Рождественский календарь Наруто. Карантин.

Прошлогодняя елка радовала глаз на лестничной площадке. Наруто мог наблюдать за ней в дверной глазок, видеть, как мужчина из квартиры в другом крыле останавливался, окидывал ее взглядом и улыбался, а потом поправлял маску, натягивая ее на нос, и ступал в лифтовый холл. — Я думал, мы купим новую, — от бессилия Наруто опустил плечи и отвернулся от дверного глазка. Саске сидел с джойстиком в руках, поставив игру на паузу. Релизнувшийся Киберпанк — это, конечно, хорошо, но пропускать сюжетную ветку не особо хотелось. Поэтому лучше выслушать Наруто сейчас, чем разрываться между двумя желаниями. — Выбери в интернете, — предложил Саске, — не вижу проблемы. Наруто плюхнулся на край дивана, смотря на экран меню паузы, и провел рукой по волосам, зачесывая те назад. Они упрямо опали на глаза. Надо было постричься до того, как они попали в добровольное заточение. Но мироздание, видимо, было против. — Это не то, — выдохнул он. — Одно дело видеть и чувствовать… Предложение Наруто так и не закончил, смотря перед собой на сине-желтую гамму игры. Мысли были далеко от этой комнаты. — Если все будет нормально, то успеем купить живую, — донесся голос Саске. Далекий и умиротворяющий. И все же, эта мысль была не столь потрясающей. Узумаки поморщился и потер ладонями бедра. — Елку жалко… из леса и в дом. Скоропостижненько. Даже забавно, что Узумаки заговорил об этом. Но в чем-то тот был прав. — В горшке? — предложил Саске. — Ты про те, что продают в супермаркете? — покосился Наруто, словно речь шла о второсортном или даже третьесортном шлаке. — Они уже нежильцы. — Они нежильцы еще до того момента, как ты их купил. Наруто покосился на Саске, смерил того критичным прищуром, словно давая оценку словам вкупе с внешним видом. Видимо, результат его удовлетворил, раз, фыркнув, достал телефон и принялся листать ленту. Иногда творящиеся в голове Наруто процессы понять было сложно. Да и их не обязательно было понимать — достаточно научиться на них реагировать (или не реагировать). — Как насчет «Рождественской звезды»? — вопреки ожиданиям Наруто не замолк, а, оказывается, листал каталог доставки из супермаркета. Саске снова нажал на паузу и уставился на алую пуансеттию на экране протянутого аппарата. — Искусственная? — Неа, — для верности Наруто пролистнул вниз, чтобы прочитать характеристики. — Живей всех живых. — Не уверен, что ее довезет курьер по такому холоду. У него явно будет не один заказ. Как бы ни хотелось иного, но Саске был прав. Наруто поморщился, но вернулся к просмотру, подперев голову кулаком. Выглядел он сосредоточенно и серьезно, словно решал мировую проблему, не меньше. В принципе, Саске был не против тишины. «Снежок» пришел вновь в белоснежном костюме и огромных очках поверх маски. Он то ли рассчитывал, что жильцы квартиры не откроют двери, то ли забыл «кто именно» тут его ждет. — Привет! Одним-единственным словом Наруто заставил беднягу встать прямо, а потом протиснуться между ним и дверным проемом, чтобы как можно скорее взять второй контрольный мазок. — Что думаете о нас, — закинув ногу на ногу, скучая, протянул Саске, заставляя «Снежка» говорить по заученному протоколу с умилительной дрожью в голосе. — Д-думаю, все будет в порядке… — пробирки в перчатках слушались плохо. — Вы ведь себя лучше чувствуете? — Угу, — подтвердил Наруто, утирая слезы, выступившие от забора. — Весь горю от желания… — (тут «Снежок» выронил пробирку из рыжего чемоданчика), — …вернуться к обычной жизни. — Да-да, — неуверенно подтвердил несчастный медик, явно чувствовавший себя неуютно и по собственной неосторожности взглянувший на розовый чулок у кровати. — Что ж… если я больше не могу ничем помочь… Он уже стоял у двери, когда Наруто вдруг вышел вперед, всем своим видом заставляя остановиться. — Погодите!.. Если я попрошу вас купить кое-какие цветы!.. — крикнул Наруто, сбегавшему от них медику. Только и было слышно, как шуршит противочумной костюм и бахилы по лестнице. — Он же не купит? — с натянутой улыбкой спросил Наруто уже у Саске. — А еще больше не придет к нам, — закрыл на внутреннюю щеколду дверь Саске и заглянул прямо в глаза: — Никогда.