Сумрачное восстание

Практически белый, но с серебряным налетом дракон летел над скалами, развернув большие крылья, с поблёскивающей снегом мембраной. Ледяной повернул голову в другом направлении, где на уступе одной из скал его дожидалась радужная. Дракон приземлился неподалёку от нее, слегка царапнув холодный камень острыми когтями, и с каменным выражением морды посмотрел на радужную. — Ты монстр! — Завопила дракониха, тут же встав с места и дёрнувшись к ледяному, выйдя вперёд. Она развернула воротник, который тут же окрасился в красный цвет. — Т-ты убил его! Я-я… Я думала тебе он нужен был для хороших целей… Как ты мог?! — Внутри ее распирали эмоции. Гнев, боль и печаль смешивались внутри, вырываясь наружу криками. В голосе, лишенном надежды, звучала ярость. На глазах выступили слезы, но чешуя радужной все ещё была окрашена в ярко красный цвет злобы. Они скалила свои длинные клыки на дракона. В любой момент из них могла выскользнуть струя чёрного, уничтожающего все живое яда, направившись точно в глаза ледяному, который все с тем же каменным выражением морды сидел на краю уступа, оценивающим взглядом рассматривая ощетинивавшуюся радужную. — Я не дам исполнится этому пророчеству. Никогда. Ты слишком наивна Лотос. — Прозвучал грубый голос ледяного дракона. — Пророчеств никогда не существовало, это просто написаные сказки для драконят, в которые верят уже взрослые драконы. Их не существует. Лотос сделала пару шагов назад, чувствуя холод скалы, обжигающий лапы. Она могла бы сейчас на него накинутся, вонзить когти в плоть, и чёрная жидкость зашипела бы на его чешуе, выжигая бесстрастное выражение с морды... Но… Нет, она не жестокая, она не причинит боль, как это сделал ледяной. Она придумает лучший вариант, как отомстить. — Ты знаешь почему, я не дам ночным вновь существовать на этих землях. — Серебряный поднял лапу, и на какой то момент радужной показалось, что он собирается ударить ее, но нет. Острый, зазубренный коготь указал на темнеющий на светлой, поблескивающей под светом лун чешуе шрам, перечеркивающий часть морды около блестящего глаза. — Это ещё не всё. Они практически убили весь род ледяных. Если они вернутся, то это будет катастрофа. Они слишком сильны. Запомни это. Радужная зажмурилась, сжимая зубы. Ее когти вонзились в камень, отдаваясь болью в пальцах. Она тихо прошипела свои последние слова на этот разговор, чувствуя как ее голос едва заметно дрожит от напряжения и ненависти — Нет… Скал. Никогда. — Дракониха раскинула крылья, и кинув последний взгляд на дракона, оттолкнулась задними лапами от скалы, и тут же взмыла в небо, улетая как можно быстрее от ледяного, чей пристальный взгляд сейчас буквально сверлил ее чешую. Он убил двух ночных, но третий останется жив и все будет как она сказала. Лотос пронеслась над первыми, редкими рядами деревьев, которые густели с каждой секундой, когда она приближалась к радужному королевству. Прижав крылья к бокам, она стремительно спикировала в заросли, задев крылом пару лиан, и спугнув тройку птиц, которые со слишком громким для и без того дёргающейся от каждого звука радужной клекотом слетели с ветвей. Она помчалась со всем ног в переплетения ветвей и листвы, а ее сердце бешено колотилось в груди, едва ли не выскакивая наружу. Ощущая биение в лапах, пульсацией отдававшее в ушах, Дракониха выбежала на небольшую поляну, где под светом трёх лун лежало серебряное яйцо. Она кинулась к нему на подгибающихся от волнения лапах, осматривая со всех сторон блестящую, серебряную скорлупу, под которой едва заметно ворочался силуэт маленького дракончика « Целое и невредимое… » мелькнула спасительная мысль в голове, и радужная дрожащими крыльями обняла его. В голове опять всплыли ужасные вещи, которые Лотос тут же откинула, прижимая к себе яйцо, в котором шевелился дракончик. Нет, будущий ночной драконенок будет добрым. Не будет ни войны, ни хаоса… Всё будет спокойно…