promise

      Заголовки электронных табло пестрят новостью о смерти какого-то ученого, который что-то там сделал для человечества. Многим, честно, плевать, а кто-то шушукается меж собой, обсуждая какие-то личные «грешки» сей персоны, которые вычитали когда-то из статей в глобальной сети. По новостям говорят, что этот учёный-изобретатель-историк создал машину времени, довел до совершенства те часы, которые носит почти каждый человек в тридцать первом веке, собрал самую большую оранжерею с различными растениями, какие-то вернул из красной книги…       «Полиция ведёт расследование на месте происшествия. Но пока есть подозрение, что учёный совершил суицид.» — говорит корреспондент с места событий, а люди только больше шушукаются, смотря на фотографии улыбающегося ученого с дорогими серьгами в ушах.       — Ха, ну и похуй, у этих, черт бы их побрал, столько способов прожить больше всех нас, да и денег ого-го, а они там выпиливаются, — возмущается как-то мужик, харкая куда-то на тратуар, по которому идёт со знакомым.       — Видать, какая-то баба не дала, либо кинула, когда денег не дал, — гогочет второй и свистит какой-то грудастой девушке вслед, получая фак в ответ. — Шалава ебаная. Вот, наверное, такая и не дала.       — Да и похуй, меньше денег паразитам. Нет блять рабочей силе давать возможность клонирования и всего того, что достается этим учёным, которые сидят в своих этих лабораториях и пробирочки-хуирочки перебирают.       — Солидарен, чё уж.

***

      Тэхен аккуратно поправляет серьги, которые когда-то получил в подарок от Юнги по достижении столь престижного места на работе, и улыбается отражению в зеркале. Он решил все же попробовать признаться в своих чувствах, ведь в последнее время Мин стал таким добрым, заботливым… вообще не таким, как обычно, будто тоже начал чувствовать что-то, что чувствует Тэ. Поэтому стоит попытаться, может, все сложится очень даже хорошо!       Темные волосы аккуратно уложены назад и слегка набок, открывая лоб, что Тэхену всегда шло, но из-за малого количества времени эта прическа стала редкостью. Непривычные строгие коричневые брюки на подтяжках, рубашка кремового цвета и, пока что, расстёгнутый пиджак, идеально чистые ботинки… Он правда одевается так только на какие-нибудь конференции, либо на светские мероприятия, связанные с благотворительностью, а в основном всегда ходит просто и со вкусом: джинсы, толстовка или свитер и кеды, да медицинский халат, если учесть почти постоянное нахождение в лаборатории. Тэхен считает, что сегодня тот день, который требует выглядеть не так, как обычно, поэтому и подготовился основательно, даже накрасился.       Он знает Юнги, наверное, ещё с садика. Они вместе ходили на какой-то кружок по сбору каких-то моделей и незатейливых роботов из конструктора, а потом школа, институт, работа… и все это вместе, рука об руку, бок о бок. И Тэхен со школы начал понимать, что влюбился. Что если не увидит за весь день милый нос-кнопочку, то будет грустить. Что если увидит его милую улыбку, то будет счастливее всех, а если она озаряла мир из-за действий Тэхена, то он был счастлив ещё дольше. Он понял, что влюблен, когда привычные объятия стали первой необходимостью, когда уснуть рядом стало чем-то большим, когда обычные прикосновения начали вызывать табун приятных мурашек вдоль позвоночника. Но все это разрушилось об одну фразу на одной из вечеринок в колледже, когда Тэхен хотел признаться: «Тэш, знакомься, это Хосок. Мой парень».       Тогда Тэ отлично отыграл роль хорошего друга, пока от него не отстали, а потом сразу напился до состояния тошноты и рвоты. И если такие случаи бывали, то отросшие волосы придерживал Юнги, а сейчас парень даже не имел сил собрать их, из-за чего на утро проснулся весь грязный, с опухшими глазами, неровно отрезанными ярко-синими волосами и дикой головной болью. Тогда он понял, что у него мало шансов быть с тем, к кому так тянет.       После этого дня Юнги все меньше общается с Тэхеном, предпочитая отдавать время любимому парню, а Тэхен, который и так не особо славился большим количеством друзей, теряет в окружении всех окончательно из-за своих выходок. На вопросы от Мина: «Тэш, ты как, все ок?» отвечает, что все прекрасно и сейчас тусуется с ребятами, а Юнги и не проверит, поэтому всегда ответит: «Окей, хорошо повеселить! может быть на выходных встретимся!». И Тэхен проводит время в компании темноты, музыки и алкоголя.       Проходит время, парень вытаскивает себя из этого состояния, заканчивает институт с лучшим баллом и сразу получаете работу там, где хотел. Он упорно работает и продолжает дополнительно учится, постоянно совершенствуется…а ещё учится жить с безответной любовью, когда в виде напарника и товарища по работе ставят Юнги.       И, вроде, первые года два все идёт как всегда, довольно спокойно, даже чувствуется такая же атмосфера как в школьные года, пока Хосок не начинает приходить на перерывы, приезжать и забирать Юнги из лаборатории чуть-ли не на руках. Как-то раз, придя утром на работу пораньше, Тэхен слышал, как прямо на столе эта парочка занималась сексом, а потом Хосок прошел мимо Тэ с таким довольным и гордым видом, что Киму, всегда довольно спокойному парню, захотелось вмазать эту рожу в стену.       Окончательно парня добило приглашение на свадьбу в качестве свидетеля со стороны Юнги. Тэхен тогда был покрашен в яркий красный, поэтому и подобрал весь наряд точь в точь под цвет волос. Он тогда произвел такой фурор на свадьбе, сильно выделяясь таким цветом от массы классических черно-белых гостей и даже самой пары, которая, естественно, являлась центром мероприятия. Юнги, честно, такая выходка лучшего друга детства не понравилась, поэтому, в какой-то момент он оттянул его в сторону и прошипел на ухо: «я же просил тебя не делать все как обычно, Тэш. Так трудно было? Теперь центром на моей свадьбе являюсь не я с мужем, а ты с своим красным прикидом».       Ким решил, что сразу пойдет переодеться в что-то более простое, как обычно ходит, но главная церемония должна была уже начаться, поэтому Юнги шикнул и попросил выйти где-нибудь под конец. Тэхен не так сильно обиделся на это, ведь его правда просили быть в белом, раз свидетель со стороны Юнги, а он как всегда. В этот раз он поступил так, как просили — вышел под самый конец, когда другие поздравляли молодоженов и говорили свои пожелания. На очереди следующим был Тэ, но он с трудом начал сдерживать слезы, в итоге все же разрыдавшись, после оправдываясь, что просто очень счастлив за лучшего друга, что всегда хотел для него лучшего. В тот день Тэхен уехал сразу после этого, не желая видеть счастливую пару и недовольный взгляд Юнги в его сторону.       И вот, сегодня такой знаменательный день, Тэхен правда надеется на свой один процент из ста, ведь в последнее время Юнги так часто и сильно ругался с мужем, проявлял больше внимания Киму, что сердце невольно забирает власть над разумом, заставляя действовать не думая.       Парень пришел на работу куда раньше, желая все побыстрее сделать, так ещё и работу Юнги тоже подхватить, чтобы было время на поговорить. Мин должен прийти только ко второй половине дня из-за конференции, поэтому половину времени Тэхен быстро и спокойно порхает по лаборатории, выполняя работу за двоих.       — Прива, Тэш, — с привычной хрипцой здоровается Мин, когда вешает на крючок вещи и надевает на плечи белый халат.       — О, Юнги~я, добрый день! — выглядывает с своего рабочего места и машет рукой. — Я сегодня часть твоей работы сделал, а то мне скучно немного было. Окей?       — О, да тебе же там не меньше, чем мне делать, зачем? — садится рядом и забирает кружку с чаем, сразу отпивая. — Но спасибо. Короче.       — М? — не отвлекается и работает дальше, но всегда слушает.       — Завтра меня переводят в другой отдел, куда я должен был изначально попасть, а если точнее, то в нижний отдел по созданию ядов. — Юнги ставит чашку на место и тянется, хрустя костями. — Что ж, наконец-то по специальности пойду, я рад. Конечно, с тобой работать было круто, ты довольно близкий человек как-никак, но я в твоей специальности не такой профи, ну ты заметил за несколько лет, я думаю.       Тэхен замер со слов «переводят», а потом и вовсе перестал дышать, переваривая информацию. То есть, он правда рад уйти от «лучшего друга», с которым ещё проработал семь лет, побывал в прошлом и вообще столько пережил. Ах, ну да, что это он, по специальности все же лучше работать. Ким выдавливает из себя улыбку и говорит, что счастлив, ведь Юнги давно этого хотел.       До конца рабочего дня ещё около часа, а Тэхен уже успел закончить работу за двоих, а Юнги успел собрать вещи для переезда в другой отдел.       — Сегодня придется ждать, пока этот балбес приедет… — бубнит в стол Юнги и поворачивает голову в сторону Тэхена, который что-то тыкает там на панели для оранжереи. — А ты чего сегодня такой нарядный? Повод есть что-ли? — усмехается и встаёт, подходя к другу, даря редкие ленивые объятия.       — Ну… — сглатывает и заканчивает писать код для оранжереи на ближайший месяц, закрывая панель. — есть. — поворачивается, когда Мин отпускает. — Юнги, давай поговорим?       — Ну, а мы что сейчас делаем? — пожимает плечами и идёт к диванчикам, на которые плюхается. — Ну, я слушаю.       — В общем… — Тэхен садится рядом и аккуратно берет чужую руку в свои, как обычно это делает. — Мы много лет уже знаем друг друга…и я…я знаю, что у тебя муж, дочь и даже кот…н…но. — резко замолкает, делает глубокий вдох и нормализует речь. — Ты мне нравишься, давно и сильно, я хотел признаться ещё тогда, на вечеринке, где ты меня с Хосоком познакомил… но столько лет я молчу, мне уже невыносимо эт…       Тэхен не договаривает, получая пощечину и взгляд, полный брезгливости. В ушах звенит, а собственные слова падают осадком стыда и вины где-то внутри. На что он рассчитывал, зная все, зная, что даже после ссор Юнги и Хосок безумно любят друг друга, а Ким тут просто ошибка в коде? Парень смотрит на Юнги, который багровеет от злости, а потом начинает что-то кричать и возмущаться, но через вакуум до Тэ доходит очень плохо.       — Ты!.. всегда был ненормальным!.. не смей больше ко мне подходить! если это не по работе, даже на шаг не приближайся!..       А потом громкий хлопок двери, который будто щелчок пальцев выводит из гипноза, в котором Техен находился. На столе нет той коробки, Юнги нет тем более, а щека начинает все сильнее болеть и краснеть. Ким падает на диванчики, вытягивается и закрывает лицо руками, срываясь на тихие рыдания.       — И на что ты блять надеялся?..

***

      Проходит около полугода, эта история уже давно притупилась, и Юнги даже стал здороваться с Тэхеном, если случайно пересекался, что было очень редко. Это неудивительно, если учесть, что Ким приходил на работу очень рано, уходил поздней ночью, а на перерывы почти не выходил, зная, что его осудят. Первый месяц так и было. Наверное, сейчас уже все иначе, но проверять, честно, не хочется. Тэ сильно ослаб из-за работы на износ, поэтому в какой-то момент его просто насильно выгнали на отпуск в пару недель.       И четырнадцать дней он спал, просыпался, пил, ревел, съедал пиццу, которую заказывал и снова спал. Так каждый день, но огромные синяки хотя бы пропали, что дало возможность спокойно работать дальше, только вот… сил уже не было. Тэхен выставил на оранжерею трудный код, который позволит поддерживать это место в течение века, парень даже записал его на разных носителях и оставил рядом, попросив присматривать за оранжереей. Все свои средства перечислил на благотворительность, подарил квартиру знакомой семье, которой помогал в рамках той же благотворительности. Машину времени доверил хорошему коллеге — молодому учёному-изобретателю и историку Чонгуку, отдав всю информацию и материалы связанные с ней.       Он делал все это в течение нескольких месяцев, а потом пошел к Юнги на нижние этажи.       — Мин Юнги, привет, нужен яд один. Вот, — протягивает лист с формулой, потому что название не знает.       — Кого кокнули собрался, Ким? — смотрит вопросительно и идёт к себе в лабораторию, от куда приносит пробирку. — Ты же у нас, вроде как, по цветочкам, а не людям, которых как раз сакситоксин и убивает.       — Мне интересно, сработает ли он на некоторых растениях, вот и все. — он забирает пробирку и уходит, получая безразличный взгляд в спину.

***

      Во время рабочего дня к Тэхену приходили несколько раз, то главный по этажу, то охрана, то ещё кто. Видать, Юнги настучал, что Тэ взял яд, вот и следят, чтобы тот с с тобой ничего не сделал или не украл себе, но тот честно проводил эксперименты, записывал все в документы и даже напечатал, после утилизировав яд по всем правилам, избавившись от вечного наблюдения.       Тэхен заходит в оранжерею, проверяет все растения в последний раз и подходит к самому ядовитому, который принес из эпохи динозавров. Оно выглядит безумно красиво, но смертельно ядовито, поэтому лучше не трогать, а Тэхен тянется как к запретным сокровищам, специально протыкает руку мелкими иголочками и уходит из оранжереи, направляясь к своему рабочему месту, но… так и не доходит, падая рядом с диванчиками замертво, оставляя свое никчёмное тело в красивом костюме гнить, пока не найдут.

***

      Юнги заставили прийти к Тэхену и дать ещё дополнительные документы для заполнения, а он, если честно, не против. Все же так жестоко поступить с тем, кто был для тебя самым близким другом, так ещё и влюбленным безумно… правда мерзко.       «Надеюсь, что этот дурак не выпил яд. Тогда поговорю с ним, постараюсь наладить общение… давай Юнги, ты обязан, сам скучаешь, даже муж подметил» — думает и стучит в дверь, но не получает ответа. Внутри все напрягается, но он надеется, что Тэ просто уснул, что часто бывало, ведь так?.. Юнги дёргает ручку и открывает дверь, проходя во внутрь, так и роняя стопку бесполезных бумажек на пол.       — Тэхен. — сглатывает и подходит на ватных ногах, сразу притягивая чужое запястье к себе, пытаясь нащупать пульс, которого уже нет. — Ну нет…хей…дурак…ты же не выпил тот яд… Тэхен, я же хотел попросить прощения… Тэ. — Мин смотрит на ладонь, которая слегка посинела в некоторых местах, и закрывает рот, чтобы не закричать. Он знает какой это яд, знает, что это тот «ебучий недокактус времён исторички», про который Тэхен рассказывал с таким энтузиазмом и просил быть очень аккуратным, предупреждая, что смерть очень мучительная, но быстрая, буквально минут пять десять, смотря какая масса. — Тэхен… — садится ближе и переворачивает того на спину, укладывая голову на колени. — Прости…прости пожалуйста…да, я не мог бы быть тебе спутником в любви, но я мог быть более внимательным другом, мог быть не такой эгоистичной сукой… — кусает губу и всхлипывает, роняя слезы на остывающие умиротворённое лицо. — Прости. Прощай.       Юнги делает то, что, наверное, могло бы очень обрадовать Тэхена. Он нежно касается мягкий губ, целует долго и отстраняется, надеясь, что эти чёртовы сказки про спящих красавиц и белоснежек с поцелуями принцев сработают, но, увы.       — Я не дам тебе пережить столько боли, я не дам умереть тебе так рано в будущем. Спи спокойно, Тэш.       Юнги медленно встаёт и выходит на ватных ногах, вызывая скорую.

***

      Похороны проходят в такой противно клишированный пасмурный дождливый день. Людей немного, но главное, что есть Юнги, без Хосока. Когда-то, когда они только начали вместе работать, Тэхен рассуждал о своей смерти, и просил, чтобы похоронили под деревом на холмике в черном гробу, но с белоснежной обивкой. А его самого в привычном костюме, как он ходит обычно, просто уйти так же обычно, как и пришел. Можно даже надгробие не делать, но Юнги заказал самое лучшее, чтобы увековечить того, кого сам загнал же сюда.       Церемония давно закончилась, на смену дождю выглянуло солнце, а Юнги все так же стоит и продолжает просить прощения, пока за ним все же не приезжает Хосок с дочерью, чтобы забрать домой.

Тэхен и Юнги ещё один раз ошиблись. Но впереди их ждёт великое возможно…