Вера

Над головой фальшивого основателя сияет ослепительно яркая улыбка почти осязаемого Бога. Цуруги тянет костлявые руки к священным одеждам, заглядывает в стеклянные глаза проповедника и глотает встающие поперек горла вопросы. Паучьи тонкие пальцы бережно опускают веки наивного слепца, сухие губы холодно касаются лба. Цуруги думает: «Как с покойником». Основатель обещает показать ему лучший мир, скользя указательным и средним меж обветренных губ, щекоча подушечками влажное нёбо. Основатель укладывает на язык округлый билет к Богу и целует дрожащие веки. — Невозможно жить без веры. Цуруги ломает с хрустом ребро за ребром, прокладывая путь к трепещущему волнительно сердцу, обрывает играючи спасительные нити жизни и бросает заключенную в отмирающих тканях душу к ногам истинного Бога. Он улыбается снисходительно, прожигая живительным теплом гнилое нутро, и шепчет, подобно герою третьесортного фильма, спасительное «Еще не время». Последователь вздыхает, тщетно силясь поймать проваливающиеся в грязный матрац осколки души. Основатель бережно вырисовывает кистью на ступенях выпирающих ребер чернильное «Вера».