Сюрприз брата

Была тихая, безмятежная ночь. Светлая подруга освещала небольшие дорожки для путников, а ветерок легонько тревожил листву и волосы прохожих, которые шли по своим делам. Где-то вдали трещали кузнечики и ухал филин. На одной из лесных троп шла девушка с двумя оленями или кем-то на них похожих. Фея в сопровождении маханов решила прогуляться к водопаду, рядом с которым была небольшая заводь. Идеальное место для отдыха от университета и студентов, которые то и дело прибегали к профессору за отработками или с глупыми вопросами. Пусть она и была доброй женщиной, но иногда хотелось простого спокойствия и, чтобы студенты ходили к ней на лекции. Но что ж поделаешь с "маленькими" детьми, которые ничего не хотят делать? Правильно, ничего, если они сами не захотят нормально работать. Пока рыжая девушка размышляла о студентах, то не заметила, как уже пришла к своему пункту назначения. И красоту этого места было сложно описать словами; белое светило занимало почти всё небо, а звёзды окружали его, рассеиваясь где-то по бокам. Лёгкий ветерок тревожил травку, которая создавала некую мелодию вместе с водной гладью, которая резко на обрыве переходила в водопад. И если подойти к краю этого обрыва, то можно было увидеть море. Сегодня оно было относительно спокойным и было видно отражение луны со звёздами. От такого умиротворения, еврейка сняла свои простые туфли, оставив их около леса, и прошла к заводи. Трава была мокрая после вечернего дождя, из-за чего ноги профессора стали мокрыми и, будто, отдохнувшими после утомительного трудового дня в университете. Сев на берегу, фея опустила ноги в воду, не поднимая своего длинного светлого платья, чтобы оно тоже было мокрым. Ветерок аккуратно тревожил рыжие локоны, а маханы в свою очередь тихонько ходили и жевали травку, иногда влюблённо поглядывая друг на друга. Умиротворение так и чувствовалось в окружающей обстановке, не предвещая ничего плохого, но... Резкий и сильный ветер с востока напугал бедных маханов и они рванули на другой берег, скрываясь в другую часть леса. Офиру привёл в замешательство и небольшой шок этот сильный порыв ветра, но ещё больше то, что её любимцы сбежали. Недолго думая, девушка приняла форму феи и помчалась в сторону леса, набирая небольшую высоту. Она не хотела, чтобы её маханы сбежали в неизвестный для них лес, так как знала, что, скорее всего, там они погибнут. Так пришлось пролетать около сорока минут, пока Голденблюм не поняла, что это бесполезно. Даже зов по имени не помогал ей отыскать сбежавших Питера и Эмилию, что очень печалило еврейку. Она не хотела оставаться одна, по крайне мере, сейчас. Но, в один момент, профессор заметила знакомую мужскую фигуру, которая прогуливалась по лесу. Спустившись на твёрдую поверхность, рыжая девушка убедилась, что не ошиблась и точно узнала своего брата Рахамима. - Маца! - воскликнула фея и хотела броситься в объятия брата, но тот её оттолкнул. - И тебе привет, сестрёнка, - как-то очень грубо ответил брюнет, а потом рассмеялся. Это немного напрягло Офи, ведь не было похоже на её одного их братьев. - Потеряла своих любимцев, да? На лице парня появилась очень странная улыбка, которая точно не предвещала ничего хорошего. Рахамим повёл свою сестру куда-то вглубь леса, где не было видно луны и звёзд. Это сильно насторожило фею, ведь она не понимала, что же произошло с ним? Почему такая резкая смена характера и поведения? Брата будто бы подменили или наложили какие-то чары. Да и вообще всё это было странно, но еврейку отвлёк от мыслей голос брата, который предложил пройти ей вперёд первой. Судорожно сглотнув, Офира прошла в какую-то небольшую пещеру и пришла в ужас. Там горел костёр, повсюду кровь, кишки, ужасный запах, но это было не самое страшное... Фея увидела рожки и шкуры её маханов, а также их головы, которые были насажены на какие-то штыри. В их глазах читался страх и сожаление, а на шерсти были видны небольшие влажные дорожки. Они точно не хотели умирать, Эмилия и Питер хотели вернуться к своей хозяйке, но судьба решила иначе... - Маца, кто это сделал...? - с ужасом в голосе спросила старшая Голденблюм со слезами на глазах. Она не могла поверить, что её питомцев больше нет. В душе появилась некая опустошённость и боль. - За что с ними так...? Но, ответа не последовало. Только резкая боль в области спины, из-за которой фея закричала, что было мочи, и упала на колени. По спине потекла алая тёплая жидкость и прошлась дикая боль, будто огонь приложили к телу. А Рахамим вновь рассмеялся, но этот был похож на психический, словно брат лишился рассудка и был готов совершать все возможные преступления. В руках у него был нож и крылья сестры, с которых упала последняя капля крови. - Хахаха... Было очень весело убивать твоих любимцев, - начал брюнет, обходя сестру, чтобы посмотреть ей в глаза. - Самец даже пытался защитить свою самку. Пытался напасть на меня, но результат ты видишь... Вновь раздался его оглушительный психически нездоровый смех, а в глазах девушки читалось непонимание и страх. За что он убил невинных маханов и почему так жестоко с ними обошёлся? И самое главное: почему он причинил боль своей сестре? Что произошло за столь короткий промежуток времени, пока они не видились? - Жалко, что мне и тебя придётся убить, Серенькая, - с маниакальной улыбкой произнёс младший Голденблюм, проверяя остроту своего ножа. - Ты слишком много сейчас знаешь и можешь сдать меня полиции или рассказать родителям. А мне этого не нужно. Но он не успел подойти к своей сестре. Она смогла призвать свою стихию и откинуть брата к стене, сильным потоком воздуха и на время прижать, чтобы было время скрыться хоть где-то. Офире хотелось найти кого-нибудь, чтобы попросить помощь, но она прекрасно понимала, что кроме неё и Раха здесь никого не было. Возможно и был какой-то лесник, но вероятность этого крайне мала. Единственный выход - это бежать и, в случае крайней опасности, сражение с братом. Еврейка, превозмогая боль в области лопаток, которая отдавала во всём теле, бежала мимо вековых деревьев, чтобы спастись. На что уж она была сильной феей, но оружия с собой у неё не было. Значит защищаться придётся магией, что крайне сложно. Ведь брат тоже маг Ти, да и убивать его зеленоглазая не хотела, даже за то, что он совершил. Вновь раздался пугающий смех, который вернул рыжую к реальности. И этот смех был совсем рядом с ней. Это пугало и заставляло бежать быстрее, насколько было возможно. Сейчас больше всего хотелось жить и не причинять боль своему родственнику, пусть он и поступил, как последняя скотина. И вот, заветная светлая поляна с водной заводью, откуда и пришла Офи в злополучную пещеру. Но, только она вышла на освещённую территорию, ей в спину ударил сильный поток воздуха, который снёс фею в воду. Из-за такого удара обычный человек мог потерять сознание, а там захлебнуться в воде, но старшая Голденблюм смогла призвать щит, когда оказалась под водой, тем самым, спасая себе жизнь. Но рано или поздно силы закончатся, поэтому нужно выбираться на сушу и принять бой. Не убирая сферы-щита, Офира выпрыгнула на берег, и на неё сразу же пошёл тайфун. Защита смогла ему противостоять, а после разлетелась на мелкие куски, оставляя профессора в руки судьбы. Девушка не хотела нападать, не хотела причинять боль своему родственнику, но тот не оставлял выбора. Ей придётся его присмирить, но прежде вымотать, как следует. Началась битва двух магов Ти, которые то и дело, пытались скинуть друг друга в воду или с обрыва. Сильнейшие потоки воздуха будоражили землю, траву и заводь. Вокруг магов чего только не было: ветки, капли воды, камни, иглы магических животных и ещё что-то. И всё это летало друг в друга, до одного момента, который никто не ожидал. В какой-то момент, когда рыжую отбросило к краю обрыва, младший Голденблюм замешкался и будто завис. И в этот миг Офира поднялась на ноги и, вызвав тайфун, подняла брата на высоту. Когда же магия спала, то брюнет упал на сломаное дерево, проткнув себе торс. Он начал кашлять и блевать кровью, когда к нему подошла сестра. - Прости меня, Маца... Я не хотела такого исхода... - в зелёных глазах девушки читалось сожаление и скорбь. Она понимала, что он не выживет, как бы она этого не хотела. - У тебя не было выбора, Серенькая... - уже более родным голосом произнёс Раха, прежде чем вновь откашляться кровью. - Я... Не хотел... Трогать твоих питомцев... Но... К сожалению, он не успел договорить свою речь... Его тело в миг обмякло, а глаза выражали сожаление о содеяном им зле. Всё тело мужчины было покрыто кровью, которая аккуратно капала рядом на траву. В запах леса влился ещё один - металлический, свойственный только красной жидкости человека или других животных. На лице еврейки появился поток слёз, который она не могла контролировать. Закрыв глаза брату, она аккуратно сняла его с дерева про помощи магии и положила на землю, а после пошла к обрыву. Луна всё также ярко светила , хотя уже скоро должен был быть рассвет, а в мыслях у мага Ти появилось осознание. Она больше не может быть профессором, так как убила невинного человека. Родители её тоже больше не примут, из-за убийства родного брата. Друзья, коллеги и родственники отвернуться от феи... Даже её маханов нет. Она осталась одна... Самый главный страх её жизни - одиночество. Еврейка не хотела быть одной; сейчас её могут съесть мысли об убийстве, о том, что она всех предала... И вот, наступил рассвет. Фея всё обдумала и приняла решение. Одно из самых сложных в её жизни. Что делать дальше? Глубоко вздохнув, зеленоглазая огляделась. Тишина и пустота, одиночество. Нет, такое она выдержать не сможет. Немного отойдя от края, она разбежалась и прыгнула со скалы в воду. И что с ней случилось дальше - неизвестно никому...