Моя тайна

      В Брикстоне, в одном из самых криминальных районов Лондона находится небольшой сиротский дом, в котором разворачивается нешуточная сцена. Маленькая одиннадцатилетняя Лилия Дей прячется за комодом в крохотной комнатке, в которой проживали, по меньшей мере, еще 6 девочек, включая её. Комната была действительно маленькая: стояли три двухэтажные кровати, небольшой стол у самого окна и небольшой комод слева от двери. И вот в проеме между комодом и стеной забилась наша малышка Лилия. Она пряталась от детей, которые вечно её задирали. Лилия не понимала, почему привлекала к себе столько внимания, её считали слишком красивой, хотя она себя таковой не считала. Ли была маленького роста, со светлой почти белой кожей, её миловидное лицо обрамляли длинные черные вьющиеся, как пружина волосы до поясницы, а пухлые губы и большие карие, почти черные глаза придавали ей образ самой дерзкой девчонки. Безусловно, девочки могли завидовать такой внешности, ведь сами-то они не могли похвастаться такими чертами, но Лилия никогда не давала повода для зависти. Или давала? Ведь все мальчишки хотели, заполучить хоть толику её внимания (Как же ей это досаждало).       Лилия просто хотела спрятаться от приставучих мальчишек и от выходок этих девчонок. И на сей раз эти дурацкие выходки её совсем довели. Они пытались поджечь её волосы! Зависть штука плохая. А слегка подпаленные волосы еще пахли гарью. Неизвестно почему, но у них не получилось поджечь их, наверное, слишком густые, подумали они. Что еще сильнее их разозлило. Она не хотела, чтобы её нашли, но в таком маленьком доме довольно сложно спрятаться. Как же ей хотелось побыть одной… подальше от назойливых людей.       «Вот бы сейчас исчезнуть, чтобы они меня не видели»,- думала она, спрятав голову руками. И тут, как назло, в комнату врываются они, и главная задира Кира Бут визжит: «Ну и где этот чертов сорняк?!». Для своих четырнадцати лет Кира была довольно крупной и высокой, и этим всех пугала. Даже некоторые мальчики боялись к ней подходить. А её лицо лошадиного типа отпугивало другую часть мальчиков. И тонкие волосы мышиного цвета совсем не придавали ей красоты. Кире, наверняка, не нравилось в Лилии именно то, что ей не приходилось что-то делать, чтобы привлечь внимание парней. Но Кира не отчаивалась и пыталась силой добиться желаемого. Вот возле нее и сформировалась целая банда, и если ты отказывался ей потакать, то тебя нещадно гнобили. А Лилия у нас девчонка не из робкого десятка и себя в обиду не даст да и потакать собой не позволит. Вот и пытаются они всей своей девчачьей шайкой приструнить её. Но за все 11 лет её жизни в приюте они ни на йоту к этому не приблизились. Как ей это удалось? Просто она самая дерзкая и необузданная постоялица этого приюта. Даже воспитатели не могли с ней справиться. Но, не смотря на всю свою дерзость, Лилия предпочитала не затевать драки – она их заканчивала. И самым лучшим подарком для нее было одиночество. А в приюте это было получить ой как сложно.       И вот толпа девчонок во главе с Кирой стоят посреди комнаты и оглядываются в поиске своей жертвы. Что может быть сложного найти в маленькой комнате, ничем лишним не обставленной, одну мелкую девчонку? «Да куда же делась, мелкая дрянь?!», – не унимаясь, орет Кира, заглядывая под кровати. «И здесь её нет! Куда она могла деться? Ты! – указывает на светловолосую девочку по имени Нэтели. – Иди, поищи во дворе, она не могла далеко уйти». И она беспрекословно последовала её приказу. А Лилия сидит и не понимает: «Вы что слепые? Ты же прямо напротив меня стоишь, дылда! Боже, как можно быть такой агрессивной? Ах, ну да, я всё время забываю, что её умственный диапазон ограничивается “остроумными” фразочками типа “сорняк”, ”дрянь”, ”больно умная что ли?”. Что же на этот раз тебя так сильно разозлило малышка Кира? – наклоняя голову, и рассматривая её, думает Ли. – Что-то я не припомню, что же я могла сделать такого вопиющего». Касаясь указательным пальцем своих губ, думала Ли, но так ничего и не вспомнила. От раздумий её оторвал робкий голос Нэтели из коридора: «Её нигде нет, я…я не нашла её». И только Кира собралась ударить Нэт, за…да просто так! Просто потому, что не смогла сделать так, как надо ей. Прямо напротив неё, в том самом закутке между стеной и комодом появляется наша храбрая Ли: «Может, хватит уже? Успокойся! Что она тебе сделала?».       «Ты…ты как так? Откуда ты…я же..я же смотрела там…ты же напротив меня…», - мямлила Кира. Вид напуганной Бут будет еще очень долго забавлять Ли, она чуть не прыснула с этого зрелища, но нужно было держать серьезный вид, перед ними нельзя показывать слабость, нельзя быть настоящей. И, скрестив руки на груди в оборонительной стойке, с вызовом посмотрела на Бут. Но Кира Бут была бы не Кирой Бут, если бы вмиг не пришла в себя. Она все-таки “главарь банды”, и ей нельзя падать в грязь лицом тем более перед этой девчонкой, что так нагло делает ей вызов при всех. «Да как она смеет, посягать на моё место?!»,- всё думала Бут, и эта ярость отражалась в её зрачках, плясала свирепым огнем. И если бы взглядом можно было убить, то все в этой комнате были бы мертвы. «Тыы…мерзкая, отвратительная дрянь! Ты мне всё испортила! Твоя… твоя рожа вечно маячит у меня перед глазами!», - яростно вопит Кира, хватает Ли за подбородок и припечатывает к стене. «А что если немного подправить твоё смазливое личико, а? Думаю, тогда ты даже троллю не понравишься». «Кира, что ты хочешь сделать? Тебе же потом попадёт», - со страхом говорит одна из “банды”. На что Кира лишь огрызается: «Мне ничего не сделают! Я не боюсь… а вот этой соплячке стоит бояться», - улыбаясь, добавляет она, хотя её улыбка скорее напоминает оскал, который не предвещает ничего хорошего. И с этими словами она хватает Ли за волосы и бросает на пол. Хватка её слишком сильная, и у Ли не получается вырваться. Кира нависает над ней и зажимает рот. А Ли яростно отбивается, бьет руками и ногами, пытается отвернуть голову, но у неё не хватает сил на то чтобы сбросить её с себя. ̶ А ну держите её! Живо! - орет “главарь банды” ̶ Кира, не надо. Зачем? ̶ Молчать! Если ты не хочешь оказаться на её месте, конечно. И все подчиняются, ибо быть на месте Ли никому не хочется. Но, даже не смотря на то, что Лилию “связали” по рукам и ногам, она не сдаётся и брыкается, а в глазах по-прежнему играет вызов. Этим взглядом она говорит, что так просто её не сломить. Это тебе не забитая Нэтели, которая собственной тени боится. «Я тебя не боюсь! Что ты мне сделаешь? Давай же! Вот она я» А далее всё происходит слишком быстро и в то же время безумно медленно. В руке что-то сверкнуло. И что-то холодное коснулось лица Ли. Коснулось левой брови и пошло вниз по лицу до самого подбородка. А в уши проник душераздирающий крик. Сложно было понять, кто кричит. Крик окутал всё вокруг, и где-то далеко был слышен безумный смех. Боль пронзила всё моё тело. Я уже не могла понять, где она начинается, а где заканчивается. Я и была болью. И во мне её скопилось столько, что стала превращаться в ярость. Ярость наполнила всё моё тело. Она хотела выйти из меня. И вдруг меня окружил какой-то светлый комок энергии, и я почувствовала себя в безопасности, не смотря на то, что тело и лицо по-прежнему “горели”… И потом резко наступила тишина. Такая оглушительная тишина. Меня уже не держали ничьи руки, и не ощущалась тяжесть на теле. На мне никто не сидит. В левый глаз что-то попало, правый заплыл, не могу толком ничего разглядеть. Только силуэт напротив меня и красная стена. Что, чёрт возьми, стало? И я провалилась в пустоту…

*** Обычный трудовой день в министерстве магии. Люди спешат по своим делам. В лифте летают самолетики-записки. Всё как всегда. Люди обсуждают рабочие вопросы. Кто-то делится своими секретами, кто-то обсуждает очередную сплетню из ежедневного пророка. Ничего необычного. И в такой привычный день Бартемий Крауч направлялся на работу. Он как глава отдела обеспечения магического правопорядка имел возможность приходить позже обычного на работу. «Сегодня в 2 часа встреча с Министром Магии, до этого надо разгрести бумаги, накопившиеся за пару дней. Надо будет еще заскочить на обед к мадам Шоклбот, у неё есть безумно вкусные кексы. Сегодня не очень много дел, должен успеть домой к 5 часам », - рассуждал про себя Крауч. Как тут к нему подбегает запыхавшийся Том Кроуфорд, его заместитель, и что-то мямлит невразумительное. – Том! Да можете вы сказать нормально? Не надо тут разводить театр. Что случилось? Вы порой меня удивляете. Том, вы слишком эмоционально ко всему относитесь. А теперь успокойтесь, и толком всё мне объясните. – Сегодня полчаса назад в магловском районе Брикстона был зафиксирован сильный всплеск магии, сэр. – Так в чём проблема? Отправьте группу людей, пусть проверят. – Уже, сэр. Группа доложила, что происшествие произошло в приюте для детей. Сэр…погибли 5 маглов…детей. Всё было в крови. Одна девочка выжила, её доставили в магловскую больницу с глубокими порезами по всему телу. Мы не понимаем, что могло произойти, как такое вообще возможно? Кто способен на такое? Как только девочка придет в себя, мы допросим её. А пока наши люди общаются с воспитателями и ищут свидетелей, и улаживают вопросы с магловской полицией. «Вот тебе и спокойное утро…», - пронеслось у Барти в голове, а вслух лишь сказал: «Я должен лично всё проконтролировать. Я сейчас же отправлюсь на место. Вы докладывайте мне сразу же по мере поступления информации. Мы должны во всём разобраться как можно скорее. И проследите, чтобы в прессу не утекла эта информация. Лишний шум нам ни к чему». И развернувшись сразу же отправился в тот самый приют. «Это ж надо…пять маглов погибло, это просто скрыть не получится, но хотя бы отсрочить до выяснения всех обстоятельств». И вот Бртемий Крауч в столь “прекрасное” утро стоит уже на пороге небольшого дома. На улице снуют не подозревающие беды маглы, а в доме уже полным ходом идёт расследование. Барти никак не решается зайти, как вдруг двери открываются, и на него смотрят заплаканные глаза женщины, должно быть это воспитательница. – Вы начальник? Мне сказали, что вы должны будете подойти, - сквозь всхлипы говорит женщина средних лет. Меня зовут мисс Беркли, я старший воспитатель, и это я нашла…наших девочек, - сильнее прежнего завывает мисс. Крауч не знал, что надо сказать женщине в такой ситуации, поэтому просто представился: «мистер Крауч»,- и вошел в дом. После того как его провели на второй этаж к той самой роковой комнате, в его жилах застыла кровь. Да, пусть мистер Крауч и видел много страшного, но от вида комнаты, в которой всюду детская кровь, можно прийти в тихий ужас. «Что же такого могло произойти? Мы не узнаем, пока не допросим выжившую девочку. Может это приспешники Того-кого-нельзя-называть учиняют расправу над маглами? Но почему же детей. Этого я никак не могу понять». Тела девочек уже осмотрели на предмет магической травмы, и их убрала магловская полиция. – Сэр, хорошо, что вы здесь. Мы проверили, девочек не подвергали никаким заклятьям, они погибли от сильного удара. Это была мощная магическая волна, такого давно не было зафиксировано. Остается загадкой, почему одна из них отделалась лишь порезами. Возможно, может быть, эта девочка волшебница, но откуда у такой юной ведьмы может быть столько энергии? – Я не знаю, Клифорд. Мне нужно увидеть эту девочку. Возможно, я знаю, с чем мы имеем дело. Где она сейчас находится? – Её отправили в больницу вот по этому адресу,- и протягивает листок. – Так, я сейчас отправляюсь в больницу, а вы, когда закончите всё, отправьте стирателей. Эта женщина не должна помнить такое.

*** Спустя неделю Господи, почему так больно? И почему так темно? Где вообще я, что стало? Так, Ли без паники. Что последнее ты помнишь? Думай, думай… Я пряталась от всех, потом пришла Кира, и начала на меня наезжать, они меня держали… и... дальше… кровь?! О, ужас! Давай же открой глаза! Почему так сложно открыть глаза? Как тут светло. Даже глазам больно. Вижу, кто-то напротив меня стоит. Хочу спросить, что тут происходит, а из горла выходит только хрип… – Тише, тише Лилия. Всё хорошо. Ты сейчас в больнице. Ты целую неделю была в коме, поэтому это нормально, что сейчас у тебя нет голоса. Что, простите? Какая ещё кома? Неужели меня так сильно избили… вот больные люди! Ну, я им ещё устрою! Смотрю на свои руки, все в бинтах, и что-то еще на лице. Собираю все силы, что у меня есть и произношу: «Что стало? Почему я здесь?». – О, малышка, Ты не помнишь, - как бы утверждая, сей факт, говорит медсестра. – Я… на меня напали, и потом кровь была… - в панике говорю я – Ну,ну,ну…не говори сейчас, тебе надо восстановиться. Сейчас тебе нужно поесть. Я сейчас принесу. И с тобой еще хотели поговорить, - медсестра замялась,- кое-какие люди на счет того, что произошло, ну я сейчас приду. Медсестра вышла из палаты, а я решила оглядеться. Палата была довольно просторной, по сравнению с комнатой в приюте. По правую сторону было окно, и всякие компьютеры от которого идут провода ко мне. Да, черт возьми, неужели меня так сильно приложили… А что же с лицом у меня? Левой рукой касаюсь лица, всё перебинтовано. Нужно зеркало. Где же тут зеркала? И тут в палату заходит мужчина, не смотря на протесты медсестры. – Ей сейчас нужен покой! Как же вы не понимаете. – Я не займу много времени, я и так уже целую неделю жду! Это очень важно. – Кто вы? – решаюсь я спросить. – Меня зовут Бартемий Крауч. А вас…? – Лилия Дей, сэр. – Извините, мисс вы можете нас оставить? – обращается он к медсестре. Та кивает и уходит. И обращает своё внимание на меня: « Мне нужно спросить вас, что из последнего вы помните?» Я задумалась и уставилась на свои руки: – Сэр, я пряталась от других детей, они мне часто досаждают. И как всегда я была за комодом, и потом пришли мои соседки. Но…почему-то они никак меня не могли найти, я не понимаю как такое возможно? Да, я думала о том, чтобы они меня не нашли, но это же невозможно? – и теперь перевожу взгляд на мужчину, который присел на стул возле моей кровати, как бы ища подтверждение своим словам. Но он просто смотрит на меня и молчит. – А потом они меня схватили и повалили на пол, они меня держали, а эта Кира,- выплевывая её имя, произнесла я,- у неё что-то было в руке, а потом мне было жутко больно. Было чувство, будто я и была самой болью…, а потом тишина… и кровь на стене. Это всё, что я помню. – Хорошо, спасибо. Поправляйтесь, - он встает и продвигается к выходу. – Сэр, но что же произошло? - прямо у дверей окликаю я его. – Это мы и пытаемся понять, - и, не дав мне ещё что-нибудь спросить, уходит. Спустя еще неделю ̶ Милая, пойдём на перевязку ̶ Да, хорошо. А можно мне сегодня посмотреть в зеркало? ̶ Ты уверена, что готова? ̶ Нет, но я всё равно рано или поздно увижу. Вот медсестра снимает бинты и протягивает мне зеркало. Смотрю в зеркало, а на меня в отражении смотрит ужасно испуганная девочка, щеки впали, а белая кожа стала еще белее, если такое вообще возможно, черные глаза потухли, а всё лицо “украшал” огромный шрам от брови до подбородка: «Меня что мясники штопали?», - с ноткой ехидства говорю я, и пытаюсь дотронуться до этого шрама. После процедуры, я все-таки решаюсь спросить еще кое-что: ̶ Извините, а можно узнать, что с остальными девочками? Перед тем как отключиться я видела кровь на стене. Медсестра немного опешила от такого вопроса и не решалась заговорить: ̶ Понимаешь, когда вас нашла ваша воспитательница, ты потеряла очень много крови, а другие девочки…они уже…они погибли. Я впала в ступор. Как погибли? Этого не может быть. Почему? ̶ А как? Что с ними стало? ̶ О, милая…зачем тебе эти подробности? ̶ Просто скажите мне, - сквозь зубы говорю я. ̶ Ну, раз ты так хочешь знать… они все сильно ударились головой, смерть наступила почти мгновенно. Как это произошло, я не знаю. Довольна? ̶ Да, спасибо,- как-то неуверенно говорю и снова возвращаюсь в тот день. ̶ И ещё, к тебе сегодня снова кое-кто должен прийти, представился как учитель какой-то частной школы, или что - то вроде того, я не в курсе. Буквально спустя пару часов, в мою палату входит мужчина весь в чёрном, с черными, как смоль волосами и безумно хмурым лицом. От его взгляда мне стало совершенно неуютно, складывалось такое впечатление, что это я пришла к нему, и, причем в не самое подходящее время. ̶ Добрый день, - растягивая слова, произнес человек. - Меня зовут профессор Северус Снегг. ̶ Профессор? – удивленно произнесла я. - Ещё один доктор что ли? Вы вместо доктора Трейси? ̶ Нет, - манерно произнес Снегг. - Я профессор из школы Хогвартс, и я пришел, чтобы пригласить тебя в нашу школу, если ты хочешь, конечно. ̶ Но… почему я?- неуверенно говорю. - И что вообще за школа…как вы сказали, Хо..Хогвартс? ̶ Хогвартс – это школа волшебства. ̶ Волшебства? Вы серьёзно? И думаете, я в это поверю? Вы считаете, что я с ума сошла. Я не знаю, что тогда произошло! Я не знаю, что стало с остальными! – в истерике добавляю я. ̶ Я знаю, что произошло. Рассказать? – как бы дразня меня. И не дожидаясь моего ответа, начинает свой рассказ. - Видишь ли, у волшебников магия проявляется постепенно примерно с 4 лет, у каждого по-разному. А в твоём случае магия проявила себя намного позже и в полной мере. Как я понимаю, эти дети тебе причинили боль, а ты в ответ на это выплеснула на них свою магию, скопившуюся за всё время. Девочек отшвырнуло к стене с такой силой, что они сразу погибли. Во время своего рассказа он ни разу на меня не взглянул, а я уже заливалась слезами. Получается я убийца? Саму себя спрашивала я. И тут он обратил на меня своё внимание. ̶ Вы не виноваты. Министерство Магии со всем уже разобралось. Да, да у нас есть своё министерство. Вам не о чем переживать. К гибели маглов вы непричастны… ̶ Да как вы можете так спокойно об этом говорить?! Я - убийца! – заливаясь слезами, кричу я. ̶ Вы ещё громче скажите, и тогда об этом будет знать вся больница. Не советую вам распространять подробности этого…дела. Будет лучше, если об этом вашем “инциденте” будут знать как можно меньше людей – вам же проще. И после минутного молчания глаза в глаза протянул: Вот, возьмите. – И протягивает мне конверт. - Здесь все подробности. Убрав с лица эти ненавистные слезы, я решила все-таки посмотреть это письмо. На конверте было написано:

Мисс Л. Дэй, Лондон, Брикстон, улица Брикстон Хилл, дом10, комната №6

В письме было сказано, что мне предоставлено место в школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Еще прилагался список учебников и предметов. Как добраться до Косого переулка. И, что занятия начинаются с 1 сентября. И билеты на поезд. После прочтения письма, я решаюсь посмотреть на своего посетителя. ̶ Это всё на самом деле? Я не сплю, не свихнулась, и нет поблизости скрытой камеры, и никто не выскочит с криками “розыгрыш”? ̶ Я похож на того человека, который шутит? “Хогвартс” существует на самом деле, а верить или не верить мне решайте сами. ̶ И про этот ваш “Хогвартс” вы, конечно же, мне не расскажете? ̶ Не вижу в этом необходимости. Всё, что нужно вам знать изложено в письме, а всё остальное вы узнаете на занятиях, если, конечно, надумали посещать нашу школу, - акцентируя внимание на последних двух словах, процедил человек в чёрном. ̶ Д..да, надумала, - немного неуверенно произнесла я. - Меня всё равно тут никто не держит. - В таком случае, - достаёт мешочек и кладет их на столик возле кровати. – Это деньги на покупку нужных вам вещей. Школа помогает таким детям как вы. Всё это вы можете купить в Косом переулке, как до него добраться изложено в письме. На этом я, пожалуй, оставлю вас. Всего доброго. – И уже у выхода добавил,- Надеюсь, вы не заблудитесь, - И, развернувшись, на каблуках вышел из палаты.