Ты Можешь Изменить Всё

      Тишина и спокойствие — это лучшее лекарство от головной боли, переутомления и вообще от всех трудностей, которые преследуют каждого. Миллионы людей страдают от нехватки времени, проведённом в своём разуме и подсознании. Изо дня в день становится трудно общаться с человеком, выражать свои мысли, потому что нужно быть таким, каким не хочется быть. Много кто ищет спокойствие, ведь порой оно способно заглушить лишние и ненужные слова. Вслушиваться в природные звуки гораздо приятнее, чем использовать свои уши для распознания чужой речи.

***

      Сынмин из раза в раз проходился внимательным взглядом по фотографиям и шершавым листам бумаги. 23 жертвы и зацепок кот наплакал. Обидно, что вскрытие ничего не показало (почти). Это начинало раздражать всё больше. Да, тихо. Да, спокойно. Но крайне трудно работать мозгом двадцать четыре часа в сутки. А особенно мудохаться над глупым шифром. Ким никак понять не мог, к чему те рисунки, но подсознание начало рисовать странные картинки, от которых в жилах застывала кровь, а по телу начал бегать табун мурашек. Сынмин нервно сглотнул и отпил из кружки горячий кофе. Этот ключ и язычок пламени, что нарисовал преступник, будто там не просто так. Всё это действительно как-то связано между собой, но верить не особо хотелось, надеясь, что это глупое совпадение. Ещё одна необычная особенность заключалась в том, что у каждой из жертв отсутствовал язык, и вскрытие показало, что он был не просто отрезан или по случайности откусан самими же убитыми — их выдерали, словно искупление за совершённые грехи. И почерк на всех листах бумаги разный, будто бы жесточайшая расправа над людьми была запланирована не одним человеком, а целой группой.       К сожалению, тишине рано или поздно приходит конец. Кто-то вечно норовит её испортить. Как и в этот раз. Стажёр готов поклясться, что сейчас, если бы он не пытался получить звание и уважение, то придушил этого человека голыми руками. Нормальные люди сначала случается, а потом, после одобрительного «войдите», дёргают ручку и входят. Но этот парень ломает все законы вежливости и уважения.       Сынмин поперхнулся бодрящим напитком и даже пролил немного на себя, когда дверь в кабинет распахнулась с огромной силой, ударяясь об часть стены. Парень, появившийся перед Кимом, предстал не просто дерзким и напыщенным, но и высокомерным (ну, раз выломал дверь с ноги, то уж точно). Он, посмотрев на Сынмина снизу вверх, уверенной походкой зашагал к столу, за которым сидел раздражённый и ничего не понимающий «следователь». Парень одной рукой пафосно придвинул напротив Кима стул и откинулся на него, сложив руки крестом перед грудью.       От злости у Сынмина задёргался правый глаз. «Да кем возомнил себя этот парнишка, чёрт возьми?», — проскочило в мыслях. Секунд десять парень прожигал взглядом из-под чёлки своего незваного гостя. Тот лишь ухмыльнулся и поставил руки на стол, подпирая ими голову, чувствуя гневную ауру вокруг Кима.       — Тебе, наверное, интересно, кто же я такой, так ведь? — улыбается парень, гордо осматривая Сынмина.       — Ты мне дверь выбил, конечно, мне интересно. — Ким чутка задирает нос, пытаясь играть по правилам этого напыщенноного парня.       — Ха-ха, Ким Сынмин, ты довольно интересен. Наём всё же не врёт и не преувеличивает, называя тебя чертовски умным и сообразительным, но тебе до меня расти и расти, — не отрывая взгляд, произносит незнакомец. — Ты, вероятнее всего, меня нигде не видел, но я тоже стажёр. Вернее, был им, — давит из себя ухмылку парень, явно посмеиваясь. — Я уже детектив. Самый настоящий. Но знаешь, повезло мне больше, чем тебе, потому что Наём меня раньше обучил, и, как видишь, я стал полноценным профессионалом в своём деле. Помощь тебе, да… — поправляя чёлку, делает паузу блондин. — Ты должен быть благодарен судьбе, ведь со мной ты не попадёшь, — незнакомец опустошил кружку с горьким содержимым, игриво поглядывая на Кима.       — Может, поумеришь свой пыл? В нашем разговоре от него нет никакого прока. К тому же, ты всерьёз веришь, что мне нужна помощь высокомерного грызуна? — совершенно спокойным голосом выдал Сынмин, но его глаза отражали искры ярости.       — Хан Джисон — лучший детектив, которого только можно встретить, надеюсь, сработаемся, — хихикнул блондин, убирая руки со стола, снова налегая всем телом на спинку деревянного стула. - Постой, ты назвал меня грызуном?       Сынмин выдохнул весь воздух, находящийся в лёгких, и молча встал из-за стола, направляясь в выходу.       — Ничего не трогай. — с презрением взглянул Сынмин на Хана, снова чуя подвох.       Ким достал из кармана брюк телефон. Это напрягает. И этот парень… Он явно не из робкого десятка. Лучше уж Сынмин ничего не разгадает и будет работать в одиночестве, чем слушать такого помощничка. Наём как назло трубку не берёт, да и вообще телефон находится у него, судя по всему, в заднице. Видимо, послал Джисона специально, чтобы позлить своего стажёра. Эти глупые проделки наставника у Сынмина уже в горле застряли, но что если это всё не просто так? Киму наплевать, он просто не хочет иметь ничего общего с такими людьми, как Хан. Он терпеть не может, когда ему мешают и при этом выёживаются. Сынмин трёт область между бровями, пытаясь успокоиться, ведь сейчас с этим парнем у него предстояла интересная беседа.       Стажёр дёрнул за железную ручку, медленно входя в комнату. В глаза сразу же бросилась серьёзная мина высокомерного парня, рассматривающего улики с убийств, оставленные возле шкафчика. Сынмин выдохнул и молча направился к Джисону, садясь напротив него на деревянный стул, так как место за рабочим столом уже оказалось занятым. Ким положил ногу на ногу, ждя каких-либо слов со стороны «Лучшего детектива».       — Слушай, а ты разгадал уже этот шифр? — блондин тычет пальцем в выцвевший лист бумаги. — А эти рисунки? Весьма странно. Не думаешь, что это послание одному из людей, расследующих дело серийного убийцы? Или же, может, — сделал Хан умное лицо, хмуря брови и почесывая подбородок, — рассказ о событии, произошедшем в прошлом преступника?       — Я над этими рисунками как раз работаю и может оказаться, что это просто очередная бессмыслица, чтобы отвлечь следователей, также как и записки. Не факт, что мы сможем как-то понять содержимое тех же самых закодированных посланий, — сам не верил в свои слова. — Но я всё же подбираю все возможные комбинации, чтобы засшифровать, и надеюсь, что ответ приведёт к чему-то. Хотя, возможно, это действительно такая фишка. Преступники в наше время стали куда интереснее, — Сынмин слегка качает головой и проводит языком по губам. — Возможно, я несу бред, но убийца поменял язык шифрования, как только я приехал и начал заниматься расследованием. Такое совпадение слишком очевидное. Мне действительно интересно, что же этот урод хочет сказать. Обсудим с ним всё в зале суда.       — Я не силён в расшифровки посланий, но знаю кое-кого, кто может нам помочь, — Джисон чувствует на себе щенячий восторг и интерес со стороны собеседника. — Мой брат. Он долго уже занимается этим гемороем. И помимо простых языков хорошо разбирается в языках шифрования. Но, к сожалению, сейчас он в другом городе и приедет только завтра, поэтому придётся подождать.       Сынмин крайне был удивлён такой информацией. Оказывается, Джисон способен разговаривать как обычный человек, у которого на голове присутствуют волосы, а не корона из золота и камней, впивающихся в мозг. Да и к тому же, помощь брата сейчас бы не помешала, а то от этих букв можно тронуться умом.       — Помощь твоего брата была бы как раз к стати. Я ещё должен откопать всю информацию о всех найденных жёртвах: чем они занимались, кем приходилось. Это важно. Нужно хотя бы попытаться найти мотив, для чего этот подонок выбрал именно их. Такое огромное количество тел было найдено всего лишь за две недели, поэтому расследование не добилось каких-то заоблачных результатов. Все были в ужасе и побоялись хотя бы начать, только собирая трупы и публикуя новости с предупреждениями, ведь такого жестокого обращения к людям давно не случалось. Практически каждый забыл, что такое жить в ужасе. Всё боялись только домашнего насилия и несчастных случаев, — Ким запускает в свои каштановые волосы пальцы, оттягивая их.       — Ха-ха, этим я могу заняться сам, просто предоставь мне их фотографии и имена. — улыбнулся Хан. — А, и кстати, собирайся, пойдём в кафе. Куплю тебе кофе за выбитую дверь и в знак нашего знакомства.       А Сынмин похоже первый раз в жизни облажался и ошибся в человеке. Хан Джисон, кого из себя ты строишь, кем пытаешься быть? Неужели это была всего лишь маска? Или всё же настоящий ты? Он всё-таки высокомерный и самоуверенный, но подходит к своей работе и ко всему, что с ней связано, так же ответственно, как и Сынмин. В этом они действительно схожи, поэтому смогут поладить и найти общий язык.

***

      Наблюдать за ним казалось куда веселее, чем играться с кучкой полицейских. Он с таким серьёзным выражением лица что-то обсуждает с болтливым блондином, что не может не вызывать усмешку. А терпкий запах, исходящий от крепкого кофе, заполонил всё помещение и врезался в дыхательные пути, сводя с ума. Ведь убийца терпеть не может горечь, но даже этот тёмный напиток рядом с тем парнем выглядит чертовски завораживающе.       Смотреть на него с такого расстояния казалось слишком забавным и даже нереальным. Даже то, как детектив заговорился и забыл про температуру своего кофе, обжигая пальцы и недалеко отдёргивая руку, чтобы никто не заметил боль, ведь даже эта мелочь, как он считает, показывает незначительные, но всё же признаки слабости. Сынмин настолько увлечён разговором, что, кажется, совсем не замечает кое-кого совсем близко… Кое-кого, чей взгляд просверлил уже тысячи отверстий на его теле. Но нет. Ким всегда верил своему шестому чувству и чуйке, подводящие крайне редко, а если говорить точнее — никогда.       Чёрная кепка, поверх который был надет капюшон, а половину лица закрывала маска такого же цвета. Сынмин пару раз проходился взглядом по этому парню и был уверен, что кого-то он точно напоминает, но вспомнить, увы, он не может, да и голова забита расследованием. Его столик пустовал и пропадал зря. Было такое чувство, что этот странный тип выжидает свою цель, ради которой и пришёл. Никаких подозрений вроде бы и не вызывает, но ощущение было не особо комфортным.       Парень опустил голову, закрывая полностью обзор на глаза, под одним из которых красовалась небольшая родинка, а на другом виднелась повязка белого цвета, и, приложив к уху телефон, улыбнулся через неплотную ткань. Слыша разговор двух детективов, он, конечно же, понял, что Сынмин в недоумении. Хотелось рассмеяться от такого выражения лица, но привлекать к себе внимание не входило в его план.       — Игра началась.