще-то на учениках нельзя применять такого рода заклинания, — злобно начала Агата. — Вы не в том положении, чтобы мне угрожать, мисс Харрис, — спокойно произнес мужчина. Агата развернулась спиной, хотела было уже уйти. — Думаю, вы сами отдадите мне то, что нужно, — продолжил волшебник. — Не понимаю, о чем вы говорите, профессор, — ответила девушка, снова поворачиваясь лицом к мужчине. Саламандер разочарованно вздохнул, подходя к девушке вплотную, от чего Агата застыла на месте, почувствовав утренний запах, что исходил от мужчины. Он аккуратно расстегнул мантию на девушке, сняв ее полностью. — Холодно, мне из-за вас холодно, профессор Саламандер. И если я заболею, это будет полностью ваша вина, — протараторила Харрис. Мужчина, вынув оттуда пачку сигарет, мягко улыбнулся, надевая мантию обратно на девушку. — Я полностью приму вину на себя, мисс Агата, — застегивая пуговицы на мантии, ответил мужчина. Исправленный и отформатированный текст: Вновь возникшая близость заставила Агату снова ощутить странные чувства внутри. Его действия и слова были такими непринужденными, искренними, будто он говорил и делал то, что хотел, без какого-либо подтекста или подвоха. Но она не знала, как это называется. — Почему вы такой? Ньют недоуменно поднял на нее взгляд, но девушка уже отвернулась и побежала в сторону школы.