Смерть Хозяйки

Много дней и сил мне потребовалось для создания своего первого чуда — дома Хозяйки. Я помню, как дрожали мои руки, когда работа была уже относительно закончена. Я помню, как показал ей этот дом. Глаза Хозяйки в тот момент были столь огромными, что все планеты, наблюдавшие в это мгновение за нами откуда-то сверху, отразились в них. Руки девушки дрожали тогда не слабее моих. Именно в тот момент, обратив на её руки внимание, я впервые заметил ссадины и порезы, но тогда постарался не придавать этому значения, однако мои мысли возвращались к этим рукам снова и снова. Я понимал, что лучшее, что я могу сделать для своей прекрасной Хозяйки, — это избавить её руки навсегда от каких-либо травм и тяжелой работы. — Теперь этот дом принадлежит только тебе! — А ты? — в её детских огромных глазах читалось беспокойство. Мне доставляло удовольствие наблюдать за всеми красками эмоций, бушевавшими в её зрачках и окруженными радужкой словно насекомые в паучьей сети. Эти краски, словно крылья бабочки, трепетали, разгоняя воздух, и моё сердце под воздействием этих ударов замирало, а дыхание прерывалось. В доме было очень холодно. Через пустые щели для окон в гости залетал ветер. Стены были пустыми и грязными, что меня очень сильно раздражало. Я уже придумал, чем их украсить. Все же остальные, то есть основные, нужды меня не волновали — я прекрасно понимал, что лесная ведьма проживет и в барсучьей норе, если барсук постарается вырыть её достаточного размера. Именно поэтому я позволил себе забыть про удобства и заняться концепцией дома. — А ты? — уже более настойчиво повторила Хозяйка. — А я буду твоим верным псом, охраняющим покой этого дома, — со смехом ответил я. — Не говори так! Хозяйка нахмурилась. Я почувствовал, что вязну в болоте её глаз. Нельзя было перечить этой опасной женщине. — Значит не буду, хотя кто знает, — с улыбкой прошелестел я, подражая деревьям. Хозяйка поняла. Её взгляд смягчился. Она сделала несколько важных шагов от стены до стены и огляделась. — Воистину произведение искусства! Девушка обошла весь дом и вернулась ко входу, смотря на меня очень озадаченно и тревожно. — Что же мы будем со всем этим делать? Она с сомнением оглядывалась по сторонам, а я смотрел на неё, усмехаясь. Сейчас она была похожа на хищного зверя, испугавшегося собственной тени. Меня веселило подобное сравнение, пришедшее на ум. — Я думаю, для начала мы будем создавать уют, а там посмотрим, — я старался говорить мягко, но при каждом моем слове Хозяйка тревожно качала головой. — Если нам очень повезет, то мы сможем помогать людям. Это же не противоречит твоему образу жизни? Хозяйка усмехнулась и закатила глаза. Она снова превратилась в ту весёлую девчонку, к которой я так привык. — Это не противоречит, а является основой всей моей жизни, милый! Только вот как мы сможем помогать людям в этом доме? — Очень просто, — с улыбкой вещал я. — Этот дом станет настооящим приютом заблудших душ. Здесь не будет места печали и обидам. Каждый нуждающийся сможет здесь найти поддержку и простой домашний уют. А когда придёт время, каждый сможет точно так же легко покинуть этот дом. В раздумиях Хозяйка продолжала качать головой. Я тогда не понимал, что вызывает у нее сомнения, почему такое предложение вызвало неоднозначную реакцию. — Изо дня в день я сталкиваюсь с тем, от чего не способна защитить даже одного человека, а ты предлагаешь мне создать приют для большого количества людей, где все они будут в безопасности… — в голосе Хозяйки звучала целая симфония сомнений. — Интересно, разве я сейчас разговариваю не с самой сильной на свете ведьмой? — со смехом сказал я. Хозяйка помотала головой и тяжело вздохнула. В её глазах разливалось океаном беспокойство. — К сожалению, главная моя сила в том, что я, по сути, ничего не могу.