Ошибка неизбежна

—Итак, я, пожалуй, начну. —Витольд махнул широким рукавом белого плаща и Диана тут же почувствовала, как еда теряет свою привлекательность, а через мгновение все блюда исчезли. Живот, заполненный до отказа, грозился заставить её улечься спать прямо здесь, за столом, но здравый ум всё ещё удерживал доминирующую позицию. —Давайте без прелюдий. Ответьте мне на пару вопросов: нравилось ли вам жить в том мире? —Я не понимаю, о каком «мире» идёт речь, но меня всё устраивало. —ответил Слава, хотя в его голосе слышались нотки сомнения. —У меня тоже всё было хорошо. —подхватила Диана. Она заворожённо глядела, как длинные пальцы Витольда касаются его идеальных губ в задумчивом жесте. —Хмм... Ладно. А что вас держало там? Держало? «Там»?О чем он вообще? Разве человека для существования должно что-то «удерживать»? —Ну... Было много интересных вещей, которыми я любила заниматься. Готовить, читать... Это относится к разряду «удерживающих» вещей? —Возможно. Что насчёт тебя, Слава? —Если речь идёт о хобби...Я обеспечивал себя с помощью подработки, и она мне нравилась. Компьютер, изучение языков... Они с Дианой сидели и тяжело размышляли о радостях своих прежних жизней, чтобы сказать нечто более существенное, когда услышали тихий, но заливистый смех. Витольд смеялся, опустив голову, и плечи его настолько сильно дрожали, что можно было понять — ему и правда очень весело. —Ах... —он поднял голову и даже смахнул слезинки с длинных светлых ресниц. —Прошу прощения, дорогие дети. Удивительно, как уютно вы обжили собственное пространство, просто с ума сойти! Ха-ха... Какая невинная, наивная, естественная неосведомлённость! Так вот же — той жизни, которую вы знали, не существует! Этот человек наверняка упивался недоуменным отчаянием в их широко раскрытых глазах, и Славу это неслабо раздражало. Он поймал себя на мысли, что всё никак не может определить своё отношение к Витольду. —То есть... Как это —не существует? —прошептала Диана потерянным голосом. —Элементарно. Твой, милая моя Диана, организм был создан как сосуд для способности «Ластик». У этой интересной штучки немало различных нюансов, но один остаётся неизменным —ей нужен носитель. Так, ты можешь стереть часть пространства, однако произвольно это произойдёт или нет, от тебя зависеть не будет. То есть —никакого самоконтроля. Это существенный недостаток, однако результат очень полезный! Ну а Слава —носитель способности «Двойник», и почему она так называется, думаю, он должен знать и сам. Но ты, Слава, кажется, так и не догадался, поэтому поясню — твоя личность состоит из двух частей, и одна из них является главной. Это, конечно, ты нынешний. Вторая же часть имеет занимательную особенность —прекрасные глаза, способные видеть скрытое. На самом деле, так получилось в процессе эксперимента...Чудесный взгляд должен был достаться тебе, но организм отказался его принимать, и пришлось пойти на ухищрения. Поэтому возникла некоторая сложность с использованием «Двойника»—если вы с ней не будете взаимодействовать, вторая часть просто не даст воспользоваться тебе глазами. Витольд откинулся на спинку кресла и, вдруг сделавшись очень вдохновлённым, продолжил рассказ, сопровождая его плавными движениями рук: —Не так уж много лет назад—хм, около восьми? — один необычный учёный подобрал в заброшенном детском приюте двух замечательных детишек, девочку и мальчика в возрасте четырёх лет. Приют пришёл в запустение во время кризиса и его владельцы, думающие лишь о своём кармане, не придумали ничего лучшего, чем просто оставить своих подопечных и уйти. Ха-ха-ха! — он запрокинул голову и издал саркастический смешок. Диану пробрало табуном мурашек, устроивших забег со ставками на её спине. —Действительно, как эти мелкие эгоисты могли так поступить? —несмотря на ярость в своём голосе, Витольд сохранял добродушное выражение лица.—Учёный подобрал двоих крох, а вскоре и всех, кого нашёл в полуразрушенном здании—около тридцати детей. Привёл их в свою лабораторию и дал то, что обычно требуется брошенным людям: тёплую пищу, кров, образование, и главное —заботу, сравнимую с отцовской. Дети были рады, и, наверное, действительно сильно любили этого мужчину. Однако ему изначально требовался материал для опытов и осуществления своих разработок, что он и сообщил своим подопечным. Некоторые из них испугались и захотели покинуть дом учёного, большинство же полностью доверяло ему, ведь он был так добр и не мог им навредить...С того момента количество детей, находящихся в жилом корпусе, а не в лабораторном, убывало с каждым днём, пока не осталась та самая двойня. Может, сами подопытные и общались между собой, да только брату и сестре (как оказалось по результатам анализов) пришлось довольствоваться лишь обществом друг друга... О, то действительно был прекраснейший пример бескрайней родственной любви! Словно имеющие одну душу на двоих, они всегда были неразлучны и понимали друг друга буквально по взгляду. Пусть однажды покинутые —но доброта воистину была рождена в их сердцах, не способных озлобиться. Наступило время, когда учёный послал и за этими детьми. На тот момент им было по шесть. Прелестная девочка с белыми волосами и мальчик с глазами, всегда выражающими твёрдую волю. Ах, что же с ними потом произошло?.. —рассказчик коснулся ладонью лба, покрывшегося капельками пота. — Тот человек... Разрабатывал особенные способности для особенных людей, и предыдущие дети стали жертвами его опытов. Нет, большинство из них осталось в живых и находилось у него в лабораториях, но результат эксперимента был неудовлетворительным. А вот эти двое и впрямь оказались особенными —девочка с лёгкостью обрела способность «Ластик», а мальчик — «Взор». После опыта дети так же жили под покровительством учёного—теперь они были объектом наблюдения, но их прежний покой был нарушен психологическим расстройством, что было последствием обретения дара. Постоянное существование в одном лишь им веданном страхе и другие побочные действия... Через месяц оба ребёнка были обнаружены в полумёртвом состоянии. «Носители способностей не должны быть утеряны, иначе все мои старания и жертвы напрасны!»—заявил учёный, и пока жизнь еле-еле теплилась в двух хрупких телах, он старался отделить от них способности, ведь они были его главным трудом. Таким образом, брат и сестра должны были окончательно покинуть живой мир, а способности —сохраниться для других носителей, но... Произошла ошибка.