Гарри Джеймс ... Малфой?

Проснулся Гарри поздно. Видимо Люциус попросил после вчерашнего вечера не трогать мальчика. Поттера трогали любые воспоминания о его родителях. И он до сих пор не мог определиться, как ему относиться к Малфоям в этой роли. Принять их заботу казалось ему предательством памяти собственных родителей. Если бы они унижали его, как Дурсли, было бы другое дело. Но как быть сейчас, когда Люциус не пытается его убить и вернуть Волан-де-Морта. Или всё-таки попытается? Не удобнее ли это сделать, когда они под одной крышей? Ответов на эти вопросы у него пока не было. Отсиживаться весь день в спальне было бессмысленно, и Гарри всё же спустился вниз. Малфои ещё все ещё сидели за столом. - С Рождеством, Гарри, - прогрохотал Люциус. – Мы уже хотели посылать за тобой Драко. Но оторвать его от подарков невозможно. - Гарри, быстрее иди, тебе пришла целая куча подарков. Действительно под ёлкой ещё оставалось приличное количество ярких коробочек. Но внимание Гарри сразу привлек незаметный сверток – мантия-невидимка, отправленная ему Дамболдором. Гарри не хотелось, чтобы Малфои узнали об этом подарке. Поэтому сверток Поттер решил не замечать. Подарков и поздравлений было много. Большей частью от совершенно незнакомых Гарри волшебников. Но стоило мальчику зачитать поздравительную карточку, как Люциус рассказывал, кто является отправителем. Всё это казалось неизбалованному подарками мальчику жутким лицемерием. Ему было бы приятнее вместо всего этого получить вязаный вручную свитер миссис Уизли. Когда Гарри попытался собрать подарки и отнести их наверх, Драко странно на него посмотрел. -Оставь, - сказал он, - эльфы отнесут. Внезапно Гарри вспомнил о Добби. Сумеет ли он заручиться доверием эльфа, если воспитывается в доме его хозяев? Надеются ли эльфы на него, при том что его воспитывает семья Пожирателя смерти? Гарри ощутил острую тоску по миру, из которого его выдернули. Перед отъездом Люциус позвал Гарри, чтобы поговорить. - Драко рассказал, что ты дружишь с маглорожденной девочкой по имени Гермиона. «Началось», - подумал Гарри, и ему захотелось закатить глаза. - Да, это так, - мальчику хотелось, чтобы его голос звучал резко. - Не стоит этого делать Гарри, всё-таки мы чистокровные волшебники и дружба с подобными… - Не обижайтесь, мистер Малфой, - Поттер специально перешел на официальный тон,- но я сам могу решить с кем мне дружить, а с кем - нет. Гермиона очень умная и талантливая волшебница. И её происхождение не имеет никакого значения для меня. Напомню, что моя мать тоже родилась в семье маглов. Люциус слегка опешил, видимо ему ещё не приходилось получать от Гарри такой отпор. - Что ж, если ты так решил, то пусть будет так. - И вообще, разве подобные взгляды не устарели, - Гарри всё не мог остановиться. - Это в Средневековье маглорожденные волшебники доставляли много проблем. Они были неграмотны, суеверны, а после окончания школы многие применяли свои знания для обогащения и обмана простых людей, но времена изменились. - Меня радуют твои обширные познания по истории магии, - Люциус вымученно улыбнулся, было видно, что продолжать в это ключе не входило в его планы. Всю дорогу до вокзала Гарри не проронил ни слова. Драко видимо почувствовал, что стал причиной неприятного разговора между названным братом и отцом и тоже помалкивал. Скомкано попрощавшись с Малфоями, Гарри сказал, что хочет найти своих однокурсников, и пошел к толпе гриффиндорцев. Пока Гарри ехал в поезде его обуревали тяжелые мысли. Он совсем забыл, что в школе до сих пор находится Философский камень. И что профессор Квиррелл по-прежнему пытается найти способ его украсть. Стоит ли ему вмешаться, учитывая что Камень Волан-де-Морту без Гарри не достать. Слишком тяжелая ноша обрушилась на его плечи. Кто мог предположить, что предпринимать что-то, зная все события наперед, так трудно.