Ошибка неизбежна

Кха, сегодня я снова пытался создать Холст как следует, а в итоге провалялся в постели десять дней... Больно. —Эй, а можно полегче? Я помру сейчас! Ай-ай! —Терпи. Думаешь, легко эту штуку колоть? Вводится еле-еле! Аа-у... В спине словно нож, а не иголка, вот как вообще можно такое творить, Витольд?! —Эх, Трайд, я всё никак не научусь... У меня не получается сделать свой мир... —знаю, что она злится, когда я ною, но меня это не останавливает. Ну а что поделать, все мы эгоисты! —Ничего, зато в этот раз приступ не такой сильный, верно?—Трайд наконец вытащила шприц, и из горла вышел протяжный вздох облегчения. —И то правда. Иронично, что даже с «Врождённой завистью» ты настолько умеешь утешать. Поднявшись, я увидел, что красивое лицо перекосило, будто от страшной боли. —Помолчи. — не то прошептала, не то прохрипела Трайд. —Ты же знаешь... Как сложно. —Прости. — неудачная шутка получилась, и зачем я ляпнул?! — Трайд, ну прости! Она резко мотнула головой и, выкинув шприц с ампулами точно в середину мусорного ведра, выбежала из комнаты. «Веду себя, как дитё малое. Раздражает.» А... Мне же шесть лет. *** —Хм, значит, Холст снова не создался? — Витольд задумчиво постукивал длинными пальцами по книге с записями.— Плохо, Ксенон. Старайся. —Эй, можно мне уже идти? Я устал валяться в кровати! А ещё есть жутко хочется. Съем всё на свете, ручаюсь! —Да-да, конечно. Как придёшь в норму, принимайся за Холст. Лекарство я изготовлю. У-у, только не это! —Витольд, ну не надо! — прохныкал я, делая глаза жалостливыми настолько, насколько возможно—вдруг поможет. —Корчиться в агонии тебе нравится больше? — выразительный взгляд изумрудных глаз обратился к моей голой спине. Оставайся там хотя бы маленькие синяки, было бы не так обидно. Нет же, противные инъекции и следочка не оставляют! —Ладно... Пойду поем уже. Витольд ласково усмехнулся мне вдогонку, склонив голову со светлыми прядками к своей книжке. *** — Вы только посмотрите на эту наглую химическую мелочь — опустошил весь холодильник и всё никак не унимается. Жиру мало, видимо. — ворчливо комментировала Трайд, свысока наблюдая, как я впиваюсь зубами во внушительных размеров шмат мяса и закусываю его пятью чесночными булочками разом. —А что такое? Я не толстый. — выговорить еле получилось, ибо рот был занят важным делом. —Ещё одна такая обжираловка—и будет тебе счастье. —хмыкнула та. —Ещё одна такая обжираловка будет у меня минимум через месяц. —произнёс я в тон девушке. Да уж, Трайд —жуткая злюка, но я её всё равно люблю. На деле она добрая, прямо как старшая сестра, — только этому наверняка никто бы не поверил, кроме Витольда. Думаю, Трайд он нравится. Интересно, почему она ни разу не называла его по имени? Для Трайд Витольд — «наставник», хотя это прозвище нельзя назвать неправильным... —Эй, ты снова читаешь эту книжку? — я специально громко чавкал её любимыми конфетами, но сосредоточенные фиолетовые глаза всё никак не отвлекались от страниц «Теории чувств».— Уже восьмой раз... Разве это не скучно? Лиловые искорки злобно сверкнули в мою сторону. —Как мне может быть скучно, когда я читаю о чувствах?! — возмутилась Трайд, откинув каштановые волосы с лица.—Ах, Ксенон... Ты ещё такой маленький. Люди сложнее, чем кажутся. Маленький?! Мне уже шесть! Я взрослый и умный! И всё-таки возражать не хотелось, и вместо возмущения я поинтересовался: —Скажи, а перемещаться весело? Даже завидую. Ой! —... Т-то есть... Не завидую... Так, спрашиваю... На этот раз она не схватилась за голову и не упала, как случилось однажды. Витольд тогда долго успокаивал Трайд, даже книги вслух читал. «Врождённая зависть»... Наверное, очень болезненная. И ей больно, и мне— как ни поворачивай, мы почти одинаковые. Но... Пусть Витольд для этого нас и вырастил, он заботливый создатель. — Перемещение... Довольно занятная вещь. — а я и не ожидал, что Трайд ответит. — Миг – и ты в другом месте. —Ха-ха, а я помню, как ты меня напугала в первый день тестирования! —ностальгически хихикнул я. Ага, в тот день я мучился с приступом, а препарата Витольд ещё не изобрёл. —Пф...— уголок её губ приподнялся на целый миллиметр, ух ты! Я... О вдохновение, я хочу нарисовать это!—Не болтай с набитым ртом, химическая мелочь. —Меня зовут Ксенон! —Ладно-ладно, не вопи. —Трайд недовольно поморщилась и невозмутимо перелистнула ещё страницу. —На, скушай. — я подсел к креслу и попытался сунуть конфету в рот Трайд. —Фу, убери от меня это! —в ужасе отпрянула она, даже закрывшись ладонями. —Но я же знаю, что ты их любишь. — искренне недоумевал я. —Не сейчас... Да съешь её сам, Ксенон!—Трайд обхватила живот. Видно было, что ей стало плохо, однако она всё равно предусмотрительно и аккуратно положила книгу на кресло. —Меня стошнит сейчас. — я испугался и побежал за шатающейся в сторону ванной девушкой. —Трайд, погоди, там кабинет! Стой, налево, налево!!! *** Обыкновенный сон —это благодать, несравнимая с моими попытками создать Холст. Во время таких перерывов я могу насладиться спокойными минутами ночного уюта. —Ксенон. Иногда я думаю, что во время нормального сна поднять меня может минимум два мамонта, ибо отдых – это святое. —Ксенон. —Чего?! Я разом подскочил, разглядев среди складок балдахина фиолетовые искорки. ... Может ли это значить, что Трайд заменяет двух мамонтов?.. —Трайд, тьфу, который час вообще?! —Два тридцать восемь. — послышался ответ. —Ну и какого мяса ты делаешь в моём сне? —Просто поговорить. Извини.— наверняка ведь что-то неладное! —Ложись. — я сдвинулся с середины необъятной кровати и откинул одеяло. Трайд не так уж часто приходит поспать со мной — в большинстве случаев я просил её об этом во время приступов. Стыдно, но... В сложные моменты мне кажется, будто тело становится ещё меньше, а огромная кровать — ещё больше. Неприятно. До мурашек. —Ксенон, в общем... — Трайд накрылась по плечи и повернулась ко мне лицом. — У меня будут дети. А вот к такому меня жизнь не готовила. —Глазные яблоки вывалятся, моргни уже. Как возможно быть такой непоколебимой?! Сестрица, я хочу брать у тебя уроки спокойствия! —Как... Как — дети? — мой шёпот был каким-то подавленным. —Витольду нужно. —Да нет же, это понятно, но... —Искусственно... Тебя действительно волнует только это? —почему-то с холодной грустью спросила девушка. —Что ты, конечно нет! Я бы очень хотел потом... Хотя бы посмотреть на них. — подумать только, я видел настоящих малышей только в книгах и фильмах, а теперь Трайд станет мамой!— Я думаю, они будут самыми милыми на свете! Пусть она улыбнулась, но мне стало не по себе. — Ксенон, он использует их для способностей. Понимаешь? Они могут умереть. Я... Воспользуюсь переносом... Это самый оптимальный вариант. —А это точно правильно? — Витольд ведь... Страшно подумать, что будет, если Трайд ослушается. —Поможешь мне, Ксенон? — никогда не видел её столь печальной, что же такое... —Просто поддержи меня. —Не вопрос. Обязательно. —Спасибо. — Трайд закрыла глаза, показывая, что разговор окончен. Но я знал, что спать она не будет. *** Как ни странно, в подвальные комнаты добираться труднее всего, особенно в тот отдел, где сейчас Трайд. Я тихонько крадусь мимо лестниц и серых коридоров, ведь самое опасное — Витольд может узнать, что я наведывался к ней, и тогда всё будет... Ну не то что бы плохо — ещё хуже, чем есть. Дверь тяжёлая, у меня еле получается толкнуть её после взлома тонкой кисточкой — прелестная вещица, как оказалось, помогает мне не только в Холсте. —Вот и я. Дождалась? Прежде и так небрежные, сейчас волнистые пряди тёмных волос выглядели совсем плачевно. На меня поднялся измученный взгляд. —Слушай внимательно. Моё поведение будет немного изменено, а большинство воспоминаний Витольд перенесёт в другой мозг. В той лаборатории. —Понял. —Отлично. Это всё. При каких-то происшествиях используй свой невероятный разум на все сто, умоляю. Ну и... не скучай там без меня. «Без меня настоящей.» — читалось в глазах Трайд. Даже она сама не знает, кем станет и что произойдёт. —Сентиментальные разговорчики не в твоём духе. Но я тронут. До скорого свидания, Трайд. Она попыталась слабо улыбнуться в ответ, махнув хрупкой ладонью. Серебристые цепи, отходящие от кандалов, прощально звякнули. Наконец закрыв эту железяку на петлях, я остановился. План моих действий вполне ясен. С заточённой Трайд увидеться не получится, Витольд не хочет говорить на эту тему... Но у Трайд получилось, дети теперь в безопасности. Может, они спокойно будут жить в мире людей. Не зная, кто их родители... Нет, я не должен думать об этом—они ведь выживут, а это уже немало. Ха-а... Я спустился по стене и закрыл лицо руками. «Обещай, что в первую очередь позаботишься о себе.» — так она сказала, да? Проклятье. А я просто хотел её обнять. *** —Понимаешь, Ксенон, это были особенные образцы. «Взгляд» и «Ластик» могли осуществиться только из-за их индивидуального генного кода. Ты, Трайд, её дети и другие— никто не создан мной просто так, знаешь? —И ты злишься на Трайд? —Поначалу я был раздражён. Всё же этот опыт стоил моего труда и времени, а она так просто избавилась от его результатов. Но! — Витольд поднял тонкий указательный палец вверх. — Человек должен стремиться к самосовершенствованию. Так что важно воспитывать в себе благие качества. Трайд я давно простил—правда, теперь мне нужно менять свои планы. Изменение номер один! Он вынул из коробочки на столе что-то очень маленькое и квадратное, протянув его мне. —Проглоти это. —Чувство отвратительное. — отозвался я, исполнив приказ. — Такое ощущение, что жизнь резко решила показаться мне хорошей, хотя она знает, что это вовсе не так. —Значит, работает. — заключил Витольд, удовлетворено хмыкнув. — Я изобрёл «таблетку контроля», и теперь ты её тестируешь. Холст, уколы, теперь ещё и это. «Не рождайся я вообще, было бы лучше?» — подумалось вдруг. Глупо, конечно — если я существую, значит, я в любом случае должен был существовать. Для чего-то. Хотя бы для тех крох, оказавшихся в чужом мире без мамы — почему бы не жить для них? Для жертвы Трайд. — А зачем меня контролировать, я же и так доверяю тебе... — Мне просто нужно проэкспериментировать «таблетку». Согласись, это лучше, чем изымать воспоминания и переносить их в другой мозг? Трайд с абсолютно каменным выражением лица стояла позади кресла Витольда, не выражая ровным счётом... ничего. *** Мальчик с густыми каштановыми волосами был до зевоты молчалив, а вот девочка так и заливалась радостной болтовнёй, стоило мне войти в их комнату. —Ксенон пришёл! — звучал тоненький детский голосок. Мальчик в такие моменты стоял за спиной девочки и с открытой неприязнью сверлил во мне дыру большими зелёными глазами. За два года с их прибытия в лабораторию ничего не изменилось. «Хо-хо, ну разве не мило? Очаровательные детишки!» Как я и говорил тебе, Трайд. —Ну-ка, Си, рассказывай, как самочувствие? — мне очень хотелось подхватить Ди на руки, но я сам был мал. Пришлось довольствоваться тем, что она повисла на моей шее, дёргая отросшие пряди чёрных волос. —Даже если и плохо, с чего мне плакаться тебе? — неодобрительно откликнулся тот, присаживаясь за кресло и хватая в руки увесистую книжку с иностранными символами на обложке. Вы только поглядите, каков упрямец! —Братцу сегодня очень плохо, и он пытается делать вид, что уже успокоился. — выдала мальчика Ди. Почти белые волосы гладкими волнами спадали за её спину, а лиловые глазки хитро щурились, будто зная, что братец сейчас покроется густым слоем румянца и возмущённо завопит, откинув свою обыкновенную собранность: —Ди, зачем ты это сказала! —Ксенон рассказывает отцу, как мы себя ведём.—крошка перестала терзать мою шею и, поучительно подняв указательный пальчик вверх, обратилась к Си. — А отец наблюдает за нашим здоровьем, чтобы мы завладели удивительными способностями! Хорошее настроение из меня энергично выбили ногой, как футбольный мяч. —Неделя до вселения осталась, да? — заметил мальчик. Он был невероятно спокоен, однако маленькие руки, держащие книгу, казались сделанными из мрамора. Значит, он волнуется. Или что-то подозревает? Ди и на секунду не сомневается в Витольде, а вот не по годам смышлёный Си может и догадаться. Было бы проще, будь «таблетка» просто аппаратом для уничтожения. Я бы всё рассказал детям и умер. Но разве Витольд даст мне погибнуть? Моя способность — важный эксперимент. —Вы... Поддерживайте друг друга. — хрипло произнёс я какую-то глупую, совершенно очевидную вещь. Ненавижу себя. — Удачи. Я невероятно сильно ненавижу себя! Ди с добротой улыбнулась, Си хмуро кивнул. В каждом их жесте я вижу тебя, Трайд. И что мне делать? *** Да, она действительно валялась на полу в коридоре, видимо, так и не найдя сил открыть дверь в комнату. —Ты совсем не сможешь встать? — мне всего-то десять, как я подниму её?! —Кто ты... — пробормотала Трайд сухими губами, словно в бреду. — Я тебя... Знаю. Но не помню... Спасибочки, Витольд, забрать её воспоминания о прекрасном мне — очень милый, не лишённый благородства поступок. Подсыплю тебе полпачки сахара в томатный сок. —Ну же, передвигайся! — покряхтел я, таща длинные ноги в дверной проём. Через двадцать минут моих мучений Трайд, наконец, оказалась сидящей на кровати. —Говорить будешь? — на кухне не нашлось абсолютно ничего съестного— кажется, чаёк за душевными разговорами мне не светит. —Я отвела их туда. — опустошённо произнесла девушка, смотря в какую-то невидимую точку перед глазами. Очевидно, она имеет ввиду Си и Ди. —Я знала, что случится, но все равно отвела их в лабораторию. Ну и что я могу ответить? «Ты не виновата»? —Они живы. —ничего не выражающие глаза поднялись на меня. —Твои дети живы, способности они приняли, Витольд доволен. Всё нормально, правда ведь? Самовнушение —лучшее оружие, которым я владею. Изящное тело Трайд пробрала мелкая дрожь, и несмотря на совершенно каменное выражение лица, её голос прозвучал как-то жалобно. —Ты не лжёшь? —Нет. —А-а... —девушка вымученно запрокинула голову и тяжко вздохнула. — Сложно кому-то доверять. Что ж, это вполне ожидаемо. —Но может, не в твоём случае. —Ксенон. — без лишних вступлений откликнулся я. —Что за химическое имя. С памятью или без, Трайд остаётся собой. Пусть немного, но хоть так... Хоть крупицы личности. —Ты разве был со мной знаком? – и всё-таки сочетание безэмоционального лица и голоса, проявляющего интерес, было странным. Это как есть шоколад, принимая его за брокколи. Итак, пора действовать. —Отложим дружеский разговор о прежних временах. Си и Ди погибнут. Трайд вовсе не удивилась, я чувствовал это. Опасность часто сидела прямо на плечах этой девушки, разве могла она не научиться замечать её? —И у нас есть план, не так ли? Проклятая самонадеянность. *** —Я буду наблюдать за ними.— мой голос, ещё не обретший должного низкого тона, звучал невероятно уверенно.—Способность Холста не ограничивается созданием одного мира, так что вместить туда пространство, построенное подсознанием Дианы и Славы, мне по силам. —Я одобряю эту идею. — кивнул Витольд, радостно усмехнувшись.—Только запасись препаратом, Ксенон. В этот раз понадобится в три раза больше, ты ведь понимаешь свой риск? Естественно, понимаю. Вопрос глупый, Витольд просто хочет удостовериться в твёрдости моего решения. —Тогда... Можно попросить? Я желаю, чтобы Трайд обеспечила мне безопасность во время процесса. —Безусловно. —уголок тонких губ хитро приподнялся вверх. —Она не будет возражать. «Я добился этого, Трайд! Как ты и просила — Витольд разрешил тебе жить со мной!» —Готов, Ксенон? Я правда постараюсь, чтобы было не так больно. Пусть под километровым слоем холодности в голосе, но это забота. —Да. Давай уже. Слава и Диана не ждут! Они обязательно должны проснуться. Всё зависит от выносливости моего тела —продержать Холст нужно как можно дольше, и я сделаю это. Хоть кого-то спасти. Хоть как-нибудь пригодиться! —Всё. Я готов.