Coffe and lavender

      Томми весь день возился с Туббо и Ники. Это было определённо выматывающе, ведь помимо перетаскивания сена, девушка попросила парней ещё и помочь по хозяйству (разумеется, за награду — пряники с корицей). К ним присоединились Фанди и Карл, нечестно присуждая себе часть вкуснейших булочек от Ники, потому что почти всю работу мальчики сделали до их прихода, что в некой степени возмутило подростков. Лис начал рассказывать уморительные анекдоты и истории на пару с Карлом, из-за чего мальчики быстро поменяли своё мнение о незваных гостях, насмеявшись до боли в животе. Потом Туббо потащил Томми на пасеку к пчёлам, где они пробовали первый мёд за месяц. Мальчишки держали путь в поле, где мирно паслись коровы, а среди них их любимец — Генри, и по краям цвела лаванда, цикорий, и ромашки уносили своим лёгким запахом мечтания куда-то далеко, где жарко даже зимой. Ещё один тёплый и солнечный, полный счастья день, который надолго останется в воспоминаниях каждого из них.       Это выматывает… в разных смыслах.       Темнело. Томми, до изнеможения уставший, попрощался с Туббо и направился из деревни в Погтопию, с какой скоростью только позволяли ноющие ноги. Определённо, боль была скорее приятной, ведь проводя так почти каждый день, Инниту было лишь радостно лишний раз увидеть лучших друзей, поиграть, поговорить с ними, помочь им, зная, что всегда может вернуться…       …Сюда.?       По узкой лестнице с крепкими, но скрипучими бортиками, вытаскивая из волос стебельки оставшейся после поля соломы, Томми медленно спускался по ступенькам из булыжника и еловых досок. Он старался быть как можно тише, чтобы не нарушить негласные законы немого каньона вдали от Л’мэнбурга. Иннит проводит шершавой от сена рукой по древним стенам каньона, которые в некоторых местах содержали тонкие щели, с заботой смотря и вновь вспоминая историю, которую они в себе молчаливо хранят. Он беззвучно вздыхает, оказываясь в самом низу на последней ступеньке.       Зачем он сюда пришёл, опять?       Блондин поворачивает в такую знакомую комнату, тихонько приоткрывает дубовую дверь. Он попадает в некое подобие гостиной. Она слабо освещена тремя фонарями, стоящими в разных её частях. Иннит чувствует холодок, проходящий по его ногам, поэтому так же тихо прикрывает дверь, чтобы сохранить нужную температуру в помещении.       Каждый день он возвращается сюда к одному и тому же человеку. Привычка на грани с безысходностью.       На диване мирно лежит Вилбур, знатно подпортивший себе зрение (поэтому в очках) и с лёгкой увлечённостью читает книгу из личной библиотеки. Скрип двери едва слышно доносится до его ушей, и он знает, что это за гость, чего он хочет, какое у него настроение. Он знает всё об этой фигуре, неуверенно переступающей с ноги на ногу у двери.       Тихий выдох из глубины комнаты. Фигура неуверенно направляется к дивану. Вилбур прикрывает глаза, убирает книгу и очки вместе с ней в сторону.       Томми падает ему в руки, утыкаясь в тёплую кофту, сжимая кисти рук на широких плечах. Его прижимают сильнее в ответ.       Сут нежно целует светлую макушку много-много раз, сохраняя полную тишину. Такое немое общение нельзя прерывать ни в коем случае. Оно слишком важно для них, в особенности для подростка. Он медленно убирает лёгким движением руки последнюю соломку, висевшую в кудрявых волосах. Старший слегка зарывается рукой в блондинистые пряди. Забывается во времени рядом с Иннитом, и вдыхает всеми лёгкими едва ощутимый аромат, окруживший его с приходом голубоглазого…       Томми пахнет свежим сеном. Каждый день проводит в поле, лёжа в его стогах вместе с Туббо. Они рассказывают друг другу истории, которые, кажется, никогда не окончатся, пока мальчики будут так радостно проводить дни.       Томми пахнет теплом и мёдом. Несколько раз в неделю он ходит на собственную ферму Тоби по утрам, пробуя свежий мёд и наедаясь до сладкого жжения в горле. Томми набирает мёд в прозрачные баночки и с разрешения Туббо оставляет их у себя на зиму.       Томми пахнет заботой. Ники заменяет им старшую сестру, бережно прививая мальчикам важные качества и привычки. Она никогда не причинит им боли, поэтому мальчики доверяют ей всем сердцем и душой и любят, возможно, не как сестру, а как мать, хоть Ники и не на много их старше.       Томми пахнет лавандой. По выходным Ники печёт булочки и пряники, которые, будучи готовыми, душисто пахнут этим цветком. Иннит по велению девушки бегает на дальний край раскидистого поля и срывает свежие соцветия цвета иссопа. И с явным любопытством наблюдает за процессом приготовления, чтобы потом первым выхватить горячее изделие только из печки, и, обжигая руки, попробовать.       Томми пахнет утренним лесом и травой. Иногда он отправляется в походы с Эретом, Фанди и Филом, уходя до зари в Восточный лес. Он невероятно любит приключения и каждый раз спрашивает заранее о дне похода, воображая, как будет защищать старших от враждебных существ ночью, как они будут петь у костра песни под гитару, как они будут спать, пока тени от пламени будут подрагивать за деревьями, растворяясь в бескрайней темноте под треск брёвен.       Но возвращается он всегда в одно место.       Каким бы яркими и запоминающимися не были дневные приключения, вечера с Туббо, Карлом, Ники, Джорджем и ещё многими другими, Томми больше всего любит Вилбура. Его тёплые объятия, его мягкие пряди, что закручиваются на спадающей чёлке, его глаза, как омуты, тёмные с красной и оранжевой полосками на радужке, его, его, его…       Тепло жёлтой кофты проходит по всему телу, заставляя увлечь в сладкий сон. Томми медленно смыкает глаза, но не сбавляет чуткости. Он слушает, как глухо стучит сердце Вилбура. Он дышит всей грудью и вновь чувствует самые знакомые в жизни запахи.       Вилбур пахнет прохладным дождём. Хоть Томми и не часто видит старшего вне каньона, но прекрасно знает, что дождь — его любимая погода, поэтому всегда можно найти Вилбура, гуляющего в дождь по асфальтовым дорожкам, ведущими из Восточного леса в Л’мэнбург.       Вилбур пахнет старыми книгами. Он часто остаётся в тайной подземной библиотеке на целый день (книги из которой поштучно и даже чуть ли не постранично собирались после Взрыва). Сут часто перечитывает некоторые излюбленные книги. Несколько раз Томми, приходя раньше, чем мог предположить старший, слышал тихое гитарное исполнение старого гимна Л’мэнбурга. И был в тихом восхищении от таланта старшего петь. Наверное, в одиночестве у него получается лучше, потому как при Томми он поёт песни попроще и выглядит не таким серьёзным. Иннит решил не раскрывать, что слышал такие шедевры, ведь мог перестать их слышать абсолютно точно. Хотя, кто знает, может, старший когда-нибудь сыграет при нём этот гимн.       Вилбур пахнет холодным кофе, который почти никогда не допивает. Томми не знает, сколько спит старший, и спит ли вообще (?), поэтому не ругается, когда ему в руки попадают чашки с коричневым кругом от напитка внутри. Заодно ему известно то, что без кофе Вил жизни не знает, так как однажды чуть не попался под руку старшему, когда внезапно закончились все запасы кофе и пришлось купить в городе ещё.       Вилбур пахнет добротой и любовью. Да, наверное этот запах стал присущ ему, когда младший осознал свои чувства. Ведь… Вил всегда был на его стороне и помогал даже больше, чем вообще можно было представить. И даже когда все отвернулись от Томми из-за подозрения в предательстве, он всё ещё мог вернуться сюда, где его встретил Сут и нежные объятия. Томми помнил, что тогда в сердце билось тёплое чувство защищённости, любви и доверия, уши слышали нежные слова поддержки, а лицо осыпали небрежные поцелуи, такие важные и до боли в груди желанные. Всё дышит добротой и любовью в этом человеке, каким бы ни был он на первый взгляд и иногда, и Томми любит это в нём.       — Спасибо, — тихий шёпот, слетевший с губ подростка едва уловим, так как приглушён тканью кофты. Томми знает, что он был услышан и медленно засыпает.