Snake cherry

      — Завтра Рождественский Бал, ты пригласил кого-нибудь? Баки повернулся к Ванде, стоящей у шкафа и слегка улыбнулся. — Ещё нет, кажется, на бал я пойду в гордом одиночестве. Ванда хмыкнула, а потом улыбнулась, беря в руки очередное платье. Прошлые варианты лежали на её кровати, где сидел Баки, подбирающий себе рубашку к балу. — Как тебе этот вариант? — Ванда приложила платье к себе. Баки, выступавший консультантом уже где-то полчаса, сделал большие глаза и преувеличено вздохнув, приложил руку к сердцу, изображая восторг напополам с инсультом. Под конец этой сцены он упал на кровать, инсценируя обморок так как он выразился, его ослепили неземной красотой. — Великолепно. Ванда закатила глаза и стукнула его по плечу вешалкой. — Джим, прекрати, до бала рукой подать, а я платье не выбрала. Баки принял сидячее положение и протерев несуществующие очки, надел из на нос. — Ты мима изображаешь? — закричала Ванда из ванной, где переодевалась. — Естественно, — Баки повернулся к окну. — Слушай, зачем ты меня вообще позвала? Тебе вроде мужское внимание не нужно... Баки обернулся на Ванду, которая вышла из ванной. И улыбнулся. Ванда была в красном платье с небольшим вырезом бедра. Её талию стягивал красный корсет, а сзади струился шлейф кроваво-красной вуали. Ванда чинно сложила руки на поясе, давая любоваться собой. — Ванда, ты... вау, — после долгого молчания сказал Баки. Ванда фыркнула: — Ну да, конечно. — Правда, — Баки встал с кровати, обходя Ванду со всех сторон. — Ты выглядишь просто нереально красиво. Все будут смотреть на тебя, Наташа заревнует. Ванда немного покраснела щеками, улыбаясь уголками губ. А потом, когда Баки отошёл на расстояние, покрутилась вокруг себя. Баки захлопал. — Ванда, ты неотразима. — Спасибо. Ты выбрал себе рубашку? — Ванда кивнула на одежду, лежащую на кровати. Баки отрицательно покачал головой. — Ну ты как обычно, давай я тебе выберу что-нибудь стоящее. Ванда принялась копаться в одежде, невзирая на предложения Баки. — Нет, Джим, это бал, надо прийти нарядным, — сказала она, теребя в руках какую-то ткань чёрного цвета. Её пальцы уже хотели положить вещь, но словно их хозяйка передумала, сжались. Ванда выпрямилась и повернулась к Баки. — Вот, примерь, — она протянула ему эту ткань. Баки с сомнением взял это, не понимая что это вообще такое. Этим оказалась чёрная атласная блузка, рукава которой были свободными на вид. Баки скривился, показывая своё неодобрение по поводу этой вещи, но под грозным взглядом Ванды пошёл переодеваться в ванную. Ванда проводила его самым грозным взглядом, на который была способна. Когда за Баки закрылась дверь, она присела на кровать, беря в руки расчёску. Баки вернулся из ванной не скоро, а когда вошёл так вообще кривлялся и говорил, что «лучше он поцелует лягушку, чем покажется в таком виде». Ванда же результатом осталась довольна. Препираясь всё утро, Баки всё-таки сдался, торжественно поклявшись, что придёт на Бал вот так и никак иначе. — Нет, честно, Ванда, пусть у меня уши отсохнут, — кричал Баки из ванной, одеваясь в свою одежду. — Ловлю на слове! — ответила ему Ванда, заплетая себе косы.

***

— Извини, мне наверное послышалось, — Баки думал, что он ослышался. — Ты сделал что? Локи медленно вдохнул. — Мы с Сигюн... — О, нет, не продолжай, — перебил его Баки. — Уже звучит не очень. — Мы с Сигюн вроде как вместе, — договорил Локи, сжав в руках подушку от дивана. Баки, до этого ходивший взад и вперёд по их спальни, остановился и посмотрел на Локи, как на не очень адекватного человека. Алло, психушка? Кажется, у вас пациент сбежал. — Чему ты так удивляешься? — спросил Локи, который уже сам чувствовал себя не очень. — Действительно, чему я удивляюсь? — Баки всерьёз не мог поверить, что Локи спрашивает. — Ммм, ну может быть, потому, что ты любишь Тора, а теперь встречаешься с девушкой, которая думает, что ты влюблён в неё, а ты просто всех обманул? Да нет, я наверное что-то путаю, — последнюю фразу Баки произнёс со всем ядом, что только смог в себе найти. Локи провёл руками по лицу. Он чувствовал, как у него разбаливается голова, но ничего не мог с этим поделать, так как болела у него не голова, а как по всему телу медленно, но верно растекается дергающая боль. А Барнс тем временем не унимался. Серьёзно, Локи иногда кажется, что его друг собирается его доконать. — У тебя совесть вообще есть? — Баки сложил руки на груди, излучая собой недовольство. — Совесть - это умение полоскать самому себе мозг, — Локи прищурился как коршун. Баки, которого это видимо довело до состояния вулкана, нервно усмехнулся, а потом не особо вежливо хлопнул дверью так, что чуть не вырвал её из петель. Видимо пошёл охлаждаться. Локи свернулся на диване калачиком, прижав руки ко рту, кусая себя за пальцы. Только не реветь, не реветь. Держаться. Локи уткнулся носом в подушку.

***

Баки искренне проклинал возникшую ситуацию. Надо было уйти в гостиную, а не ходить по всему Хогвартсу. В таком огромном количестве всяких коридоров, Почему именно в этом коридоре? Его так не любит судьба? — Привет, солнышко, — Брок улыбнулся и чуть поддался вперёд. Видимо не любит. Баки окинул Джека Роллинза за спиной Брока незаинтересованным взглядом. Тот стоял со своим каменным лицом и вообще судя по всему пародировал скалу. Ну с его-то ростом и телосложением, как раз. Баки завёл свои руки за спину, выпрямляясь. Взгляд Брока переметнулся к вырезу его рубашки. Баки искренне проклял его про себя несколько тысяч раз. — Ты хотел что-то? — голос Баки даже не дрогнул, когда он заговорил. Брок отвёл глаза от созерцания его фигуры и заметно сглотнул. Баки подавил в себе рвотный рефлекс. — Хотел спросить, ты ведь ещё не нашёл себе парочку на Бал идти? Баки приподнял бровь, высказывая недоумение и неодобрение. — Не нашел. — Какое совпадение, — Брок сверкнул глазами. — Я тоже, думаю, это судьба. Баки инстинктивно сделал небольшой шаг назад. От Брока это не укрылось. Казалось, он пожирает Баки взглядом. — Ну, чего ты? Неужели боишься? — Брок чуть склонил голову, смотря на него. И тут Баки подумал, а почему собственно и не пошутить. Чувство юмора у Барнса было не очень от слова совсем не очень. — А ты с Роллинзом пойди, думаю он не откажется, — Баки захлопнул рот, сообразив, что только что ляпнул. Брок стоял с открытым ртом и если бы Баки сейчас не проглотил язык, он бы сказал что-нибудь про челюсть. А так, прекрасная возможность делать ноги. Баки медленно обошёл их, и уйдя из поля зрения сорвался на бег, слыша как материться Брок и его приближающиеся шаги. Баки уже подумал, а не применить ли какое-нибудь заклинание, как из одной окружавшей его колонны высунулись чьи-то руки и буквально не втащили его в тень. Чья-то жёсткая рука прикрыла Баки рот. Тот дёрнулся, пытаясь освободиться от руки на лице или хотя бы убрать вторую руку чужака, которая с особым энтузиазмом обвилась вокруг его талии, прижимая к чужому телу. Баки чуть повернул голову и закашлялся воздухом. Стив шикнул на него, выглядывая из-за колонны. Баки уже хотел освободиться, как Стив прильнул к нему всем телом, всей ладонью затыкая ему рот. Баки притих, как услышал голос Брока. Тот что-то говорил исключительно на нецензурном языке. Стив поморщился. Через какое-то мгновение шаги стихли как и голоса. Баки промычал в руку Стива. — Что? — удивился Стив. Баки, выпутав одну руку, сбил руку Стива со своего лица и посмотрел на него нехорошим взглядом. — Ох, точно, прости, — пробормотал Стив. Он выглядел чуть смущённым, но руку с талии Баки убирать не спешил. Баки собрал всё своё самообладание, чтобы не покраснеть как Стив. Его спина вжималась в холодную колонну, а Стив, прильнувший к нему слишком близко, был тёплым. Нет, не так. Очень тёплым. — Роджерс, ради бога, убери руку, или я тебе её откушу, — сказал Баки, откидывая упавшую на лицо прядь волос. Стив посмотрел на него неясным взглядом, убирая руку и улыбаясь, словно лично получил подарок от самого Санты. — Извини. Баки вышел из-за колонны и пошёл к гостиной Слизерина. Стив увязался за ним. Чисто из соображений безопасности, сказал он. Баки надеялся, что Стив будет молчать, через несколько минут мечтал врезать Стиву от души. — Роджерс, ты меня уже задрал, — огрызнулся Баки. — Достал, понимаешь? — Просто объясни, что случилось, — Стив остановился, твёрдо смотря ему в глаза. Баки чуть не взвыл. — Это моё решение! — Огласил бы мне его, чтобы я не мучался, почему мой лучший друг от меня шарахается, как от прокаженного! — Ахаха, не слишком ли ты много захотел? Ну сказал бы я и что? — Я бы сделал всё, чтобы мы остались друзьями. — Ещё чего ты хочешь? — змеёй зашипел Баки. — Ещё чего хочу? Я хочу... — Роджерс, в душе я ебал, что ты хочешь. Между ними повисла тишина. Стив смотрел так, словно его ударили чем-то очень тяжёлым по голове. Баки избегал его взгляда, опустив голову, спрятавшись за длинными волосами. — Н-да, понятно, — сказал Стив, переставая на него смотреть. — Хорошо, я тебя понял, Джеймс, прошу простить за беспокойство. Баки как током ударило. Он медленно смотрел на спину удаляющегося Стива, ощущая как больно и холодно теперь в груди. Колени его разъехались, и Баки сполз по стене, чувствуя как отключается от реальности.

***

— Ты неисправим, — Локи задёрнул шторы. Баки, у которого сил не осталось на пререкания, тяжело вздохнул, смотря как Локи ложится к себе в постель. — Л-Локи, — тихо позвал он. — Ну? — Прости меня... Локи приподнялся на локтях и посмотрел на него. В темноте было не видно его лица, но Баки был уверен, Локи улыбается. — Хм, прощаю, давай спать, ты помнишь? Завтра Рождественский Бал. Наташа с утра придёт, будет спрашивать, хорошо ли на ней сидит это платье. Они тихо посмеялись в темноте.