Доктор Малфой?..

      Старк сильно похудел. Сэндвичи, заботливо приготовленные Пеппер, валялись, забытые, там же где и заказанная им пицца, основательно остывшая. Есть не хотелось. Пятница периодически ныла что-то о снижении его жизненных показателей, но Тони только раздраженно отмахивался, изредка огрызаясь. Его бесило, что мысли ускользали от него, решение простой задачи смазывалось и таяло в воздухе. Вероятно, сказывалось то, что он спал сегодня около двух часов? Впрочем, как и вчера, и позавчера. Возможно. Но стоило лечь и закрыть глаза, как он обнаруживал себя летящим в мертвом корабле прямо в пустую молчащую бездну.       Ему посоветовали неплохие снотворные, их клинические данные внушали доверие, да и заснул он, как младенец, но… Утром высыпал в унитаз всю пачку.       Не хотел еще раз увидеть глаза мальчишки, которые обращаются в тающую пыль. " — Простите…" — Черт! — выругался он, раздраженно смахнув с виртуального стола схему-голограмму, уродливую в своем несовершенстве. Все не то и все не так! — Жаль. Это была красивая… эмм… иллюзия, — услышал он вдруг голос с британским акцентом. Старк резко обернулся. В дверях стоял высокий худощавый парень с изможденным лицом. — Ничего красивого в ней не было. Боль для моих глаз, насилие над моим чувством прекрасного. С кем имею честь?.. — Доктор Драко Малфой, — чуть наклонил голову вошедший. — А вы — мистер Тони Старк, как я понимаю. — А, англичанин, — кивнул Тони Старк. — Слышал. Говорят, ты колдун? — Волшебник, — уточнил Драко Малфой. — Хорошо. Не люблю колдунов. Особенно англичан, — коротко бросил Старк и вернулся к работе. Под нервными пальцами вновь возникла голограмма.       Драко усмехнулся. Несколько секунд понаблюдав за Старком, который успешно делал вид, что он один в комнате, Малфой вышел.       У Старка осталось невнятное чувство, будто кто-то легонько прикасается к извилинам его мозга. Но он быстро отвлекся и забыл об этом.

***

— Что скажете, сэр? — Стив Роджерс необычайно собран. Он весь внимание: готов ловить каждое слово Драко.       Малфой вежливо улыбается и тянется за своим черным пальто. — Подскажите, пожалуйста, где ближайший магазин восточной кухни?       Роджерс недоуменно моргает. Наташа, отложив бумаги, удивленно приподнимает бровь. — Эмм… — Ладно. Думаю, найду сам, — вновь легкая полуулыбка, но серо-стальные глаза непроницаемы. Набрасывает черное пальто — оно безупречно облегает плечи, серебряная трость сама прыгает в ладонь. — Рад познакомиться.       И Малфой просто исчезает в воздухе. — Он… Немного странный, не находишь? — Стив повернулся к Наташе. — Честно? Нет, не нахожу. Ни капли не выбивается из нашей компании, — Наташа очаровательно улыбается и тянется за куском пиццы.

***

      Драко Малфой возвращается вечером. Спрашивает у Наташи, где здесь кухня. Наташа провожает его на хай-тек островок, мерцающий диодами и поблескивающий металлизированными поверхностями. Драко выглядит удивленным — Наташе почему-то немного приятно. — Мне уйти? Вы будете… колдовать? Я помешаю? — Думаю, нет, — Драко улыбается ей чуть теплее. — Но мне кое-чего не хватает.       Он открывает свою черную сумку («как она здесь оказалась?»), из внутреннего кармана пиджака вынимает… Волшебную палочку? — Акцио горелка! Акцио, котелок! — и из сумки, презрев все законы пространства, выныривает небольшая, похожая на газовую, походная горелка. На нее ловко запрыгивает медный котелок — размером чуть больше стакана. — Инсендио, — И под крошечным, будто игрушечным, котелком весело заплясал огонь. — Здорово, — не выдерживает Наташа.       Драко, не обращая на нее внимания, вынимает два крошечных мешочка. По кухне разносится тонкий аромат пряностей. Открывает первый, и щедро сыплет в котелок порошок насыщенно-желтого цвета. Туда же отправляет скупую щепотку из второго — это серо-черная пыль. Наташе любопытно, но она наблюдает молча. Из сумки появляется… пакет молока. Самый обычный пакет молока, и Драко доливает его в котел доверху. … Молоко закипает… … Наташе пять. Она на кухне у своей бабушки, проснулась ранним утром, однако бабушка Алена уже возится с тарелками, тихо стучит сковородками. Наташа, шлепая босыми ножками, подходит к столу, карабкается на высоченный для нее, малышки, стул. Солнечный лучик скользит по клеенке, разбивается о стакан с теплым молоком. Радио мурлычет какую-то старую и бесконечно добрую песню. Все хорошо, и всегда будет хорошо… — Готово. Будьте любезны, подайте мне кружку. Или стакан.       Наташа выныривает из воспоминаний, немного смущенная. — Так… Он должен выпить это. Думаю, для начала подойдет. — Оу… — Наташа взяла в руки кружку с золотисто-солнечной жидкостью. Теплое молоко согрело ладони. Не хотелось отдавать эту кружку… Но Наташа, как только могла бережно, понесла молоко в кабинет Тони.

***

      Старк сидел в кресле, хмуро глядя в панорамное окно. Наташа немного помедлила, прежде чем подойти. — Что это? Колдовские отвары? Вылей к черту, — раздраженно отмахнулся Тони.       Наташа молчала. Обнимала ладонями кружку, кожей впитывая крошечное солнце, согреваясь его теплом. Вспоминались маленькие, милые моменты, которые были так давно погребены под тяжелым грузом всей случившейся чернухи и грязи.       Даже Тони что-то почувствовал. С подозрением взглянув на отрешенное лицо Романофф, он нерешительно (!) протянул руку за кружкой. Наташа с видимой неохотой отдала ее. — Спасибо, Романофф, — кивнул Старк. Наташа вышла, все так же немного задумчивая. Старк хмыкнул. Осторожно пригубил. Потом еще. И еще.       Спустя пару часов Наташа вернулась в кабинет, проверить Тони. Вошла, улыбнулась. — Эй, Роджерс. Подойди сюда, нужна твоя суперсила. И потише — он уснул.       Тони Старк, подперев щеку рукой, крепко спал.       И ему ничего не снилось.