Политкорректность

Кимберли сделала вид, что оказалась в шоке. — Я не понимаю, — произнесла она с мастерством перзвозданной актрисы, а ведь некогда она брала курсы в театре. Директриса, сузив глаза за стёклами очков, направилась в сторону Кимберли совсем как лиса на добычу. Но добыча не выглядела испуганной. — Твоя одноклассница выглядит подавленной, — начала цедить директриса. — Мы нашли ее заплаканной и на грани истерики в кабинке женского туалета. Сказали, ты была последняя, кто вышел оттуда. Что произошло, Кимберли? Что ты сказала ей? — Что произошло? — ухмыльнулась горько девушка, тоже сузив выразительно подчеркнутые глаза. — А мне почем знать? Я была в туалете только для сплавления нужды, миссис Бейкер. Никакого плача я не слышала. Директриса Бейкер словно буравила Кимберли своим острым взглядом. — Кимберли, если тебе есть, о чем рассказать, то сейчас самое время. — Мне не о чем говорить, миссис Бейкер. После нескольких минут напряженного молчания, в течение которых миссис Бейкер пыталась расколоть девушку давящим взглядом, Кимберли вышла из кабинета директора, и глаза ее сверкнули не добрым огнём. — Ах ты ж мерзавка, — прошипела она себе под нос, но в ту же секунду миловидно улыбнулась проходящему мимо однокласснику. — Ты у меня ещё получишь, мелкая стерва. Отстукивая ритм на острых каблуках, она направилась туда, где ее меньше всего ждали. То был пустой учебный кабинет. Солнце ярко освещало апельсиновыми оттенками парты и стулья. — Вот ты где, Лиззи. Зарыла голову в песок, как страус, после всей фигни, которую натворила? — Не лезь ко мне, Кимберли, — ответила Элизабет, вжимаясь в стул за последней партой. — Хватило того, что ты сделала. Ким улыбнулась краешком губ, вспоминая, что именно она сделала. Мокнула голову Элизабет в унитаз. И ту вырвало прямо в этот грязный унитаз. — Не хватило, Лиззи, — елейно произнесла Кимберли, оправляя свои блестящие локоны. — Потому что миссис Бейкер зациклилась на мне. Может, сказать ей, что милая, порядочная, скромная Элизабет отсасывала сегодня в туалете ее единственному сыночку? Элизабет сверкнула глазами, и хотела вскочить со стула, чтобы хоть как-нибудь ответить на оскорбления, но Кимберли продолжила речь в своей театральной манере. — Как тебе на вкус член директорского сына, а? Как тебе член моего парня, Лиззи? — Ким улыбнулась. — Я ничего не сказала миссис Бейкер. Пока что. Напряженно замерев, Элизабет молча проглотила все гадости, высказанные Кимберли. А что можно ответить на прямую правду? — Что ты от меня хочешь, Кимберли? — пробубнила Лиззи, отворачивая голову к окну и, казалось, еще более вжимаясь в стул. — Я дам знать. Не расслабляйся, — подмигнула Ким, крутанулась на каблуках и уверенно выпорхнула из кабинета. — Чертова латинос, — злостно выплюнула Элизабет за спиной “подруги”. Ким шла в сторону школьного парка, чтобы глотнуть свежего воздуха. Ей было паршиво на душе оттого, что ее парень изменил ей с какой-то там заучкой Элизабет прямо в туалете. Учитывая, что у Кимберли с ним ещё даже не было секса, то обидно было ещё больше. Ну ничего, эта идиотка не знает, с кем связалась. Ким устроит ей настоящий ад на земле. Смахнув непрошеную слезу, девушка села на скамейку, чтобы выровнять дыхание и вернуть самообладание. Не время раскисать. С Джаспером они встречались всего месяц, и Ким ещё не была готова вступать с ним в сексуальные отношения, откладывая это на более подходящий момент. Видимо, для Джаспера это не было чем-то святым, как для неё. Ну и хер с ним. Хер с ним. Через три дня ей исполнялось восемнадцать. Видимо, это и был подарок от Джаспера. “Сюрприз, Кимберли!” Тяжело вздохнув, Ким только хотела проверить свой мобильный, как в него сразу же позвонили. Звонил их дворецкий. — Мисс Суорес, вам стоит быстрее приехать домой. — Что такое, Джон? — Шофёр ждёт вас у школы. — Джон... — возмутилась Ким, но дворецкий уже трусливо повесил трубку. Невиданная наглость. Кимберли ещё поговорит с ним. Как только она оказалась дома, то услышала голос матери, доносившийся из кухни: — Сегодня ужин с меня, детка. Я распустила прислугу на этот вечер. Ким прошла в сторону кухни, и в этом огромном помещении среди мрамора и продуктов нашла свою мать. Она помешивала соус в кастрюле деревянной ложечкой, одновременно проверяя на готовность макароны в другой кастрюле. Там же на других конфорках варилось еще несколько блюд. И что всегда поражало Ким в такие моменты — так это идеальная чистота вокруг ее матери. Не было раскиданных овощей, рассыпанной муки или разбросанной кожуры. Ее мама была слишком идеальной. Это была статная женщина, унаследовавшая от своих латиноамериканских предков яркую внешность. Пышные волосы, подтянутое тело, идеальные зубы. Не удивительно, что ее отец, член палаты Представителей штата Вайоминг, мужчина серьезный и властный, не смог устоять перед жгучей красотой ее матери. — Что за срочность, мам? Мы ждем особого гостя? — Ким положила свою сумку от «Прада» на барную стойку и прошла ближе к своей маме, зацепив по дороге яблоко из вазы. Запах специй усилился в носу по мере приближения к плите. — Мы с твоим отцом отправляемся завтра утром в Сакроменте. Ему предстоит посетить несколько деловых встреч в течение этой недели, а я давно не была в отпуске, поэтому мы решили провести эту неделю там вместе у озера. — Вот оно что, — задумалась Ким, сожалея о том, что останется одна. После болезненного расставания с Джаспером она надеялась скрасить свое одиночество с семьей. — Это же здорово. Я рада за вас с отцом. — Да и на твой день рождения ты хотела вечеринку с друзьями, повеселишься. Ким печально улыбнулась. У нее были совершенно другие планы на восемнадцатилетие. Побыть с Джаспером наедине, например. А теперь придется закатывать вечеринку и напиться в хлам, чтобы позабыть всю эту боль. — Я хотела позвать Меган на ужин, — сказала Ким, и мама одобрительно кивнула. – Отлично, с шарами разобрались! – Меган устало потянулась, отодвигаясь от экрана ноутбука. Они поужинали недавно, и теперь готовили план вечеринки, которой до этого даже не было в планах. – До твоего дня рождения осталось всего три дня, с такими темпами мы ничего не успеем. Кимберли оторвала взгляд от телефона и посмотрела на подругу, лежа на кровати. Голову не покидала мысль о том, что она совершает преступление, оказавшись на этом сайте. Но, с другой стороны, что может случиться плохого? «Много чего», — подсказывало подсознание. – Все должно быть идеально. Восемнадцать лет в жизни исполняется лишь однажды. Я хочу запомнить этот день. Хочу, чтобы все запомнили этот день. Меган добродушно улыбнулась. Первый раз, когда она увидела Ким, она испугалась, что им придется учиться вместе. Это была мулатка среднего роста, с густыми каштановыми волосами и цепким взглядом – яркая, запоминающаяся личность. И тем не менее, Кимберли Суорес обладала репутацией хладнокровной стервы среди всей школы. И вот теперь глядите, милая Меган оказалась ее лучшей подругой. – Думаю, тебе не о чем переживать, Ким. Большую часть дела мы уже решили, все заказали. Дай бог, мы отлично повеселимся. – Уже поздно, – заметила Ким, глядя за окно, на сгущающиеся сумерки. – Я отвезу тебя. – О нет, Джейк заберет меня, – Меган бросила взгляд на свой телефон. – Догадываюсь, что он уже тут. Кимберли подскочила с кровати. – Пригласи его зайти? – предложила она, надеясь познакомиться с парнем своей подруги. – В другой раз, милая, – дала заднюю Меган, подбирая с кровати свою сумку и перекидывая ее через плечо. – Его родители сегодня хотят познакомиться со мной и зовут на ужин. Ким поджала губы и поднялась с постели. – Что ж, тогда хоть провожу тебя до двери. Запахнув шелковый розовый халатик на пояс, Ким последовала за Меган в сторону выхода. Они прошли через коридор в стиле неомодерн, спустились на первый этаж в просторный и дорого обставленный вестибюль. Прошлепав до двери в домашних туфельках с каблучком и розовым пушком на носке, Ким открыла дверь, впуская внутрь августовский душный ветерок. – Увидимся завтра, – тепло улыбнулась Ким своей единственной подруге. – Хорошего вечера. – Спасибо, увидимся, – Меган поцеловала подругу в щеку и выпорхнула на улицу навстречу серому кадиллаку. Ким вздохнула, постояла у порога еще несколько секунд, глядя на отъезжавшую машину, и закрыла дверь. Вернувшись в свою комнату, она подобрала с кровати телефон, разблокировала его через face id и открыла скрытую страницу браузера. Это был запрещенный сайт, который предлагал услуги девушек легкого поведения. У Кимберли чаще застучало сердце, когда она перечитала сообщение, которое отправила администратору сайта. «Тридцатого августа я праздную свой день рождения. Мне исполняется восемнадцать, и я хочу лишиться девственности. Мне не нужно денежное вознаграждение, я не шлюха, я богата сама по себе. Но я хочу, чтобы это было так же с состоятельным, высоким, красивым мужчиной, желательно около тридцати лет, в дорогом номере отеля, роскошно и при свечах. P.S.: И да, это все только на одну ночь. Рейн Фостер»