Нейротоксин

РОЗЫСК

      МЕЛЬНИК АЛЕКСАНДР МИРОНОВИЧ       Родился 5 апреля 1984 года. Уроженец города Санкт-Петербург, Ленинградская область, нынешнее местонахождение неизвестно.       В 2001 году поступил в Санкт-Петербургский государственный университет. Имеет бакалавриат по техническо-химической специальности. Трудовая книжка не прилагается — официальный вид заработка отсутствует.       По поставленным данным занимался незаконной торговлей наркотических, токсичных и ядовитых веществ собственного производства с 2004 года без наличия лицензий. 14 марта 2006 года объявлен розыск. В последний раз гражданин был замечен вблизи аэропорта Пулково — Санкт-Петербург. Информация о месте проживания неизвестна.       Из примет среднее телосложение, русые волосы средней длины, острый нос, каре-зеленые глаза, рост 178 сантиметров.       Специализировался на продаже паралитических ядов, а также веществ с ядовитыми парами. 13 марта 2006 года пойман с поличным за продажей метамфетамина, после чего и был объявлен разыскивающимся преступником. Награда за любую предоставленную информацию о гражданине и его местонахождении от 100 тыс. рублей.       Дмитрий прищурился. В правый глаз его бросились напечатанные большими черными буквами имя, фамилия и отчество сидящего напротив него парня. Разве это досье? Как-то Дима не припоминал, чтобы в досье указывали совершенные ранее лицом преступления. И все-таки информации для собственной независимой оценки ему вполне хватило. Через несколько секунд он понял: этот лист был прикреплен к делу полиции.       С какой стати это ему брать на работу разыскиваемого преступника? Он в последний раз обвел глазами фразу «…техническо-химической специальности», медленно моргнул и, надменно задрав подбородок, начал: — Это ведь не досье, Александр, — голос его прозвучал как-то раздраженно, усталость сильно исказила его вечно недовольную гримасу, превратив Дмитрия в подобие какого-нибудь не проспавшегося пьяницы. — Мне не нужны описания вашей внешности и преступлений. Я ищу специалиста… А это вложенное в журнал розысков по России дело. — Именно, — подтвердил Александр. — И такое, кстати говоря, в обычных условиях не достанешь. Прямиком из отдела — самая «свежая» информация, и каких трудов мне стоило добыть это все!       Дима поднял серые глаза, закрыл левое веко, оголив белесый шрам, проходящий с брови до практически самой середины щеки, затем вопросительно склонил голову к плечу. Его взгляд не отражал в себе ничего хорошего. Раздражение из-за осознания того, что драгоценное время может быть потрачено впустую, заполняло выпирающие жилки на больших ладонях, так что они вздулись. Александр решил ускориться. Казалось бы никогда не сползающая с его лица хитрая ухмылка сейчас загорелась чем-то отдаленно напоминающем Диме коварством. — Четыре года на факультете техническо-химической промышленности в Санкт-Петербургском государственном университете. Закончил нормально, не с отличием, конечно, но диплом о высшем образовании имеется. Химией увлекался еще с детства — лет в четырнадцать пытался создать первое токсичное вещество в домашних условиях, — Александр поправил свою густую шевелюру, стянул губы и посмотрел на «работодателя». — А вы… можете представиться? — Дмитрий Федотов, — ответил он, — по новому паспорту. Фамилию прошлую называть не буду ради моего к вам уважения и сохранения конфиденциальности некоторой информации, утечка которой нежелательна, особенно сейчас, когда менты по всему городу шныряют, как собаки-ищейки.       «Да и после этого меня вряд ли кто-то в лицо узнает. Даже полиция, — выдохнул про себя Дмитрий. — Чем-то оно и к лучшему».       Мельник выглядел броско для своего обыкновенного образа, пусть и носил он белоснежный халат, прическа его была беспорядочной, вместо кроткого взгляда парень одаривал людей своими яркими чуть сощуренными глазенками оттенка болотной тины, а легкая улыбка придавала ему особую харизму. Третье веко у Александра посажено глубоко, чуть ли не врезаясь в переносицу, зрелище это напоминало пустые щели глазниц, точно у слепой змеи. От этого видок у него становился не слишком уж дружелюбным — в какой-то мере хищным и пустым.       Дима же похвастаться мягкими растопыренными в разные стороны волосами не мог — вместо них на остриженные максимально коротко виски и затылок спускались склеенные от волосяного жира несколько прутиков цвета перезрелого каштана. Да и в целом лицо у него не такое уж и привлекательное на первый взгляд: огромный шрам на пол-лица, разрезающий верхнее и нижнее веки левого глаза практически посередине, большие потресканные губы, проявившиеся с годами скулы и серые глаза. Присматриваясь повнимательней, нетрудно заметить помутнение в зрачке на той части лица, где проходит ровная белая полоска — на поврежденных частях век ресницы уже давно не растут, да и они ему уже были тут ни к чему. Этот глаз уже как год незрячий.       Трудно поначалу давался подобный дефект: постоянно не хватало охвата оставшегося от некогда острого зрения, глазное яблоко было красным от налитой в него крови, моргать первое время оказывалось очень уж неприятно. Но раны зажили. Кожа затянулась, а розовый от лопнувших сосудов глаз стал еще серее зрячего — он смотрел в никуда, в несуществующую точку в пространстве. Так, со стрельбой теперь было управляться в несколько раз сложнее. — Знаете, помимо прописанных в этом… — Александр с пренебрежением глянул на документ, так и не подхватив ручку пальцами, — договоре условий, я могу заняться еще и кое-чем дополнительным. Химическим оружием.       Дима поднял ранее нахмуренные брови, томно выпустил воздух из груди и медленно проговорил: — Александр, мы ведь не воюем. Специализируемся только на получении прибыли за счет торговли, — он сложил пальцы в замок. Лампочка над столом на мгновение погасла, а после продолжила гореть тусклым светом. — Химическое оружие это для военных там, каких-нибудь более радикальных криминальных группировок… но точно не здесь. — Но любая криминальная группировка может по праву считаться радикальной. Вы идете против закона. Идете против власти в интересах самих себя, считаете что только ваша идеология правильная, разве все не так? — Нет, — тут же бросил Дмитрий. — Я вас сюда не дебатировать пригласил. —…И все-таки советую задуматься, — Мельник поправил воротник, приподнял голову и облокотился на спинку стула. Ножки его неприятно скрипнули. — Ни капли не просчитаетесь, да и токсинами мало шума поднимешь в отличие от огнестрела. — Нам не нужны люди-ядовары. Александр, я искал человека с высшим образованием — специалиста по химии, если быть точнее, — скептически пояснил Федотов. — Яды имеют к химии самое что ни на есть прямое отношение, — возразил ему Мельник. — Я же не просто так заявился к вам, Дмитрий, вы должны это понимать — у меня в голове имеются все необходимые знания для поставленной задачи, прописанной в этих вот бумагах. Я внимательно их изучил — работенка не самая легкая, как по мне, однако я управлюсь с вашими таблетками. И прошу я не так уж и много для работы: реагенты, свободное рабочее место минимум в двадцать квадратов и составы медикаментов.       Дима хмыкнул. «Говорливый попался, как ворона», — подумал он. — Хотите сказать, что сможете идеально исполнить все обязанности хоть с сегодняшнего дня? — Можете в этом не сомневаться, — Александр сверкнул глазами и подвинулся ближе к столу. — Если сможете предоставить мне достойную заработную плату и кабинет с необходимыми приборами, конечно.       Обдумывать Федотову было нечего — людей в городе, которые согласятся на работенку в такой не слишком приятной обстановке незаконных действий, было не так уж и много. Один только Александр спустя неделю после вечного поиска откликнулся.       На Диму он произвел не слишком положительное впечатление — чересчур радушный, разговорчивый и, как ему показалось, манипулятивный. Но это Дмитрию было совсем неинтересно. Ему нужны были только трудовые ресурсы. И он их нашел.

***

— Так что насчет зарплаты? — Александр выровнялся с широким шагом Федотова, поспешив отряхнуть девственно чистый халат от еще не осевшей на него пыли. — Я же задаром работать не стану. — За тупого меня принимаешь? — кажется, Дмитрий хотел усмехнуться, однако из уст его слова прозвучали как очередная угроза. Стоп, как давно он успел перейти с Мельником на «ты»? — На достойную жизнь в Питере хватать будет, не переживай. — Куда мы идем? — невзначай поинтересовался Александр, хотя шел он за работодателем уже порядком трех минут. — Здесь коридоры вообще кончаются? — В обитель зла, — съязвил Федотов.       Помещение сдавливало своей непривычной серостью. Голые стены, странный запах промокшего картона, плохое освещение — все вызывало внутри огромное количество отрицательных эмоций. Дмитрию постоянно казалось, что при переходе через этажи к горлу его поднималась обжигающая желчь, глаза щипало, а нос под конец оказывался заложенным. Он себя накручивал? Может это была аллергия?       Парень открыл дверь на лестничную клетку. Этажом ниже Дима на мгновение остановился, сунул руку в карман и уже на ходу достал оттуда маленький ключ. Он нехотя протянул зажатые пальцы с ключиком, обвел Александра недоверчивым взглядом и кивнул. Мельник взял предмет в руки. — Я долго думал, не многовато ли тебе будет двадцатка в кабинете. Ну и пришел к выводу, что оспаривать какую-то мелочь будет нерационально. В твоем распоряжении тридцать квадратных метров. Несколько шкафов с полками, стол, маленькие шкафчики для разных бумаг, все остальное докуплю потом, — Дима указал на серую железную дверь, покрытую какой-то дешевой обшарпанной краской. — Открывай ее.       Александр звякнул ключом, робко шагнул вперед и вставил его в замочную скважину. Повернув руку два раза, дверь отворилась. Темно. Помещение по обставленной мебели больше напоминало какой-то заброшенный склад. А как здесь было пыльно! Мельник тотчас, наверное, подумал о том, как бы не чихнуть от обилия песчинок грязи в воздухе. — Сколько здесь не убирались? Год? — задал вопрос Александр. — Думаете, я смогу работать в таких-то условиях? — Что-то не устраивает? — Дмитрий прошел в комнату и включил свет. — В таком случае предоставлю тебе ведро с водой, швабру и несколько тряпок. Уж ты-то знаешь толк в порядке, не так ли…       Федотов посмотрел на парня сверху вниз. Александр исподлобья глянул на парня в ответ, нахмурился от раздражения, но сохранил покорное молчание. — Я почему-то думал, что мафии на сегодняшний день золотом обсыпаются, — видимо таким образом Мельник хотел намекнуть Диме, что со стороны его предприятие выглядит не так, как ожидали бы того многие другие. — В боевиках американских что ль услышал? Лучше не говори о том, чего не знаешь, и с чем никогда в жизни не имел дело. Наша задача — поставлять медикаменты и получать с этого прибыль, твоя задача — проверять товар на подлинность, — Дмитрий поддел одну из ножек старого стула ступней и подвинул его к себе. Мельник сложил руки на груди. — В последнее время у нас проблемы с поставкой противовирусных препаратов. — Вы ведь напрямую намекнули, что торговля — не мое дело, — напомнил Александр. —…Пилюли паленые, — процедил Дима. — Из-за такого мало того, что продаваться ничего не будет, так еще и невинные люди мрут благодаря каким-то умникам. Подделка не должна попасть на прилавки. Для этого мне и нужен химик, понимаешь?       Процент преступности в России начал стремительно падать еще с две тысячи пятого года, когда полиция всерьез взялась за дело расследования краж, розыска преступных группировок, однако все это резко уходило на задний план, ведь поиск рассыпанных в большом городе серийных убийц и пропавших без вести людей оставался их самой главной задачей. И от этой мысли в желудке у Дмитрия предательски содрогались его стенки.       Нет, нужно выкинуть подобное из головы. У него слишком много забот, чтобы переживать из-за правительства. — Одна сотня пробирок, электронный микроскоп, — Александр сжал ключ в правой руке. — Реагенты достану сам. Полный список оборудования распишу позже. После его покупки буду готов взяться за работу. — Чудно. Через неделю будет новая поставка. Нам нежелательно нести убытки, поэтому я искренне надеюсь на эффективную и идеально выполненную работу с твоей стороны, — Дмитрий впервые за разговор с Александром смог улыбнуться. Но ухмылка точно не несла в себе доброжелательности — она скорее была похожа на агрессивный волчий оскал. — И помни: вступив в организацию, отсюда уже нельзя будет уйти.       Александр напрягся. Он громко сглотнул и приоткрыл рот. — Первое правило «кодекса чести» мафии — есть только одна причина покинуть организацию, — Дмитрий закрыл свой слепой глаз и быстро закончил: — это твоя смерть.